Нинель Нуар "Исцеляющая тьмой. Новый мир"

Нет, правитель из Акселя точно никакой. Как бы намекнуть его отцу потактичнее, чтобы изменил порядок наследования в пользу младшего сына?

– Что нужно делать? – вернул меня в реальность вопрос йора Мортена.

Он в нетерпении топтался на месте, понимая, что каждая минута промедления приближает неприятный исход его проблемы.

– Садитесь. Возможно головокружение и иные побочные эффекты, – предложила я, устраиваясь прямо на полу у кровати.

Если ощущения хоть отдаленно похожи на те, что были у меня во время последней беседы с Мараям, то и кляп бы не помешал. И звукоизолирующий купол.

– Поставь щит, как я показывала, – приказала я Акселю, не оборачиваясь. – И держи, что бы ни творилось.

С этими словами я взяла йора Мортена за запястья. Там, где тонкими прерывистыми ниточками бились сила и пульс.

Поначалу ничего не происходило.

Закрыв глаза, я вслушивалась в чужое сердцебиение, пытаясь поймать ту самую неправильность.

Целитель из меня во все времена был никудышный. В частности, потому, что дара мне достался крошечный плевочек. Царапину на самой себе залечить или боль снять во время женских дней. Ну кровь остановить, чтоб не хлестала очень уж и раненый дождался нормальных лекарей.

Глубокой диагностикой во время учебы я увлеклась именно из-за ограниченного резерва.

Кто-то вроде йора Берга мог просто омыть пациента чистой силой, не заморачиваясь с диагнозом, и оздоровить его с головы до ног. Такой подход работал далеко не всегда: в том же случае с йоруной Моэн поток энергии скорее причинил бы вред, чем помог. Потому целители применяли этот прием лишь в крайнем случае, когда от скорости их реакции зависела жизнь пациента.

Мне же он и вовсе был недоступен. Приходилось глубоко закапываться в нутро организма, чтобы определить источник проблемы, а затем воздействовать ювелирно, орудуя магией, как тонкой иглой.

Резерв на первый взгляд выглядел нормально. Светился ровно, показывая заполненность под завязку.

– Попробуйте сотворить что-нибудь простенькое. Светлячок, например, – попросила я вполголоса, чтобы не сбиться.

Над выставленной ладонью йора Мортена обозначился неуверенный огонек и тут же погас.

Тьма внутри некроманта встрепенулась, активизируясь.

Резерв не был полон.

Он был забит гнилостным потусторонним веществом так, словно готовился вот-вот лопнуть. Часть гадости успела просочиться в прилегающие основные каналы, закупоривая их и пропитывая тело.

Еще час-другой, и Тео ждала незавидная участь.

Разложился бы он заживо или превратился бы в монстра – не уверена. Выяснять не хочется.

Я действовала интуитивно. А как еще, если прежде мне не доводилось контактировать с изнаночной тьмой? Уничтожать ее, разве что. Или почесывать за ушком, но тут дар не нужен.

Подцепив плещущуюся черноту, я потянула ее на себя.

В себя.

Та часть, что принадлежала Мараям, жадно заворочалась, ожидая лакомый кусочек.

Подкармливать постороннюю сущность в себе – не самый умный ход. Но выплескивать чистую тьму наружу в доме, да еще в жилой части…

«Надо было, наверное, отвести йора Мортена на полигон. Или на то место, где он когда-то был», – пронеслась запоздалая мысль.

Мышцы на руках некроманта напряглись, под кожей вздулись вены. Тео скрипнул зубами, давя вопль боли. Он мужчина, ему не положено орать в голос – хотя лучше бы орал. До меня докатывались отголоски его мучений. Словно внутри, в глубине живота, засел колючий комок, и его вытягивают по клочку, по ниточке, полосуя ткани и раздирая внутренности.

Никакого физического урона при том не причинялось. Йор Берг дежурил рядом, не отходя ни на шаг, готовый в любой момент перехватить пациента и приступить к реанимации, но его участие не потребовалось.

Вопреки сокрушающей боли, на лицо йора Мортена постепенно возвращался румянец.

