Илриан крепко стиснул зубы.
Небо прояснилось. Зловещая тень отползала с поляны в глубину леса, уступая место солнечным лучам. Все вокруг опять сияло, облитое золотом, а он стоял посреди этого буйства красок, сгорбившись и безвольно уронив руки вдоль боков, будто последний островок сумрака в царстве света и радости.
Его внимание привлек тихий стон. Девушка на земле пошевелилась, приходя в сознание. Ее аппетитная грудь в глубоком декольте наполнилась воздухом. Веки дрогнули.
Она сейчас откроет глаза! Увидит его! Они познакомятся!
Сердце Илриана забилось чаще. Позабыв о своей немоте, он упал на колени рядом с истинной и перевел взгляд с ее лица на раненый живот, из которого недавно извлек эльфийскую стрелу. Ее железный наконечник порвал платье, и сейчас сквозь прореху в ткани был виден кровавый кратер влажной заживающей плоти. Рана не рассосалась, не выродилась в свежий рубец, все еще немного кровила, но больше не казалась смертельной. Илриан вздохнул с облегчением.
Когда он снова посмотрел в лицо рыжеволосой красавицы, ради которой стольким пожертвовал, то встретил настороженный взгляд ее зеленых глаз.
Девушка наблюдала за ним и не шевелилась, но застыла она не оттого, что обессилела после потери крови и не потому, что боялась боли от неосторожного движения. Ее пугал Илриан – нависающий над ней незнакомый мужчина.
Надо было скорее успокоить бедняжку, сказать, что ей нечего опасаться, что Илриан не причинит ей вреда.
Эльф открыл рот – и скривился от мычащих звуков, которые оттуда вырвались.
Отвратительно.
Горячий румянец затопил его лицо до самых ушей. Илриан отвернулся.
И тут девушка дернулась. Краем глаза он уловил это порывистое движение.
– Нет, нет, нет. Пожалуйста, не надо. – Красавица отчего-то смотрела на его грудь и с перекошенным лицом отползала назад, выставив перед собой окровавленную ладонь в оборонительном жесте. – Не трогай. Не надо.
Илриан нахмурился. Силясь понять, что привело его истинную в ужас, он оглядел себя и лишь тогда вспомнил, что обнажен до пояса. Его туника грязной тряпкой валялась на земле. Он снял ее, чтобы зажать кровавую рану в животе умирающей.
– Не подходи. Не смей. Не надо.
Рыженькая почти рыдала. Похоже, решила, что Илриан собрался над ней надругаться и поэтому избавился от одежды.
Он хотел ее разубедить, но лишь мычал и этими постыдными звуками пугал свою избранницу еще сильнее.
Впрочем, ее можно было понять: очнулась, а над ней склоняется полуголый мужик, к тому же эльф, враг. Да и стрелу она поймала эльфийскую. Наверняка подумала, что это он в нее и стрелял.
Пытаясь донести до девушки, что он не насильник, Илриан в отчаянии замотал головой и замахал руками, но его жесты, вероятно, показались рыженькой угрожающими, ибо она забилась под дерево и сжалась в испуганный комок.
О боги, как же тяжело быть немым! После всего пережитого ему только не хватало женских истерик!
Илриан не знал, что делать, – в итоге просто сел на землю в нескольких метрах от дрожащей незнакомки и принялся ждать, когда та сама поймет, что он неопасен.
После того, как Илриан пожертвовал самым ценным, ему хотелось получить заслуженную награду – объятия и поцелуи, но до них было как до луны. Пока истинная даже не подпускала его к себе. Ему предстояло как-то все ей объяснить без помощи слов, потом заставить ее увидеть в нем не врага, а привлекательного мужчину, а ведь она наверняка относилась к эльфам предвзято, как и все люди.
Илриан устало растер виски.
