Страница 3 из 4
– Умри достойно, Князь. Твои мольбы меня ужасно бесят. Ты был невероятно силён и мне неприятно смотреть до какого жалкого состояния ты опустился.
Я встал с каменного кейса. Нахождение в Сером Мире отнимает мою жизнь, так что нужно было поскорее заканчивать с Князем. Правда, я устал настолько, что с трудом стоял на ногах. Мне хотелось как Тимофею Ильичу, на месяц лечь и больше не вставать. Но, разумеется, лечь не в гроб, а в какой-нибудь комфортабельный подвал с хорошей кроватью. И… и бесконечным мороженым.
Мысль о мороженом придала мне сил, и я взял в руки каменный кейс. Он был очень тяжелым, но я уже решил, что этим кейсом я размажу голову Князя. Бывший лич продолжал что-то бормотать, однако я не слушал, медленно и верно направляясь в его сторону.
Когда я наконец достиг Князя, то с невероятным наложением замахнулся каменным кейсом и произнёс:
– Сдохни, тварь.
Раздался смачный и громкий звук удара. Череп лича разлетелся на множество осколков и вдобавок почему-то стал превращаться в прах. Я почувствовал, что вот-вот вернусь в реальный мир и потому выбросил каменный кейс на серую землю.
– Гастэло, это должно остаться тут.
Серый Мир жадный. Из него нельзя достать трофеи. Враги, которых я затащил в Серый Мир, остались там навечно, и я не мог сделать их частью своей армии. Помимо отнятых жизненных сил, это мне всегда не нравилось в данной магии, но сегодня, впервые, это было плюсом. Пускай Серый Мир сожрёт осколок Скрижали. И очень надеюсь, он ей не подавится.
Когда я вернулся в реальный мир, у меня потемнело в глазах. Но позволить себе упасть я не мог. Для начала нужно было оценить обстановку.
К моему счастью и несчастью одновременно, армия костяных пауков стремительно превращалась в белый прах, сливаясь со снегом. К несчастью – по той причине, что трофеев не будет, а к счастью, потому что вся эта могучая армия после смерти хозяина не пошла на уничтожение всего живого в округе.
Единственным, кто не обратился в прах, был мощный скелет в форме дворецкого. Йоши яростно сражался с ним, не дожидаясь моих команд.
– Виталя, ты как?… – испугано спросила подбежавшая ко мне Инга. В этот раз почему-то без своего коронного «ёпт». Похоже, я выглядел совсем плохо.
Я вдруг закашлял и, когда этот приступ кончился, на моей почерневшей левой руке отхаркнулась кровь. Инга матерно выругалась, увидев мою руку и кровь.
– Виталя, пожалуйста, больше не используй эту силу! Она тебя убивает! Ты уже стольких некромантов положил! Хватит с тебя!
– Я и сам не в восторге, что пришлось использовать Гастэло. Но это, – я поднял вверх свою почерневшую и до сих сильно болевшую руку. – Это не из-за Серого Мира. Князь использовал осколок Скрижали. Потом я тебе всё расскажу. Мне сейчас нужно достать пару зелий.
– Говори каких! – с энтузиазмом воскликнула Инга, аж привстав на задние лапы.
– Этого скелета нужно просто обездвижить, – я показал на дворецкого. – Ритуал проведу потом. Сейчас я просто не в состоянии это сделать.
– Ёпт, Виталя, похрен на скелета! Какие зелья тебе нужны?!
– Да не умираю я, Инга. Просто немного устал.
– Ёпт, а кто сказал, что тебе дадут умереть? Кто меня кормить тогда будет? У меня вообще-то лапки! В следующий раз, когда полезешь в Серый Мир, то подумай обо мне! А лучше вообще туда больше не лезь!
Я улыбнулся. Вернее выжал из себя подобие улыбки.
