– Нет, это я. Не спишь?
Мальчик поперхнулся. Наглая Катька уже стояла в дверном проёме, сжимая в руках изящный металлический подсвечник с зажжённой свечой. На женщине был длинный, в пол, красный атласный халат, красиво переливающийся в свете ночника. Мачеха явно была встревожена. Егор хотел было выгнать нахальную Катьку, но внезапно освещение в детской погасло.
– Что это? Замыкание? – Спина Егора покрылась испариной от страха. Как назло, ночь стояла ненастная и безлунная. Если бы не мягкий свет от восковой свечи, комната погрузилась бы в непроглядную мглу. В совиных радужках настенных часов появились всполохи недоброго пламени.
– Не бойся, Егор. Случилась крупная авария на электрической подстанции. Я зажгу масляную лампу, чтобы ты не переживал. – Мачеха неспешно направилась к старому комоду. – Правда, я не помню, куда её дела.
– Я не переживаю. – Егор почти не соврал. Всё-таки ему уже десять лет. Подумаешь, свет во всём доме погас. Ну и что?
– Если ты не боишься, я не буду искать. Может быть, на антресолях, но я не уверена. Или в кладовой. Ладно, как скажешь, настаивать не буду. Не буду лампу искать, решено. Свечу оставлю. Её хватит на несколько минут. – Катька поставила подсвечник на комод и собралась уходить. Совиные глаза насмешливо заблестели, высокомерно глядя на испуганно притихшего Егора с высоты своего положения.
– Давай лучше твою масляную лампу найдём, – робко предложил мальчик, судорожно размышляя. Всё-таки до утра далеко, а коротать ночь в темноте, мягко говоря, боязно. Может, объявить перемирие и признаться, что ему нужна Катькина помощь? Бабушка всегда говорила, что худой мир лучше доброй ссоры, да и мачеха несколько раз просила зарыть этот самый «топор». – Ну… без света я могу ногу сломать, если в туалет пойду. Пусть будет лампа.
– Резонно. Не хотелось бы, чтоб ты ногу сломал.
Егор мысленно улыбнулся: удалось Катьку заболтать.
И тут по трубе как никогда громко застучали. В едва освещаемых пламенем восковой свечи сумерках это прозвучало особенно зловеще.
– Что это? – Мачеха казалась испуганной.
– Они! – с чувством произнёс Егор, радуясь, что не одинок. Теперь Катька поймёт, что он честный и ни капли не сумасшедший, и, конечно, расскажет об этом радостном факте отцу. Возможно, Егора даже в обычную школу отдадут, к нормальным детям.
– Кто такие «они»? Кажется, я запеканку спалила! Гарью воняет! Кошмар! – вскрикнула Катька и бросилась вон из детской. Из коридора действительно ощутимо воняло дымом. Интересно, как она собралась спускаться на первый этаж без света? Словно в ответ на Егоркины мысли, из-за двери послышался жуткий грохот – это Катька налетела сослепу на этажерку. – Вот чёрт! – выругалась она громко.
Тук-тук.
Неужели мачеха ничего не расслышала? Глухая или притворяется? Егора словно кувалдой по ушам били.
Свеча в металлическом подсвечнике громко затрещала, а оранжевый огонёк заметался, будто планировал погаснуть. В совиных глазах отразилась вся гамма самых злобных чувств. Егору стало страшно.
Тук. Тук-тук.
– А-а-а! – прохрипел мальчик и в отчаянии натянул на себя одеяло, укутываясь в него с головой. На несколько секунд стало спокойно, а потом кто-то принялся с силой раскачивать кровать. От ужаса маленькое сердце забилось в груди, беспомощно стукаясь о рёбра, словно пойманный в клетку воробей. Чья-то тяжёлая рука (или лапа?) легла Егору на спину. – А-а-а!
– Егор, ты чего? Я лампу принесла.
Егор тут же пришёл в себя. Оказалось, что от испуга он забился в самый дальний угол комнаты и сидел на полу, обхватив колени ладонями. Мальчик недоумённо обвёл комнату более или менее осмысленным взглядом. Катька стояла напротив него, сжимая в руках злополучную масляную лампу, покрытую копотью. Она вглядывалась в лицо пасынка то ли с ужасом, то ли с любопытством.
– А запеканка? – спросил Егор, изо всех сил делая вид, что всё в порядке.
– А что с ней сделается? – пожала плечами Катерина. Казалось, она слегка оторопела от пережитого потрясения. Что он сделал не так? В чём прокололся?
– Воняло дымом. – Мальчик привстал, одёргивая штанишки, и направился в постель, стараясь выглядеть бесстрастным. Кажется, Катька была удивлена и растеряна, а значит, в трусости не заподозрила.
