ISBN :
Возрастное ограничение : 16
Дата обновления : 17.07.2024
– Идём так идём. – Я пожал плечами.
Тогда я не догадывался, что это была верхушка айсберга. Можно было сообразить, что легко не отделаюсь, но самоуверенность – дурацкое чувство, притупляющее бдительность.
На большой перемене она, схватив под руку, потащила меня в одно из кафе, расположенных на втором этаже университета. Моего согласия эта особа не спрашивала. Когда я возразил, получил ответ, дескать, это её просьба. Ну, хотя бы попытался.
Оставив меня караулить столик, комок энергии направился к стойке,
безапелляционно заявив, что выберет и купит всё самостоятельно. Мою попытку возразить она зарубила на корню взглядом. Чувствовал я себя глупо, но спорить с ней, на мой взгляд, было ещё глупее.
Через семь минут, вернувшись с шуршащим пакетом и двумя стаканчиками кофе в руках, она села напротив. Увидев кофе, я моментально почувствовал горький привкус, так не любимый мной с детства: словно пиявка во рту, высасывающая последние капли влаги.
– Я кофе не пью, – сухо констатировал я.
– Тогда иди и бери то, что пьёшь, – без тени смущения заявила спорщица.
«И это ответ?! – возмущался я, шагая к стойке. – Почему, сделав неправильный выбор, она даже не смутилась? Вчера же уверяла, что влюбить меня в себя хочет. В этом случае ей стоило поинтересоваться тем, что я люблю». Вернувшись к столику с пакетом сока, я обнаружил разложенные в определённом порядке и накрытые салфетками кульки.
– Это что ещё за план боевых действий? – Я указал на кульки на другом краю стола. – А это расстановка сил противника?
– Какой проницательный. – Она кивнула в сторону стула. – Сядь, а то я есть хочу. С утра маковой росинки во рту не было.
– Интересно, кто в этом виноват?.. – Я сел и, опершись локтями на стол, наклонился вперёд. – Ну-у-у?! Я томлюсь в ожидании грандиозных идей.
– Давай, отключив зрительный анализатор, попробуем сосредоточиться на вкусовых ощущениях, – предложила она.
– Напоминает детскую игру. – Я нетерпеливо постучал костяшками пальцев по столу; поскорее бы отделаться от просьбы.
– Всё гениальное просто. – Она умела отстаивать свою точку зрения. – И ещё – все мы родом из детства!
– Тогда ты первая, – расплываясь в язвительной улыбке, уступил я место девушке.
– Только перемешай, я знаю их расположение.
Ощущая под пальцами дышащее тепло горячих слоек, я стал производить перегруппировку военных сил.
– Готово.
Закрыв глаза и положив ладони на стол, она продвинула руки по направлению к кулькам, уперлась пальцами в один из них, взяла сверток, аккуратно раскрыла содержимое и надкусила слойку. Потом, откинувшись на спинку стула, стала медленно, с наслаждением, пережевывать трофей. Моя ухмылка испарилась. Захотелось получить удовольствие от вкуса банальной еды.
– Эта с малиновой начинкой, – открыв глаза, определила она. – Теперь твоя очередь.
Погрузившись в темноту и сконцентрировавшись, чтобы не рассмеяться, я проделал те же движения, при этом испытал необычные чувства: сначала пальцами ощутил холодную рельефную поверхность стола, потом на контрасте врезался в мягкое тепло, после, развернув кулёк, отправил кусок в рот. С закрытыми глазами вкус воспринимался ярче, не вкуснее, а именно ярче.
– С абрикосовой начинкой, – поделился я открытием.
– Как ощущения? – Её интерес был неподдельным.
– Непривычные, – признался я, потому что впервые в жизни воспринял мир под другим углом.
– Хорошо. Тогда продолжим. – Она закрыла глаза и приготовила руки, а я потихонечку положил на стол телефон. Нащупав его, спорщица скорчила забавную гримасу, а потом рассмеялась. – Не удержался? – Она взяла телефон и опустила в карман. – Изымаем как вещественное доказательство желания что-то делать.
«Ну и ладно, – подумал я, – всё равно никто не звонит». По очереди мы перепробовали все слойки, каждый раз наслаждаясь новым вкусом. Закончив трапезу, обнаружили, что лекция в самом разгаре.
– Опаздывать к Тишайшему – смертельный номер. Лучше просто в списках не значиться, – определил я положение вещей.
– Это последняя лекция на сегодня?
Я утвердительно кивнул.
– Тогда мы идём покорять сугробы! Кстати, ты когда-нибудь пробовал ходить с закрытыми глазами?
– По сугробам?.. Кладезь идей! – От бессилия я упал лбом на поверхность стола. – Мироощущение сквозь призму шишек и синяков! Начинаю входить во вкус.
