Но сегодня их здесь ждали – в миллионе километров от точки их выхода из гиперпространства, выстроившись в оборонительный ордер, находились две эскадры боевых кораблей, среди которых, помимо крейсеров, виднелись несколько авианосцев. С флагманом почти сразу связался командир этих смельчаков и потребовал немедленно покинуть данную систему! Его обращение транслировалось сразу на все корабли пиратов, и после него в эфире раздался дружный смех – что могут сделать две эскадры, пусть и чуть более позднего поколения, против целой флотилии!?
Пираты, по сути являясь ветеранами многих сражений, быстро оценили обстановку – она складывалась не в пользу их противников. Несколько эскадр за несколько минут перестроились в атакующий ордер и ринулись вперед, на вставших на их пути глупцов. В течение нескольких секунд, пока они стремительно сокращают расстояние до противника, бортовые орудия успеют сделать несколько выстрелов, но даже если они не попадут в цель, это не критично: на расстоянии около ста тысяч километров атакующие снова перестроятся на ходу и разойдутся в разные стороны, открывая пространство для оставшихся позади крейсеров. Те за это время успеют разобрать цели и навестись на них. Дружный залп семи эскадр нанесет значительный урон, и им, вышедшим из атакующего броска, останется приблизиться к уцелевшим кораблям противника и добить прямой наводкой. Подобной тактики Синдикат придерживался очень часто, и почти всегда она приносила результат – противник отвлекался на несущиеся на них корабли, выпуская из внимания оставшиеся позади них тяжелые крейсеры. И это ставило точку в недолгом сражении, из которого пираты выходили победителями.
Контр-адмирал Синдиката, назначенный командовать сводной флотилией, расположившись в рубке флагмана, наблюдал за происходящим вокруг при помощи трехмерной голографической карты, на которой его подчиненные действовали четко и слаженно. Десятки несущихся кораблей успели сделать несколько нестройных выстрелов, прежде чем противник ответил дружным слаженным залпом. Конт-адмирал с легкой оторопью увидел, как с карты пропали несколько зеленых точек, обозначающие его корабли. Спустя несколько мгновений противник нанес еще один, более удачный залп – на этот раз погасло сразу с десяток зеленых отметок. Противник по-прежнему держал построение и расстреливал несущиеся на него корабли пиратов – с каждым залпом гасло сразу несколько отметок. Их же нестройные и разрозненные выстрелы, как показывал ИИ флагмана, не наносили противнику никакого урона… Поняв, что к моменту, когда его атакующим ордерам, мчащимся сейчас к противнику, нужно будет свернуть, от них останется всего горстка, контр-адмирал пиратского Синдиката отдал приказ расходиться в стороны немедленно. Капитаны кораблей усердно принялись выполнять маневры, но на это требовалось время – совсем немного, но его не было.
До противника оставалось чуть менее двухсот тысяч километров… Уцелевшие пиратские корабли из первой волны полностью разошлись в стороны, открывая путь идущим вторым и третьим эшелоном. Те с ускорением ринулись вперед, стараясь как можно быстрее сократить расстояние до противника, выйти на оптимальное расстояние для тяжелых и сверхтяжелых орудий. Сто пятьдесят тысяч километров… еще несколько секунд… и пространство вокруг вдруг захлестнул огненный ад… Пустой на первый взгляд космос озарился сотнями, тысячами ярких вспышек, практически моментально гаснущими в пустом вакууме – это атакующие наткнулись на тщательно замаскированные минные поля, прикрытые полями преломления. И сейчас корабли, попавшие в ловушку, гибли, разрываемые минами и, раздираемые на части фугасами большой мощности… А сзади на них напирали корабли идущие следующей волной… Они сталкивались с огромными обломками, с умирающими кораблями, в попытке отвернуть, врезались друг в друга… кто-то предпринял отчаянную попытку увеличить скорость в надежде выйти из ловушки, но попал очередное минное поле, которыми пространство было усеяно очень плотно…