– Всё, что нас не убивает, делает нас сильнее, – философски ответил я. – Надеюсь, это был последний раз, когда я вызываю Гастэло. В любом случае, поверь, я отделался малой кровью. Князь был очень силён. А рука… рука это ерунда. Перчатку надену.
Глава 5 – Два полковника и десять вертолётов
– Я шёл на перестрелку! Как в вестерне! – со злостью в механическом голосе кричал Микипер, на голове которого была ковбойская шляпа, а в руках два револьвера, направленных на отряд белокостных скелетов Тимофей Ильича. – Почему всё закончилось даже не успев начаться?! Ладно, ладно. Мы сделаем так. Каждый сейчас возьмёт по стволу и мы поедем в порт, чтобы устроить там самый настоящий counter-strike!
Белокостные скелеты переглянулись между собой. Затея командира им явно не нравилась.
– Кхе-кхе, – показательно откашлялся Михалыч в уголке. – Такие выезды возможны только с разрешения господина.
На главного техника медленно повернулась металлическая голова. Правый глаз Микипера зловеще горел красным.
– ЛЕЙЗЕ! – громко произнёс Михалыч немецкое слово, означающее «тише». – Ты меня таким не напугаешь. Если хочешь тренировку с дальним выездом, то должен получить разрешение господина. Да и вообще не только ты хочешь пострелять! Мой джаггернаут так и не был опробован в бою!
Микипер ничего не ответил, а просто пошёл в сторону своей комнаты, специально топая как можно громче. Зайдя к себе, мехаскелет упал на пол лицевой костью вниз, расставив в сторону руки. Он неподвижно лежал так полминуты, а затем произнёс.
– Я просто хочу хорошенько пострелять…
* * *
Нормально отдохнуть мне не дали. Я проспал сутки после тяжелого боя, а инквизиторы в это время сходили с ума из-за моей пропажи. Причём Инга сообщила мне это совершенно невзначай, мол, за тобой десять вертолётов Инквизиции гоняется по всей округе.
Я от этой информации поперхнулся куриным супом, который приготовил мой скелет-повар.
– Кхм-кхм, – откашлялся я и постучал пару раз по груди. – Инга, какие ещё вертолёты?!
– Ёпт, ну самые обычные военные вертолеты! Мощные и с большой крутилкой!
– Почему вообще Инквизиция меня ищет? Сколько я спал? Ты же сказала, что всего сутки.
– Да, всё верно, прошли ровно сутки. Просто Инквизиция не смогла тебе дозвониться и они решили, что ты сбежал.
Я потряс головой совершенно ничего не понимая. И дело было не в том, что я плохо себя чувствовал – соображал я отлично и, благодаря двум мощным зельям, уже практически полностью восстановился после битвы с Костяным Князем. У меня были вполне хорошие отношения с Инквизицией и никаких катастроф связанных с некромантией в Чите не происходило. Или… Или всё же происходило?
– Инга, за время моего сна на Читу кто-то напал?
– Нет, всё в порядке. Я же уже говорила – все костяные пауки уничтожены, от Князя остался только его слуга Бороуз, которого Йоши превратил в лёд.
– Тогда расскажи почему Инквизиция меня ищет раз ничего не происходило?
– Ёпт, да я хрен знает что у них случилось, – кошка развела в сторону лапками. – Я ходила на разведку и ничего толком не поняла. Видела как Злобин каждую минуту набирает твой номер и грустно вздыхает. У тебя там наверное тысяча пропущенных. Но ты не беспокойся! Я твой телефон выключила, чтобы никто не нарушал твой покой!
Я отодвинул суп к центру стола и взялся ладонью за лоб. Кажется, я начал понимать, что произошло. Смирнов установил на меня особую магию слежки, а прошлой ночью, в полнолуние, я попросил демона-коммуниста Эзвира заменить защиту от ядов на защиту от слежки. Признаюсь, я хотел этим убрать магию Смирнова, но в первую очередь защита нужна была от Князя.