– Ничего… просто духовка новая, вот горелым и воняет.
Снова раздался довольно громкий стук по трубе отопления.
– Катя, ты правда ничего не слышишь? – Егор в первый раз назвал мачеху по имени, отчего сам заметно смутился.
– Что именно? – Катерина пришла в себя и уже поджигала масляный фитиль. В комнате запахло сажей. Егор с удовольствием отметил про себя, что запах вполне ему нравится.
– По трубе стучат.
– А, это… – разочарованно протянула Катерина. – Не бери в голову. Тут аномальная слышимость, я уже привыкла.
– А кто стучит? У нас нет соседей. Папа говорил, что это ветки бьются о фасад.
– Может быть, и ветки…
– Но ветки бьются не так.
– Хм…
– А откуда ты узнала, что случится авария? – Мысль о том, что хитрая Катька точно знала, что свет в их доме погаснет, затмила всё остальное. Размышлять о странных звуках и сущностях, их издающих, надоело. Мачеха явно что-то скрывала. Неусидчивый и возбудимый Егор уже подозревал её во всех смертных грехах. – Это ты подстроила?
– Нет, не я, – спокойно объяснила та, пряча шальной огонёк под стеклянный купол. – Я объявление прочитала. Спокойной ночи.
Ни на шутку озадаченный Егор не успел и глазом моргнуть, как снова остался один – посреди тревожного сумрака, дурманящего запаха палёного масла и волнительного предчувствия разгадки страшной тёмной тайны.
Глава 8. Нашлись
Утром воскресенья, когда вся семья садилась завтракать, папа всегда включал телевизор, чтобы посмотреть новости. Вот и сегодня он последовал этой давней традиции и переключился на местный канал. Диктор, молодая темноволосая женщина, взволнованно лепетала в микрофон что-то нечленораздельное, но Егор её не слушал. От удивления он забыл, что не питается стряпнёй противной Катьки, и схватил с тарелки приготовленный ею блинчик. Дело в том, что в новостях показывали тех самых пропавших в прошлом году детей, живых и вполне упитанных.
Неужели нашлись?
– Сегодня утром Виктор и Анастасия Христофоровы были обнаружены в пригороде провинциального городка Л*. На первый взгляд, дети здоровы. Полиция проводит расследование… Но пока вопросов больше, чем ответов… Да… э-э-э… ну… Да. Извините… Мы вынуждены… э-э-э…
Картинка расплылась, и по экрану побежали помехи.
– Что-то с антенной, Лёша? – отрешённо спросила Катерина.
– Не знаю! – буркнул Сыромятников, явно не настроенный на беседу.
– У этих детей… глаза зелёные. Странно, да, Лёш? – Мачеха криво улыбнулась. – Или это цветовые искажения?
– У неё же были голубые глаза, – зачем-то встрял в разговор Егор, имея в виду маленькую нахалку, которую встретил возле ворот. – Ты ещё сказал, что у неё глаза красивые, папа. Ты всегда говоришь это тем, у кого голубые глаза.
– Это уже не первый раз, когда пропадают дети, – снова заговорил телевизор, но изображение до сих пор не восстанавливалось. – А потом они находятся, но… э-э-э… ничего не помнят. Совершенно ничего… извините.
– У меня какие-то нехорошие подозрения, Лёша, – медленно произнесла Катерина. Одновременно с её словами в дальнем окне, выходившем на ворота, замигали синие проблесковые маячки. Две полицейские машины неспешно приближались к дому Сыромятниковых с вполне определённой целью.
– Чёрт! – выругался профессор, вытирая пот со лба.
– Лёша? – Катька приподняла одну бровь. – Я чего-то не знаю? – Она выглядела растерянной. – Что ты натворил?
– Это подстава, Катя! Я непричастен, ты же знаешь! – Алексей Вольдемарович в панике запустил пальцы в свои коротко подстриженные волосы, – Зачем мне воровать детей? Я работаю врачом-статистиком в поликлинике! Да даже если бы не статистиком… Зачем мне их воровать?
– Разве я говорила про детей, Лёша? Почему ты заговорил о детях? – Монотонный голос Катьки напоминал интонацию робота.
– Катя, ты же моя жена! Ты же меня знаешь. Я не виноват! – Отец чуть не плакал. Егор никогда не видел его таким.
– Я пойду, встречу их, – обречённо кивнула Катерина. – Егор, иди к себе.
– Нет! – Липкий страх пополз по спине Егора холодной змеёй. Неужели папу арестуют? Слово в подтверждение тревожных мыслей сына, тот безвольно уронил седовласую голову на грудь и выглядел подавленным. – Папа, тебя арестуют?
