Вот это уже хуже некуда.
Пришлось в срочном порядке отступать под ворчание моей спутницы. Но я сделал два очень важных вывода – огонь его всё-таки режет, хотя ампутация не причиняет существу особого вреда. Отсечённые обрубки растеклись по камням, став его уменьшенной копией, и вскоре втянулись обратно в основное тело. Отдельные капельки из раны прожгли стёганую куртку Рины до самой кольчужной подкладки, так что контактировать со щупальцами категорически нельзя.
Что ж, я увидел достаточно. Этот выползень гораздо опаснее невидимок, и держаться от него нужно подальше.
К счастью, впереди был затяжной спуск, и двигались мы гораздо быстрее. Преследователь отстал ещё на середине склона, а там вновь начался лес, скрыв его из виду. Только беспокойство на душе никуда не делось. Уж слишком целеустремлённым он выглядел. На всякий случай я подстрелил по пути парочку крупных хищников, не став их добивать. Возможно, после обвала вся интересная живность разбежалась, и поэтому он увязался за нами. Но оправдание было так себе.
Шли мы до самого вечера без остановок, и лишь когда вокруг стало всё сильнее смеркаться, остановились на ночлег среди каменистой россыпи. Увы, ничего лучше не нашлось. На этот раз я уложил Рину первой и взял дежурство на себя. Та даже не спорила особо – слишком устала за день, тем более что открытого пространства вокруг было предостаточно. Стоило развести костёр, но мне и так было не холодно, а привлекать к себе лишнее внимание не хотелось. Большинство здешних обитателей старается держаться от огня подальше, но я опасался вовсе не их. Так что просто сложил сухие ветки в кучу и устроился возле спящей напарницы.
Та на удивление почти не ворочалась, лишь изредка вздрагивая. А вот прошлой ночью пришлось долго гладить её по вишнёвоволосой голове, чтобы хоть как-то отогнать мучительные видения. Не знаю, что ей снится, но это как-то связано с фобией. В тесноте кошмары у неё гораздо сильнее.
Начало ночи прошло без происшествий, а затем к нам пожаловал какой-то любопытный хищник, долго нарезавший круги вокруг нашей стоянки. Он уже давно был на прицеле огненной стрелы, когда внезапно захрипел и «затух», погасив тепловые сигналы. Тут уже не до светомаскировки, поэтому я немедленно запалил костёр и увидел колышущийся неподалёку студень. От нашего ночного визитёра остался лишь небольшой зелёный бугор, который прямо на глазах опадал. А слизень как ни в чём не бывало продолжил ползти, обтекая каменные валуны и редкие деревья.
Бесшумно и неотвратимо.
– Подъём! – заорал я, хватаясь за рукоять меча.
В нашу сторону уже потянулись первые ложноножки. Паяльник отсёк отростки, а я пинком отправил один из обрубков прямо в костёр, откуда он вскоре вытек обратно к «мамочке». Зато на крепкой обуви осталось несколько проеденных пятен. Больше так делать точно не буду.
Рина спросонья выпустила в студень метательную спицу и лишь потом сообразила взяться за сумку. Я подхватил рюкзак и вместе с девушкой поспешил в лес. Отдохнули немножко – и хватит. Спустя мгновение костёр с шипением потух под зелёной массой, и округа вновь погрузилась во тьму. Хорошо хоть у нас имелись кристаллы, дававшие пусть и скудноватый, но всё-таки свет. Представительница семьи Кавано неплохо видела ночью, а вот я мог споткнуться о какой-нибудь торчащий камень даже с тепловым зрением.
Но и с подсветкой наша скорость не позволяла сильно оторваться от преследователя, и, остановившись отдохнуть поутру, мы вскоре засекли его на опушке леса, который только что покинули. Едва успели наскоро перекусить, прежде чем пришлось вновь продолжить бегство. Существо же, напротив, никуда не торопилось, сделав ставку на изматывание.
– Надо что-то придумать, иначе завтра мы упадём без сил, – прикинул я вслух. – Вряд ли эта штука выдохнется раньше.
– Если она вообще когда-нибудь выдыхается… – проворчала девушка.