Противник же, воспользовавшись моментом, накрыв дружными массированными залпами из всех своих орудий метавшихся в западне пиратов, добивая получивших повреждения и уничтожая тех, кто чудом сумел избежать смерти и критических повреждений. Зеленые отметки на голографической карте контр-адмирала гасли уже десятками – все три эскадры, рванувшие в атаку, были уничтожены практически полностью, лишь единицы, получившие значительные, в том числе и критические, повреждения, пытались отойти в сторону от сражения, выйти из-под ударов, которыми противник по-прежнему бил по площадям…
Контр-адмирал отошел от вызванного увиденным шока – слишком давно он не терпел подобного унижения, теряя за несколько минут целые эскадры… Когда-то давно, несколько десятков лет назад, он был кадровым офицером и сам боролся с пиратами и сражался в войнах, что вела его родная цивилизация. Которая впоследствии бросила солдат в самое пекло, где они должны были погибнуть. А когда они вернулись живыми, их, обвинив едва ли не во всех смертных грехах и тяжких преступлениях, попытались убить. С большими потерями остатки и без того потрепанного отряда ушли и обосновали свою так называемую мини-цивилизацию, принявшись мстить военным и промышлять грабежами. А вскоре к ним пожаловали из пиратского Синдиката и сделали предложение, от которого нельзя было отказаться, ибо отказ означал полное их уничтожение… Так солдаты-ренегаты влились в ряды пиратской организации. Сколько сражений прошло с тех пор! Сколько раз их чуть не уничтожали! И сколько битв они выиграли – ведь изначально все в отряде были бывшими военными, прошедшими не одно сражение. Знания, заложенные ему в голову давным-давно, еще не забылись, да еще имелся большой опыт, полученный в сотнях сражений. Этот же противник оказался неожиданно крепким орешком, и легкой победы, как прежде, не будет. Нужно было действовать, и контр-адмирал принялся отдавать приказы. Подчиняясь, оставшиеся эскадры, с потрясением наблюдавшие за гибелью своих собратьев по оружию, принялись снова перестраиваться: этот раз контр-адмирал выстроил их в два эшелона, чтобы они могли вести огонь, не прерываясь на прицеливание. Пока первые отстрелялись, вторые разбирают цели и наводятся на них, и наоборот.
На карте замигали сигналы тревоги и пространство возле остатков ушедших в атаку и почти полностью уже уничтоженных эскадр окрасилось множеством красных отметок. Это авианосцы противника выпустили перехватчики, которые, словно коршуны, набросились на практические мертвые корабли пиратов, добивая их. Разумеется, что крейсер, ни другой тяжелый корабль, не по зубам ни штурмовику, ни перехватчику – слишком велика защита, но когда их, как сейчас, сотня или даже больше, то они способны расправиться даже с линкором. Навалившись все вместе, они вгрызаются в защиту, выдирая совсем по чуть-чуть, но их много, и в итоге повреждения становятся вполне серьезными. Вот и сейчас – прошло всего несколько минут, как перехватчики покинули борт корабля-носителя, а уже три крейсера, пытающихся уползти в сторону от сражения, были разодраны в клочья и пропали с карты. Еще совсем немного, и перехватчики ринутся в атаку, вклинятся в почти уже построенные в указанный им порядок. Этого нельзя допустить: они начнут раздирать крейсера, а те будут не в состоянии противостоять им – быстрые и юркие, перехватчики и штурмовики выйдут из зоны поражения, а под удар попадут свои. Единственный вариант, сулящий спасение, предусматривал массированный огонь по площади в несколько сот километров, и именно его принял контр-адмирал. Да, под огонь попадают свои же, но лучше лишиться изуродованных остатков эскадр, нежели терять полностью боеспособные корабли. Да и что значат несколько десятков человеческих жизней, когда на кону стоит несколько тысяч…
– Внимание, тревога! – безучастным тоном сообщил бортовой ИИ. – Зафиксировано РЭБ-излучение. Рекомендую немедленно выйти из зоны покрытия. Внимание, тревога…
Контр-адмирал нахмурился. Какая еще РЭБ-атака?! У него во флотилии не было подобных кораблей, у противника он их тоже не наблюдал. Ошибка? Сбой? Ладно, некогда гадать, сейчас нужно уничтожить перехватчиков и штурмовиков, продолжавших раздирать израненные и сильно поврежденные крейсера. По его приказу почти все корабли, оставшиеся в строю, открыли огонь по указанному квадрату. Там, где несколько секунд назад находились корабли, вскипела огненная буря, пожирая всех без разбора, всех, кто попался ей…
