Аарне Лутта
Шоферские истории
Аарне Лутта
Шоферские истории
Рассказы о Толяне. Домовой
Пролог: Представьте себе улыбку Челентано во все тридцать два зуба.
Представили?
Теперь дополните это глубоко посаженными глазами, орлиным носом и темными волосами, и получите отнюдь не лицо кавказской национальности, а моего друга Толяна. Рассказывать о нем можно бесконечно. Толян обладал способностью влипать во всевозможные истории. Конечно, он всегда выпутывался из них – когда удачно, когда не совсем. Но всем своим существом исповедовал принцип «Что за жизнь без приключений? Просто ужас, а не жизнь!». Приключения, как правило, носили односторонний характер, потому что охоч Толян был до женского полу, как кот до валерьянки! Девицы менялись с непостижимой быстротой. Серьезных отношений естественно не было, Толян все же был женат, расставаться с супругой тогда еще не собирался, но поделать со своей любвеобильной натурой ничего не мог, да и не пытался, честно говоря. И красавцем-то назвать его было нельзя! Небольшого роста, атлетическим сложением не блистал. Худой и жилистый. Чем он очаровывал женщин, для меня и по сей день остается загадкой. Ну и, естественно, беспорядочные половые связи порой выходили боком. Толян был частым гостем у венеролога, и прозвище «санитар», которым его наградили мужики в гараже, было заслуженным. Причем, он никогда не относился к своей хвори как к чему-то трагическому. Ну, намотал и намотал – с кем не бывает! Примерно так же мы относимся к простуде. Познакомились мы с ним уже не помню при каких обстоятельствах, и было это, по-моему, в самом конце 80-х, прошлого, двадцатого, века. Встреча оказалась судьбоносной, ибо с тех пор мы уже не расставались, ну, во всяком случае, пока я не уехал. Да и то, изредка приезжая, всегда старался его отыскать или, по крайней мере, интересовался судьбой друга и напарника.
Был у меня дом. Старинный. Большой, хороший, с баней и электричеством… Просто – сказка, а не дом. И даже с домовым! Но, о домовом – позже… И находился дом в лесу, на берегу Ладоги, километрах в четырех от населенного пункта. До ближайшего соседа было около километра. Короче – хутор. А жил я сам в городе, так что дом использовался в качестве дачи. И вот, однажды, привез туда Толяна.
Что можно было, впоследствии, охарактеризовать словами профессора Преображенского: «Пропал дом!».
Нет, не подумайте! Все оставалось на своих местах, было цело и даже приумножено, но тишь, гладь и божья благодать присутствовать перестали. И даже домовой притих, зашхерился и не давал о себе знать. Потому, что Толян очередную склеенную девицу вез на хутор попариться в бане. А поскольку девиц было преизрядно, и менял их Толян постоянно, то приехав на хутор, нередко можно было застать там Толяна с очередной «скорой половой помощью». Отдыхал Толян, как и работал, на полную катушку. Как тот некрасовский мужик, который «до смерти работает, до полусмерти пьет». Ну, а этот, плюс ко всему, еще и девок топтал со страшной силой! Но, в работе тоже был зверь – и водитель и механик высшей пробы! При этом – не жмот, душа нараспашку! Мог поделиться с ближним последней рубахой.… И гульба на хуторе приобретала просто феерический размах! Ели, пили, веселились, посчитали – прослезились. Рано или поздно деньги заканчивались, Толян вновь уходил в рейс, молотил как папа Карло, возвращался, и все начиналось по-новой. Однажды, в пятницу, в конце декабря, под Новый год он заявился ко мне:
– Поехали на хутор! Я в Питере с такими двумя девчонками познакомился – класс! Оттянемся по полной!
– Там две недели не топлено, промерзло все. Да и дела у меня вечером в городе. Надо к шести на вокзал подъехать к поезду, забрать кое-чего…
– Во! Так они поездом и приедут! Они машину знают мою, подойдут сами. Скажешь, что я тебя прислал. А я останусь дом и баню топить!
– Хм… Ну, поехали!.. – уговаривать долго меня не пришлось. Тоже, тот еще был тогда…
– В магазин заедем – надо закуски и выпивки набрать! – воодушевился Толян.
