Перейти к содержанию

Жизнь продолжается

Автор:

Категория
стихи и поэзия
Год издания
Издательство
Издательские решения
ISBN
9785006427112
Возрастное ограничение
12+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

В этот сборник вошли ранее неопубликованные, а так же недавно обновлённые стихи разных лет на разные темы: любовная и гражданская лирика, философские и юмористические истории, мемуары и сатира. Многие из них автобиографичны.

Жанры и темы

Читать «Жизнь продолжается» — Марк Шабашкевич онлайн

Страница 2 из 3

Отец, надевший френч с медалью на груди.
Вот бабушка моя, усохшая, седая
Молитвенник раскрыв тихонечко сидит.

А вот моя сестра. Она всегда читает.
Её не оторвать от чтения никак.
Я так её люблю, и я всегда мечтаю
О том, что мы опять бумажный склеим танк.

И здесь же рядом я, мальчишка конопатый.
И для меня давно сосед—моряк кумир.
Я вижу мир вокруг прекрасным и богатым,
Не ведая того, как зыбок этот мир…

«Народ мой – «гонимое племя…»

Народ мой – «гонимое племя».
Доколе терпеть круговерть
Несущую страшное бремя
Насмешек, погромы и смерть?

Доверив судьбу свою Богу,
Мы ждём избавленья века,
Не зная, как выбрать дорогу,
Которая будет легка.

Мелькает бегущее время,
Но давит по-прежнему гнёт
А вечно «гонимое племя»
Всё также страдает и ждёт.

Не скрасит его ожиданий
Ни сладость побед, ни успех.
Но выжив средь бед и страданий
Особым он стал среди всех…

«Родившись и живя в стране…»

Родившись и живя в стране
Борьбы и катаклизмов,
Открыл я действующий в ней
Закон социализма.

Не стоит много книг листать,
Он прост невероятно:
То, что должно бы благом стать,
Даёт эффект обратный.

Народ советский не постиг
И очень удивлялся
Тому, что благ он не достиг,
Хоть, вроде, и старался.

Напрасно удивлялся он
Терпя нужду и горе,
Там просто действовал закон,
С которым трудно спорить.

Теперь молюсь я, чтобы Бог
Не вняв дурацким стонам,
Мой Израиль предостерёг
От этого закона.

«Пурим…»

Пурим
Когда авантюристов куча
Всё разбивая в вихре шквальном,
Россию рушила замучив
В эксперименте социальном,

И сколько головы сложили,
А те, кто выжили, стонали,
По-человечески не жили,
Что есть другая жизнь, не знали.

От войн и голода устали,
Угрозы опасались НАТО.
Но выручил товарищ Сталин,
Им указав на виноватых.

Решил в Сибирь евреев выслать,
«От кар народных защищая».
И эта тень беды нависла.
Всех недовольных укрощая.

И было всё уже готово:
Бараки, списки для этапа.
Вождю осталось молвить слово,
Но тут Господь прибрал сатрапа.

Его, рыдая, хоронили,
Гадая, что же дальше будет.
И образ праведный хранили.
Ну кто за это их осудит?!

В толпе друг друга подминая
Народ в слезах и горе бился.
Евреи плакали не зная.
Что это Пурим повторился.

«Мне ночью снился странный сон…»

Мне ночью снился странный сон:
Военный чин с испитой рожей
Ко мне пристал. И хочет он
Меня за что-то уничтожить.

Пред ним тянулся я во фрунт
Стараясь как-то оправдаться.
А он считал, что это бунт,
О чём, нетрудно догадаться:

Мол, надо за родных вождей…
И до последней капли крови…
Но я проснулся по нужде
Прервав его на полуслове.

Когда б не мочевой пузырь,
Я мог бы до сих пор тянуться,
И всё нудил бы этот хмырь…
Как важно вовремя проснуться!

«Всё больше сны играют в жизни роль…»

Всё больше сны играют в жизни роль.
Реальность заменяют сновиденья.
Как будто, зная тайну и пароль,
Вступаю я в другое измеренье.

Там окружают старые друзья,
Давным-давно ушедшие родные.
И там невольно совершаю я,
Противу смысла, действия шальные.

Сон может тайное порою обнажить.
А иногда он прошлое проявит.
Но вечно, ведь, нельзя во сне прожить,
Хоть сон бывает много лучше яви.

Ведём себя мы в жизни как во сне
Не зная, что в итоге с нами будет.
И спрятавшись внутри себя и вне.
Всё ждём, и ждём что кто-то нас разбудит…

«Вчера весь день болело сердце…»

Вчера весь день болело сердце,
Грозя непоправимым срывом.
И бесполезно мерить в герцах
Его сердечные порывы.

Оно всегда служило честно,
Не требуя к себе вниманья.
И, право, просто неуместно
Его винить в своих страданьях.

Трудилось, бедное, немало,
Не признавая жизни пресной.
И столько всякого вмещало,
Что просто не могло не треснуть…

«В зарубежной русской прессе…»

В зарубежной русской прессе
Мой стишок.
Вряд ли чем-то интересен,
Вряд ли шок

Испытает там читатель
От него.
Просто тиснул мой приятель.
И всего.

Ведь в газете было место
Для стиха.
Может быть шедевра вместо.
Ха-ха-ха!

Пусть его мои знакомые
Прочтут.
Если я для них искомый,
Вот я тут.

Если вспомнят и узнают —
Хорошо!
Нет, так просто прочитают
Мой стишок.

«Из восстановленного…»

Из восстановленного
Ну, что осталось от волос? —
Смотреть нет мочи!
Какой же ветер их разнёс? —
Обидно очень.

Такие грустные дела!
Что делать с этим?
Разбить бы, к чёрту, зеркала