Решено было идти в зоопарк. Уверения вроде: «Там нечего делать!» или «Кто туда зимой ходит?» подействовали с точностью до наоборот. «Хорошая тренировка для воображения! Значит, будет свободней», – умело отбивалась она.
В зоопарке почти никого не было. Редкие посетители, наслаждаясь спокойной обстановкой, медленно брели в основном по направлению к выходу. Только ступив на территорию, моя новая знакомая пустилась скакать от вольера к вольеру, восхищённо отмечая:
– И здесь никого! – Она схватилась за ограждение, вскочила на фундамент и, чтобы убедиться в правдивости своих слов, осмотрелась по сторонам.
– Чему радуешься? – Недоумение заполняло моё сознание.
– Готова поспорить, что из всех многочисленных походов в зоопарк ты запомнишь именно этот, потому что побывать в зоопарке, в котором нет зверей, – необычно!
– Необычно – увидеть расхаживающего по снегу жирафа или павлина, на худой конец.
– Порадуйся тому факту, что эти звери сейчас в тепле. – Она передёрнула плечами, подняла воротник серенькой куртки и натянула на уши шапку.
– Так я не в тепле. – Почувствовав напористый ветер, я поправил сползший с шеи шарф.
– Ты когда-нибудь чему-нибудь радуешься? – Она отпрянула и состроила забавную недовольную гримасу.
– Радоваться можно тогда, когда ты находишься в комфортном состоянии.
– Неправда! Радоваться можно всему и всегда. Этому только надо научиться. Можно радоваться даже тому, что замёрз. – Сначала она попрыгала на одной ноге, а потом на другой.
– Это ещё почему?
– Потому что рано или поздно согреешься!
«Вот так-то», – гласил её самоуверенно вздёрнутый подбородок.
– Что, если не согреешься? – Я вспомнил, как читал о погибших в снегах людях.
– Тогда не стоит тратить время на уныние и скорбь, лучше улыбнуться миру, поблагодарив за яркие ощущения уходящей жизни!
«Радоваться тому, что сейчас умрёшь?» Эта мысль была новой, непривычной. По рёбрам, неприятно щекоча за пазухой, загулял холодок. «Неужели она серьёзно так думает? Когда дубеешь от холода, на мысли сосредоточиться трудно. О какой радости в этот момент идёт речь?»
Пока я думал, моя новая знакомая как ни в чём не бывало крутила головой по сторонам, или, запрокинув её, смотрела в зимнее заасфальтированное небо, или, раскинув руки, ловила тихо падающий снег. Чуть погодя она опустилась на лавочку, вытянула с наслаждением ноги и обернулась.
– Мою умную светлую голову посетила идея! – похвасталась она. – Но твой скудный эмоциональный запас не позволит адекватно воспринять и оценить её, так что присядь.
– Не тяни, выкладывай, что ещё меня ждёт?
– Было бы неплохо каждый день менять цвет твоей одежды. Жить подобно радуге!.. Что-то вроде – «каждый охотник желает знать…» Что думаешь?
– Думаю, надо было присесть. – Передо мной вспыхнули яркие образы цирковых клоунов.
– Для завтрашнего дня предлагаю выбрать жёлтый цвет. Он тёплый и яркий, как солнце, и мягкий, как шёрстка домашнего любимца. Зимой не хватает красок. Всё серо и уныло. Давай наполним мир цветами. – Она раскинула руки и растопырила пальцы.
– Предлагаешь предстать в роли цыпленка? Где жёлтые штаны или ботинки достать? – Ох, человеческое воображение: не успеешь о чём-то подумать, а оно уже красочно обрисовало вымышленный образ. В моём воображении, задрав руки вверх, радостно скакал жёлтый человечек с хохолком и хвостом цыплёнка. Освобождаясь от кошмара, я несколько раз энергично тряхнул головой. – Полный бред.
– Не обязательно во всё жёлтое одеваться. Достаточно какой-то одной детали одежды: джемпер, например, рубашка или безрукавка. В правильном сочетании они будут хорошо на тебе смотреться.
– Может, они и будут хорошо смотреться, но без меня. – Её выдумки всё больше отдавали ребячеством.
– С тобой! На тебе! Ты обещал! – От негодования её дыхание участилось.
– Ненормальная! Люди подумают, что я спятил. – Я покрутил пальцем у виска.
– Люди подумают то, что ты до них донесёшь! Человек, использующий яркие цвета в своем гардеробе, – часто яркая и неординарная личность, которой не важно, что подумают другие, потому что у неё есть собственное мнение, за которое она может постоять! К тому же умный человек не будет задавать глупых вопросов, а дураку объяснять что-либо незачем, он всё равно ничего не поймёт!
