Страница 4 из 5
– Моё подкрепление, – ответил я на вопросительный взгляд отца. – Немного задержались, теперь точно можем ехать.
На проходной мы были в семь утра. По пути никто из моих бойцов не упрекнул меня, что я не позвал их с собой, но чувствовалась некоторая обида. Особенно во взгляде Кэт, которая пыталась просверлить меня каждым глазом по очереди и одновременно.
Охрана на входе на территорию слегка прифигела от столь раннего визита начальства. Ворота перед лимузином открылись, и мы поехали к главному административному зданию. К лабораторному корпусу и монтажно-испытательному центру пойдём пешком, тайными тропами. Нет никаких гарантий, что охранники сразу же не доложат учёным, что мы поехали именно туда. Надо действовать по-тихому.
Когда мы вошли в лабораторный корпус, отец первым делом пошёл в кабинет проектирования, покопаться в чертежах и схемах. Он разбирался в них очень хорошо. Мои бойцы заняли посты в ключевых точках, я стоял на входе в кабинет.
Большие листы бумаги летели в разные стороны, устилая пол, словно снег. Времени мало, аккуратно искать некогда. Наконец в руки графа Строгонова попал нужный образец, который он начал изучать.
– Кажется это оно, – сказал он, водя пальцем по сплетениям линий. – Идём в испытательный корпус я знаю, что искать.
Пока шли в МИЦ, встретили нескольких работников, которые любили приходить на работу пораньше. Были удивлённые лица, но никто не задавал лишних вопросов. Скорее всего из уважения к моему отцу или из страха получить морального леща за чрезмерное любопытство.
Граф сразу вошёл в цех испытаний, который на первый взгляд казался пуст, но это было не так.
Глава 5
Помещение цеха испытательных работ было достаточно просторным, примерно как три спортзала в нашей академии по площади и такие же высокие потолки. На столах и стендах вдоль стен остались различные экспериментальные элементы оборудования, но граф Строгонов скользнул по ним взглядом и не счёл нужным заострять внимание. А в центре ангара была круглая площадка метров пятнадцать в диаметре, оснащённая подъёмниками. Сейчас она возвышалась над полом метра на три, опираясь на дюжину гидравлических домкратов.
– Могу туда запрыгнуть, – предложил я отцу, который задрал вверх голову, словно разглядывал нечто, находящееся там.
– Не стоит, можешь пораниться, – ответил он, не сильно удивившись моему предложению. Хотя, о чём я? Он ведь тоже воин и был паладином. Стихией огня вот интересно он овладел до или после?
– Есть способ опустить эту хрень? – спросил Витя начиная раздражаться от временного бездействия и созерцания пустоты.
– Да, молодой человек, но я сначала сниму защитные путы, которые если даже никого не убьют, то как минимум ранят и наделают много шума. А если они уничтожат то, что там находится, то все наши усилия не дороже коньяка, вылитого в песок.
– Понял, – кивнул Витя и виновато развёл руками, – извиняюсь, ждём.
Отец поднял вверх правую руку и медленно пошёл вокруг подъёмника, нашёптывая что-то себе под нос. С пальцев то и дело срывались небольшие разряды и язычки пламени, отчего над площадкой начал проявляться невидимый до этого купол. Он начал мерцать, потом рассыпался и исчез. Я ожидал увидеть на площадке что-то особенное, но снова пустота.
– Я чего-то не понимаю? – спросил я, подойдя к отцу поближе. – Зачем тогда нужен был этот щит?
– Это же просто защита, а то, что нам нужно, находится там. Но прыгать по-прежнему не советую, я опущу подъёмник и пойдём наощупь.
Он коснулся кнопки на щите, закреплённом на стене, и площадка начала медленно опускаться. До последнего не верилось, что там что-то может быть. Впрочем, Кэт может сделать несколько человек вокруг себя невидимыми, а тут новейшие секретные технологии.
Когда площадка остановилась в двадцати сантиметрах от пола, я занёс ногу, чтобы подняться, но отец снова меня остановил.
– Надевай свой доспех и бери мечи, скоро сюда придут и будут не очень рады нашему визиту. А я пойду гляну, угрозы оттуда уже нет.
