На это я никак не отреагировал, но, по сути, Хаос был прав. Боги пришли сюда, начали питаться энергией, которую давали люди. Как давно пришли? Это отдельный философский вопрос. Люди давно обожествляли тот или иной природный аспект. Скорее всего, Хаос почувствовал это, породил новых богов, которые подстроились под веру людей. И из-за этого они стали реальностью в этом мире. Удивительный момент на самом деле. Было бы так везде… но лучше не стоит.
Но на самом деле всю дорогу я в основном пытался проработать бой, который отгремел давненько. Когда я сражался, иногда срабатывали заклинания, причём те, которые мне не свойственны. Сначала я подумал, что это какая-то шутка богов, а потом вспомнил про свой доспех. Иногда было интересно наблюдать за тем, как во время разреза умирало несколько тварей, как издавался клич Кайланы, ускоряющий всех вокруг. Вот только интересно, что магия Палиаса на меня не сработала, ауры не дублировались. Чаще всего работало само по себе самоисцеление, идеальный разрез и что-то там со зверями. Стоит ли этот момент учитывать в будущем? Думаю, нет, не стоит. Ибо неизвестно, что сработает. Возможно, в какой-то момент придётся вообще отказаться от этого доспеха, особенно когда появятся умения, влияющие и на союзников. Как у меня новое, например.
Ближе к вечеру на нас нарвался отряд разбойников. Почему не мы на них, а они на нас? Ну, в итоге-то они были разбиты на голову, причём даже без пленных. Только одного допросили, чтобы узнать, где они прятались. Как оказалось – нигде, постоянно кочевали от места к месту, стараясь нападать на вот такие маленькие группы людей, убивая их или беря в плен. Продавали в рабство. Вот только где… знал их старший, который погиб одним из первых.
– Что-то ты какой-то мрачный, – поравнялась со мной Ника. – Что тебя так гложет?
– Посмотри на доспех и на его последнее свойство, – хмыкнул я. – Особо не обращал внимания в бою на то, что и как работало, просто подстраивался, иногда даже воспринимал, что активировал что-то сам. Но по факту… в перспективе – удобное умение, по факту… не особо. Плюс, видимо, срабатывает, когда удар приходится именно по доспехам.
– А судя по тому, что я слышала от Палиаса, пропускал ты в основном удары по рукам и ногам, – задумчиво проговорила Ника. – Но всё равно же срабатывало?
– Угу, срабатывало. Но если у кого-то появится заклинание, которое может повлиять на рядом стоящих союзников в отрицательном ключе… придётся что-то придумывать, – поджал я губы. – Возможно, придётся заменить. Или свойство на доспехе, или сам доспех.
– Думаю, что со временем я смогу с этим помочь, – проговорил будущий сын божественного кузнеца. – У меня есть идеи уже, как можно создавать снаряжение, но пока только идеи. Времени не было их реализовать на практике. И то… если вы разрешите, конечно, провести эксперимент.
– Ну, если это что-то дельное, то, конечно, разрешу, – кивнул я. – Ведь нам нужно усиливаться и до боя, а не после него. Иначе можем не пережить схватку, так как потенциальный враг может догадываться о свойствах наших доспехов и оружия. И подберёт что-то такое, что может нас уничтожить.
– Думать о будущем – прерогатива сильных, – вставил своё слово Алкид. – А вы силу уже доказали. Значит, мы все найдём способ, как противостоять разным врагам. Но в любом случае… огни на дороге. Мы почти приехали.
Я поднял взгляд. За дорогой я особо не следил, ехали мы в основном следом за Артаменой, которая иногда заменялась на Кайлану. Они были нашей разведкой, авангардом. Пару раз, к слову, Кайлана взлетала, так как ей что-то не нравилось в округе. Тогда мы обходили крупные отряды разбойников, которые крутились возле трактов, например, на расстоянии шагов трёхсот. Могли их и уничтожить, но тут есть нюанс. Не все из нас могли бы пережить те битвы. Ибо что такое сражение с той же сотней…
Конечно, новобранцы горели, хотели сражаться. Но после моих объяснений, что мы не сможем постоянно находиться рядом с ними, как няньки, что нас могут самих убить, отбросить, разделить и тому подобное, их пыл немного умерился. Да, мы сильны. Но если на меня накинется сразу трое, то я просто чисто физически не смогу устоять на ногах. Только Астерра сможет, да и то только из-за свойства на поножах.