Вышло же в итоге так, что я не успел ничего объяснить полковнику, и Инквизиция приняла меня за беглеца…
– Слушай, Виталя, может ну его, бросим всё и уедем куда-нибудь в глушь? Раз Инквизиция тебя не ценит, то пускай идут в пешее эротическое!
– Нет, – я покачал головой. – Так не пойдёт. Я ещё не выпустил свой школьный класс.
– Ёпт, они для тебя так важны? Это же просто часть договора с Инквизицией.
– Может быть и часть договора, но раз я взялся за это дело, то хочу довести его до конца. Мои ребята стали лучше, однако без меня всё может резко испортиться.
– Виталя, так ты в любом случае не будешь присматривать за ними всю жизнь. Сам знаешь, горбатого только могила исправит.
– А я и есть Могила. Ученики сами меня так прозвали. Пожалуй, мой самый главный интерес сделать так, чтобы как можно меньше ребят, а желательно чтобы вообще каждый их них, не стал преступником. Начало уже положено, эффект зелья нужно закрепить.
Инга спрыгнула со стула и потянулась всем телом, несколько раз потоптавшись передними лапками по бетонному полу.
– Ёпт, ну это всё прекрасно, однако вариант побега сейчас самый лучший. Очень похоже, что слежка Смирнова больше не работает, а значит мы можем уехать куда угодно.
– Слежка не работает, – подтвердил я. – Но это не значит, что Инквизиция не создаст нам проблем. Быть в бегах очень неприятно. Тем более что поисками за свой косяк займётся Смирнов. Эта та ещё собака-ищейка. Я его победил в бою, но как ни крути, он очень крутой маг, который способен создать много проблем. На самом деле я думаю всё ещё можно решить разговором.
– В Читу два полковника-инквизитора прилетели, – мрачно сказала Инга, поникнув головой. – Сам знаешь, что просто так двух высших со своих округов не снимут. Краем уха я слышала, что Инквизиция знает про смерть Костяного Князя. И… Теперь они думают, что ты опаснее Князя.
– Инга, это ты додумала или услышала? – уточнил я.
– Ёпт, а разницы особой нет. Надо валить из Читы. Я думаю лишь вопрос времени, когда инквизиторы найдут это убежище. Виталя, ты же помнишь как вообще проходил твой первый разговор со Смирновым? Он сказал, что за любое использование некромантии тебя ждёт смертная казнь. Некромантией ты пользоваться не перестал, и, самое плохое, Инквизиция об этом знает. Добавь к этому то, что ты победил Князя и тогда получится очень опасный некромант Виталий Могильников, которого нужно уничтожить.
– Не сгущай краски, – нахмурился я и встал из-за стола. – Инга, ты говоришь разумные вещи, но всё же я хочу для начала поговорить со Смирновым с глазу на глаз.
– Ёпт, а может ему просто позвонить?
– Нет, если звонить, то будет выглядеть будто я действительно имею плохие намерения. Я собираюсь прийти прямо в штаб Инквизиции. Правда, на всякий случай хочу скрыть эту базу. Йоши как раз здесь, так что будет кому меня довести и если что прикрыть.
– Виталя, то есть ты допускаешь, что переговоры могут пойти не в нужном русле?
– Конечно, допускаю. Инквизиторы крайне топорны. Может произойти всё что угодно.
Я отошёл на несколько метров от стола, как вдруг мне в спину командным голосом закричала Инга!
– Суп доешь!
Я обернулся. Кошка показывала лапкой на стол и была сильно недовольна.
– На Четвёртом Круге Смерти можно обходиться без еды и сна очень долгое время, – напомнил я.
– Ёпт, ага! А потом, Виталя, станешь личем как дед! А ну, быстро доел суп! Подождут твои Инквизиторы. Всё равно они уже свои вертолёты подняли.
– Тоже верно… – кивнул я и вернулся обратно к столу.