Учитывая схарчённых по пути животных, такое вполне могло быть. Вряд ли это полноценное живое существо, ему нет никакого резона преследовать именно нас. Скорее всего, снова какой-то гибрид, только на этот раз за основу взят кто-то из простейших. Интересно, есть ли у него внутри такой же кристалл, как и у невидимок? Я несколько раз сканировал ковёр с помощью теплового зрения, но не выявил там никаких аномалий. Впрочем, у горбунов ядра тоже не светились, хотя они даже на ощупь слегка тёплые. Там полно энергии, хоть мы и не можем ею воспользоваться.
Кстати, можно попробовать взорвать один из обычных кристаллов, но без Сатании это почище игры в русскую рулетку. Простенькие камни не просто так не заправляют под пробку. Они могут моментально бабахнуть, и нас даже не придётся долго переваривать. Так что затею лучше отложить на самый крайний случай или поискать нормальный кристалл. А пока стоило использовать наше преимущество в скорости, чтобы уйти в отрыв. Должен же быть у этого зелёного оладушка какой-то предел чувствительности?
Жаль, что местность не особо подходящая для марафона. Теперь мы старались не взбираться на крутые участки, чтобы не терять времени, но всё равно двигаться строго по прямой не могли. Да и усталость постепенно брала своё, вынудив меня наспех поджарить очередную дичь на склоне. Нас, конечно, тренировали без пощады, но у всего есть предел. Сутки мы ещё продержимся в таком темпе, а потом неизбежно начнём сдавать.
Как будто в насмешку новое мясо оказалось очень даже ничего, но у меня не было времени его нормально приготовить в запас. Ободрал, сколько мог, и сжевал прямо на ходу. Даже Рина попросила кусочек, поборов брезгливость. К вечеру ноги ныли нещадно, но мы позволяли себе лишь короткие привалы на несколько минут, чтобы напиться и перевести дух перед очередным подъёмом. Да и так отдых был чисто условный. В голове билась одна и та же мысль: «Пока мы тут сидим, тварь подкрадывается всё ближе». Это нервировало не хуже потустороннего взгляда.
Будь с нами ещё кто-нибудь, мы бы эту зверюгу точно одолели. Отрезанные кусочки почти не представляют вреда, и с ними куда проще разобраться. Заморозить, к примеру. Пока слизни оттают и соберутся обратно в кучу, нас бы уже след простыл. Или взорвать их, раскидав по всей округе. Вариантов масса, но мы вдвоём не могли даже соорудить приличную ловушку.
У него обязана быть какая-то слабость. Вот слизни, например, боятся соли. Понятное дело, что для такого крупного экземпляра понадобится целый мешок, но зарубку в памяти я на всякий случай сделал. Основа у твари явно водянистая. Жаль, что море далековато, и спуститься к побережью мы вряд ли успеем. Как выглядят знаменитые солонцы, куда животные ходят иногда за сотни километров, я тоже не имел понятия, но само проявление должен опознать без труда. Хлорид натрия здесь точно такой же, как и на Земле, только слегка розоватый. В городе даже продавали нерасколотые куски размером с кирпич, которые скупали домохозяйки.
К сожалению, ничего похожего мне на глаза так и не попалось. Здешние породы были сплошь тёмными, чаще всего имея вулканическое происхождение. Некоторые до сих пор напоминали застывшие потёки.
Снова наступила ночь, в которую мы едва ползли с хребта на хребет. Каждый новый шаг давался всё тяжелее. Ноги будто налились свинцом, и даже Рина, любившая многокилометровые пробежки, едва не вывихнула себя лодыжку, оступившись во мраке. Я и сам несколько раз чуть не навернулся, всё больше убеждаясь, что наша скорость едва ли не ниже, чем у слизня.
Промозглое утро затянуло низины непроглядным туманом, который лишь частично рассеялся с восходом светила. Мы вымотались до предела, но продолжали упрямо идти вперёд, пока путь через очередную долину внезапно не преградила полноводная река. До противоположного берега было метров тридцать, а ледяная вода бурлила многочисленными перекатами. Серьёзное препятствие.
Мы оба оживились, и не только от ледяной воды, бодрившей не хуже кружечки кофе. Впервые нашлось достойное препятствие, которое может нам помочь. Не будь тут торчавших глыб и порогов через каждую сотню метров, я точно бы рискнул сплавиться ниже по течению и оставить преследователя с носом. Жаль, что водоток здесь слишком бурный, но с другой стороны, может, оно и к лучшему. Осталось только перебраться на ту сторону.