– Внимание, тревога! – повышенным тоном, явно обращая на себя внимание, но все также безразлично сообщил бортовой ИИ. – Зафиксированы множественные объекты. Вероятность атаки 99,99%. Вероятность получения урона 99,99%. Внимание, тревога…
На карте перед контр-адмиралом с тыла построенных им эскадр появилось множество красных отметок, быстро приближающихся и охватывавших широким веером. Брандеры! Небольшие суда, не имевшие экипажа, несущие заряды большой мощности, и предназначенные лишь для единственной цели – сблизиться с целью и, столкнувшись, подорвать себя и цель. Но как они оказались в тылу?! До столкновения, если учитывать их скорость, осталось всего несколько минут…
Почти в эту секунду подобные отметки вспыхнули и с левого фланга – даже беглого взгляда было достаточно, чтобы примерно оценить: не менее пяти десятков! Контр-адмирала вдруг осенила догадка: их тут ждали! Иначе откуда минные поля, спрятанные брандеры? Это просто ловушка, в которую он полностью влез. Но еще можно попытаться переиграть ситуацию в свою сторону. Хотя его многолетний опыт говорил о том, что сражение, едва начавшись, уже проиграно… Но еще можно было что-то предпринять, постараться уменьшить потери, спасти хоть какую-то часть флота… Контр-адмирал рванул ворот формы, чувствуя, как противный липкий пот ползет по спине, и вышел в эфир на аварийной частоте, транслируемой на все корабли:
– Противник с тыла! Пятой, седьмой и девятой эскадрам – экстренный маневр! Уничтожить противника! Восьмой, двенадцатой, четырнадцатой эскадрильям – огонь по противнику с левого фланга! Одиннадцатой и тринадцатой эскадрильям – экстренный маневр! Остальным – огонь по врагу с фронта…
– Внимание, тревога! – перебил его ИИ. – РЭБ-атака, зафиксировано критическое излучение! Угроза отключения некоторых…
ИИ замолк одновременно с тем, как вырубилось освещение и вся аппаратура на флагмане. Голо-карта погасла, темнота, прерываемая лишь миганием аварийных сигналов, наступила на всем корабле. Не работало ничего – ни освещение, ни связь, все системы были отключены. Через несколько секунд флагман получил несколько сильных ударов, от которого его сотрясло до самого основания. Мгновения, в течение которых на корабле не работало все, растянулись практически до бесконечности…
– …все системы перезагружены вследствие чрезмерно допустимой перегрузки, питание переведено на аварийный источник, – ожил ИИ, продолжая говорить с полуслова. – Внимание, опасность! Множественные повреждения! Разгерметизация первой палубы, отсеки с пятого по девятый… Внимание, опасность! Повреждения ходовой части, мощной силовой установки 65%… Внимание, мощность реактора 45%… Внимание, критические повреждения аварийно-спасательного отсека, целостность отсека 35%…
Наконец-то включилась голо-карта. Слабо мерцая и прерываясь, она показывала обстановку вокруг пиратской флотилии. Беглого взгляда хватало, чтобы понять, что сражение проиграно… Четыре эскадры, первые пошедшие в атаку на малочисленного врага, были уничтожены, пятая и седьмая эскадры, попавшие под массированную атаку брандеров и принявшие на себя основной их удар, практически перестали существовать: всего с десяток крейсеров – остатки двух эскадр, пытались развернуться, чтобы встретить огнем очередную волну брандеров, если таковая снова появится. Еще три крейсера уносило в сторону от места сражения, но они даже не пытались выровнять свой курс – возможно, получили критические повреждения… Шестая и девятая эскадры несли потери от дружных залпов противника, медленно сближающегося и расстреливавшего их как в тире, но, тем не менее, отвечали разрозненными залпами из всего доступного вооружения. Десятая эскадра, пытавшаяся отбиться от набросившегося на нее роя штурмовиков и перехватчиков, была обречена – системы наведения крейсеров не успевали за юркими и быстрыми машинами, и зачастую их выстрелы поражали свои же корабли, находящиеся по соседству… Остатки восьмой и двенадцатой эскадр старались повторить маневр одиннадцатой и тринадцатой, выйти из зоны поражения брандеров… И лишь четырнадцатая и пятнадцатая эскадры, понесшие минимальные потери, отчаянно отстреливались от врага – противник нес потери от их огня. И это был шанс, шанс повернуть неминуемое поражение в победу, хотя она и будет являться пирровой – такие потери не прощаются. Контр-адмирал почти моментально прокрутил в голове возможные варианты.