Я положил кейс на пол, открыл и активировал кристаллы, краем глаза следя за отцом. Он сделал пару шагов и исчез. Не помогло и сумеречное зрение, как бы я не старался.
– Ну что, Паша, я оказался прав? – Витя был доволен, как удав, проглотивший сочную антилопу. – А прикольный у тебя костюмчик, вживую первый раз вижу. До этого только фотки удавалось найти. Ладно, ближе к делу, сейчас вызову специалистов, которые смогут в этом разобраться. Надо найти способ сделать эту хрень видимой хотя бы для радаров.
– Однозначно надо, – согласился я. – Только как это поможет в поисках князя? Он наверняка уже находится в максимально далёкой точке земного шара.
– Естественно, дружище, но и там он скорее всего будет перемещаться под защитой этих технологий. Надо в спешном порядке разработать сканер, который будет видеть именно этот прибор, тогда найти будет несложно, где он находится.
– Ребята, может поможете? – прокряхтел отец откуда-то из пустоты. – Тяжеловатая хрень.
– Стой здесь, – сказал Витя, – я пойду. А ты следи за входом.
Прекрасно, я стою на стрёме, пока там происходит нечто интересное. Для того, чтобы задержать сотрудников хватило бы и моих бойцов. Ничего, я своё наверстаю, сейчас главное безопасность. Наверняка придут те, с кем придётся драться. Мои бойцы заняли огневые позиции возле главного входа и запасных выходов. Незамеченной не проскочит ни одна крыса. А где Кэт, кстати? Ха, она стала невидимкой. Отличное решение, так у неё больше шансов застичь злоумышленников врасплох.
Я снова повернулся к платформе и лицезрел чудо. В воздухе появились концы лопастей винта небольшого вертолёта, которые удлинялись. Начал появляться фюзеляж, словно фотография проявляется по мере погружения в проявитель, пока не стал видимым целиком. Отца и Вити там не было. Потом что-то стукнуло по полу в стороне и из ниоткуда появились те, кого я искал.
– Мы извлекли устройство, чертежи которого я нашёл в лаборатории! – важно заявил отец, довольно улыбаясь и вытирая руки носовым платком.
– Ваше сиятельство, – обратился к нему Витя, – необходимо срочно доставить это устройство и все чертежи в Москву. Мы сможем сделать это незаметно? Ещё было бы неплохо найти, как оно выключается.
– А зачем выключать? – хмыкнул отец. – На невидимом вертолёте и доставите туда, куда надо. Зато никто не отследит его перемещение. О чём не будут знать другие, не будут знать и тёмные. Только тогда придётся установить эту штуку обратно.
– Хотите сказать, что пропажу не заметят?
– Естественно заметят, но не будут знать, куда вы его утащили.
– Тоже верно, – кивнул Виктор. – Сообщу своим, что сам прилечу. Сможете пока забрать чертежи?
– Смогу, – отец достал из-за пазухи скрученные в трубочку тонкие листы бумаги. – Немного помялись, но точно не испортились.
– Прям, как знали, – покачал Витя головой, улыбаясь и осторожно забирая ценный рулончик. – Теперь полный комплект.
Дверь главного входа распахнулась, чего следовало ожидать, начало рабочего дня. Несколько человек вошли и замерли, оказавшись на мушке пистолета Андрея. Тот бросил взгляд в сторону меня и отца, ожидая приказа.
– Проходите, господа, нам есть о чём поговорить, – сказал граф Строгонов. Его величественная осанка и расправленные плечи в сочетании с надменным взглядом не сулили тем, кто за спиной главы концерна делал тёмные делишки, ничего хорошего. – Прежде, чем я начну задавать вопросы, дам шанс объяснить, что здесь происходит.
– Михаил Фёдорович, – неуверенно начал один, но немного осмелел, когда Андрей опустил оружие. – Я и сам не совсем понимаю, что здесь происходит, и в чём я должен чувствовать себя виноватым. Я всё объясню, если позволите, а также поясните, что именно Вас возмутило.
– То есть вы, Филипп Альбертович, получали от меня приказ на разработку и испытания оборудования, которое было установлено на этом вертолёте?