Чем меньше чужеродной тьмы оставалось в нем, тем легче становилось дышать.

Наконец я выдернула последний хвостик, отчаянно цеплявшийся за резерв, и отвалилась на пол, как пресыщенная пиявка.

– Я ту-ут, – муркнул неизвестно откуда взявшийся Тьмок, обвиваясь вокруг моих коленей и деловито запрыгивая на живот. – Отда-уй.

Я с облегчением выпустила неприятно ворочавшееся внутри месиво. Впитываться в мой собственный резерв оно отказывалось, словно оттуда его что-то выталкивало, а развеиваться не спешило.

Кот топтался мягкими лапами, увесисто вдавливая их в мой торс, и с каждым шажочком тяжесть в груди уходила. Зато шерсть Тьмока залоснилась и засияла чернотой, будто он только что вымылся самым дорогим шампунем.

– Вроде все, – выдохнула я, проводя ладонью по лицу.

Брезгливо отерла ее о подол – пот стекал ручьями. Помыться бы.

– И правда. – Йор Мортен неверяще оглядел собственные руки, зажег на пробу скромный светлячок, а затем еще целый десяток, один за другим. – Все! Я чувствую, как заново наполняется резерв!

Некромант схватил один из лежавших на тумбочке накопителей и жадно всосал содержимое сквозь кожу. Прикрыл глаза, прислушиваясь к привычным ощущениям.

Стоявший рядом йор Берг удовлетворенно кивнул.

– Не вижу отклонений. Все в норме, не так ли, коллеги?

Коллеги подтвердили нестройным хором, с опасением поглядывая на нас с котом.

Йор Мортен сполз с кровати и опустился на одно колено, смиренно склонив голову.

– Я в вечном долгу перед вами, йоруна Вальд, – с мягким, почти незаметным акцентом сообщил он. Обычно его скайгардский безупречен. Значит, сильно волнуется. – Любое ваше желание отныне – приказ для меня.

– Ну что вы, не стоит… – вяло помахала я рукой, подбирая другой в охапку кота и садясь поровнее. Встать пока что опасалась: пол шатался и норовил уползти в сторону. – Это мой долг как целителя.

– Далеко не каждый пошел бы на подобный риск, – непреклонно мотнул головой Тео, не делая попыток подняться. – Ни сейчас, ни прежде. Прошу, не отказывайте мне в крохотном шансе послужить вам когда-нибудь надежным щитом.

– Да как хотите, – вздохнула я.

Зная упрямство йора Мортена – мое разрешение ему до фонаря.

Глава 3

Старый целитель понятливо протянул мне ладонь, помогая подняться.

Тьма почти полностью перетекла в удовлетворено урчащего Тьмока, а жадно плескавшаяся внутри часть богини обиженно хлюпнула и затихла.

Подкармливать я ее опасалась. Что, если Мараям планирует превратить меня в свое воплощение? Существуют легенды, что когда-то богини снисходили до смертных и занимали их тела. Из такого союза рождались невероятные подвиги, истинные пророчества и великие чудеса.

Плохо одно. Принявшие в себя высшее существо обычно долго не жили.

Убивали ли их свои, из страха, или же присутствие потусторонней сущности истощало слабую бренную плоть – неизвестно. Подробностей в летописях не сохранилось, а подобных явлений не случалось уже несколько тысяч лет.

На заре веков общение с людьми у богинь было более тесным и непосредственным. Со временем они почти перестали отвечать на молитвы напрямую, хотя тот же случай на острове Равиньян в эпоху завоевания архипелага говорил об обратном.

Я нахмурилась, вспомнив, что именно там мы обнаружили первый алтарь.

Какая здесь связь?

Есть же наверняка, просто я не могу ее сформулировать.

Могла бы подсказать Мараям, но поди с ней побеседуй, не организовав конец света…

– А что насчет остальных? – спохватившись, уточнила я. – С нами был еще как минимум один некромант, йор Хельст. Как он себя чувствует?

– С ним все в относительном порядке, – отмахнулся было йор Берг, но ответственно задумался. – Пожалуй, проверить бы не помешало.

Раскланявшись с воспрявшим духом Тео, мы двинулись к следующему пострадавшему.