– Ну и напор. – На секунду я позавидовал энергии, которой она фонтанировала. – Ладно, твоя взяла, у меня всё равно нет выбора. Я слово дал. Теперь придётся выполнять твои «просьбы». Жёлтый – значит, жёлтый. Пойдём.
На её лице появился нескрываемый восторг. Она не шла, а, плавно размахивая руками-маятниками, воспроизводила какие-то телодвижения. Потом, делая шаг со скользящим поворотом, пустилась в подобие вальса.
– Голова закружится, – предупредил я, останавливаясь.
– А ты на что? Ловить будешь! – Она пустилась в пляс-вальс вокруг меня, потом неожиданно замерла и заглянула мне в глаза. – Хороша была прогулка? – Её глаза озорно блестели, а улыбка доходила до ушей. Выглядела она красиво, и это злило.
– Хороша, – нехотя признался я, потом нахмурился и отвернулся. Мне хотелось сбить её с оптимистичного настроя. – Я весь продрог, пока ты носилась по парку.
– Если бы носился со мной, то не продрог бы. – Она не замечала овладевшей мной скованности. Словно Терпсихора, широко раскинув руки, она кружилась в довольно забавном танце, потом остановилась и сладко потянулась. – Пойдём, съедим по горячему пирожку с мясом.
– Это нельзя есть! – Меня непроизвольно передернуло.
– Разве ты пробовал?
– Нет! И не собираюсь.
– Зря. – Она удивленно пожала плечами. – Зимой на морозе хорошо съесть что-нибудь горячее!
– Я не ем на улице.
– Интересно, что ты вообще ешь, зануда? И где?
– Дома, за столом. Свежеприготовленные блюда из натуральных по большей части продуктов.
– Выдал. – Она отвернулась и прыснула. – Это, конечно, правильно, но скучно. Может, временами стоит делать исключения? Жизнь тем и хороша, что в ней есть порыв, желание!
– Для тебя вся жизнь – порыв, – не удержался я от ехидного комментария.
– Никогда не думала, что это плохо, – хмыкнула она. – Зато мне не бывает скучно!
– Не сомневаюсь.
Она покачала головой и обречённо махнула рукой, но спустя секунду её настрой сменился. Она озорно подмигнула, словно знала, что рано или поздно я сдам позиции.
– Мой желудок недовольно ворчит, и, в отличие от тебя, он в своих желаниях эмоционален.
– Предлагаю зайти в кафе. Там готовят более или менее нормальную пищу.
– Если для тебя в кафе более или менее нормальная пища, жуткая ты привереда.
– Какой есть.
– Ты-то есть, – подтвердила она, – а у меня денег нет.
– То-то с утра расщедрилась, трапезу из слоек организовала. – Я сцепил на груди руки. – Где же твоя дальновидность? Или голодная смерть входит в твои грандиозные планы? – Я хитро прищурился.
– Издеваешься? – Она грозно сдвинула брови.
– Нет, думаю о желудке, пострадавшем в битве между эмоциями и разумом. – Я упёр палец в место, где её брови хмурились, и слегка толкнул мечтательную особу. Она отступила на шаг. – Пойдём, умилостивим его, а то, боюсь, мне от него попадёт.
Добравшись до кафе, расположенного недалеко от метро, мы уселись за столик и стали ждать официанта. Моя спутница, отпуская в его адрес забавные замечания, увлеченно изучала меню, но я не имел возможности свободно на них реагировать: мои мысли были далеко. Неожиданно я понял, что не знаю, как к ней обратиться. Её имени я не знал! Оля, Саша, Катя, Вера, Ира… – я мысленно подбирал подходящее, но тщетно. Ни одно ей, казалось, не подходило.
– Мне неловко, – я замялся. – Дело в том… – Как же деликатней задать вопрос, чтобы не обидеть её своей невнимательностью? – Тебя как зовут-то?
– Да-а-а-а-а, – протянула она с явным наслаждением. – Дожили вы, Даня Хватцев. Имени собеседницы не знаете! Ай-яй-яй, как некрасиво! – веселилась она. – Может, попробуешь угадать? – Ирония звучала в каждом слове. Значит, задача была не из лёгких.
– У меня сегодня с воображением туго. – Я разумно отступил.
– С чего взял, что воображение понадобится? – деловито поинтересовалась она.
– Предчувствие.
– Правильно, не стоит, не догадаешься.
– Не томи, выдай уже что-нибудь.
– Эмили.
Желая лучше расслышать, я всем телом подался вперёд.
– Что ещё за Эмили! Ты иностранка?
– Наполовину.
– На какую?
Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом