Валерий Ивашковец "То не ветры буйны разгулялись… Сборник сказок, басен и эпиграмм"

Северные бури.

Знает думщик, у царя

Хватит лютой дури -

Пристрелить, как глухаря!

Но…

Как извилины ни мял –

Ни на грош не нагадал…

“Эх, судьбинушка-судьба!” –

Горько он вздыхает…

И тут чудо – вот она!

Думца обнимает:

– Я, хоть, старая судьбина,

Но в тревожную годину,

Завсегда помочь смогу,

Лишь бы млАдую-красотку,

Вашу новую судьбу,

Извести, как пьяный водку.

Это ж всё она! Она!

Стеньку в люди подняла,

Развела кругом базар,

Где снимается навар.

Парит без зазрения

Странные сношения –

Всех и всяких выбирать,

Дюмократию внедрять,

Замахнулась на царя!…

Тут судьба угомонилась,

В потолок перекрестилась

И вздохнула, говоря:

Ты сходи к моей сестре,

Тёмновидящей Яге…

Тимон с радости вскочил,

А судьбы и след простыл.

И ведёт его туда,

Во лесок с пеньками,

Где пожухла лебеда

И цветёт кусками

Приболотная вода.

А Яга-то в суете,

Колдовской, туманной:

То взлетает на метле,

А то тянется к земле

Думою обманной.

А избушка одряхлела,

Вытянула ноги -

На пенёк гнилой присела,

Дремлет понемногу…

Видит баба – думщик катит

Через буреломы.

“Эт, с какой он лезет стати

Во мои хоромы?”

Только Баба заскрипела

Шариком в затылке,

Видит – что-то заблестело

На лесной тропинке.

Баба зенки протирает,

Тут и ТИмон выпирает

Брюхом из-за ели,

Бабу оком озирает,

Дышит еле-еле…

Баба в тягости присела

И как чайник запыхтела:

– Наконец-то узнаю,

В моём яговом краю,

Царского служаку.

Токи, вот, не догоню –

Чем нагнал ты стать свою,

Жрёшь какую бяку?

Это ж надо умудриться

С таким шиком округлиться!

Я такого колобка

Век не видела пока.

Тут Тимоха отдышался,

Низом выгнулся в бугор,

Принял бабушкин укор

И в свои дела подался.

– Ты, Ягушка, помоги

Уклониться от пурги.

Я ж для старенькой судьбы,

Для твоей сестрёнки,

Всем базарам и судам

Жару банного поддам,

Выдерну ножонки!

А парламентариев

Отправлю в пролетарии:

Пусть узнают крикуны