Раньше он просто запел бы, и эта испуганная недотрога растеклась бы влюбленной лужицей у его ног, а теперь…
Скорее бы проступила метка связи! Ответного чувства она не обещала, но могла помочь Илриану донести до его избранницы правду. Хотя…
Люди же ничего не знали о традициях эльфийского народа – об истинности, о метках. Ничего! Эльфы тщательно оберегали свои секреты от врага, чтобы тот не воспользовался их слабостью.
Проклятье!
В какой-то момент Илриану показалось, что девушка успокоилась, и он решил попытать удачу. Поднялся на ноги и шагнул к ней. Но тут его истинная заметила на своей руке кровь, а затем поняла, что кровь насквозь пропитала ее платье, что она в крови вся. Вся! Тотчас ее глаза округлились, почти вылезли из орбит. Оттягивая на себе окровавленную ткань, девушка жадно хватала губами воздух.
Ветка под ногой Илриана хрустнула предательски невовремя. Незнакомка заторможенно перевела взгляд с ужаснувшего ее красного пятна на мужчину, которого считала насильником, и ее глаза распахнулись шире, лицо исказилось, подбородок дрогнул.
В следующую секунду она с криком метнулась в сторону деревьев.
Повинуясь инстинкту, Илриан бросился за ней и почти догнал, но…
Заросли орешника затряслись, листья на ветках зашелестели, и из кустов на поляну высыпалась вооруженная толпа. Десять бородатых мужчин с мечами и заряженными арбалетами.
Люди!
Илриана тотчас взяли на прицел.
Тем временем его избранница, не успев затормозить, с разбега влетела в грудь угрюмого брюнета в кожаном доспехе. Могучий бородач, в которого она врезалась, был похож на медведя, вставшего на задние лапы.
– Леди Алисия! – воскликнул он, опустив огромные ручищи на плечи девушки. – Хвала превеликим, мы вас нашли! Где вы были все эти дни? Ваш несчастный батюшка весь извелся.
При упоминании батюшки истинная эльфа, леди Алисия, – какое прекрасное имя! – смертельно побледнела. Вид у нее стал затравленный. Похоже, она не горела желанием возвращаться в отчий дом, в объятия любящих родителей.
Илриан нахмурился: может, вовсе не по вине трагической случайности эта юная особа оказалась одна в лесу?
– Что с вами, леди?
Медведь наконец заметил на ее лице кровь. И не только на лице, но и на платье.
– О превеликие, да вы ранены! Скорее, скорее приведите сюда лорда Абракса! Он отстал от нас.
Мужчины, заполнившие поляну, засуетились. Некоторые из них нырнули обратно под кроны деревьев, остальные продолжали целиться из арбалетов Илриану в грудь.
Сгорбившись, Алисия обхватила себя руками за плечи. Ее трясло.
Бедняжка! Едва не погибла, столько всего вынесла. Как же Илриану хотелось обнять ее и утешить, но ни истинная, ни мерзкие людишки, взявшие его на мушку, явно не оценят этот порыв.
– Грязный эльф! – замахнулся на пленного медведь и мазнул брезгливым взглядом по его голому торсу. – Он же не успел сотворить с вами дурное, леди Алисия?
Девушка мотнула головой и спрятала в ладонях вспыхнувшее лицо. После этого унизительного вопроса она съежилась еще больше, словно мечтала стать невидимой.
Ублюдки с арбалетами в руках понимающе переглянулись. Кто-то из них стиснул зубы, а кто-то искривил губы в сальной ухмылке. Все на этой поляне считали Илриана несостоявшимся насильником.
Он раздул ноздри.
– Может быть, здесь его упокоим? – предложил рыжий верзила с лицом, похожим на зад лисицы. – Раз – и нет ушастого. – Мужчина прицелился, словно собираясь выстрелить.
В ответ Илриан оскалился.
Смерти он не боялся, но не желал умирать так позорно, от рук жалких человечков, на глазах истинной, которая считала его подонком, способным посягнуть на девичью честь.
Забывшись, он открыл рот, чтобы песней призвать разрушительное пламя, но издал звук, от которого униженно покраснел.