В любом случае без драк доехать не удалось, даже под окончание дня. Возле самого Мегаполиса отряд ублюдков без чести и достоинства напал на горожан, которые возвращались с полей. Благо, мы оказались рядом, и ничего страшного произойти не успело. Но это был печальный звонок. Там, где бродили амазонки, такого количества преступников не было.
– Их бы энергию, да в нужное русло, – негодующе проговорил Палиас, когда закончилась очередная схватка. – Я не думаю, что стражников не хватает, но из-за чего столько всяких… тварей повылезало?
– Война – дело такое, – проговорила Артамена, выходя из своей невидимости, словно с неё сдёрнули вуаль. – Всё равно в тех же селениях меньше мужей осталось, из-за этого вот такие трусы, – пнула она труп разбойника, – вылезают. Боятся, но резко набираются смелости, когда рядом нет защитников в достаточном количестве.
– Так, давайте хоть в это не будем ввязываться, – поднял я взгляд на своих товарищей. – У нас есть свои задачи. Нам нужно становиться сильнее, так как враг дал прямо понять, что это не последний виток проблем. Пускай обычные люди разбираются с обычными людьми. Война не первый раз пришла в наш дом и не последний. Раньше как-то с этим боролись, пускай продолжают бороться с этим и сейчас. Да, при возможности мы будем помогать жителям, которые подвергаются опасности, но не будем менять из-за этого приоритеты.
– Сказал как боженька, – с уважением проговорил Алкид. – Или твоими устами сейчас проговорил сам Хаос Первозданный?
– Иди к Аиду, а, – нахмурился я. – Нет, моим телом управляет всё тот же человек, что и в самом начале этого пути.
– Ага, – улыбнулась Ника, а Астерра со скепсисом глянула в мою сторону. – С самого начала… катастрофы этой, да?
– Да, – жёстко ответил я, после чего направился обратно к своему скакуну, с которого пришлось спешиться. – Всё. Мегаполис уже близко, а вы, – указал я глефой на горожан, которые ещё приходили в себя, – думайте, когда идёте домой, в какое время суток. Если бы нас тут не было, то что бы вы делали?
Ответа я не дождался, продолжил путь, после чего сел на скакуна и стал ждать остальных, которых пришлось буквально руганью заставлять садиться. Но потом пожалел. Они занимались важным делом – лишали голов уродов и убирали тела на края дороги. Так что… я немного погорячился, факт. Но всё равно правда была за мной. Мы стоим выше некоторых проблем, как бы это мерзко ни звучало со стороны обычного обывателя. У нас свои цели… и их обязательно надо достигнуть. Например, Спарта, уже завтра причём.
Глава 3
В Мегаполисе мы нашли где переночевать достаточно быстро. Так как мы уже прославились в пещерах не так далеко от города, то слухи о нас тут ходили самые лестные. Победители горгон, укротители Медузы и тому подобное. Вот только был нюанс. Тогда это был отряд Чертей, которым руководил сын царя, а не я. Но запомнился почему-то именно я, притом что из народа этого вообще никто не видел. Как узнали? Вопрос хороший. Кто-то, видимо, провёл информационную «накачку», героизировав мой облик.
Только кому это надо было? Царю? Скорее нет, чем да. Ему, наоборот, надо делать так, чтобы прославлялся он… посредством меня. Мол, это не я сам направился туда, а царь меня направил, что я действовал по его указке и тому подобное. Мол, он – мудрый правитель, который знает, как распоряжаться подчинёнными. Но слух клонили так, словно это я нашёл ту пещеру.