– Четырнадцатая и пятнадцатая эскадры, плотный огонь по противнику! Восьмая и двенадцатая, прикрываете их с флангов! Одиннадцатая эскадра, приготовиться к ускорению, курс на противника! Шестая и девятая, продержитесь еще немного, мы попытаемся контратаковать их…
Внезапно подсознание уловило, как что-то вдруг изменилось на поле боя. Лишь мгновение спустя контр-адмирал понял, что именно: штурмовики и истребители врага, терзавшие десятую эскадру и почти уничтожившие ее, вдруг бросили свое занятие и теперь стремительно уходили к своим кораблям-носителям. Это давало шанс уцелевшим и израненным пиратским судам перестроиться и присоединиться к остальным эскадрам – враг понес потери, а контратака нескольких эскадр должна полностью его уничтожить. Но почему тогда не отпускает какое-то мрачное предчувствие?! Командор сводной флотилии пиратов постарался отогнать от себя все нехорошие мысли и предчувствия, и настроиться на дальнейшее сражение – да, он понес значительные потери и готов понести за это наказание, но это вина не его: откуда он мог знать, что противник расставил здесь такую тщательно спланированную и замаскированную ловушку? В этом вина полностью лежит на разведке – ведь они довольно долго проводили разведку этой галактики и не сумели распознать готовящейся западни. Тем временем ИИ флагмана рассчитал оптимальный момент для атаки – требовалось еще несколько секунд, прежде чем отдать приказ об контратаке.
– Внимание! Зафиксировано формирующаяся точка выхода из гиперпространства!
Сообщение ИИ не внесло ясности в происходящее. Голокарта, подчиняясь воле человека, сфокусировалась на пространстве в нескольких сотнях километров позади от флагмана – там чернота космоса начало кривиться, изгибаться и закручиваться, принимая форму воронки. Плохое предчувствие, которое контр-адмирал было отогнал прочь, снова захлестнуло его – кроме его флотилии, здесь никого не должно быть! А это может означать лишь одно… через пару мгновений выход сформируется, из него посыплются корабли, и навряд ли они идут к нему на помощь. Совет Синдиката и так был против того, чтобы отправлять такое количество кораблей, считая, что с задачей можно справиться и намного меньшими силами. Если он хочет сохранить хоть какую-то часть флотилии, то ему остается лишь одно…
– Всем эскадрам! Срочный отход…
Его голос потонул в шуме и треске помех – это снова включилось в работу РЭБ-подавление.
– Внимание, тревога! РЭБ-атака, предельное излучение! – своим обычным, беспристрастным голосом сообщил искусственный интеллект корабля, – Внимание, перегрузка! Работа…
ИИ замолк на полуслове, и снова, не выдержав жесткого излучения, отключились все системы, в очередной раз погружая флагман в темноту и тишину. Флагман затрясло от попаданий по нему противником. Контр-адмирал в сердцах ударил кулаком по панели перед ним. Где эти корабли?! Куда противник спрятал их?! Откуда они подавляют работу всех систем его кораблей?! Судя по мощности излучения, они должны находиться где-то неподалеку, иначе просто не смогли выдать такую мощность излучения.
– Внимание, разрушение обшивки второй палубы! – ожил голос ИИ, одновременно с ним запустились и все вырубившиеся было системы. – Внимание, уничтожение отсеков с девятого по пятнадцатый первой палубы! Внимание, пожар в системе жизнеобеспечения второго уровня, отсеки третий, пятый, шестой, восьмой! Внимание, уничтожение орудий второго уровня с пятого по девятый! Внимание, повреждения гипердвигателя! Мощность 65%… Внимание, уничтожение отсеков…
Контр-адмирал не слушал доклад искусственного интеллекта – его взгляд был прикован к голокарте: в полста тысячах километрах в стороне, среди мертвого пространства, висели РЭБ-корабли, числом не менее двух эскадр. Прежде они находились под прикрытием полей преломления, потому и не удавалось их обнаружить, но сейчас мощности их генераторов, выдавших сильнейший импульс, не хватило для поддержания их работы. То ли корабли их прикрытия вступили в бой, то ли противник понадеялся, что они останутся незамеченными, но они были в данный момент без охраны.
