Почему Володька сбил трусы?
Что такое «несварение свободного падения».
На эти и другие вопросы вы сможете ответить, если очень насолите одной из ведьм. Обиженная ведьма совершенно бесплатно подарит вам ознакомительный тур полета в ступе, оборудованной уникальными средствами для комфорта пассажиров.
Способностью переворачиваться вверх дном, дабы помочь их крови прилить к мозгу и обмозговать все случившееся, как полагается.
И подушками безопасности из самых лучших материалов: гранита, мрамора…»
«Не заплатил – и лети! Специально для жадин под катапультой из их кресла оборудована уютная яма с кольями».
«Леонов вышел в открытый космос, а вы круче – вы выйдете в закрытые окна».
«Незабываемых ощущений не существует, если вы приземляетесь на наши мягкие стога сена с сюрпризом для грубых и негалантных клиентов. Уникальными, дарующими невероятные впечатления каменными булыжниками под тонким слоем сухостоя».
Надо же быть готовой к приземлению…
Судя по всему, тут на мягкую посадку рассчитывать не приходится.
Самое странное – мы будто падали в эдаком глянцевом цилиндре, но не стремительно, а медленно, плавно.
Камиль не выглядел сильно напуганным, но озирался ошеломленно и выжидательно.
Я категорически решила особо не удивляться. Надо оставить потенциал на потом. Судя по предыдущим событиям, поражаться предстоит еще не один раз.
Вдруг наше движение окончательно замедлилось. Я попыталась увидеть – что там внизу, надеясь, наконец-то, встать хоть на что-то и, желательно, не на пресловутые колья… Но нас внезапно подкинуло назад.
Мда… Катаемся.
Вот и пригодилось удивление, припасенное на потом.
Причем, ускорились мы очень резко, и все больше и больше набирая скорость… выстрелили, словно ядра из пушки.
Я думала – ну все, на сей раз, уж приземлимся, так приземлимся.
Даже любители «незабываемых ощущений» из описания выше решат, что нам полный кабздец…
О-ой… Кабзец – название академии…
Кабзец… Кабздец… О-ой…
Приземлились мы, тем не менее, почему-то в здании, хотя рухнули вниз с лужайки.
Вокруг были арочные своды, колонны, лестницы, холлы…
В общем, все, как и положено в вузе.
Причем, все такое немного помпезное, с налетом эдакого «фу ты, ну ты, мы тут не пальцами гнуты», как выражалась одна моя знакомая.
В целом, если отбросить пыль, которую пускали в глаза всем, кто тут появился – Академия, как академия… Разве что без студентов.
Кстати! А куда они вообще подевались? Вроде бы время-то учебное…
Я озиралась ровно до момента, пока прямо по широкой мраморной лестнице к нам не спустился… даже не знаю, как лучше выразиться…
Мужчина… нет… Верзила… Нет… Гигант… Походил на йети, которого зачем-то пытались в фотошопе переделать в орка.
В итоге, убрали ему волосы везде, кроме, как на голове и шее, где они пышной белой гривой топорщились во разные стороны. Забыли и мощные кустистые бакенбарды. Запамятовали про клыки, которые постоянно торчат изо рта орка.
Зато зеленую кожу, мускулы, как будто мужчина только и делает, что пьет анаболики и качается, а в свободное время… снова пьет анаболики и качается… и черты лица орка оставили.
И вот этот, с позволения сказать, экземпляр мужественности и мощи предстал перед нами в том, в чем я никогда в жизни не представила бы ни орка, ни йети.
Причем, даже при моем прекрасном воображении.
Нет, не во фраке. Тут я бы вообще онемела.
В свободных штанах и рубашке-косоворотке, подпоясанной чуть ниже талии.
Широкие сапоги напоминали те, что носили наши военные периода примерно второй мировой.
И все бы еще ничего, я практически пришла в себя от этого зрелища, когда мужчина вдруг надел черные очки, сквозь которые, тем не менее, я прекрасно видела его ярко-оранжевые глаза.
Сын глаза выкатил, но помалкивал. И, судя по выражению его лица, Камилю тут все-таки скорее нравилось, нежели хотелось рвануть домой.
– Добро пожаловать в КАБЗЕЦ! – громыхнул с высоты своего роста в два с половиной метра или даже больше орк-йети. И улыбнулся…
Нет, я прекрасно знаю, что некоторым брутальным персонажам улыбаться не стоит. Читала в юмористических книгах у той же Ясмины Сапфир в «Убить нельзя научить». Мол, улыбка акулы по сравнению с этой кажется Голливудской.
И да, я ожидала чего-то подобного, учитывая габариты и вид незнакомца…
Но от улыбки людоеда-циклопа при виде сочных, лакомых греков, как в мифологии этой страны… я даже слегка отступила.
Камиль и не думал поддаваться на «обаяние» незнакомца.
Улыбнулся в ответ с видом «Убью или покалечу», благо некоторые дворовые хулиганы заставляют быстро освоить подобные штуки, и кивнул:
– Здрассьте!
