Страница 7 из 9
– Отпусти меня!– я кричала, не заботясь о том, что ночью меня, наверное, половина проспекта слышит.– Ненавижу тебя!
Колотила его кулаками по груди, по плечам.
Грязные после стройки волосы снова рассыпались. Липли к мокрому от слез лицу, попадали в рот.
Мне было плевать.
Вся злость, страх и отчаяние уже не вмещались в моей душе. Им нужно было дать выход.
Ну, а если он меня пристрелит за такое…
Так какая разница, кто: он или папаша за неповиновение?
– Ненавижу! Вы все ублюдки! Мрази! Почему вы думаете, что может решать за других? Я видеть вас не хочу, знать вас не хочу! Ненавижу! Ненавижу-у!
Он молчал.
Не говорил ни слова.
Не перехватывал мои руки. Не пытался уйти от моих ударов. Просто обхватил за талию, чтобы я могла нормально стоять. Прижал к своей груди и ждал.
А я кричала.
Билась в его руках. Слезы градинами хлестали из глаз. Голос срывался, охрип от крика. Но остановиться я не могла.
Совершенно потеряла контроль над собой.
Не видела и не слышала ничего вокруг себя. Только ощущала сильные руки на своей талии. Как железный спасительный круг, они давали мне немножко стойкости.
Не упасть.
Не свернуться калачиком на холодном асфальте и не завыть в голос от бешеной тоски и безысходности.
Силы стали покидать меня окончательно.
Я уже не могла бить держащего меня мужчину. Только хлопала его по груди ладонями.
И он этот момент не пропустил.
Перехватил меня одной рукой, обнял другой за голову, прижал ее к своей груди.
Я почти лежала на нем. Слышала под ухом биение его сердца и уже просто тихо плакала. Шмыгала носом, вытирала его рукой. Но остановиться не могла.
Тело колотила крупная истерическая дрожь.
А ему было все равно на то, что моя одежда грязная.
Он прижимал меня к себе, гладил сильной рукой по волосам. Беззвучно. Молча. Хоть бы что-то сказал. Хоть бы как-то понять его реакцию на все это.
Но нет.
Просто стоял.
Держал меня и давал время успокоиться. И я не понимала. Он говорит одно, но делает совершенно другое.
Кто же он, черт побери.
Ну, кто?
Я почувствовала легкое прикосновение к волосам. Как будто легкий, едва уловимый поцелуй.
– Девочка моя, я многое могу вынести, поверь. Единственное, чего не терплю – так это женских слез. Если ты хотела мне пожаловаться на жизнь – без проблем. Но если ты хотела таким образом привлечь внимание ментов – выбери другой способ. Они мне не помеха.
Глава 8
Машина спокойно катила по городу.
Водитель, который успел застать истерику, даже не посмотрел в мою сторону. Действительно Тихий, как назвал его Тигр по телефону.
Меня пристегнули ремнем безопасности и вручили бутылку с водой в руки.
– Попей. Тебе не помешает.
Я закатила глаза.
Иди к самым страшным демонам, засранец.
Брюнет скользнул взглядом по моим губам, улыбнулся чему-то и закрыл дверь.
Умен, гад, точно. Теперь я даже подняться не смогу без звука. Он точно услышит щелчок замка и сразу поймет, что я отстегнулась.
Все предусмотрел!
Быстро учится. Я от злости стукнула кулачком по колену.
Темноту ночного города, по-прежнему, рассеивали фонари. Я глянула на часы: скоро рассвет. А я так и не знаю, что меня ждет.
– Здесь прижмись, – негромко скомандовал Тигр водителю.
Тот послушно включил поворотник и прижался к обочине у какой-то автобусной остановки.
– Выходи. Брату передашь, что я исчезну на пару дней. Если нужен буду – пусть выйдет на меня по спутнику. Понял?
Водитель кивнул.
– Все, давай.
Мужчины вышли из машины.
Эй, а что происходит?
Я заволновалась. Вытянула шею, пытаясь понять, что планирует делать Тигран.
Он обошел машину и сел за руль.
Это что, мы сейчас с ним вдвоем куда-то поедем?
Нет, минус один мужчина это безопаснее. Как будто бы. Вот только от водителя я никакой угрозы и не чувствовала.
Тигран – вот моя главная головная боль.
И риск для задницы.
Я непроизвольно сжала ягодицы.
Надеюсь, он пошутил про анальный секс.
– Покатаемся?– он смотрел на меня через зеркало заднего вида.
Я бы показала ему средний палец снова. С огромным желанием.
Но страшно.
Не оценит шутки, брюнет.
Машина тронулась резко. Почти взвизгнула шинами, оставляя позади себя облачко выхлопного дымка.
Я обернулась назад.
Водитель остался стоять на остановке.
– Ты что, просто так вот его взял и оставил на остановке? Ночью?– я не могла поверить в это.
Понятно, что водитель взрослый мужик и ему особо не страшно. Он сам не такой уж законопослушный, да и здоровяк к тому же.
Но все же…
Тигран равнодушно посмотрел в зеркало.
И ничего не ответил.
Я откинулась на сиденье и сложила руки на груди. Ну да. Как же я забыла, что они не люди. Они звери. Со своими звериными законами, среди которых нет дружбы, взаимоподдержки и сочувствия.
Я накручивала себя.
Внутренний голос шептал мне, что я откровенно себе вру. Но я его затыкала усилием воли.
Не вру.
Чего я доброго видела от подобных Тиграну?
Отца-мудака? Пьяных братков, которые так и норовили ущипнуть за задницу в баре? Очень высоконравственно, да.
Тигр вел машину агрессивно и очень уверенно. Как будто сросся с ней. Она стала его продолжением.
Через полчаса мы выехали за город.
Я снова встрепенулась.
Интересно, куда он меня везет. Точно не к отцу. Тот, старый урбанист, предпочитал жить в центре города. Вряд ли что-то изменилось, и он купил себе дом в пригороде.
Машина уверенно пожирала километры.
Задавать вопросы я не решалась, а Тигран на меня даже не смотрел. Не отводил взгляда от дороги. Словно сейчас для него существовала скорость и направление.
И он летел.
В глубине души у меня шевельнулась зависть.
Я тоже любила водить.
И у меня даже была машина раньше. Пришлось оставить ее, когда уходила из дома. Но ощущения от управления автомобилем нереальные.
Полностью послушный тебе мощный механизм.
И ты определяешь все.
Твоя скорость.
Твоя свобода.
Твой чистый кайф.
Я закусила губу и отвернулась. Конечно же, просить у него сесть за руль, я не стану. Вот еще.
Унижаться? Перед кем?
Но откровенно заскучала по старым ощущениям.
Мы проскочили пригород. Здесь светофоров не было вовсе, а машин на дорогах было тем более.
Мотор гулко урчал.
Я ткнула кнопку стеклоподъемника. Окно послушно открылось, и в машину ворвался поток прохладного ночного воздуха.
Боже, какой запах!
Тигр бросил на меня быстрый взгляд в зеркало, но ничего криминального в моих действиях не увидел.