– Внимание, тревога! – не замолкая, докладывал искусственный интеллект, – Обнаружен вражеский флот! Внимание, тревога! Зафиксирована массированный запуск ракет! Внимание, тревога…
Контр-адмирал не стал слушать доклады: он прекрасно видел, как из воронки вывалились десятки тяжелых кораблей, и все еще продолжали прибывать. Опытный солдат и командир, он понимал – это конец. От большого количества кораблей, высыпавших в реальный космос, его потрепанной флотилии не уйти. Первый залп достигнет целей спустя всего пару десятков секунд и значительно проредит построившиеся для атаки эскадры. Второй и третий залпы довершат начатое, и корабли противника перейдут в ускорение, чтобы добить уцелевших, которых к тому времени останется совсем немного… Значит, остается лишь единственный выход в этом уже проигранном сражении. Когда-то это должно было произойти…
– Всем эскадрам! Самостоятельный отход к точке гиперпрыжка…
Флагман несколько раз сильно тряхнуло – это в него попало несколько ракет врага. На панели управления кораблем замигала целая россыпь ярко-красных индикаторов, включился световой сигнал аварийного оповещения, ИИ не успевал перечислять очередные полученные кораблем повреждения. Но отвлекаться на его доклады было некогда: контр-адмирал, переведя управление огромным флагманом на себя, отключил большинство систем, пытаясь высвободить из израненного, едва живого судна как можно больше энергии. Задав максимум скорости, которую можно было развить, он направил полумертвый флагман к РЭБ-эскадрам, переводя всю доступную сейчас энергию на боевые системы. Противник, видя его маневр, открыл по нему массированный огонь, но контр-адмирала было уже не остановить – он из последних сил рвался вперед, не обращая внимания на тряску от попаданий по нему, на завывания несмолкаемых ни на секунду сигналов тревоги, на отключения множества систем флагмана…
Подчиняясь командиру, полумертвый флагман, преодолев около сотни километров, дал залп сразу из всего вооружения, что имелось на его борту – спустя несколько секунд выпущенные им ракеты, снаряды и заряды достигли разбегающиеся в разные стороны цели. Контр-адмирал завопил, видя, как разваливается на куски один из РЭБ-кораблей, как расцветают огненные вспышки на втором, и он сталкивается с другим кораблем. И снова удар по системам управления вооружением, и снова к врагу мчатся десятки ракет, выплевывают из себя заряды уцелевшие орудия, и снова попытка выжать максимум из уже практически мертвого корабля… Впереди ждет гибель – из этого боя ему не вернуться, это контр-адмирал понимал, но, даже если бы у него сейчас была возможность спастись, он бы отказался от этого. В Синдикате, которому принадлежал вот уже много лет, не умели прощать подобные поражения, и в итоге его все равно бы ждала смерть. Так лучше погибнуть здесь, в бою, захватив с собой как можно больше противников, чем погибнуть с позором на базе Синдиката. До которого вряд ли кто из остатков его флотилии сможет добраться…
Флагман накрыли сотни ракет и импульсных зарядов, залпом выпущенных десятками кораблей противника – от расцветшего яркой огненной вспышкой корабля остались лишь мелкие обломки… Продиравшиеся к окраине системы остатки пиратской флотилии теряли последние свои корабли, кто-то, слабый духом, решил сдаться победителю, многократно превосходящему численностью и огневой мощью, но тот не брал пленных – в его планы входило полное уничтожение пиратов. Чтобы добраться до территорий Синдиката без поврежденных гипердвигателей, не было и речи, вызвать подкрепление или попросить помощи тоже не получалось: РЭБ-эскадры наглухо перекрыли такую возможность, связи не было даже между кораблями. Единственным выходом было попытаться добраться до небольшой окраинной системы, расположенной практически на самом Рубеже, которую пираты изредка использовали в качестве перевалочной базы. Молясь всем, кому только было можно, и проклиная всех на свете, в первую очередь, себя, экипажи полуразрушенных кораблей делали все возможное, чтобы их суда протянули еще немного…
Последнее решающее сражение произошло практически на орбите единственной пригодной для жизни планеты системы. Когда-то их в ней было несколько, но за долгие десятилетия добычи полезных ресурсов система была выработана почти полностью, чудом сохранилась лишь одна планета, балансируя на грани гибели. Несколько десятков поврежденных и изодранных кораблей – все, что осталось от флотилии пиратов, преследуемые уничтожающим их противником, почти добравшись до Рубежа, поняли, что преследователи не остановятся, будут преследовать, пока не уничтожат последнего из них. Сражения, как такового, не было – с горсткой кораблей, прикрывавших посадку на планету, противник разобрался очень быстро и принялся уничтожать успевших спуститься на поверхность планеты…