В магазине он закупил огромное количество разнообразных продуктов и напитков, из чего я сделал выводы, что фиеста эта, как минимум, дня на три, в два захода погрузил всё в багажник, и мы тронулись. На дорогу ушел примерно час. Из них полчаса от трассы лесом, по раздолбаной лесной дороге. Подъехав, наконец, к дому, Толян развернулся и выключил фары:
– Давай, иди открывай! Я припасы выгружу…
Дверь со скрипом открылась, я вошел и щелкнул автоматом счетчика. Вспыхнувшая лампочка осветила заиндевелые окна. Сложив дрова в топке, и приготовив розжиг, открыл зольник в трубе и, сунув туда несколько старых газет, поднес спичку. Иначе, если дымоход не прогреешь, весь дым пойдет не в трубу, а внутрь. Газеты прогорели, я поджег растопку. Береста с треском, закручиваясь, загорелась, огонь жадно охватил смолистые поленья. В трубе загудело… Дверь распахнулась, вошел Толян:
– О!.. Затопил уже!.. Щас я остальное всё из машины принесу!
– Давай, неси! Свет в бане и на улице я включил, бери ведра и начинай воду таскать!
– А насос?! – возмутился Толян.
– А насосом летом будем пользоваться! Давай, давай! Разомнись!..
Толян, ворча, подхватил ведра и вывалился на улицу. Через полчаса в доме уже немного потеплело. В спальне был затоплен еще и камин.
– Ну, давай, езжай! – Толян нетерпеливо посмотрел на часы – А то опоздаешь к поезду еще!..
– Не опоздаю, не бойся! – я поймал брошенные мне ключи,
– Топи печки, не забывай в баню каждые сорок минут дрова подкладывать… Да!.. Тут домовой у меня живет, так что ты не пугайся, если по чердаку ходить будет. Он вообще то безобидный.
– Что?! Какой на хрен домовой?! Бабкины сказки это все!.. Нет их, и не верю я во все эти басни!.. Домового еще придумал! Девок пугать будешь, когда привезешь! Давай, езжай скорее!..
Подъехав через час к вокзалу, я встал на стоянке под фонарем и приготовился к ожиданию. Минут через пятнадцать в окно постучали. Открыв дверцу, я обнаружил двух весьма симпатичных девушек лет по двадцати.
– Ой! Извините. Мы, наверное, ошиблись!..
– Думаю, что нет, – я с удовольствием окинул их взглядом, – Вы ведь к Толику приехали?
– Да, а где он сам? – невысокая блондинка вопросительно уставилась на меня большими голубыми глазами
– Ждет нас и топит баню. Меня просил вас встретить и привезти. Поехали? – улыбнулся я, открывая багажник.
Девчонки переглянулись, затем, кинув сумки в багажник. разместились в машине. Я уселся за руль. Красная «пятерка», резво развернувшись, помчалась на выезд из города.
– А куда мы едем? – с любопытством повернулась ко мне усевшаяся рядом Лена. Ее подругу, устроившуюся на заднем сидении, звали Инной.
– Недалеко, километров двадцать пять. Потом еще пять километров по лесу – и вас встретит теплый дом, жаркая баня и стол с выпивкой и закуской. Ну, и Толик собственной персоной, разумеется!
Дорога летела под колеса, заснеженные деревья мелькали по сторонам. За разговорами время прошло незаметно. Наконец, свернув на лесную дорогу, мы, покачавшись на колдобинах и взяв штурмом заснеженный подъем, подъехали к хутору. Из трубы дома валил дым, однако баня признаков жизни не подавала. Что еще приключилось? Я, выскочив из машины, зашел в баню. Там было довольно тепло, но не настолько, чтобы париться. Так, комнатная температура. Наверняка Толян уснул и дров не подложил. Вот все и прогорело. Накидав в топку дров, я разжег печку и вышел из бани. Девчонки выбрались из машины.
– Красиво как!.. – Инна посмотрела на звездное небо и запорошенные снегом сосны.
– Сейчас будет еще красивей! – я приглашающее кивнул и направился к дому.
– Мы покурим пять минут, хорошо? – Лена, улыбнулась мне и щелкнула зажигалкой.