Царевич? Вот он мог, но только для чего? Я пока не понимал его игры, не понимал, что он пытается сделать. То, что он на моей стороне, я уже в этом убедился. Видимо, он тоже частично узнал про планы отца, нашёл какую-то информацию и стал «играть». Ведь даже война не повод для власть имущих останавливать различные склоки.
Вот только какая сила была за Митроклом? По сути, только верные друзья по всей Спарте и в некоторых подразделениях Легионов. Но достаточно ли их? Скорее нет, чем да. У него возможности сильно ущемлены, по сравнению с возможностями отца. То, что Мит затеял эту игру против отца… становится слишком очевидным. Да, может, они действовали рука об руку в некоторых ситуациях, но сыну что-то не нравилось в действиях отца. Вот только что? Почему опять я оказываюсь в центре каких-то манипуляций и махинаций, при этом ничего не понимая.
– Ты какой-то загруженный, – уселась возле меня Ника на кровати. – Что тебя так беспокоит?
– Да так, – хмыкнул я, отведя взгляд в сторону, дёрнув одним уголком губ, – интриги, махинации… и всё такое. Не нравится, когда я чего-то не понимаю. А сейчас я кое-что не понимаю… и это порождает ещё больше вопросов, о которых я в иной ситуации вообще бы не подумал. И вообще. Что-то мне подсказывает, что в Спарте мы задержимся на какое-то время.
– Я тоже так думаю, – кивнула Ника. – Нужно отдохнуть немного от странствий. Устала я от них. Хоть на полмесяца… хоть немного насладиться нашим с тобой новым домом, в котором в прошлый раз мы толком ничего и не сделали, так как нас срочно начали бросать из города в город.
– Как думаешь, кто-то из Чертей в Спарте остался? – с улыбкой покосился я на неё. – Я бы с «братьями» встретился. Забавные они… и хоть было не самое лучшее первое впечатление о них, всё равно как-то сплотились в тех немногих походах. Как там говорят? Ничто так не роднит, как чувство близкой смерти?
– Ну, как-то так, да, – кивнула воительница. – А вообще, хватит рефлексировать и сидеть тут, поедать самого себя. Внизу наши уже пирушку закатили. У каждого свой повод. Да и городские начинают подтягиваться, хотят поболтать с нами. Мы же не настолько высоко взлетели, чтобы от народа открещиваться, ведь так?
Я вновь посмотрел на неё. Сейчас её волосы были распущены, с одной стороны спрятаны за ушко, а с другой интересно так обрамляли лицо. Так и хотелось её поцеловать… но эта умилительная особа вскочила, когда я начал наклоняться к ней, и, заманчиво покачивая бедрами, пошла на выход. Я только покачал головой и вздохнул с улыбкой на лице.
Осмотрелся ещё разок. Ну да, комнатка простая, максимально простая. Благо, нам удалось привести себя в порядок, но пришлось буквально ждать в очереди, когда помывочная освободится. Все мы, восемь человек, по очереди ходили в одну на этаже. Всё же Мегаполис не был приспособлен к тому, чтобы через него часто проходили, часто в нём останавливались. Просто город… как город, в котором можно жить.
Встав с кровати, я по привычке взял глефу. Чёрт его знает, зачем я постоянно с собой её ношу, но внутри всё время было какое-то чувство неполноценности, если её не было рядом. Жаль, что нет никакой магии, которая бы позволяла прятать оружие куда-нибудь в отдельное пространство, в Грёзы, например, но… увы.
Если сильно захотеть…
В голове сразу эта фраза продолжилась, из-за чего я даже встал, нахмурился и задумался. Он специально не стал продолжать и объяснять, но сделал такой жи-и-ирный намёк на то, что это вполне реально. Может, действительно существует такое умение, которое помогает прятать что-то в своё собственное пространство? Ведь что такое грезы в реальности? Это манипуляция пространством в первую очередь. А кто у нас отвечает за грёзы? Морфей? Он творец наших снов. Может, ещё кто-то, но я не уверен. Гипноз… скорее про иллюзии. Ладно, лишнее это сейчас. Возможность есть, и хорошо. А когда она появится… уже другой вопрос.