Для этого я срубил несколько прибрежных деревьев, и один из стволов в конце концов упёрся макушкой в крупный валун близ противоположного берега. Сойдёт. Импровизированный мост трещал под напором воды, иногда захлёстывавшей его полностью, поэтому медлить не стоило. Хотя перебраться по мокрому стволу, который дёргался туда-сюда, было ещё тем испытанием. Спасибо многочисленным ветвям, без которых нас попросту бы смыло ещё на полпути.
На валун мы выбрались мокрыми до нитки, дрожа от холода и кипящего адреналина в крови. Инструкторы академии остались бы довольны, потому что вскоре макушка не выдержала и с громким всплеском переломилась. Течение радостно подхватило лишённый опоры ствол, потянув дерево в сторону ближайших порогов. Остальные деревья уже повстречались с ними, потеряв часть веток, а то и вовсе разбившись в щепки. Да уж, на плоту здесь особо не поплаваешь. Может, значительно ниже по течению, но мне категорически перехотелось спускаться.
Пока Рина готовила крюк для верёвки, я заметил одну странность у каменюки, на которой мы торчали. Она имела слишком правильные грани, хоть и сглаженные водой. Некоторые породы колются подобно кирпичам по перпендикулярным направлениям, но здесь пропорции были уж больно подозрительные.
Между тем моя напарница успешно забросила крюк на ближайшее дерево, опустившее ветви над водой, и благополучно добралась до берега. Затем затянула туда поклажу. Наша верёвка нынче состояла из сплошных узелков, но вес вроде бы держала. Я галантно пропустил девушку вперёд и продолжил обследовать камень. Грани продолжались даже под водой, насколько хватало рук.
– Ты чего там с валуном обнимаешься? – сердито поинтересовалась Рина сверху.
– Это вообще-то тёсаный блок, – ответил я, берясь за верёвку. – Не узнала?
– Слушай, и правда! Думаешь, течением притащило?
– Ну не с неба же он упал…
Поплевав на замёрзшие руки, я полез вслед за спутницей, оттолкнувшись ногами от верхней грани блока. Верёвка всё-таки лопнула, но подо мной уже было мелководье, поэтому река не смогла далеко меня унести. Цепляясь за торчащие корни деревьев, я выбрался из воды, а там мне уже помогла напарница.
– Как д-думаешь, та штука сможет п-переправиться? – стуча зубами, спросила она меня.
– Скорее всего.
Мы присели перевести дух прямо на прибрежных камнях, и я поспешил крепко обнять продрогшую девушку, разгоняя тепло по рукам. Вскоре от её одежды повалил пар.
– Может, хоть костёр разведёшь?
– Некогда.
– Иногда ты мне напоминаешь нашего наставника, – вздохнула одногруппница, пристроив мокрую голову у меня на плече. – Теперь наверх?
– Что, даже спорить не будешь? – удивился я.
– Говорю же, ты слишком привык иметь дело с дурами. Спускаться проще, но там мы ничего не найдём.
– Тогда пошли.
– Уже? Ладно…
Нас ожидал довольно крутой подъём, однако впереди забрезжила надежда. Особенно когда среди прибрежных камней я наткнулся на обломок ещё одного блока. Его разбило течением, но зато грани проглядывали куда явственнее, чем у предыдущего. Воодушевившись этой находкой, спустя несколько минут мы уже шагали наверх, срубив каждому по шесту. Река постепенно сужалась, проточив себе дорогу между скал, и вскоре нам пришлось уже карабкаться, подмечая по дороге всё новые и новые обломки какого-то строения.
Выбравшись на очередной уступ, я огляделся и увидел далеко внизу знакомое зелёное пятно. Причём уже на нашей стороне. Студень без проблем переправился по воде, не потратив лишней минуты. Рина тоже его заметила и витиевато выругалась, на зависть портовому грузчику. А ещё строит из себя утончённую аристократку…
Нам не оставалось ничего другого, как продолжать восхождение. Местное солнце начало припекать, когда впереди показались подозрительно ровные очертания. Это были полуразрушенные башни, которые некогда возвышались над рукотворными стенами из крупных блоков с треугольными зубцами. Вроде как металлическими, но с такого расстояния не поймёшь.
Одна из башен прилегла прямо в речное русло, а другая частично обрушилась вниз. Сами укрепления опоясывали небольшое плато с обрывистыми краями, которые дополнительно сгладили, превратив их в гладкую стекловатую поверхность. На наше счастье, время не пощадило даже камень, и в нём было полным-полно трещин. Кое-где вывалились целые куски, позволяя использовать полости в качестве точки опоры. Разве что края разломов были бритвенно-острыми, как у битого стекла.