– Михаил Фёдорович, Ваше сиятельство, насколько я помню, собственными глазами видел подписанный Вами указ на доработку двигателя этой модели, увеличить скорость и снизить потребление топлива. Именно этим мы и занимались, вчера были произведены последние испытания, экспериментальная модель полностью подготовлена к полёту. Я сегодня собирался поставить Вас в известность и предложить полетать на нём над Самарой.
– Очень душещипательная история, Филипп Альбертович, я впечатлён, – буркнул отец, продолжая прожигать взглядом своего инженера. – Больше ничего не хочешь добавить к сказанному?
– Никак нет, Ваше сиятельство, – пролепетал тот. По выражению его лица можно было подумать, что он и правда не понимает, о чём ещё может быть речь. – Единственное, что могу добавить, результаты испытаний показали, что превзойдены все самые смелые ожидания от эффективности внесённых изменений. В перспективе это может принести огромную прибыль за счёт заказов от министерства обороны и богатейших аристократов Российской империи, это весомый прорыв в авиастроении. Эти же технологии можно будет применить и в автомобильных двигателях.
– Очень впечатляет, но что вы скажете об этом? – спросил отец и сделал несколько шагов в сторону, где находилась изъятая из вертолёта конструкция.
– В-в-ваше сиятельство? – проблеял инженер, когда его начальник внезапно исчез. – Ни-ничего не п-п-понимаю!
Один из сопровождавших главного инженера людей потерял сознание и грохнулся на пол. Второй же наоборот, набычился и раздувал ноздри от злости. Похоже именно он был замешан в этом деле, а главный и правда ничего не знал. Я кивнул Андрею, чтобы тот держал злоумышленника на мушке.
Отец вышел из зоны действия устройства и снова стал видимым.
– Ну, – граф испытующе посмотрел на инженера. От его внимания не ускользнуло и то, как вели себя сопровождающие его лучшего работника. – Что на это скажете?
– А то, что вы слишком рано пришли! – гаркнул работник, поведение которого мне изначально не нравилось.
В его руке блеснул нож, а в следующее мгновение Филипп Альбертович схватился руками за перерезанное горло и рухнул на пол.
Андрей открыл огонь на поражение, но пули врезались в активированный энергетический щит. Я был крайне удивлён, ведь у нас специальные пули, которые должны были пробить, но его не взяла даже тяжёлая из СВД.
– Просто отойдите в сторону и не мешайте мне! – прокричал незнакомец, притворявшийся до этого работником. Его лицо и фигура изменились до неузнаваемости. Видимо до этого он использовал морок.
– Ты кто такой? – грозно прорычал отец, не собираясь отступать. На его ладонях начали плясать язычки пламени.
– Я не собираюсь себя называть, – ответил тёмный, собирая над ладонями маленькие, но быстро растущие чёрные завихрения. – Уйдите с дороги, граф!
– Можешь не называть себя, я узнал тебя, княжич Кирилл Ярославович, – пробасил отец. – Тебе не уйти отсюда живым, если ты не скажешь нам, куда подевался твой отец, Ярослав Фёдорович Преображенский.
– Да я скорее умру, чем скажу, где он! – неестественным голосом проревел тёмный, оказавшийся сыном того, кого мы так хотим поймать.
– Значит умри!
Отец соединил запястья, выставив ладони вперёд и в сторону врага устремился поток пламени, какой мы привыкли видеть в фильмах про драконов. Княжич оказался не так уж прост. Огонь, который должен был испепелить его за секунду, встретился с чёрными смерчами и остановился, а потом начал пятиться назад. К этому моменту я уже принял правильную стойку, влив силы в клинки. Мгновение и в тёмного ударил мощный поток света.
– Ха-ха, мальчик с ножичками решил, что сможет со мной справиться, – вдруг совершенно спокойно сказал княжич. Как и в случае с графиней Лёвенвольде, «Божественный свет» столкнулся с невидимой преградой, а его энергия впитывалась в щит. – Да он такой же тупой, как и ты, Михаил Фёдорович. Папа не видит, что у него под носом происходит, а сыночек не знает, с кем связался. Поэтому вы умрёте все. Но сначала, кто бы сомневался, наш всемогущий граф Строгонов.
“Эй, ты меня слышишь?” – требовательно воззвал я к сущности. – “Если ты сейчас мне не поможешь, отправлю доспехи на переплавку, если их не сожжёт этот урод”.