– Что, эльфийская падаль, испугался? – заржал рыжий детина. – Умоляешь тебя пощадить? А нечего на наших девок лезть.
– Патрик, заткнись, – одернул его медведь, покосившись на всхлипывающую в ладони Алисию. – Он свое получит. Сгниет в темнице. Или лишится головы на площади Трех Судей. А может, его выставят на торги. Будет до конца жизни ходить в рабском ошейнике.
Не в силах ничего ответить, Илриан прикрыл глаза и представил, как огонь, рожденный его песней, трещит в воздухе, как закручивается вихрем, как несется на эту свору тявкающих псов, превращая каждого из них в горстку пепла. Видение не даровало ему облегчения, только разбередило свежую рану. Его могущество теперь в прошлом. Огонь больше ему не подчиняется. Отныне он жалкий мычащий калека без магии.
И ему грозит плаха.
Пока Илриан лихорадочно искал выход из безнадежной ситуации, в которую попал, кусты орешника распахнулись опять, и на поляну ступил высокий блондин. Волосы у него были длинные, черты лица – хищные, кожа – бледная, как у покойника, ее белизну подчеркивала черная одежда – туника, подпоясанная ремнем, и накидка с капюшоном. Колдун. Вычислить мага среди людей было проще простого. Все они имели одну отличительную особенность – их золотистые глаза горели подобно факелам.
– Лорд Абракс, – обратился к мужчине медведь, но тот небрежным жестом заставил его умолкнуть.
– Алисия, девочка моя.
Под злое сопение эльфа человеческий колдун заключил его истинную в объятия. Та прильнула к нему доверчиво, как к близкому другу или старшему брату, вот только проклятый чародей смотрел на дрожащую красавицу совсем не с родственными чувствами.
На волне ревности Илриан дернулся в их сторону, но щелчок арбалета, готового выпустить стрелу, заставил его замереть на месте. Оставалось лишь скрежетать зубами.
«Отойди от нее, отойди, отойди», – повторял Илриан в мыслях.
– Ты ранена, моя дорогая. Дай-ка мне посмотреть.
Колдун аккуратно отстранил от себя бедняжку и взглянул сначала на ее грудь в декольте, и только потом на рану.
Алисия дрожала всем телом, пока опустившийся на колени мужчина изучал ее окровавленный живот.
– Все очень серьезно! – наконец заявил лорд Абракс драматичным тоном и, вскочив на ноги, бросил в сторону Илриана очень странный взгляд. – Почти смертельно!
При слове «смертельно» Алисия затряслась еще сильнее, а эльф вздрогнул.
«Что говорит этот безумный человек? – подумал он. – Жизнь моей истинной вне опасности. Я отдал древнему божеству свой голос, а взамен оно залечило смертельную рану. Этой девушке ничто не угрожает!»
Но мужчина с глазами, похожими на пылающие факелы, говорил другое.
– Наша маленькая храбрая леди держится на ногах лишь по одной причине. Шок! Только благодаря ему леди Алисия не чувствует боли и своих травм. Но вскоре шок пройдет, и несчастной резко станет худо. Надо скорее оказать ей первую помощь.
Илриан вытаращил глаза и покачал головой.
Алисия задышала чаще, прижав к груди обе ладони.
– Не волнуйся, милая моя девочка, – приобнял ее лорд Абракс. – Я лучший целитель в Лореанге и не дам тебе погибнуть в расцвете лет.
«Он лжет! Никакой это не шок! Она не умирает. Это поймет любой целитель».
Илриан шумно втянул ноздрями воздух, затем так же шумно его выпустил. Забыв, что ему в грудь целится с полдюжины арбалетов, он шагнул вперед, но не успел совершить роковую ошибку, которая наверняка стоила бы ему жизни.
Внимание эльфа отвлекли.
Один из бородатых мужчин, наводнивших поляну, заметил в траве обломок стрелы со следами крови.