Спустившись вниз – к слову, здание было всего в два этажа, и мы заняли почти все свободные комнаты, – сразу заметил своих бойцов. Они уже вовсю… веселились. Пиво и вино текли рекой, а, может, и ещё что-то. Пахло апельсинами… и ещё чем-то. Не хотелось бы отравиться, но, судя по всему, Ника прошлась и проверила только что каждое блюдо и каждый напиток на столах на наличие яда. И ничего не нашла. И никто ничего не заметил. Ну… лишняя предосторожность лишней не бывает на самом деле, а если умение есть, то почему бы им не воспользоваться? Позиция весьма хорошая.
– Ха-ха! А вот и он! – воскликнул молодой парнишка, которого я никак не ожидал увидеть. – Спаситель нашего города, да чего города, всей Спарты!
Лукос. Некогда седьмой в отряде Чертей. Бойкий и амбициозный. Даже сейчас он буквально налетел на меня, обнимая и приподнимая. Это даже в какой-то степени заставило меня растеряться. И вообще, я сначала не узнал его. За эти дни, после которых мы разделились, может, чуть больше месяца прошло, жизнь его так знатно потрепала.
Первое, что бросалось в глаза, – огромный шрам на половину лица. Каким-то чудом глаза были на месте, хотя видно, что тот, кто наносил этот удар, очень старался лишить его хотя бы одного глаза. Второе… у него была белая голова, в смысле седые волосы. Учитывая, что он немногим старше меня… странно это выглядело. Что он такое увидел, что вызвало у него такой страх, что он буквально поседел? Ну и последнее… он был в броне, его шлем лежал на столе. И там чётко было написано, что он сотник.
– Лукос! – мысли пронеслись буквально за мгновение в моей голове, так что секундная заминка была весьма… уместной. – Чёрт, не ожидал тебя тут увидеть! Смотрю, что твои слова про путь наверх через Чертей оказались истиной! Поздравляю тебя. Вот только, что ты тут забыл?
– Да меня только назначили, – самодовольно хмыкнул он, сделав два шага назад. – Три десятка лишились своих командиров, их дали мне, а потом отправили на пополнение сотни. Вот, брожу по городам и поселениям, собираю добровольцев. Принудительно никого не гоним. Тренируем попутно. Через пять дней предписано возвращаться, сколько бы ни было людей. Там, если верить тысячнику, мне пополнят из разбитых отрядов мою сотню
– Потери большие? – уточнил я как-то осторожно, даже с опаской.
– Приличные, – тут же стал он серьёзным и, видимо рефлекторно, потянулся к шраму на лице, который имел всё ещё красный оттенок. – Но на общем фоне не такие значительные. Да и сам должен знать, что о таком говорят на военных советах, а не в публичных заведениях.
– Причём не в такой обстановке, – кивнул я, осматривая веселящихся людей вокруг. – Все твои?
– Не только, – покачал он головой. – Повезло пересечься с ещё одними.
– Сотней? Набранной уже?
– Угу, – кивнул Лукос. – Мы по разным деревням ходили, так что не пересекались. К слову… слышал, ты Олимпию смог защитить от разгрома, как и Пилос. Вести буквально гремят о тебе, особенно после битвы под Спартой.
– Ну, до Пилоса ты был с нами, в битве под Спартой тоже ведь участвовал, – усмехнулся я. – Но, вообще, делал просто то, что должно. Сейчас возвращаюсь… домой. Ну, в смысле в Спарту. Там есть дела… божественные.
На последнем слове я широко улыбнулся. Почему-то всё это воспринималось как-то ненормально, словно это какая-то шутка судьбы или ещё что-то. Но мои слова мой бывший соратник воспринял серьёзно и даже кивнул с такой миной на лице, мол, говорит сейчас не со своим бывшим товарищем, с которым шёл плечом к плечу, а действительно с богом. Благоговейное, вот!