Плохая новость заключалась в том, что чёртов коврик нас уверенно догонял. Как бы мы ни спешили, обдирая пальцы в кровь, студень всё равно взбирался быстрее. Нас выручила только приличная фора, позволив достигнуть края плато первыми. Как я и предполагал снизу, это был не просто замок, а настоящее поселение за стенами, можно сказать, местный аналог кремля. Там и укрыться куда проще, и раздобыть что-нибудь полезное для обороны. Чем чёрт не шутит, вдруг где-то внутри сохранилась соль? Она ведь срока годности не имеет.
Искать вход нам не пришлось – неподалёку от разрушенной башни в стене зияла громадная дыра, за которой выглядывали явно жилые постройки. Взбираться по каменным обломкам вышло гораздо легче, хотя сил у нас оставалось не так уж и много. Прекрасно понимая, что сейчас решается наша судьба, мы осушили последние кристаллы, один из которых рассыпался на мелкие песчинки. Стало чуть полегче, но тело всё равно ломило, будто на протяжении дня меня били палками. Рина вряд ли чувствовала себя лучше, но продолжала двигаться за мной без жалоб и просьб передохнуть.
Пожалуй, со спутницей мне действительно повезло.
Чем выше мы взбирались по остаткам крепостной стены, тем больше я убеждался, что здесь давно никто не живёт. За стенами пестрела местная растительность, кое-где покрывая постройки до самых крыш. Архитектура показалась странноватой, но голова после затяжного марафона соображала туго, и я решил пока не заострять на этом внимание. Главное сейчас – сбросить желеобразный хвост, а потом уже можно будет побыть вдумчивым археологом.
Однако укрепления, к моему удивлению, оказались не такими уж и заброшенными. Стоило нам зайти за стены, как несколько зубцов наверху встрепенулись, выдвинувшись над гребнем. Они оказались более сложной формы, как будто две пирамиды склеили в ромбовидную конструкцию. Причём нижний конец преспокойно парил над каменной кладкой без всякой опоры.
Где-то я уже подобное видел…
– Стража… – прошептала моя побледневшая спутница, резко остановившись.
И тут до меня наконец-то дошло, кого они мне напоминают. Того самого Друга, который нас едва не прикончил. Только он выглядел крупной левитирующей пирамидой, а эти были раза в два меньше. Но технология схожая, без сомнений. Тот же серебристый металл, те же простые до примитивности формы. И когда вокруг нас соткалось множество красных нитей, я почти не удивился.
Вот и всё, похоже. Допрыгались…
Но тут Рина с шипением прижала руку к груди, согнувшись от боли, а мой бок прямо сквозь асбестовую ткань обожгло нестерпимым жаром. Паяльник засиял не хуже новогодней игрушки, да и сквозь тонкие девичьи пальцы отчётливо пробивался свет. Я схватил рукоять меча и невольно поморщился от боли. Вот вроде бы уже привык гореть заживо, но эти ощущения были другими. Как будто за оголённый провод под напряжением взялся.
– Отруби мне руку!
– Ещё чего…
Нити вокруг нас наливались светом, не предвещая ничего хорошего. Я лихорадочно забегал глазами по завалам в поисках укрытия и наткнулся на ползущий к нам студень. Явился – не запылился. Его совсем не смущала проснувшаяся система безопасности, а зря. Потому что линии огня резко перестали быть эфемерными. Я в последний момент успел прижать девушку к ближайшему обломку, накрыв собой насколько возможно. Полыхнуло так, что меня ослепило даже сквозь плотно зажмуренные веки, однако трескучий жар лишь обдал нас адским дыханием.
Завалы отчётливо вздрогнули, вызвав небольшую осыпь мелких осколков, и на этом всё закончилось. Даже оружие перестало бить меня током, успокоившись. Проморгался я далеко не сразу, но спешить было некуда – на месте зелёного ковра блестел свежерасплавленный камень, почти до самого края стены. Внушает, ничего не скажешь. Жаль, что я так не могу.
С другой стороны, это был синхронный залп из нескольких точек, который не оставил живучему преследователю ни шанса. Правда, теперь мы вряд ли сможем вернуться. По крайней мере, пока расплав не застынет. Сколько же там было градусов?
Пока я прикидывал температуру, одно из ромбовидных орудий зависло прямо над нами, медленно крутясь вокруг оси. Как будто никак не могло определиться на наш счёт.