Командование Стального Легиона не могло не оценить удобное расположение этой мертвой системы. В стороне от всех, она не интересовала никого, и вполне была пригодна для создания небольшой базы. В ней удобно было расположить некоторое количество подразделений, способных в кратчайшие сроки отправиться практически во всех направлениях. Правительство галактики, являющееся владельцем этой, по сути, ненужной системы, с радостью продало ее Стальному Легиону, оформив сделку в соответствии со всеми межгалактическими нормами и законами. Оно вообще, оценив масштаб произошедшего сражения и количество уничтоженных кораблей пиратов, хотело просто подарить ее, но претор Суаш был непреклонен: только официальная продажа. Понятно, что правительство опасалось мести со стороны Синдиката за свою потерянную флотилию, и потому нахождение здесь такой мощной силы, давало им защиту от пиратов. А саму систему, до того бывшую безымянной и имевшую лишь числовое обозначение, назвали Пограничной из-за ее близкого расположения к Рубежу…
Опасения насчет мести оказались вполне обоснованными – несколько раз Синдикат направлял сюда свои флотилии, но в жарких сражениях с силами Стального Легиона терпел поражения. В ответ на их действия было проведено несколько рейдов за Рубеж, где никто не ожидал появления легионеров. Поняв, что галактика в данный момент принадлежит сильному и мощному противнику, Синдикату пришлось отказаться от набегов на нее, тем самым практически признав свое поражение. Нападение на любые территории цивилизации, у которой со Стальным Легионом был заключен военный союз, означало, что, спустя несколько часов на территории Синдиката, сразу в нескольких галактиках, появятся огромные силы, противостоять которым сразу и везде было невозможно…
…Беседу с задержанными учеными, вернее, со старшим в их группе, вел офицер из службы противодействия шпионажу или же, как их попросту называли, контрразведки. Вся информация записывалась, чтобы в дальнейшем ее могли обработать еще и умники из аналитического отдела. Также была установлена различная аппаратура, предназначенная для того, чтобы поймать ученого на лжи. Помимо своего начальника, присутствовало еще несколько офицеров – все они в свое время успели прослужить какое-то время под командованием Суаша, пока тот не подал в отставку. И были одними из первых, кто последовал за ним.
Ученый явно чувствовал себя, что называется, не в своей тарелке – растерянный, немного нервничал, и никак не походил на шпиона. Среднего роста, щуплый, немного рассеянный и растерянный… Да и за чем было шпионить кому-либо в этой безжизненной системе, где нет практически ничего, кроме небольшой базы, на которой базируется всего лишь эскадра штурмовиков? Выяснить, как быстро они смогут отреагировать на возникшую угрозу нападения? Так это проще выяснить, введя в систему какой-нибудь военный корабль и засечь практически по секундам время, за которое до него доберется дежурная смена. Так зачем они здесь? На ученого, как и на других в их компании, уже было получено досье, которое уже успели изучить спецы из контрразведки. И тут возникли вопросы… Вот все вроде бы нормально, и не верить источникам, предоставившим его, не было повода, но в нем были «белые» пятна. Да, был такой ученый, родился-жил-учился, имел научные степени-грамоты-благодарности, одним словом, вполне успешный молодой ученый, которому вполне светит карьера ученого, но в какой-то момент он вдруг пропадает. В течении нескольких лет о нем, как говорится, ни слуху, ни духу. В его биографии значится лишь то, что он работает в какой-то частной компании, название которой состоит из аббревиатуры и непонятно кому принадлежащей. Все попытки узнать что-либо более подробно о ней терпят неудачу. После нескольких лет ученый вдруг снова появляется в, так сказать, свободном доступе: работа в институте, работа над научными проектами, участие в каких-то экспериментах и нескольких исследованиях по заказу какого-либо министерства правительства своей цивилизации. И вдруг снова он пропадает на целых пять лет, и снова в его биографии значится, что он работает на очередную частную компанию, о которой выяснить что-либо более подробно не удается. Странно? Еще как! Что это за компании, о которых не удается ничего узнать? Почему ученый, делающий успехи на научном поприще в одном из вполне успешных институтов, вдруг бросает все и уходит работать в частную компанию? После нескольких лет, в течение которых о нем ничего не было известно, он вдруг снова появляется, и снова работает в том же институте или уже другой научной организации. И подобное происходит едва ли не со всеми членами их группы…
– Я повторю вопрос, который вам задавал наш коллега, задержавший вас, – начал контрразведчик, – Кто вы и с какой целью неофициально, можно сказать скрытно, прибыли в чужую систему?