Со злой и серьёзной Ингой лучше не спорить. Пять минут тут действительно ничего не решали. Я спокойно поел, забрал телефон и верхом на Йоши отправился к штабу Инквизиции. Шифровальщица Инга вынула аккумулятор и симку из моего телефона, чтобы меня не вычислили также, как это было с Князем. Телефон я собрал ровно в тот момент, когда оказался на улице штаба и Йоши убрал с меня невидимость.
Время было ранее. Шесть часов утра. Вот только солнце скрылось за густыми тучами из-за чего было очень темно. Уличные фонари уже к этому времени не горели и единственным источником света был свежевыпавший снег. Можно было подумать, что сейчас ночь, ведь людей совсем не было. Вернее никого не было до определенного момента.
В этой темноте, мне навстречу со стороны штаба выдвинулись две высоких фигуры в зимних пальто Инквизиции. Зрение в темноте у меня было хорошим, и я легко опознал обоих. Первый, в мощном респираторе с трубками, полковник-инквизитор Диатор, который в ширину был как два взрослых мужчины, а второй – живая легенда Инквизиции полковник Закидзар с тремя характерными рубцами на лице…
– КАК УДОБНО, ЧТО ТЫ ПРИШЁЛ К НАМ САМ, МОГИЛЬНИКОВ! – громко и очень по-механически произнёс Диатор, распахнув пальто и достав оттуда свой знаменитый огнемёт. – Я ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ ПОДЖАРИТЬ ПАРУ НЕКРОМАНТОВ ПЕРЕД ЗАВТРАКОМ!
Глава 6 – Холод против пламени
Есть люди, с которыми очень сложно о чём-либо договориться. И полковники Инквизиции как раз из таких. Диатор от угроз сразу перешёл к делу, вскинув огнемёт. Зарево яркого и жаркого пламени освещало всю улицу. Между нами было метров тридцать, и он легко до меня достал.
Для защиты я поставил земляную стену, пробив асфальт под ногами. Стена была шириной в пару метров, но от жара это никак не спасло. Не зря огнемёт Диатора называют «адским орудием». Это крайне удачный сплав магии и технологии.
Моя одежда стала немного дымиться. Если бы не защитный некробарьер вокруг тела, то инквизитор давно бы меня поджарил. Причём самое хреновое, что его магия очень хорошо противостояла моей. Я отчётливо чувствовал насколько много сил сжирается просто на сдерживание огневой мощи Диатора.
– Я пришёл поговорить! – заорал я настолько громко, насколько мог. Нужно было перекричать рёв огнемёта. – Я не хочу с вам сражаться!
К моему удивлению огненный напор прекратился. Я совершенно не рассчитывал, что меня послушают. Оба полковника считались бескомпромиссными, железными инквизиторами. Такие с некромантами не разговаривают.
Я убрал земляную стену и поднял вверх руки, мол, сражаться не намерен.
Но тут вдруг Диатор, который отвёл огнемёт в сторону, снова направил на меня адское орудие. И в этот раз огня будто даже стало больше! При том, что и первая атака поражала дальностью и мощью.
По старой схеме, я снова закрылся земляной стеной. Это не получилось сделать достаточно быстро, поэтому на секунду меня по полной обдало огнём. Обожгло лицо и руки, даже несмотря на некробарьер.
Меня взяла лёгкая злость. Не из-за боли, а из-за подлости Диатора. В бою все средства хороши, в том числе и грязные приёмы, но всё же неприятно, когда воспринимают доброту за слабость. Может мне занекрить этих инквизиторов? Мысль была крайне приятной, хоть и не самой добропорядочной.
Но в любом случае мне нужно было как-то отбиваться. И делать это я собирался не своими силами, а силами Йоши. Часто мне приходится делать всю работу самому, но в конце концов я некромант, а им свойственно порой пить чаёк в сторонке, пока всё делает их армия Тьмы.