– Лучше пропусти по-хорошему, дружище, – демонстративно погрозил я мечом. – Иначе даже не представляешь, где он у тебя окажется…
– С ума сошёл! – прошипела Рина, которая тоже успела немного прийти в себя.
– Вовсе нет, – успокоил я её, закончив сканирование тепловым зрением. – Можешь даже плюнуть своим ядом на него. Похоже, у них почти закончилась энергия.
Сдвоенная пирамидка с явным трудом подлетела ближе, раскрыв одну из внутренних секций за бронепластинами. Правда, пустую. Подарков нам в этот раз не предусматривалось, зато у меня было что туда положить. Я сунул в ячейку один из желтоватых кристаллов, вырванных из невидимки, едва успев отдёрнуть руку. Пластины вернулись на место, и конструкция с гудением полетела обратно на стену. Остальные уже воткнулись в гнёзда, вновь став угловатыми зубцами.
– И поэтому ты решил их подкормить? – со вздохом уточнила девушка.
– Они нас всё равно бы не тронули, – ответил я, беря её за обожжённую браслетом руку. – Наши артефакты для них что-то вроде пропуска. Хорошо, что мы их сберегли.
– Тем более. Зря только редкий камень потратил. Они ведь наверняка ценные. Вон, смотри, ещё одна попрошайка к нам летит! У них не только энергии, но и совести нет!
Я в ответ криво усмехнулся.
– Значит, и с ним поделимся. Не жадничай и выворачивай карманы. Сколько бы эти кристаллы ни стоили, спокойный сон дороже. Мало ли что ещё из леса приползёт…
Глава 6
Впервые с нашего появления на Тёмном континенте мы в кои-то веки нормально выспались. Хотя даже недели не прошло, а проклятое место уже истощило нас до самого дна – и морального и физического. Но поглотить так и не смогло. Подавилось.
Все подробности о том, как мы искали убежище в полуобморочном состоянии, напрочь выветрились из моей больной головы. Очнулся я, как после шальной вечеринки, разбитым вдребезги и поначалу вообще не понимал, где нахожусь. Разбудило меня горячее дыхание прямо в ухо, нетрудно догадаться, чьё именно. А ведь точно помню, что засыпали порознь. Спасибо хоть соседка не металась в полубреду, вместо этого бессовестно закинув на меня ногу. Ну что за мода такая?
Стоило мне пошевелиться, как девушка тоже проснулась. Как всегда рывком, без всякой зевоты и потягиваний.
– Где мы?
– Хороший вопрос…
Я с кряхтением поднялся с каменного пола и вытащил из-за пазухи самый крупный из оставшихся у нас кристаллов. Сейчас его мерцания едва хватало, чтобы слегка обрисовать контур моих пальцев. Но стоило влить в него немного энергии, как он засиял не хуже диодной лампочки, прогоняя тьму по углам какого-то полуразрушенного помещения. Для меня потеря сил даже не ощущалась толком на фоне тотальной ломоты по всему телу. Вот что значит подросший магический запас! Понятия не имею, сколько сейчас в моей Атме, но на десяток таких малышей точно хватит. Куда важнее для меня не переборщить, превратив безобидный светильник в ядерную гранату.
Вроде бы такое простое для местных действие, а меня каждый раз на испарину пробивает. К счастью, моё нервозное состояние сейчас не вызывало больших подозрений. Рина сама озиралась по сторонам с опаской, держа руку на рукояти меча.
Почти со всех сторон нас окружали растрескавшиеся каменные блоки внушительных размеров. Кое-где они ещё держались вместе, несмотря на многочисленные сколы и трещины. Большая же часть представляла собой бесформенные груды, державшиеся на честном слове давно сгинувшего архитектора. Я хотел было пошутить про заваленный склеп, но не стал провоцировать очередной приступ клаустрофобии у моей спутницы. Дёрнется не туда и спровоцирует настоящее обрушение. К счастью, выход скоро нашёлся, пусть нам и пришлось выползать из-под рухнувших друг на друга пролётов, подсвечивая себе кристаллом. Другого освещения во всём городке, увы, не осталось, и снаружи царила темень.