– Простите, мы не были в курсе, что эта система и планета принадлежит вам. По нашим данным и картам, она должна принадлежать цивилизации, на чьей территории находится. Но она является мертвой и заброшенной, и неинтересна хозяевам…
– Следовательно, это дает вам право вторгаться на чью-либо территорию?
– Нет, конечно… Мы думали, что не будет катастрофой и серьезным преступлением, если мы посетим мертвую систему и практически безжизненную планету ради научного интереса…
– У вас имеются документы, подтверждающие, что вы действительно являетесь учеными и находитесь здесь с исследовательской миссией? А также разрешение от властей галактики на проведение подобных работ?
– Нет… – сник ученый.
– Ваши карты врут, – после короткой паузы продолжил говорить офицер из контрразведки. – Эта система с окончания войны Рас принадлежала местной цивилизации, здесь вы правы. Но вот уже несколько лет, как она находится в частной собственности. И ваш визит, никем из ее нынешних владельцев не санкционированный и ни с кем не согласованный, мы – Стальной Легион, официальный ее владелец, вправе считать открытым вторжением в систему Пограничная. И, в соответствии с межгалактическими правилами и законами, имели и имеем полное право уничтожить вас как агрессора. Или выдворить вас за пределы нашей территории, сдав в руки спецслужб вашей цивилизации или галактики…
Датчики и вся прочая аппаратура, фиксировавшая у ученого растерянность и досаду, вдруг изменила свои показатели при последних словах. Она показала, что ученый испытал приступ страха или испуга. Это подтвердили и показатели характеристик его организма. А это было уже интересно! Тем временем, несмотря на то, что это у него плохо получалось, ученый постарался взять себя в руки.
– Я это понимаю… – буркнул ученый. Посмотрел на собеседника: – Я не вру, мы не знали, что эта система принадлежит вам. А делать разрешение, как вы предложили… это заняло бы уйму времени. Я от всей нашей исследовательской группы приношу вам извинения за вторжение в вашу систему и заверяю, что мы готовы покинуть ее в течение нескольких часов.
Контрразведчик, слушая ученого, успел бросить взгляд на данные аппаратуры и перестроить дальнейший диалог. Откинувшись в кресле, он с легкой улыбкой посмотрел на сидевшего перед ним:
– Вы ее покинете, это само собой разумеется. Но не все так просто… Мы вызовем сюда представителей спецслужбы вашей цивилизации, занимающейся нарушителями подобно вам. Пусть они сами решают, как с вами поступить…
И снова аппаратура фиксирует эмоциональный всплеск и изменение параметров организма ученого.
– Не надо никого вызывать… У нас, как бы это правильно сказать, несогласованные исследования…
– То есть, вы не только тайком прокрались на территорию чужой цивилизации, незаконно проникли на частную территорию, но еще и не согласовали ни с кем из своих эти ваши исследования? Так что же это за эксперименты такие?
– Хорошо, я вам все расскажу. Только, пожалуйста, прошу, не нужно никого сюда вызывать?
– Этого я вам, увы, не могу обещать: все зависит от того, насколько честны и правдивы вы будете. Итак?
Ученый несколько мгновений помолчал, собираясь с мыслями, затем начал говорить:
– Меня зовут Зират Лауди, я действительно ученый. Имею ученую степень и несколько наград. Мои товарищи, прибывшие со мной, также имеющие ученые степени, старшим среди нас я являюсь по всеобщему решению. У себя дома, я имею в виду галактику Хор, мы работали в различных научных организациях и институтах – проводили исследования и эксперименты. На каждого из нас вышли правительственные спецслужбы, в итоге все мы так или иначе, стали работать на них. Вернее, не совсем так: фактически мы работали на какие-то организации, не имеющие ни к правительству, ни к спецслужбам, абсолютно никакого отношения. Но я думаю, что это были фиктивные компании, созданные правительством для проведения каких-либо исследований в запрещенных им же областях науки. Разумеется, все это проходило под строжайшей секретностью. Для работ отбирались ученые вроде нас, которым давали заказ на исследования, и которые их проводили. Если все заканчивалось вполне успешно, то о проводимых экспериментах никто так и не узнавал, а в случае провала или же утечки информации виновными оставались те, кто проводил исследования. Спецслужбы, как и правительство, о своем участии в них умалчивали. И заставляли молчать и исполнителей, а они умеют это делать, уж поверьте…
– Что дальше?
