Забываю, как дышать.
– И задницу распакуем, – облизывается брюнет, я дергаюсь, сильнее вжимаюсь в сиденье, – каждый день будешь папашкины долги отрабатывать. Тело у тебя так себе… тощая. Но на месяцок сгодишься.
Ублюдки!
Сжимаю руки в кулаки.
– Папа вернется! – уверенно заявляю. – Он спасет меня! А вы… вы в тюрьму пойдете!
Они прыскают со смеху. Долго хохочут, аж заливаются. Да что смешного я сказала?!
– Детка… если даже твой папаша вернется сам, в чем я сильно сомневаюсь… – рычит брюнет, – это не спасет тебя от наших членов. Твой кот меня обоссал. Ты дралась с нами… нужно отработать. Ртом… дырками…
– Не надо, – прижимаю Хэппи к себе.
– Тебе может даже понравится, – хрипит блондин, – если не будешь брыкаться.
– Я не хочу с вами спать… не буду! – в отчаянии восклицаю.
– Куда ты денешься, Ава, – он словно смакует мое имя, – в нашем мире у женщины либо есть покровитель, который ее ебет и защищает, либо она общая…
– Хочешь стать общей? У нас группа из десяти спецназовцев… – зловеще улыбается брюнет, – голодных до женского тела. Они тебя разорвут, Аврора. Мы лучше… мы умеем быть нежными.
Сама не замечаю, как из глаз начинают течь слезы.
Как так получилось? Я же ни в чем не виновата! Я ни у кого в долг не брала.
Я честная! Хорошо учусь, у меня золотая медаль. Всегда стараюсь помогать, если это в моих силах.
Ну почему это все происходит со мной?
– Прекрати реветь, – рычит брюнет, – ненавижу сопли и слезы…
– Не… н… не могуууу! – завываю, понимая, что меня накрывает.
Хэппи просыпается и тоже начинает плакать.
– Блядь! – бандюк лезет в бардачок, достает платок и швыряет мне. – Вытри сопли, твою мать. Не маленькая девочка…
– Я ниче… я… ааа! – беру платочек и смачно высмаркиваюсь.
Блондин разворачивается, пристально смотрит на меня.
– Прекрати рыдать! – рычит его друг-бандит.
– Не могуууу! Я ни в чем не виноватааа!
И снова сморкаюсь в платок.
– Взрослая вроде, а веришь в то, что, если ничего не делать, проблемы обойдут стороной? – хрипло произносит блондин.
У него другой взгляд. Осознанный. В отличие от своего агрессивного друга, он кажется менее опасным. Умнее, что ли…
Собираюсь ответить, но внезапно за спиной появляется машина полиции.
Сердечко вдруг замирает. Неужели…
У меня есть шанс спастись от этих бандитов!
– Даже не думай, Ава, – рычит брюнет, глядя в зеркало заднего вида.
Наша машина останавливается. Вокруг, как назло, густой лес и ни одного населенного пункта. Темно, хоть глаз выколи.
Я не убегу далеко.
Полицейская машина останавливается следом. Замираю.
Бандиты совершенно расслаблены. Блондин достает сигарету. А мужчина в форме приближается.
Пожалуйста… хоть бы у меня получилось!
– Добрый вечер, – чеканит.
Набираюсь сил и начинаю кричать.
– ПОМОГИТЕ!
Глава 4
Аврора
Бросаюсь к двери, начинаю дергать ручку. Но она заблокирована. Что за…
– Это она? – раздается холодное. – Дочурка предателя?
Внутри все леденеет. Я сглатываю, резко разворачиваюсь и вжимаюсь в дверь машины. По телу стекает ледяной пот.
Они… сообщники?
– Да.
– И что с ней делать будете? – равнодушно спрашивает полицейский, а мой мир тихо рушится.
Я всегда верила в справедливость. И что полиция должна нас защищать. Дура! Идиотка!
Всхлипываю.
Как же мне выбраться?
– Ну что…, а что с телками делают? – ухмыляется брюнет. – Особенно с теми, кто осознанно роет себе яму? Рот чем надо закроем, будет сосать и причмокивать.
Молчу. Вздрагиваю от омерзения.
– Прыткая? – ржет полицейский.
– Еще какая, – хмыкает блондин, – вы точно знаете, что делать? Лукина надо живым взять, а не как в прошлый раз…
Брюнет хрипло смеется.