“Не сожжёт”, – прошелестело у меня в голове. – “И прекрати мне угрожать!”
“А что мне делать, если ты по-другому не понимаешь?” – огрызнулся я. “Давай выручай уже! Или наш уговор ничего не стоит?”
“Моё слово закон”, – услышал я тихий голос. – “Подойди к нему чуть ближе”.
Продолжая бить в княжича потоком света, я медленно двинулся вперёд. Мой запас энергии подходил к концу, отец изо всех сил старался сместить пламя в сторону тёмного, но тот и в самом деле значительно превосходил нас вместе взятых. Кивком я указал Андрею, чтобы тот держался подальше. Когда я почувствовал, что силы иссякают, световой поток стал ярче, вокруг него начали сверкать молнии и появилась спираль из серого тумана, которая змеёй метнулась в сторону тёмного.
– Это ещё что? – крикнул маг, наблюдая, как туман расползается тонкими струйками по защитной сфере, находя слабые места.
Всего пара секунд и его защиту словно корова языком слизала. Усилившийся столб света ударил в мага и его тело объяло белым огнём. Он плавился, как сталь в мартеновской печи, расплываясь по полу.
Я только сейчас обратил внимание на того сотрудника, который упал в обморок. Я видел, как он пришёл в себя, но хоть убей не помню, где он был потом. Сейчас он совершенно невозмутимо поливал продолжающие гореть останки из огнетушителя, а когда он иссяк, сбегал за вторым.
Отец обессиленно опустился на пол, он взмок, словно только вышел из парилки. Убедившись, что с ним всё в порядке, я пошёл к догорающему телу, которое уже не было похоже на человека. Меня больше интересовал тот, кто его тушил. Инженер понял, что я на него пялюсь и застыл, как вкопанный.
– Что-то не так, Ваше сиятельство? – пролепетал немолодой мужчина резко побледневшими губами. – Здесь очень опасная зона, игры с огнём могут привести к трагедии, всё может взлететь на воздух.
– Спасибо, что предупредил!
– Так я…
– У тебя не было возможности, я понял.
– Ну вот…
– Вот и рассказывай об этом всё, что знаешь.
– Я о невидимости ничего не знаю! – отчаянно проблеял инженер, глаза которого уже были на мокром месте, а руки и губы дрожали. Того и гляди он снова рухнет в обморок. Левая рука неуверенно поднялась и указала на горку пепла. – Пётр Кузьмич, точнее тот, кто им притворялся, производил какие-то элементы в отдельной лаборатории. Что это за элементы, я понятия не имею.
– Но ведь чертежи этой хрени мы нашли в проекторской среди прочих, их даже не пытались спрятать, и ты об этом ничего не знал? – более резко спросил я. Трясущийся мужичок уже конкретно начинал меня бесить. Ещё пара нелепых ответов и я снесу ему голову.
– Но, Ваше сиятельство, помилуйте, каждый занимается своей частью разработки, на чужие чертежи и схемы я не обращаю внимания, пока не возникает необходимость собрать это воедино. А в том, что я видел на общем столе, ничего странного я не припомню.
– Этот твой Пётр Кузьмич занимался своей частью проекта один?
– А, – инженер уставился пустым взглядом в подпространство, коснувшись пальцами переставшей трястись губы. Я уже подумал, что он словил инсульт, но тот снова заговорил. – С ним работали два помощника, но со вчерашнего дня я их не видел, на работу они не вышли. Или, что вполне возможно, занимались установкой своего оборудования на вертолёт. Так вот же они!
Я проследил за направлением, куда показывал снова начавший трястись палец инженера. Из другого угла ангара, который должна была охранять Кэт, с важным видом шествовали двое в белых халатах. Я уже решил наехать на девушку, что она пропустила сюда чужаков без предупреждения, но это потом. Внешне они выглядели довольно невинно, обычные механики. Один удивлённо всматривался в вертолёт, словно его тут не должно быть, второй уставился на поднявшегося с пола графа Строгонова.
– А вы очень кстати, – отец развёл руками и изобразил, что очень рад их видеть. Причём настолько рад, что готов обнять. – Очень нужна ваша помощь.
– Что-то случилось, Ваше сиятельство? – спросил один из них.