Подходя к дому, я услышал довольно противное и немузыкальное громкое пение, доносившееся изнутри. Ну, бля!.. Напарничек!.. Он что, в ожидании нас нализаться успел, что ли? Вроде, непохоже на него, учитывая, что в одиночку Толян не пьет, да и в этой ситуации, когда должны приехать девушки, нажираться было крайне неразумно. Странно. Я поднялся на крыльцо и потопал ботинками, стряхивая снег. Пение прекратилось, и раздался громкий вопль Толяна:
– Не входи, бля! Сейчас топор брошу нах!!!
– Толян, ты что, вообще охуел?!! – заорал в ответ я, – Белочку поймал что ли?! Нажрался в одну харю, да еще и баню погасил, алкаш хренов! Я девчонкам баню пообещал, а теперь ее топить снова часа два придется!..
Я рывком открыл дверь, и с удивлением воззрился на сидевшего посреди комнаты на табуретке, трезвого и перепуганного Толяна. Одной рукой он сжимал тяжелый охотничий нож, которым я обычно колол лучину для растопки, второй – топор.
– Толян, что стряслось?! – не на шутку забеспокоился я.
– Бля!.., – Толяна реально колотило, – Ну, нахер, твой хутор с твоим домовым!.. Сижу в доме, все нормально! Сорок минут прошло, пошел в баню дров подкинуть…. Только дошел до бани – свет потух! Ну, думаю, автомат выбило, наверное, потребителей дохрена включено…. Дров подкинул, пришел, автомат включил, все повырубал, кроме телевизора и двух лампочек дома и в бане. Сижу дальше, кино смотрю. Еще сорок минут прошло, опять только к бане подошел – снова свет вырубило!.. Мне, уже не по себе стало! Пришел. Все опять включил… Потом по чердаку что-то ходить начало! И шаги такие… тяжелые!.. Потом телевизор выключился. Сам! Я к нему не подходил даже!.. А потом оно уже за дверью что-то уронило… Я ору – Кто там?! А там не отвечают. Схватил нож и топор, думаю, вы меня живым не возьмете!.. Чего ты ржешь?!!
– Я же сказал тебе – домовой тут живет, – сквозь смех, проговорил я – Кто кричал, что это все херня и бабкины сказки?! Вот он и решил тебя проучить! Повежливей надо!.. – я подошел и включил телевизор, – Видишь, все работает!
– Ты пришел. Вот он и успокоился. Я тут один больше не останусь! А девки где? – Толян беспокойно уставился на меня, – Не встретил что ли?
– Встретил, на улице курят.
Он выскочил за дверь, откуда тотчас же раздался радостный визг девчонок и хохот Толяна…
…Уже после жаркой бани, прыганья в сугробы, веселого застолья и бурного секса, мы с Инной разместились в широком кресле у камина в спальне, и смотрели на пляшущие языки огня. Из колонок, под шелестящий ритм джазовых барабанов, негромко вздыхал саксофон. Девушка сидела на широком подлокотнике, держа одной рукой сигарету и совершая другой недвусмысленные поползновения под намотанную вокруг моих чресел простыню…
– Ну, куда ты торопишься? – я лениво потянулся, – Давай отдохнем. Тем более, сейчас наверняка сюда Толян наведается, что-то его давно не было.
– Они, наверное, спя-я-ят! – промурлыкала Инна, не прекращая вольничать уже обеими руками, и явно не собирающаяся отдыхать. – Блин!!.. Вспомни заразу – появится сразу!.. – недовольно прокомментировала она шлепанье босых ног за дверью спальни.
– Ну, давай, входи! – подал я голос, – Не стесняйся. Уже не помешаешь. Соскучился, никак?
Дверь приоткрылась, показалась всколоченная голова Толяна.
– Мы так и подумали, что вы не спите! – жизнерадостно заявил он, – Ну, что, может еще заход в баньку? А?..
Вошла Лена, неся на подносе банки с пивом и джин-тоником. Простыня, облачавшая ее точеную фигурку, напоминала то ли индийское сари, то ли греческий хитон.
– Я подумала, что вам, наверное, тоже пить захочется, только не знала, кто что любит. Вот и прихватила всего понемногу – улыбнулась она.