– Слышно что ещё про наших? – уточнил я. – Все живы?
– Живы все, но это в общем-то всё, что знаю, – пожал он плечами. – Ну, за исключением Мелла. Он мой тысячник сейчас.
Я только улыбнулся. Нет, я действительно радовался за своих бывших товарищей. Они весьма бодро сейчас идут по службе и начинают занимать весьма важные позиции при армии царя. Скорее всего, Мелл в Легионе царевича, что будет вообще неудивительно. Ему среди командиров нужны именно свои люди, которые не только умеют ориентироваться на поле боя, но и верны ему. Такие нужны всегда. Особенно когда затеваешь игру против своего же отца… царя то есть.
Но касательно войны нам удалось всё же переговорить. Афиняне потеряли огромное количество кораблей, из-за чего им пришлось снять блокаду наших городов на западе. И в этом, что удивительно, помогли гарпии Кайланы. Они с факелами и греческим огнём совершили дерзкий налёт на корабли, буквально сжигая их. Пленных не было, ибо до берега никто тогда не доплыл. И понимание того, что в противостоянии другим государствам нам начали помогать существа из мифов и легенд… заставило пересмотреть тактику наших врагов.
И фронт после этого замер. И этим пользовались все. Царь решил пополнить свои Легионы, пока только за счёт добровольцев, если верить седьмому… некогда седьмому, амазонок распускать не стал, но оставил в городах, чтобы помогали страже, а афиняне перегруппировывались для нанесения новых ударов. Что будет – покажет время. Лукос не знал, что именно будет, но что-то грандиозное, ибо царь решил ударить не только по суше, но и по морю.
А значит, в скором времени возможна осада Афин, а это… положительно скажется на наших планах. Не так много Полисов присоединилось к ним на самом-то деле. Достаточно, но не так много. А значит, у нас есть шансы не просто выстоять в этой войне, но и победить, возможно, начав объединять всю Элладу, как это некогда сделала Македония при своём царе Александре. Судьба явно решила посмеяться, допустив такой интересный повтор.
Когда разговоры закончились, я присоединился к веселью. Имел на то право, а своё состояние контролировал с помощью самоисцеления. Правда, пришлось убрать в комнату камень поддержки, который отвечал за пространственное исцеление, портить другим вечер я не хотел. И Нике приказал сделать то же самое. Завтра пускай встречают последствия всей своей головой… и желудком.
Вообще, народ действительно говорил обо мне, как о народном герое. Слухи гуляли разные, но в основном положительные, реже нейтральные, а отрицательных я не слышал от слова совсем. Герой, спасший Спарту. Полубог, одолевший горгон. Мститель, покаравший предателей подле Пилоса. Защитник, вставший грудью за Олимпию. И множество различных интерпретаций. Самое плохое, что я про себя слышал: «Это просто обычный человек, которого обожествили, вот и всё». И… я посмеялся над этим.
Пока мы гуляли, всё равно продолжал как-то автоматически следить за округой, за своими, городскими и возможными противниками. Ника систематически проверяла всё в округе на наличие ядов, иногда обезвреживала их, к слову. Недоброжелатели тут были, вот только вскрылись они сейчас. Ждали, когда мы потеряем бдительность? Возможно. Но к ним я наведаюсь попозже, когда они удивляться будут, что ничего не работает.
К Кайлане, к слову, прилипла целая толпа людей, когда кто-то из наших проговорился, что она на самом деле бывшая Старейшина того клана, который помогал нам на войне, который обосновался не так далеко на западе от Мегаполиса. Люди буквально заваливали её вопросами, причём часто похабными, за что получали, причём весьма обоснованно. И ведь никого не смущало, что она выше ростом всех тут находящихся.
