Страница 5 из 5
Иногда так приятно отключить разум и притвориться, что проблем не существует. Что есть толькоя и он.
И разве это не то, что я всегда делаю?
Майк
Прошлым вечером
Ноты сыпятся со сцены, словно конфетти. Эмили взлетает, как бабочка, и кружится в вальсе так легко, будто посвятила ему всю жизнь. Её щёки наливаются краской, а глаза бросают такой дерзкий вызов, что его побоится принять даже самый смелый человек. Эмили останется такой, какая она есть, и будет твёрдо стоять на ногах, даже если вдруг окажется, что она никогда не танцевала вальс.
Мы точно вьюга, буря, ураган. Зеркала не успевают ловить наши отражения. Когда мы проносимся мимо гостей, душный воздух пронзает женский визг. Похоже, чьей-то вязаной шляпке суждено стать маленьким корабликом в чаше с пуншем. От стыда моё лицо горит, будто его натёрли перцем.
– Хочешь, мы закончим? – тихо спрашивает Эмили, припав к моей груди – так близко, что я могу поймать её дыхание. Кончики её волос приятно щекочут шею.
– Угу.
– Как скажешь, Майки.
Не дожидаясь конца танца, Эмили тянет меня за руку к раздвижным дверям. Вместе с яркими цветами нам в спину летят сотни «браво!» и «на бис!», но мы бежим от славы, как от огня. Пробирающий ветер выдёргивает нас наружу, стоит только немного потянуть за ручки. Отсюда, с высоты, ночной город лежит как на ладони. Золочённые улицы Лос-Анджелеса разгоняют потоки машин, словно кровь по своим каменным венам, и в каждом, даже в самом отдалённом закоулке чувствуется пульсация жизни.
– Никогда так много не танцевала, – признаётся Эмили.
– Я тоже.
– Ты был великолепен, – подбадривает она меня.
Нет, ты. Нет, ты. Нет, ты. Я повторяю это до тех пор, пока не наберусь достаточно смелости озвучить. Но из-за холода у меня, кажется, онемели губы.
– Помнишь, как мы наблюдали за звездопадом прошлой осенью? – она дёргает меня за рукав. – Небо тогда было прям как сейчас!
– Да.
– Было красиво, – продолжает она. – Я тогда загадала желание.
– Ты…
Великолепная. Великолепная. Великолепная. Просто скажи это!
– Как думаешь, оно исполнится? – спрашивает она, глядя наверх. Вдруг её лицо озаряется самой яркой улыбкой, которую я только видел. – Майки, смотри!
На мгновение чёрное небо сверкает белой вспышкой. Это похоже на «птичку», которая не вовремя вылетела из фотоаппарата. Ребята оборачиваются и с удивлением смотрят вверх: сгорающая комета пролетает над Лос-Анджелесом, разрывая небо на куски, как бумагу.
Глава 10
Каролина
По-осеннему холодный дождь напоминает, что лето не вечно. К солнечной Калифорнии привыкаешь с первых секунд, даже не успев выйти из самолёта, но к пасмурно-серой – никогда. Ночной Лос-Анджелес впервые выглядит как никогда унылым. Кажется, что это место не создано для печали. Но, когда ветер воет в вентиляции громче дикого волка, а с океана тянет прохладой, невольно задумываешься: а может, бросить в сумку крем от загара и следующим утром рвануть во Флориду?
В молодости я, наверное, так бы и поступила. Мысль о том, что я когда-то смогу остепениться, казалась мне невозможной. Мир стал для меня огромной клеткой, в которой из тигра пытались сделать кошку. Мне пришлось объехать половину земного шара, чтобы понять: отсюда нет выхода. Ты либо играешь по чьим-то правилам, либо выбываешь из игры.
Но Эл подарил мне свободу – маленький уголок в огромной клетке, где я могла не бояться любить того, кого люблю. Это была до смеха маленькая комната на окраине большого Лос-Анджелеса, но она былатолько моей,хоть и на двадцать четыре часа. Эл показал, что необязательно гнаться за счастьем. Он стал моим якорем. В моей гавани почти никогда не бывает спокойно – но, может, это то, что делает меня живой? То, что не даёт мне утонуть в пучине бытовых проблем?
В такие моменты я жалею, что снова поленилась купить ежедневник. Это одна из тех мыслей, которые важно записывать и перечитывать вслух. Я не виновата в том, что люблю другого. Я виновата в том, что так и не решилась снять с пальца кольцо.