Судя по всему, мы заползли в одну из частично уцелевших построек под присмотром малых стражей. Термин, кстати, прямиком из сказок, которыми в детстве зачитывалась Рина. Мол, древние крепости людей находились под их неусыпной охраной. У нас не было уверенности, что упоминались именно эти летающие штуки, но название подходило им как нельзя лучше. В сравнении с массивными Друзьями они и правда выглядели крохотной малолитражкой на фоне танка.
Такими темпами нас можно будет скоро считать специалистами по древним технологиям. Тем более что нас двоих почему-то признавали своими. Рина предположила, что всему виной наше происхождение. В далёкие времена среди северных кланов осело больше всего беженцев с Тёмного континента и самые талантливые из них быстро породнились с аристократическими семьями. Магическая селекция, как ни крути. Поэтому в наших жилах течёт кровь местных, что и засекли механизмы, приняв нас за потомков хозяев.
У меня имелись другие соображения на этот счёт, но я до поры решил их не озвучивать. Вполне возможно, что наша круглая отличница ближе к истине.
Дрыхли мы, оказывается, до самого утра следующего дня, просто первые лучи ещё не пробрались за внешние стены, на которых восседали малые стражи. Те накануне выклянчили у меня почти все «батарейки», после чего разлетелись по гнёздам. Зато во время затяжной спячки нас никто не побеспокоил, а это дорогого стоит.
Время до рассвета решили скоротать за трапезой, которая из обычного завтрака быстро переросла в полноценный обед. Голод нагулялся просто зверский – хотелось жевать даже промасленную бумагу, в которой хранились припасы. Увы, пришлось точить оскудевший паёк – мои запасы давно кончились, а дичь поблизости отсутствовала. Дальше за плато шли сплошные голые скалы, а сюда попробуй ещё заберись. Стражи наверняка приучили местную живность держаться подальше от стен, и только зелёному слизняку страх был неведом.
Ещё накануне я из последних сил полез к оплавленным камням, чтобы убедиться, что от него не осталось даже капли. Заодно хотел поискать кристаллическое ядро, но похоже, оно тоже не пережило слаженного залпа стражей. В любом случае очередной охотник на людей оказался побеждён и теперь нам ничто не мешало обследовать форт. Если у него до сих пор частично функционирует охранная система, то велик шанс того, что здесь до нас никто не успел побывать. А в нашем положении любая мелочь может пригодиться, не говоря уже о более ценных находках, ради которых складывали головы целые поколения имперцев. С другой стороны, сильно затягивать с археологией не стоит – припасов осталось ровно на два перекуса. Можно сказать, расходуем НЗ.
Через полчаса на улице стало достаточно светло, чтобы приступить к осмотру древних строений. Точнее, построек Древних. Стоило нам увидеть ближайшую из уцелевших лестниц, как авторство сразу же бросилось в глаза. Ну не строят люди полутораметровых ступеней почти в метр высотой! На них шагнуть может только Рина, способная вскидывать ноги выше головы. Всем остальным волей-неволей приходится скакать, как на полигоне с препятствиями. Там нас чуть ли не с первых занятий приучали к подобной архитектуре, поэтому тренированный курсант прыгает не хуже кенгуру.
Открытие поставило перед нами ещё больше вопросов. В том числе о нашей наблюдательности.
А ведь размер блоков на это как бы намекал, но что поделать, если местные иногда используют точно такие же гигантские стройматериалы. И понятное дело, производят их не сами. Я давно уже подозревал, что большинство нынешних городов отстроены заново на том же месте, недаром почти каждый из них имеет свои катакомбы. Где-то крохотные, давно разрушенные, а где-то вполне обширные, как у Татана с Двипахом.
До этого мне попадались исключительно подземные постройки, но и здесь архитекторы придерживались простых и угловатых форм. Сказал бы надёжных, но большая часть зданий нынче представляла собой заросшие растительностью руины. От этого зрелища ещё больше усиливалось чувство, будто находишься на какой-нибудь исторической экскурсии по древним местам. Вокруг всё казалось нарочито большим и массивным, а мы, будто два отважных хомяка, понемногу ползали туда-сюда в поисках чего-нибудь полезного.
Почти сразу нам попались разнообразные останки, которые никто не стал погребать. Большая часть костей валялась как попало, а также имела весьма характерные царапины. Какая-то живность здесь всё-таки поработала в своё время. Сейчас же, сколько бы я ни вглядывался тепловым зрением, живые организмы поблизости отсутствовали.