– Фурии также, и остальные… гетеры! – вспомнил я, к месту, фразу из фильма, – Лена, с тебя произведение искусства ваять можно! Жаль, не дал Бог таланта скульптора!..
– Я – пива! – Толян бесцеремонно прервал мои комплименты и присосался к банке.
– А с меня? – Инна шутливо возмутилась и, соскочив с кресла, уперев руку в бок, встала рядом с Леной.
– А с тебя – тем более! – я неторопливо открыл банку с джином и, набулькав половину высокого стакана, протянул его Инне, – Хороший дом, хорошие девушки!.. Что еще нужно в жизни, чтобы было о чем вспомнить в старости?
– А чего он про домового всякие страшилки рассказывал? – кивнув на блаженно развалившегося в кресле Толяна, обратилась ко мне Лена, – Навешал лапши на уши бедной девушке! Я даже чуть было не поверила! Или и в самом деле есть? – она чуть посерьезнела, не отводя от меня взгляда, – Мне бабушка рассказывала в детстве, да я думала, что пугает, чтобы не лазала на чердак…
– Ну, вот и Толян так думал, что пугалка. Оказалось – ошибался! – с усмешкой кивнул я на довольного и уже давно успокоившегося, Толяна, и кратко рассказал девчонкам то, что они пропустили по приезду, перекуривая у машины.
– Слушай, Кобзон! А что ты песни то пел? Я уж подумал, что у тебя со страху крыша съехала!
– Так он еще и пел?!! – залились хохотом подруги.
– Да ну вас! – проворчал Толян, – Телевизор молчит, тишина… По чердаку шаги, за дверью стук… Чтоб страшно не было, пришлось песни петь, а когда громко поешь – не слышно ничего!
– Стоп! – утирая выступившие слезы, Инна подняла руку, – Хотите угадаю ЧТО он пел?!
– Я, кажется, тоже догадываюсь!.. – Лена потянулась к лежавшей на тахте гитаре…
Эпилог:
Ну, что я скажу?.. Бессмертное произведение Турищева ни до, ни после этого, не оказывало на меня такого впечатления, как тогда, в заснеженном декабре девяносто первого, в исполнении двух невероятно красивых и сексуальных студенток Ленинградского Института Культуры имени Крупской… Отблески пламени отражались в лакированной деке, миниатюрная фигурка Лены казалась еще меньше на фоне здоровенной двенадцатиструнной гитары…
Как они угадали? Не знаю… Но угадали с попаданием на сто процентов.
Толян, исправно прикладывавшийся к банке с пивом, вдруг улыбнулся и весьма немузыкально, но с чувством, подхватил, а к нему присоединился и я:
«Врагу не сдается наш гордый Варяг!
Пощады никто не жела-а-ет!»
______________________ *И это был первый из рассказов о Маугли*
* * *
Рассказы о Толяне. Матросы.
В зеркале замелькали пронзительные голубые вспышки.
– Че там? За нами?.. Менты что ли? – Серега беспокойно заерзал на сидении. – Вот бля, не бандиты так гайцы, и хрен знает кто хуже. Белые придут – грабят, красные придут – грабят… Куда деваться бедному коммерсанту?..
– Ага, бедный!..– Толян ухмыльнулся – Кто «девятку» на «Ауди» поменял?
Серега, вытянув шею, пытался разглядеть что-то в зеркале. Я, сбросив газ, принял вправо. Разбивая ночную темноту синим маячком, нас обогнал «рафик» скорой помощи. Спустя пару минут, за ним, так же «под люстрой», пролетела гаишная «шестерка».
– Кому-то хуевато – подытожил я ситуацию. Не иначе – улетел с дороги или не разошлись….
Вот, сколько работали – ни разу не было такого, чтобы хоть один рейс не наблюдали ДТП. Причем, серьезных, со «скорой», битыми и перевернутыми машинами. Мурманская трасса и сейчас то оставляет лучшего желать, а уж тогда, в начале девяностых, в разгар дикого капитализма в России – вообще черт-те что творилось. Дорога представляла собой размолоченное асфальтовое покрытие, изобилующее выбоинами. По Ленинградской области еще можно было идти относительно быстро – судя по всему, дорожные службы хоть как-то финансировались, но Карелии и Мурманску средств из бюджета явно недодали.