Практически весь гостевой флигель теперь занимали раненые разной степени тяжести. Тех, кто приехал первым, до нападения, оставили в прежних комнатах, но коридор стал куда оживленнее, чем прежде. Помимо таскавшихся за нами хвостом целителей, из ближайших городов подтянулись все лекари и их ассистенты. Мало подлатать больного – его еще надо наблюдать, на ноги поставить, менять повязки и все такое.

Йорун переселили поближе к хозяевам, от греха – то есть от меня – подальше.

На этом, в принципе, перестановки закончились. Усадьба Делл готовилась к подобным катаклизмам с момента основания и не подвела владельца.

У комнаты Райли мы притормозили. Внутри слышались голоса – велся нешуточный спор.

Дверь распахнулась мне в лицо, я едва успела отшатнуться.

– Йоруна Холл! – выдала я приветственный полуприсед.

Выпорхнувшая из комнаты раскрасневшаяся девушка вспыхнула еще сильнее и благочинно потупилась.

– Не имею чести вас знать. Йор Берг, йор Фьол, йор Уртер, простите, что побеспокоила вашего пациента. Я уже ухожу.

– Йоруна Вальд? – раздался за ее спиной хрипловатый голос Райли.

Эйлин резко развернулась в мою сторону и уже не столь благовоспитанно всмотрелась в мое лицо.

– Да быть того не может! Что с тобой случилось? – выпалила она на одном дыхании. – Ты же… постарела!

– Я бы предпочла термин «повзрослела», – с коротким смешком отрезала я. – На худой конец – «выросла».

– Но седина…

Взгляд девицы метнулся к моим волосам, пробежал по лицу и нецензурно окинул декольте.

Да, есть некая польза от пропущенных лет. Фигура у меня оформилась как надо без промежуточных подростковых страданий.

– Считаю малой платой за возвращенные жизни, – еще холоднее заметила я.

До йоруны наконец дошло, что так пялиться, да еще и практически оскорблять спасительницу целого отряда не слишком прилично. Пусть меня ждет суд, а за спиной караулит стража, наследника спасла именно я. И он мне явно благодарен, раз везде сопровождает тенью.

– Да, разумеется, – вяло пробормотала Эйлин, неохотно отступая в сторону и пропуская нас.

По сравнению с йором Мортеном Райли выглядел неплохо. Но не отлично.

Йор Берг описал круг, как стервятник над жертвой, вокруг сидевшего за столом некроманта, поводил руками, даже принюхался.

– Позволите йоруне вас осмотреть? – деловито предложил целитель.

Остальные выразительно вздохнули, но промолчали.

Йор Берг и принц Аксель пообещали взять на себя всю ответственность. Потому лекари лишь наблюдали, запоминая и мысленно фиксируя показания для будущего допроса. Понятно, что самоуправство нынешнее нам с рук не спустят. Никто обратно спасенных не прикопает, конечно, но за вмешательство постороннего во врачебный процесс, без лицензии и разрешения сверху по головке не погладят.

В первую очередь меня.

Райли не отрывал от меня глаз с тех пор, как мы оккупировали его комнату. Казалось, он не замечал ни мельтешения целителя над головой, ни группы поддержки у дверей.

До него и вопрос дошел не сразу.

Некромант заторможенно моргнул и запоздало отозвался:

– Да, разумеется. Что-то не так?

– Мало ли, – туманно прокомментировал йор Берг и поманил меня ближе.

– Мы просто проверим, – неловко улыбнулась я.

Того месива, что творилось внутри Тео, не видно, но, судя по эманациям тьмы, кое-что успело зацепиться.

Недолго думая я опустилась на колени и уже привычно взяла Райли за запястья.

– Ты изменилась, – негромко и некстати заметил он, уставившись мне в лицо.

Ниже его взгляд принципиально не сползал, хотя заметно было, что некромант прилагал для того немало усилий.

Платье, что я выкопала в гардеробе как единственное подошедшее, все равно оказалось тесновато в груди. И декольте получилось внушительнее натурального.

– Сильно? – помимо воли вышло излишне кокетливо.