– Йоши, охлади пыл этого полковника, но не убивай! – скомандовал я, повернувшись назад. Я его слабо, но всё же ощущал через некросвязь, даже когда он был в невидимости.
Мой снежный друг не подвёл. Через считанные секунды поток огня резко ушёл вверх, а потом и вовсе пропал. Я безбоязненно вышел из-за стены и оценил обстановку. Йоши очень серьезно напрягал Диатора, который действовал неуклюже и растерянно из-за невидимого противника. Инквизитор только защищался, а при этом Йоши постоянно обдувал его ледяным дыханием. Если всё продолжится в том же духе, то йети быстро превратит инквизитора в ледышку.
Моя некромантская душа радовалась от такого зрелища. Как ни крути, это не абы кто, а полковник Инквизиции, но мой Йоши этого будто и не чувствовал. Возможно, йети даже сильнейшая нежить под моим контролем. Морозное сердце точно не было потрачено зря.
Диатор во всю был в битве, а вот его напарник Закидзар даже не сдвинулся с места и никак не изменился в лице от происходящего. Он хмуро смотрел даже не на меня, а куда-то в даль.
– Напоминаю, что я просто пришёл поговорить, – сказал я и махнул одной рукой. – Или вы ещё не готовы к переговорам?
– НАМ НЕ О ЧЕМ РАЗГОВАРИВАТЬ! – разозлённо, громко и очень по-механически ответил Диатор, чуть повернувшись в мою сторону.
– Давай его выслушаем, – вмешался в разговор Закидзар. Он говорил очень спокойным голосом и всё так же продолжал смотреть куда-то вдаль.
– Йоши, отмена приказа! – скомандовал я. Глупо было продолжать конфликт, когда мне уже пошли навстречу.
– ЗАКИДЗАР! – заорал Диатор. – ЧТО ТЫ ЗАДУМАЛ! ОНИ РАЗБИЛИ МОЙ ОГНЕМЁТ!
Я посмотрел под ноги полковника, где лежало в хлам разбитое адское орудие. Я почему-то даже не обратил на это большого внимания, хотя и догадался, что Йоши повредил огнемёт. Если меня за это попросят заплатить, то не дам даже рубля. Ожоги от этой адской штуки всё ещё горели. Похоже, даже придётся использовать специальное зелье для лечения.
– Могильников не хочет вражды с Инквизицией, – спокойным голосом ответил Закидзар. – Если бы он этого хотел, то действовал бы совершенно по-другому.
Какой умный и рассудительный полковник. Мне прямо даже захотелось пожать ему руку. Собственно я и пошёл это сделать.
– Без рукопожатий, – покачал головой Закидзар, когда я приблизился. – Это протокол Инквизиции.
К такому отношению я отнёсся с пониманием. Доверяй, но проверяй. Некромантам действительно опасно пожимать руку. Некоторые могут высосать таким образом энергию или сделать ещё что-то нехорошее.
– Я ВОЗВРАЩАЮСЬ В ХАБАРОВСК, – заявил Диатор и гордо развернулся. – А ВЫ ТУТ ДЕЛАЙТЕ ЧТО ХОТИТЕ, ПОЛКОВНИК ЗАКИДЗАР. САМОЕ ГЛАВНОЕ НЕ ДОИГРАЙТЕСЬ С ОГНЁМ.
Кажется, между этими двумя не самые лучшие отношения. Впрочем, мне было это неважно. Самое главное тут для меня, что Закидзар имел более значимое слово в Инквизиции и не пытался меня убить.
– Радиатор опять натворил дел, – устало произнёс полковник Закидзар и вытянул вперёд руку.
В тот же момент улица стала преображаться, возвращаясь в то состояние, что было до боя. Сначала пришёл в норму обожженный асфальт, а потом вернулся снеговой ковёр. Место где я разломал асфальт, тоже восстановилось, как и разломанный огнемёт сумасшедшего полковника.