– Дальше… После нескольких неудачных экспериментов, которые, к счастью, не привели к трагедии, мы оказались временно отстранены от работы и от научных работ в целом, пока шло разбирательство и поиск виновных в неудачах. В общем, через какое-то время нам разрешили вновь заниматься научной работой, но, в связи с получившей огласку аварией, правительство расширило список запрещенных к исследованиям направлений науки. Таким образом, мы все остались не у дел…
– Почему? Ведь ученым, тем более, таким, как вы – имеющим ученые степени, звания, научные труды и прочее, думаю, несложно найти достойную работу?
– Не все так просто, как кажется на первый взгляд. Можно, я с вами согласен, но ведь придется перестраиваться, что порой сделать не совсем просто… – видя, что его не совсем понимают, Лауди слегка замялся. Собравшись с мыслями, он постарался объяснить более доходчиво: – Вот, грубый пример, что было понятнее. Допустим, что все вооруженные силы и прочие военизированные службы оказались под запретом и были распущены. Вы, военный, остались, как это было в нашем случае, не у дел. Вы можете найти работу, правильно? Но это будет не та работа, к которой вы привыкли и которую знаете и умеете делать. Чтобы выполнять функции новой работы, вам придется перестраиваться и, вполне возможно, даже переучиваться.
– Кажется, я вас понял. Продолжим?
– После проведенных правительством реформ под запретом оказались многие сферы науки. Огромное количество высококвалифицированных специалистов оказались буквально выброшены в никуда. Да, кто-то из них сумел, как вы сказали, найти новую работу; кому-то повезло устроиться практически по специальности; кто-то умудрился устроиться в институты и университеты на преподавательские должности; кто-то был вынужден остаться работать на спецслужбы… Кто-то же, как и мы, остались нигде и ни с чем…
– Ну хорошо, допустим, что все так и было. Но объясните мне, почему вы выбрали именно эту систему и эту планету? Ведь систем, подобных этой, полно и намного ближе к галактике Хор? Но, тем не менее, вы предпочли отправиться именно сюда, через несколько галактик, и все ради того, чтобы, уединившись ото всех, заниматься исследованиями. Не особо что-то верится…
– Почему именно эта система… – Лауди ненадолго задумался, словно собираясь с мыслями. – Все мы, как я уже говорил, работали на правительство и различные спецслужбы. Поэтому мы имели доступ к различной секретной информации. Нередко нам приходилось копаться во всевозможных архивах, изучая результаты различных экспериментов, которые считались уничтоженными. Разумеется, что все они также были засекречены. И однажды нам попался отчет о том, что в небольшой ресурсной системе проводятся уникальные исследования и эксперименты. То, что в системе активно велись разработка и добыча ресурсов, и усиленная охрана являлись отличным прикрытием. Мы, рискуя не только работой, но и свободой и даже жизнями, сумели по крупицам вынести и затем, собрав воедино всю информацию, просчитать координаты и вычислить местонахождение этой планеты. Судя по ним, это именно та, на которой ваши люди задержали нас!
– Вынужден вас огорчить: ни на этой планете, ни на какой-либо другой в этой системе не ведутся ни добыча ресурсов, ни какие-либо исследования. Так что вы ошиблись с координатами…
– Нет! Ошибки быть не может! Мы проверяли, а затем перепроверяли все десятки раз! Это именно та система и именно та планета!
– И все же вы ошиблись, уважаемый Лауди. Мы исследовали всю эту систему полностью – вы можете нам поверить в этом. Пусть научный комплекс – или что там должно быть – мы не сумели обнаружить из-за отличной маскировки, но уж добычу ресурсов мы точно заметили бы!
– Дело в том, что… – ученый немного поколебался, словно решая, продолжать рассказывать или нет. В конце концов, приняв решение, он поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза офицера: – Вы и не могли обнаружить ни того, ни другого. И дело не в том, что вы плохие специалисты. Просто это происходило несколько веков назад!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