– Если дочь любит, явится. А мы его и повяжем. Потом все долги вместе с жизнью выбьем. Дело не столько в бабках, сколько в репутации. Все должны знать, что с нами шутки плохи…
– Мы в курсе, что нужно делать. Будем следить за вокзалами и аэропортами. Мышь не проскочит, скалится полицай.
– Надеюсь. Бывай, – брюнет закрывает окно, полицейский уходит.
– Поняла? – бросает блондин. – Мир не розовый и пушистый, Ава. Он жестокий и пожирает слабых. Тебе не повезло оказаться слабой… по праву рождения, так сказать. Но дальше все зависит от тебя. Захочешь – станешь сильной.
– Я не буду с вами спать! – повторяю. – Даже если вы будете меня насиловать, я не сдамся!
– Какая гордая маленькая девочка, – скалится брюнет, понижает голос, – посмотрим, как ты запоешь через недельку…
Мы съезжаем на двухполосную дорогу. Тут даже фонарей как-то больше. И асфальт лучше. Словно в другой мир въехали.
Мужчины тихо переговариваются. В основном матом, и я мало что понимаю. Лишь глажу жесткую шерстку Хэппи.
Малыш, у нас все будет хорошо…
Будет точно! Мы выберемся отсюда!
Въезжаем в ворота, я потихоньку осматриваюсь. Забор очень высокий, с колючей проволокой. Да что это за бункер такой?
– Выходим, цыпа, – блондин выпрыгивает, открывает мне дверь, – и без глупостей.
Беру котенка, неуклюже вылезаю из машины. Домище такой огромный! Три этажа, высоченный! Крыльцо очень просторное!
– Моток шерсти с тобой будет жить. Увижу его хоть раз вне твоей комнаты – пристрелю, – рычит брюнет.
– Я поняла, – поджимаю губы.
– Пошли, – блондин хватает меня за локоть, тянет в дом.
Покорной куклой следую за ним. Инстинкты шепчут, что пока лучше затаиться и не рыпаться.
Усыплю их бдительность, выберу возможность и сбегу. Я не сдамся, пусть даже не надеятся!
Меня ведут по просторному холлу с огромными потолками. Больше никого нет. Ни прислуги, ни охраны.
Это хорошо.
– Вот, – на втором этаже меня подводят к комнате, блондин достает ключ и открывает дверь, грубо затаскивает меня туда.
– АЙ! – вскрикиваю, бандюк швыряет нас с котенком на кровать.
Нависает сверху.
– Тут жить будешь, – голос словно сталь, – и без глупостей, Ава. Лучше тебе не проверять наше терпение на прочность.
– Я поняла, – тихо произношу, волком смотрю на него.
– Тут все есть. Душ, туалет, кровать. Кондиционер. Окна заблокированы, так что даже не пытайся.
Резко разворачивается и направляется к двери.
– А как же Хэппи? – бросаю вслед. – Его кормить нужно и помыть… ветеринара вызвать…
Блондин бросает на меня уничтожающий взгляд и уходит.
Я остаюсь одна.
Так, Аврора, ситуация аховая! Я тут одна, помочь мне некому. Окна закрыты…
На всякий случай встаю и направляюсь к ним. Дергаю за ручку. Не поддается.
Осматриваюсь. Большой шкаф, распахиваю. Куча вещей.
Очень интересно…
Беру первую попавшуюся футболку. Мой размер. Под ложечкой начинает неприятно сосать.
Они знают мой размер… имя… не удивлюсь, если все мое личное дело просмотрели и медкарту!
Брр!
Бросаю одежду обратно в шкаф, захлопываю дверцы. По спине стекает ледяной пот.
– Мяя, – пищит Хэппи, беру малыша на руки, кладу на постель.
Осматриваю. За год работы в приюте я кое-какие навыки у Даши переняла. Котенок хромает на заднюю лапку, у него явно недостаток веса.
Еще глазик слезится.
– Малыш, – глажу его, он начинает урчать, – мы справимся… все будет… будет…
Из глаз текут горькие слезы. Глотаю их, стараюсь не впасть в истерику. Больше эти подонки не увидят их!
И в задницы себе пусть засунут это все!
Начинаю бить кулаками по постели. Плачу, молочу руками. Быстро выдыхаюсь.