Я никогда не хотела, чтобы кто-то подумал, будто я считаю Джорджа плохим супругом. Скорее, просто неподходящим. Майки не даст соврать: он оказался прекрасным отцом. Однако наши личные отношения зашли в тупик, когда мы стали жить под одной крышей. Розовые очки дали трещину.
Но Эл… Он был как глоток свежего воздуха. Свежего, сладкого воздуха, который бывает только после дождя. И как после этого я бы затянула на шее верёвку?
Стараясь не разбудить Эла, я подбираю свою одежду с пола и проскальзываю в ванную. Удивительно, как я пьяна без единой капли. Неужели такое возможно? Я впервые за много лет снова чувствую себя счастливой. Я впервые за много лет снова чувствую себя живой.
Скрип двухместной кровати всё ещё доносится из дальних уголков моего подсознания. Пламя стыда слегка обжигает щёки. Бульварные романы, которыми в юности зачитывались мои знакомые, похоже, не такой уж и плод фантазии. На улице – полночь, в моём сердце – рассвет.
Всё, через что я прошла, теперь кажется чем-то далёким, словно вырванным из случайной сводки новостей.Каролину Уилсон уволили за служебный роман. Каролина Уилсон поставила точку в отношениях с мужем. Каролина Уилсон была в шаге от отчаяния.Даже не верится, что когда-то я действительно позволила тёмным мыслям поселиться в моей голове. Теперь я понимаю: они не стучатся. Но только нам решать, сдаться или дать им отпор.
Лёжа в тёплой ванне, я понимаю, что приняла единственное верное решение. Если работа в участке меня чему-то и научила, так это сражаться, даже если кажется, что победить невозможно. Лица всех преступников, которых я упекла за решётку, всё ещё видятся мне в кошмарах, но главное – не наяву.
Я ненадолго закрываю глаза и представляю, что время остановилось; что мне не придётся возвращаться домой; что судьба больше не забросит Эла ни на одно место преступления; что справедливость обязательно восторжествует и без моего участия. Но ведь так не бывает? Это моя миссия – как раз следить за порядком там, где требуется помощь.
Укутавшись в халат и собрав волосы, я складываю одежду в небольшую корзинку и выхожу из ванной. Дорожная пыль и пятна кофе на моей кофте точно вызовут у Джорджа несколько вопросов, если я не закину её в стирку.
«Снова избавляешься от улик, – довольствуется он. – А я говорил, что такие, как ты, не меняются».
В коридоре стоит гробовая тишина – только из приоткрытого окна в лифтовом холле еле доносится городской шум. Наверное, только мне может прийти в голову искать прачечную глубокой ночью. Пока лифт медленно ползёт вниз, я достаю телефон и проверяю сообщения – от Майка по прежнему нет ответа. Не хочу, чтобы он думал, будто я его бросила. Мне ли не знать, что у взрослых тоже бывают детские страхи? Отправляю сообщение:Задержалась в участке. Переночую в отеле. Спокойной ночи. Почти правда.
В лобби сонный портье подсказывает мне, как добраться до прачечной и не разбудить половину отеля. Я обещаю не шуметь и оставляю ему на чай. «Всего один раз, – вру я себе. – Всего один раз я ночую здесь, а потом возвращаюсь домой». В спешке закинув вещи в барабан, я оплачиваю стирку, присаживаюсь на небольшой диванчик в углу и принимаюсь ждать.
Пока не замечаю в своей стиральной машине кое-что очень странное.
Вода… Она тёмно-красного цвета.
Интерлюдия
Эмили
Между Нью-Йорком и Лос-Анджелесом
Вот и всё.
Я понимаю, что ничего не вернуть, когда шасси отрываются от полосы; когда огромный терминал становится больше похожим на каплю воды среди песков Сахары; когда крылатые суда, принимающие сотни пассажиров, с высоты начинают казаться крошечными. Город, погрязший в ярком свете фонарей, рассыпается на тысячи огоньков. Нью-Йорк медленно догорает, пока экипаж ведёт мой Боинг в сторону Калифорнии. «Пути назад нет, – повторяю я, прислонившись к стеклу иллюминатора. – Когда мы приземлимся, я окажусь совсем в другом месте». От этой мысли меня трясёт.
До этого момента я считала, что была рада покинуть Нью-Йорк. Сидя в аэропорту и разглядывая свой билет, я радовалась, как ребёнок, думая, что в моих руках – решение всех проблем. Но я и представить не могла, как тяжело будет оставить место, где когда-то всё было хорошо. Нью-Йорк был домом, который я любила от первой до последней ступеньки.