– Ну и ладушки! – не дожидаясь моей реплики, заявил незнакомец. – Вы приняты!
– Ккуда? – уточнила я. – И кто именно принят?
– Вы оба!
Орк-йети еще раз улыбнулся и начал обратно подниматься по лестнице.
– А мы? – вскрикнула я.
– А вы? Что?
– Ну как же мы?
– Отлично вы!
– Вы нас так и оставите?
Продолжала я кричать ему вслед.
– Так и оставлю. А как «не так» я вас должен оставить? Объясните.
– Ну-у-у… А где же все, что полагается?
– Вокруг.
– Я имею в виду договор о работе, или контракт или что там еще…
– Что там еще будет скоро.
Он не оборачивался, и голос стихал. Вокруг нас совсем никого не было. И вся ситуация казалась все более вопиющей.
Когда мужчина скрылся из виду, я огляделась и почему-то начала хохотать.
Камиль осторожно погладил меня по плечу.
– Мама, ну не стоит так реагировать. Уверен, мы сейчас во всем разберемся.
– Коне-ечно! Тем более, я уже тут!
Я даже не поняла – с какой стороны она подошла. Это была самая нормальная женщина из всех, что я видела за последние несколько минут. И это меня особенно насторожило.
Ни тебе зеленой кожи, ни волос на шее, ни габаритов, сравнимых с грузовиком или трактором.
Даже черные очки не надела.
Впрочем, глаза у нее тоже были вполне себе человеческие – зелено-серые.
Женщина выглядела почти титульной училкой – с этим затасканным кандибобером на голове, глянцево-зачесанными в него пепельными волосами, рубашкой и жилеткой… Однако же ниже оказались расклешенные брюки-юбка, да и ни одна титульная училка не позволила бы себе такой макияж. Алые губы, почерненные брови, ресницы, явно наращенные и накрашенные.
Впрочем, смотрелась незнакомка вполне миловидно.
Да и фигурка у нее казалась что надо. Стройные ноги, пышные бедра, тонкая талия и аппетитная грудь. Складывалось ощущение, что непривлекательными ведьмы здесь не бывают. Да и небрутальные мужики не встречаются. Хотелось бы, правда, увидеть хоть одного с меньшей растительностью на лице…
И вот зря я это сейчас пожелала. Потом все, разумеется, вышло мне боком.
– Идемте, гости дорогие. Добро пожаловать в КАБЗЕЦ. Я управляющая этого заведения, – тем временем, бодро заявила незнакомка.
– Учебного, я надеюсь? – с сомнением уточнила я у нее.
– Естественно! Ваш сын будет учиться, а вы – вначале учиться, а после работать.
– Это как? – удивилась я.
– Идемте, идемте… Вначале надо вас поселить, затем накормить… а потом…
– Надеюсь не спать и в печь уложить? – усмехнулась я.
– Ну что вы? Это поклеп! Мы в печь до баньки никогда не кладем. Вредно есть немытое! Несварение!
Я замерла и уставилась на незнакомку.
Она расхохоталась и отмахнулась:
– Вы уж прям совсем юмор не понимаете? Учитесь, привыкайте! У нас такой сплошь и рядом! И это вы еще не видели, что сочиняют и вытворяют студенты. Вот уж где полный кабздец.
– Кабзец?
– Нет. Именно кабздец. Меня, кстати, зовут Агриппина Мальвинина. Сама придумала! – она гордо вскинула голову. – А так я, как и вы – попаданка в другой мир. Буду помогать вам освоиться. Я управляющая по делам попаданцев.
– Хорошо, что не по телам. Уже как-то легче, – хмыкнула я.
Агриппина показала большой палец и похвалила:
– Во-от! Уже совсем другое дело! Ловите наш юмор. Идемте… идемте… в ногах правды нет, но без них, на руках, конечно, идти дольше. А врать уже все равно, как…
⁂
Мы двинулись по широкому холлу, поднялись по мраморной лестнице с балясинами в виде летучих мышей и устремились дальше.
Длинная кишка перехода провела нас в другой корпус, как я считала…
Но мы словно угодили в другой мир.
Это место напоминало помесь многоквартирного дома и общежития.
Разве что класса Люкс.
Опять сводчатые высокие потолки, витражи вместо окон, правда, картинки тон задавали: то ведьма на метле, то ворожея с котлом… То жар-птица, которую за хвост ухватил, видимо, местный колдун.
Короче говоря, стало ясно, что целой и невредимой отсюда не улетит даже птица.
На дверях красовались странные знаки – какие-то полусолнца, Луна со звездой, ромашка и прочее…
Складывалось ощущение, что либо кто-то пересмотрел шкафчиков в детском саду, либо решил, что он – шифровальщик, однако же ему не хватило таланта.
Наша проводница молчала, и как настоящая титульная училка шла вперед, гордо держа голову.
Мы с Камилем только лишь переглядывались.