– Иди к себе! – раздражённо рявкнул отец. В его глазах стояли слёзы.
Егор испуганно вскочил и побежал вверх по лестнице, хлюпая носом.
– Доброе утро, Алексей Вольдемарович! У нас ордер на обыск. В доме есть ещё кто-нибудь кроме вас с супругой? – донеслось ему в спину.
– Да, мой десятилетний сын на втором этаже.
– Думаю, ему лучше спуститься.
– Позвольте, разве против меня возбуждено уголовное дело?
Егор настолько растерялся, что совершенно не соображал, что происходит. Словно во сне, тёплая Катькина ладонь легла на его плечо и мягко направила мальчика в сторону лестницы. Он не понял, как оказался за столом, но, когда минут через пятнадцать разглядел в руках одного из сотрудников полиэтиленовый пакет с маленьким розовым ободком со смешной завитушкой у одного края, его душа не выдержала.
– Папа не виноват! Не виноват! Он пхосто сказал той девочке, что у неё кхасивые глаза! – завопил он что было сил, картавя от волнения.
– Красивые… глаза? Хм… Запротоколируем. А когда он ей это сказал?
Полный укоризны взгляд бледного как смерть, отца, когда на того надели наручники, обжёг маленькую Егоркину душу до самого позвоночника. Хотя есть ли у души позвонки? Вряд ли. Папа часто рассказывал мальчику о скелете человека, но о душе никогда не упоминал.
Кажется, глупый Егор опять всё испортил. Отца куда-то увезли.
– Да уж… – задумчиво резюмировала Катька, присаживаясь на краешек стула. Выглядела она нарочито бодро.
По телевизору пела дородная тётенька в синем платье. Она старательно выводила высокие ноты, отчего в ушах Егора что-то неприятно зачесалось. Остывшие блинчики, сиротливо лежавшие на тарелке, уже стали засыхать. Воскресенье было безнадёжно испорчено.
– Откуда у папы вещь той девчонки? – спросил Егор, с трудом сдерживаясь, чтоб не разреветься. Он настолько расстроился, что готов был кинуться мачехе на шею, но та не спешила утешать пасынка.
– Детский ободок нашли в нашем подвале, в инструментах Алексея. Кажется, твой отец – преступник. Впрочем, это и неудивительно при его неуравновешенном характере, – отрешённо произнесла Катерина. – Какой кошмар, – добавила она, всплеснув изящными руками, и пустила слезу для наглядности.
– М-мой папа хороший, – заикаясь, возразил Егор. Веки его больших, ставших изумрудными глаз, опасно покраснели. – Он никогда никого не обижал. Он хороший. – Мальчик громко всхлипнул.
– Откуда ты знаешь, что хороший? Что ты о нём знаешь, Егор?! – Кажется, у Катьки начиналась истерика. – Всякий раз, когда часы били двенадцать ночи, он превращался в сущего дьявола! Не разрешал мне разговаривать, хамил и угрожал!
– Значит, папа – чёрт? – От внезапной догадки Егору стало трудно дышать.
– Что? – Катька медленно подняла полные слёз глаза на говорившего ерунду мальчишку. – Егор? – вскрикнула она вдруг, захлёбываясь от восторга. Её возбуждённое состояние мигом передалось и пасынку.
– А? – Он вскочил словно ужаленный и ловко отпрыгнул в сторону.
– Стой. Не бойся. Что у тебя с глазами? У тебя что-то с глазами, Егор. Подойди сюда. Боже мой, он всё-таки сделал это! Я столько времени сомневалась, Егор! Твой папа – гений. То есть преступник, конечно, но гений! О Боже! Но как он это сделал? Это же… невозможно!
– Что? Что сделал? – Егор ничего не понимал. Катька достала из кармана халата маленькое зеркальце и торжественно вручила его мальчишке. Тот мельком взглянул на себя и завизжал от ужаса. Радужная оболочка глаза стала ярко-зелёной, а зрачки… они приобрели какую-то совершенно невероятную щелевидную форму. Карманное зеркальце выпало из ослабевших рук Егора на пол.
– Егор, аккуратней, разобьёшь, – пожурила его мачеха, заботливо поднимая с пола упавшую вещицу.
– Что это? Почему? – Мальчик принялся судорожно тереть глаза ладонями, задыхаясь от ужаса.
– Тихо-тихо, не переживай. Егор, слышишь? Так нельзя! У тебя сейчас астма от паники начнётся. Дыши нормально! Эй! – Катька с силой затрясла его за плечи, пытаясь привести в чувство, но мальчишка обмяк в её руках, теряя сознание. – Егор! Ты куда?! Нет, это уже никуда не годится! Эй!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