Потом он увидел валявшегося на полу труп главного инженера с перерезанным горлом и кучку пепла неподалёку. Он резко отшатнулся в сторону, увлекая за собой напарника, они синхронно выставили вперёд ладони и создали один щит на двоих. Несколько магических пуль отрекошетило от прозрачной сферы в разные стороны. Что-то коротнуло на стене справа, выпустив сноп искр. Я подал знак, чтобы перестали стрелять. Витя продолжал держать их на мушке и обошёл вражьи морды сбоку. Я покачал головой, чтобы он не стрелял, тот утвердительно кивнул.
– Ну что, господа, голубчики, поговорим по-хорошему? – показушно добродушно протянул отец, медленно приближаясь к загнанным в угол, а точнее к прижатым к стене и окружённым бедолагам. – У вас ещё есть шанс покаяться и рассказать всё, как на духу.
– Нам нечего тебе рассказывать, граф! – внезапно осмелев выпалил один из них. – Всё, что мы знаем, тебя не касается! И вообще, твои дни сочтены, в живых тебя не оставят! Как и всех вас!
– Не может быть! – отец горестно поджал губы и покачал головой. – Неужели вы меня убьёте? Может у вас за пазухой спрятан змей Горыныч? Или есть ещё какой-то туз в рукаве? Мне кажется, что вам ничего хорошего не светит, голубчики. Лучше просто сдавайтесь.
– Тебе нужен туз? – уточнил один, начиная хихикать. – Будет тебе туз.
Белые халаты упали с работников вместе с личиной и теперь под защитным куполом стояли два тёмных силуэта с горящими глазами. Злобное хихиканье перешло в торжествующий хохот, когда отец изобразил на лице крайнее удивление, смачно сдобренное испугом. Он даже отшатнулся, а потом попятился для достоверности. Один тёмный продолжал держать щит, а второй начал вырабатывать ладонями жгуты чёрного тумана, которые превращались в клубок змей, с нетерпением ждущих, когда их отпустят терзать врага.
– О, нет! Пощадите меня пожалуйста, господа хорошие! – взмолился отец, протягивая вперёд пустые руки.
Если до этого у меня была мысль помочь ему уничтожить этих уродов, то теперь отпала. По его неестественному поведению я понял, что надо просто чуть подождать, будет интересно. Огонь на его ладонях исчез, но я заметил, как один язычок пламени переместился на тыл ладони, осторожно переместился по предплечью и плечу, стараясь не попадаться врагу на глаза, потом шустро скользнул по спине и ноге, исчезнув в решётке пола. Интересный финт, такого я ещё не видел.
Маги ржали уже оба, видимо ума не хватило, чтобы понять, что это всего лишь театрализованное представление.
Глава 6
Два тёмных полудурка потешались над отцом, но убирать щит всё же не торопились. Не исключено, что догадывались о возможном подвохе. Только это их не спасло. Из пола под ними жахнуло такое жаркое пламя, что крик боли быстро оборвался и застыл в их глотках. Огонь заполнил их защитную сферу изнутри, а когда та рухнула, вырвался наружу. Отец резко взмахнул рукой, рассекая ладонью воздух, и огонь погас. На полу лежали два скрюченных обугленных тела.
– С уходом ещё двоих тёмных, мир стал чуточку светлее, – пробормотал отец, глядя на плоды своего мастерства. – Давненько я этим не занимался, даже немного соскучился.
– Да нет проблем, пап, поехали со мной в Москву, – хмыкнул я. – Там для тебя работы полно.
– Сегодняшний день показал, что у меня её и здесь полно. Осталось только найти способ выявлять эту гадость втихаря, чтобы они не заподозрили неладное. А потом по одному мочить в сортире, как завещал наш великий император.
– Твои сотрудники давно проходили медосмотр? – спросил я, хитро подмигивая.
– Тёмные не пойдут кровь сдавать, – покачал он головой. – Не думаю, что простые рабочие и младшие чины встанут на путь тьмы. Как показала практика, адептами становятся представители более высокого сословия, а правление концерна проходит обследование в элитных клиниках.
– С правлением проще. Собери экстренное совещание, я помогу тебе потом составить список предателей. А кто из работников не пройдёт, придётся проверять самостоятельно, шилом в задницу.