Палиас рассказывал «сказки» про то, как он своими силами уничтожал целые отряды противника. Нет, в них была доля правды, но он постоянно опускал важные детали – например, что он большую часть битвы вообще был в лапах гарпии, накапливая силы для удара. Вокруг него собрались в основном девушки, которым нравились его «сладкие речи». Сын бога воды… и заливал он хорошо, что меня смешило. Но поправлять я его не стал. Пускай пользуется этой минуткой славы. Не только же мне привлекать к себе внимание своими поступками, правда же?
Астрерра обособилась, насупилась и смотрела на всех исподлобья. В принципе, её любимая оболочка. Нет, она отвечала приветливо всем, кто к ней подходил, отвечала открыто на все вопросы, если они не касались чего-то личного или секретного, например, связанного со способностями. Пару раз к ней даже попытались приставать, но крепкий удар быстро остужал горячие головы. А если задавали вопросы, то отвечала спокойно: тот, кто верит в Геру, может иметь только одного супруга в своей жизни, а своего она ещё не нашла и тут его не видит. Чёрство, но честно. И работало, кстати.
Артамена вообще периодически пропадала из поля зрения, а когда возвращалась, то всегда напевала под нос какую-то песенку и кивала мне. Что-то она опять делала, кого-то, сто процентов, утром не найдут в этом городе. И я вновь убедился в том, что она знает куда больше, чем говорит. Скорее всего, добралась до каких-нибудь политических врагов Митрокла либо до тех, кто пытался нас отравить. А может, это даже одни и те же люди. Даже вникать не хотелось сейчас… но завтра, когда покинем город, обязательно расспрошу.
Два наших новичка, которые хоть и были посвящены в секреты, но ещё не были полубогами, держались немного обособлено. Тоже, видимо, встретили каких-то своих дальних знакомых, с которыми общались. Обсуждали всякую ерунду, как по мне. Политику, различную мораль, что и как должно быть, а вот как бы поступили они, а вот как поступают другие. В общем, какое-то из «не моих» воспоминаний подсказало, что в любой компании будут те, кто примерно так и поступает.
Но вообще я был рад, что нас вот так достаточно тепло встретили в городе. Да, никаких скидок не предоставили, а возможно, и ценники на все задрали, ведь никто и никогда не упустит возможности разбогатеть, но факт остается фактом. Люди нам были рады, а это самое главное. Причём наше гулянье, которое вообще возникло спонтанно и, видимо, из-за моего знакомого, постепенно начало переходить на улицы города, его подхватывали другие мужи, иногда девы… и все мы каким-то чудом оказались на городской площади, где я задвигал какую-то речь. И вроде не пил много, вроде постоянно сбрасывал опьянение самоисцелением, но всё равно ударило по голове в какой-то момент.
И чего я только не говорил… про единство Спарты, про то, что сейчас каждый должен помогать каждому, все должны трудиться на благо всех. Говорил и про войну на севере, что без поддержки народа войска никогда не смогут победить. Говорил и про то, что не все пришлые из иного мира плохие, приводя в пример два клана, которые нам уже помогали. К слову, весть про Стальное Копыто и досюда успела добраться, но никто особо не верил, что кентавры помогли во время осады, а пленники сейчас помогают восстанавливать всё, что разрушили. Говорил и про то, что это не последнее испытание, что предстоит ещё много перенести на своих плечах, что тяжелейшие битвы еще впереди, что к ним нужно приготовиться.
И народ, чтоб меня боги покарали, если я совру, слушал меня! Все буквально затихли, внимали каждому моему слову. Воины и стражники временами кричали «Хоу!», ударяя кулаками себя в грудь, а обычные горожане прикладывали ладонь к груди. И ведь действительно, созданный мной жест быстро расползся по всей Спарте… и закрепился как традиция. Приятно до чёртиков.
Но всё рано или поздно заканчивается. Люди начали расходиться, воины просто устали столько веселиться. И в конечном итоге я оказался в своей комнате, в объятьях любимой жены, с которой у нас по итогу выдалась весьма жаркая ночка.