Хотя и без наличия зверья опасностей внутри форта хватало. Некоторые постройки только и ждали, чтобы рухнуть на головы неосторожным искателям сокровищ. И виновато в этом не только время. Судя по многочисленным следам, когда-то здесь бушевала нешуточная битва. Форт не сам по себе опустел, это точно. В некоторых стенах зияли пробоины, а каменная брусчатка хранила на себе множество разнообразных отметин – от мелких сколов до глубоких борозд с оплавленными краями.
Большая часть руин требовала хотя бы частичного разбора завалов. Желательно с применением спецтехники, которой у нас и подавно не было. Поэтому мы обшаривали только те места, куда могли протиснуться. Встречали нас всё те же кости, иногда довольно крупные, а также пыль и разруха. Первоначальные мои предположения не подтвердились – укрепления всё-таки разграбили. Гигантские двери были вскрыты, и даже прочнейшая каменная мебель представляла собой чаще всего разбитые фрагменты.
Зато мы узнали о Древних много нового. Куда больше, чем за все свои вылазки в подземелья, не говоря уже про наше обучение истории. Предшественники человечества весьма ценили роскошь, пусть и грубоватую на мой вкус, поэтому даже самое мелкое жилище отделывали драгоценными камнями и металлами. В последних я совсем не разбираюсь, в отличие от некоторых представительниц прекрасного пола, и кроме очевидного золота ничего не опознал. А вот Рина назвала ещё с десяток редких разновидностей и сплавов. Сейчас, конечно, всё это великолепие значительно потускнело, но стоило только стереть пыль, как отделка вновь начинала сиять. Для искателя поживы здесь непаханое поле, а вот нам лишняя тяжесть ни к чему, поэтому мы не поднимали даже мелкие обломки посуды и прочей утвари. Самоцветы же оказались обычными безделушками и не содержали ни капли магической энергии. Красивые, но бесполезные.
Помимо всяческого орнамента, сохранилось немало изображений на стенах, да и парочка статуй благополучно пережила штурм, сильно нас впечатлив своим видом. Первые творения божеств изображались местными зодчими в виде тёмных теней либо непонятных образин, которые мало походили друг на друга. А те на самом деле выглядели вполне антропоморфно. Плоские лица, лишённые носа и надбровных дуг, смахивали друг на друга как две капли воды, на наш человеческий взгляд. Различались лишь одеяния – от просторных тог до глухих воинских доспехов. Главной же особенностью можно назвать дополнительную пару конечностей. Причём все четыре руки казались непропорционально длинными. При желании Древние могли опираться на них, подобно земным гориллам. Что и продемонстрировали нам статуи.
Увиденное стало для нас очередным открытием, переворачивающим старые представления с ног на голову, а то и вовсе отфутболивая их куда-то очень далеко. Ведь подобное строение нам уже встречалось, и не раз. Если мысленно отбросить с фигур всю лишнюю плоть, оставив лишь костяк, выходит точь-в-точь некроид. Они, в отличие от собранных как попало скелетозавров, похожи друг на друга очень сильно. Даже лич имел подобное строение, отличаясь от подручных лишь в мелких деталях.
А ведь такая строгость форм ещё в самую первую встречу с Некросферой показалась мне странной. Потому что большая часть простой нежити выглядела будто кое-как собранной из костяного конструктора. Но в этом мире есть много чего непривычного для землянина, поэтому вид некроидов стал для меня обыденным. А у них даже божество и кто там тогда находился в местном астрале имело схожую комплекцию, так сказать.
Выходит, что в прорыве адептов Смерти виноваты вовсе не маги-порталисты. И с великой войной теперь всё ещё больше непонятно. Если человечество и впрямь победило несколько тысяч лет назад, почему этот город до сих пор стоит нетронутым? Сюда водили туристов поглазеть на достопримечательности с костями или вообще не освоили данную часть материка? Один вариант смешнее другого.
В общем, добрую часть учебного материала по местной истории можно смело выбрасывать. Ничего общего с реальностью там не осталось. Хотя третья из обнаруженных нами статуй, лежащая на брусчатке, имела существенные отличия от «типовых» Древних. Вместо дополнительной пары рук существо обладало широкими крыльями за плечами. То ли другой вид, то ли направленная мутация, как у наших зверолюдей. И самое интересное, что подобное изображение мне уже встречалось. Только не в учебниках, а среди храмовой росписи. Против подобных противников бились люди на летающих зверюгах. Судя по пропорциям, куда крупнее современных виверн, на одной из которых катается нынешний император.