Ремень, который я снова и снова поправляю, выскальзывает из ладоней, и я обессилено откидываюсь в кресле. Я не знаю, что меня ждёт в Калифорнии, но уверена в одном: всё точно будет не так, как я планирую. Я чувствую это. А меня раздражает, когда что-то идёт не по плану.
Вдруг всё будет ещё хуже?
«Не драматизируй».
Легко сказать, сердце, ты же спрятано глубоко в груди, тебе нечего бояться!
«Я боюсь, и ты это знаешь».
Не могу поверить, что оно так болит, когда в мыслях всплывает та самая ночь.
И вот опять. Тук! Тук! Тук!
Когда мы набираем высоту, я отстёгиваюсь и, бросая извинения сидящим рядом пассажирам, выскакиваю в проход. Дождавшись своей очереди, я закрываюсь в уборной и, упершись руками в раковину, смотрю на своё отражение. Освещение оставляет желать лучшего, но даже в полумраке я замечаю, как сильно покраснела. Если я сейчас же не возьму себя в руки, то меня в лучшем случае примут за сумасшедшую и изолируют где-нибудь в багажном отделении, а проблемы мне не нужны – куда уж больше! Брызнув в лицо холодной водой, я вытираюсь бумажными полотенцами и стараюсь не думать о том, что меня ждёт.
Я возвращаюсь на своё место под пристальным взглядом стюардессы и снова пристёгиваюсь, хотя в этом и нет необходимости. Сейчас мне больше всего хочется, чтобы люди перестали смотреть на меня так, будто я отобрала их курицу или рыбу. Чтобы отвлечься, я достаю из сумки смартфон и вставляю в него наушники. Лететь ещё долго, и было бы неплохо хотя бы попытаться расслабиться. Когда на экране появляется окошко плеера, я нажимаю на «старт» и закрываю глаза.
Передо мной Итан.
Иногда мне кажется, что я проклята.
Надо успокоиться. Теперь между нами лежит пропасть. Но когда-то она была равна всего пятнадцати шагам между нашими домами. Вот выходишь поздней осенью из дома – тебе четырнадцать, кажешься себе взрослой и самостоятельной, отговариваешь родителей проводить тебя и отключаешь телефон Вот идёшь через дорогу и внезапно оказываешься у высоких дверей, за которым тебя ждёт или радость, или грусть, или всё вместе. Вот нажимаешь на кнопку звонка и понимаешь, что сделала это неосознанно. Потом выходит он – и день пролетает, словно час.
Но в одну ночь всё меняется. Люди, которые вчера клялись в вечной любви, сегодня смеются тебе в лицо.
Я увязла в воспоминаниях, словно в болоте, в котором каждое движение – шаг навстречу смерти.
И тысячи миль будет мало, чтобы разделить нас с Итаном, потому что расстояние – всего лишь условность. Он ближе, чем я думаю. Он давно стал отпечатком в моей памяти.
Глава 11
Даррэл
Странное чувство дежавю крадётся за мной по пятам. Гладкое зеркало океана, помада на моей рубашке, запах постели на коже… Я словно корабль, вернувшийся в родную гавань. Вот только моя жизнь – не штиль, а шторм здесь в порядке вещей. Но тогда почему, когда я смотрю на Кэрри, дремлющую в пассажирском кресле, на меня накатывает волна спокойствия? Когда я разворачивал дорожную карту Калифорнии, спрятанную в моё бардачке, я и подумать не мог, что буду мчать по бесконечной сетке перекрёстков с женщиной, заменившей мне кислород. Течение жизни может бесконечно бросать нас из стороны в сторону, но если это единственный способ найти свой причал, то, наверное, это того стоит?
Затормозив около бензоколонок, я достаю из бумажника пару купюр и выхожу на улицу. Сладость океана щекочет нос. Несмотря на то, что солнце уже высоко, в магазинчике на заправке ещё горит свет. Кажется, что в Лос-Анджелесе вообще не наступает ночь. Может, это и к лучшему? Когда я вхожу в магазин, перезвон колокольчиков заставляет задремавшего кассира встрепенуться. Тут довольно пусто: всего несколько прилавков, два автомата – с кофе и снэками. Кивнув в знак приветствия, я беру два капучино и пачку чипсов и, расплатившись, возвращаюсь в машину. Часы в Лос-Анджелесе показывают шестой час, значит, в Линкольне, Небраска, почти восемь. Мне не привыкать просыпаться так рано, но вот Кэрри уже давно не работает. Да и одного несчастного часа на сон мало даже для такого опытного полицейского.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