Глава 4
Под утро, как я и ожидал, все проснулись с тяжёлыми головами, бурей в желудках и сухими ртами. А я на них смотрел и улыбался вместе с Никой. Нужно уметь себя контролировать, чего они не делали от слова совсем. Рассчитывали, что я их поддержу? Нет уж, пускай встречают проблемы с высоко поднятой головой.
Так как до Мегаполиса мы добрались, преодолев примерно две трети маршрута, мы могли себе позволить немного задержаться. До Спарты тут было не особо далеко, так что… я сначала дал хорошо так своим прочувствовать все прелести похмелья, а потом уже помог снять эту боль везде и всюду от любого движения и при бездействии. Только Артамена выглядела более-менее свежей, но тоже переборщила, когда разделалась со всеми проблемами. Так что после завтрака мы неспешно собрались и спокойно направились по дороге дальше.
– Заглянем в одну пещеру? – повернулся я к остальным.
– А что в ней такого особенного, что в нее требуется заглянуть? – уточнила Астерра.
– Мы там сражались с горгонами, – пожал я плечами. – Узнали некоторые особенности того, что нам даровали боги. Так что… скорее почтить память. Да и проведать кое-кого.
Больше никто вопросов не задавал, а как гласит истина: молчание – знак согласия. Поэтому мы построили свой маршрут так, чтобы заглянуть в гости к одной особе, если она все еще там. И почему-то я на это искренне надеялся. Почему? Даже не знаю. Просто было какое-то чувство.
На выходе из города нас встретил мой знакомый. Пожелал легкой дороги и спросил, что передать Митроклу. Я даже не знал, на самом деле, но потом едва заметно покосился на дочь Гермеса и просто попросил передать спасибо. Ведь, по сути, он мне дал в спутники того, кто довольно долго варился во всей этой кухне политической, кто понимает, что и как устроено. И да, с ней надо поговорить. Вот только как к этому подойти?
– Не мучайся, – минут через десять, как мы отъехали от города, первой заговорила Артамена. – Еще вчера я ловила на себе твои взгляды, полные сомнения и некоего недоверия. Возможно. Иногда тебя сложно прочитать. Ты знал, что, когда ты думаешь, ты злой?
– Никогда не обращал на это внимания, – с улыбкой хмыкнул я. – Но вообще, давай рассказывай, что вчера было.
– Ну, то, что тебя пытались отравить, ты уже понял, – спокойно проговорила она. – По крайней мере внимательно следил за Никой, когда она обследовала всю еду и… применяла свою способность. Ведь так?
– Так, – усмехнулся я. – Твои догадки верны. Что дальше?
– Ну, я по горячим следам вышла сначала на исполнителей, поймав тех за руку, а потом уже на заказчика в городе, прям там, к слову. И ты удивишься… один из Советников боялся, что его просто уберут из-за его некомпетентности, так как ты можешь что-то проведать, начать разнюхивать. И он решил тебя отравить, выдав за то, что ты просто перепил, – покачала она головой.
– То есть даже не культист? – искренне удивился я.
– Ну, может, что-то и было, но то скорее случайные встречи. Но нет, сам он был не культист, – поджав губы, улыбнулась она.
– Был… – прикрыл я на миг глаза.
– Был, – подтвердила она. – Ну, он на самом деле заслужил. Умер, скажем так, от остановки сердца. Опустим тот момент, что остановка произошла из-за сильного удара в область груди… он все равно был старым и уже ненужным. Городу от него будет только легче, как и женам некоторых ремесленников.
– Иногда поражаюсь, как все это в мире происходит, – провел я рукой по лицу. – Ладно. Спасибо. Надеюсь, скажут, что он просто испереживался и умер из-за этого. Следов никаких не оставляла?
– Перчаточки, – подняла она руку, подвигав ей вразнобой. – И невидимость от умения. Так что нет, никто не видел, следов даже на стеклах старалась не оставлять, чтобы это вообще хоть как-то свели с насильственной смертью. В общем… испугался, что приехал Советник царя, и умер.