Бандюки, правда, особо борзыми не были в этих краях. Но от Питера, тем не менее, все равно километров триста шли в режиме нон-стоп. Если и стояли – только на постах, и то, когда остановят гайцы. Но на этом направлении мы ходили постоянно, потому и тормозили нас нечасто. Примелькались, да и менты нормальные, в сравнении, например, с югом России…
Тьфу!.. Вот уж куда не любил ходить! МЕНТалитет что ли у них там такой? Как в Московскую область въехал – в любом случае готовься либо грузом делиться, либо деньгами. И чем южнее, тем хуже… А Краснодарский край и Ростовская область – это полная труба! Те же бандиты, только в форме и обличенные властью.
Вообще, давно уже заметил, чем севернее, тем более приличные гайцы. Рейсы в Архангельск запомнились отвратительным состоянием, даже в сравнении с Карелией, дорог, и достойнейшим поведением местных гаишников. Ни единой попытки срубить бабок, докопаться до состояния машины или документов на груз! Ни даже намеков на то, что неплохо бы и поделиться!.. Наоборот – очень спокойные и доброжелательные.
Когда поздно вечером, на въезде в город, мы притормозили около стоящей «девятки» ДПС и поинтересовались как проехать к нужной базе на промзоне, лейтенант не стал утруждать себя объяснениями, а просто сказал чтобы ехали за ним – все равно не найдем сами, дескать. Там ремонт дороги, и в объезд, да еще и на большом грузовике мы будем плутать всю ночь. И вывел четко на цель, и, пожелав удачи, уехал. Вот такая фантастическая история, в которую верится с трудом.
– Это наверняка на «хитром повороте» кто-то улетел! – проводил Толян взглядом удаляющиеся машины
– Вот, ведь, поганое место! И знаки висят – и все равно летят как обдолбанные! – сокрушенно покачал головой Серега.
– Ну, знак тут можно сразу один на всю трассу повесить в самом начале – невесело пошутил я – а здесь нормальный участок сделали километров пять – только разгонишься – и кирдык. И выбоины, и поворот, да еще и ночью. Кто не знает, тому не повезет. Вот туда и улетел очередной…. Видать серьезно, если «скорая» пошла.
– «Скорая» … Я на «скорой» работал недолго, когда только-только дембельнулся – Толян, закурив, выпустил струю дыма в приоткрытую форточку.
– А что ушел оттуда? – лениво поинтересовался Серега – Платят вроде неплохо там, опять же медсестры симпатичные и спирт есть!
– Да ну, нах! Была там история, чуть в дурдом не угодил!
– Из-за баб? – усмехнулся я, зная своего напарника, как облупленного. Уж что-что, а женский пол он и поныне вниманием не обделяет, ну, а в те годы вообще кидался на все, что шевелилось, да и женщины ему взаимностью отвечали обычно. Чем он их брал – загадка. Не Аполлон, далеко не красавец…. Язык, правда, подвешен был хорошо. Видимо, поговорка о том, что женщины любят ушами, оправдывалась полностью.
– Из-за бабы, скорее – начал Толян повествование. – Короче, вызывают меня утром и вручают путевку в Матросы…
Матросы – небольшой поселок примерно в часе езды к югу от Петрозаводска. Расположен на мурманской трассе. Кроме необычного названия он знаменит еще и тем, что здесь расположена республиканская психоневрологическая больница – проще говоря – местная Канатчикова Дача. И слово Матросы у жителей Карелии в первую очередь ассоциируется именно с этим лечебным заведением.
– Значит так – завгар протянул Толяну путевой лист – Поедешь на «уазике» в Петрозаводск на базу медтехники. Груза там немного, нужно срочно забрать и доставить.
– А че я?! – возмутился тот – Панкрат пусть едет, его «уазик», а я на смене сегодня!
– На смене тебя Андреев заменит. Панкратов вчера с радикулитом свалился. Андреев туда не ездил, не знает ничего. А ты уже бывал, все знаешь, объяснять ничего не нужно. Зайди к Иванычу, возьми накладные – и дуй в гараж!