– Смотрите, – он поднял тонкое древко в воздух и продемонстрировал всем собравшимся зеленое оперение на его кончике.
Помогая раненой, Илриан снял с себя не только тунику, но и ремень с колчаном, на поверхности которого были вышиты эльфийские руны. Сейчас этот колчан валялся на земле, и рука бородача указывала на рассыпанные возле него стрелы. Стрелы с зелеными хвостика.
– Ах ты, тварь! – взревел медведь, и его огромный кулак полетел Илриану в лицо.
Глава 2. Лжеспаситель
Ее разбудил аромат магнолий, принесенный ветром из открытого окна, а может, просто пришло время вставать, и целебный сон разомкнул свои объятия.
Если другие аристократки любили по утрам понежиться среди одеял, то леди Алисия, сколько себя помнила, вскакивала с постели сразу, едва начинала осознавать реальность.
Вот и сейчас, проснувшись, она резко села в кровати, и первая ее мысль, как и всегда, была о том, что надо одеться поскорее.
Да, скорее! Корсет, панталоны, чулки, одна нижняя юбка, вторая – чем больше слоев ткани на ней будет, тем лучше. Шнуровка, пуговицы, крохотные крючки, такие неудобные для мужских пальцев, – она рада любой преграде на пути к ее обнаженному телу.
В первые секунды пробуждения сердце леди Алисии всегда билось очень быстро. Ведь никогда не знаешь, что увидишь, открыв глаза. Сначала она, как правило, с опаской косилась на соседнюю половину кровати, второй взгляд бросала на закрытую дверь, затем бегло осматривала всю спальню.
В этот раз юная баронесса очнулась в незнакомой обстановке. Другое постельное белье, другая закрытая дверь, другая мебель и другие стены – не розовые в гобеленах, а темно-зеленые, без картин.
Это не ее комната! Она не дома!
С протяжным вздохом Алисия упала обратно на подушку.
Несколько благословенных минут голова оставалась звеняще пустой. Юная баронесса смотрела в потолок без единой мысли и просто наслаждалась мягкостью матраса. Она даже не пыталась вспомнить, где находится. Зачем, если ей известно главное: не дома?
– Не дома, – шепнула девушка, и ее тело окончательно расслабилось.
Жаль, спокойствие и умиротворение не те чувства, которые длятся долго. Алисия с удовольствием купалась в этом озере безмятежности, а потом его чистая, прозрачная гладь потемнела и подернулась рябью.
Алисия нахмурилась. На ее лбу пролегла тревожная морщинка. Руки нырнули под одеяло и нащупали на животе шероховатость медицинских бинтов.
События минувшего дня обрушились на девушку ушатом воды из Льдистого океана.
Она вспомнила, как лорд Абракс нес ее на руках через лес, и солнечные лучи сочились сквозь полог листьев. Со слезами на глазах Алисия умоляла целителя не возвращать ее отчиму, которого все вокруг отчего-то упорно именовали ее батюшкой. Но барон Цвайн не был ее родным отцом. Ее родной отец погиб десять лет назад во время охоты на вепря.
Алисия тихо вздохнула.
В детстве она очень страдала из-за того, что родители холодны к ней и не обращают на нее внимания, но оказалось, что это самое настоящее счастье, просто дар небес, когда взгляд мужчины, с которым ты живешь под одной крышей, скользит сквозь тебя без всякого интереса. Хотелось бы ей снова стать маленькой незаметной тенью.
Закутавшись в одеяло, баронесса лениво осматривала комнату: тяжелые бархатные портьеры цвета лесного мха, напротив кровати камин – во время долгих суровых зим вещь просто необходимая.
Значит, добрый, милосердный лорд Абракс внял ее горячим мольбам и оставил больную у себя в поместье. За свою репутацию баронесса не волновалась. Да, Алисия ночевала в доме одинокого мужчины, но она была ранена, а он спасал ей жизнь.
Но что все-таки случилось в лесу?