– В прошлый раз, когда я там оказался, такого не произошло, – опять усмехнулся я. – Или тогда такого не произошло из-за того, что я был никем.
– Можно и так сказать, – кивнула она. – А Митрокла особо не боялись. Он всегда старался быть тихим, если заезжал в город, то строго по делу, по которому там оказался. Ну а ты уже прославился тем, что наводишь шороху. Слухи из Олимпии разлетелись быстрее ветра. И у некоторых из-за этого кресла Советников задымились под задницами.
– Однако, – хмыкнул я. – А ведь просто выполнял указания царя.
– А вот об этом практически никто не говорит, – рассмеялась девушка. – И таким образом царь умудрился сбросить гнев с себя на тебя. Хитрый ход. И в итоге теперь тебя боятся Советники, но обожают обычные люди и воины нашего государства. И это всего за несколько месяцев на посту!
– Я считаю, что это успех, – рассмеялся я в голос. – Ладно, давай вперед. Вроде Спарта и близко, но кто знает, что вообще может происходить вокруг.
Наша разведчица кивнула, нацепила на голову шлем, в котором все чувства обострялись, после этого немного ускорилась, чтобы оторваться от нас на метров пятьдесят. В это же время Кайлана ехала замыкающей и внимательно смотрела за нашим тылом. Может, с одной проблемой в городе и разобрались, но, может, там был не только один Советник во всем этом завязан? Кто знает, кто знает. В любом случае мы шли дальше.
Примерно к обеду мы приблизились к горам… и пришлось постараться, чтобы найти тот самый вход в пещеру, через который мы в прошлый раз попали внутрь. Но нашли. Все вокруг заросло, следы нашего пребывания были уже уничтожены временем и природой. Да что говорить, тогда была весна, а сейчас уже лето, даже его середина.
– Дождик будет, – дернула пару раз носом Астерра. – Слишком… специфичный запах.
Я принюхался, пожал плечами, так как ничего не почувствовал, и приказал группе остаться на месте, а сам направился в сторону того же ручья, где и в прошлый раз набирали воду. И вот тут удивился… возле него проросли золотые колосья. Причем не желтоватые, как в полях, а реально золотые, словно ярчайшая молния Зевса в них таилась, ждала того мига, чтоб вырваться наружу. А потом громыхнуло. Тучи сгустились за мгновение. И сверкнуло так, что ослепило на несколько мгновений.
Зрение возвращалось постепенно, но когда оно вернулось, я увидел силуэт девушки с зелеными пышными волосами. При этом кожа имела здоровый оттенок… если верить размытому пятну. Потом перед глазами картинка начала фокусироваться, формируя детали, и тогда я прозрел.
Предо мной стояла она. Медуза. Но неуловимо неотличимая от той, которой являлась раньше. Больше не было камней на ней, сняла все. Тот, что был на лбу, теперь прикрыт диадемой, которая терялась в ее волосах-змеях. Те, к слову, частично восстановились, недобро взирали на меня, но я в них не чувствовал никакой магии. Ее взгляд стал более жестким, но глаза все так же остались серого оттенка. Но это не все. Она была в броне. Нагрудник, словно выкованный для нее, с открытыми плечами. При этом на правой руке, в которой она держала длинный меч, но с виду легкий, был нарукавник. На левой же руке, на плече, было кольцо. Что было на ногах, я не видел, как раз все, что было ниже колена, терялось в колосьях из золота, которые словно делились с ней силой. Силой самого Зевса. Удивительно и невероятно одновременно. Я смотрел на нее… и узнавал, и не узнавал одновременно. Те же черты лица, вроде и мягкие, но более… жесткие.
– Астер? – удивилась она, все еще находясь в боевой стойке.
– Медуза? – в такой же манере наигранно спросил меня. – Конечно, я подозревал, что ты снимешь с себя проклятье, но не думал, что ты станешь воительницей. Хотя ты ею, если верить легендам, всегда была.
