Джейд Дэвлин "Мой азиатский принц 3"

– А я все равно встать пока не смогу, – пожал плечами этот ирод и уставился в потолок невинными глазами.

– Как?! – Меня от таких новостей над кроватью пружиной подбросило. – Почему?! Тебе плохо?! Где болит?!

– Там, где ты мне сейчас чуть коленом не заехала, – закряхтел он, как старый дед, и ме-едленно согнул ноги в коленях. – Не прыгай так больше. Ничего у меня не болит. Просто ног почти не чувствую после нескольких часов сидения в одной позе в качестве чужого кресла. Ты еще очень чувствительно подпрыгивала, когда слишком эмоционально реагировала на некоторые комментарии. Мое тело так и не определилось, возбуждаться ему или пищать от перенапряжения.

– Есть меньше не стану, даже не проси. – Я почти сразу успокоилась. Если лебедь вредничает и ворчит, значит, здоров. Просто ему лень вставать. Более чем уважительная причина.

– Меньше и не надо… Ой.

– А, поняла. Тираннозавр в желудке проснулся. Так, если он договорится со своими ногами в течение пяти минут, мы полным комплектом через черный ход сползаем на кухню, и нас никто не заметит, пока котлетами не запахнет! Слушай, а может, массаж?

– Не надо массаж! – неожиданно подскочил Вейшенг. – Иначе я за себя не ручаюсь!

Ха! Подумаешь, по бедру погладила. По внутренней стороне. И ничего такого неприличного я в виду не имела! Почти. Чувствую себя коалой, который никак не способен отлипнуть от родного эвкалипта. Никогда не думала, что буду настолько жаждать не отходить от кого-то!

Глава 10

Вейшенг

Нет, я не собираюсь участвовать ни в каких коллаборациях. Тем более с «Зоопарком». При всем том, что парней я хорошо знаю и к каждому в отдельности испытываю если не симпатию, то уважение за редкую работоспособность и талант… но сам факт подобных взаимодействий может не лучшим образом сказаться на моей карьере. Большинство инвесторов и партнеров нашего холдинга достаточно взрослые люди, и их могут возмутить подобные «кривляния на публику». Даже участие в стриме могут поставить в укор, не то что валяние дурака с котами и айдолами перед широкой публикой. Раз нашел время на такие глупости, то почему еще не вернулся на должность? Даже я бы задал подобный вопрос. Хотя я-то как раз вернулся. Почти. Надо запомнить аргумент для мамы, чтобы отбиваться, когда она снова заведет песню про бедного больного мальчика и слишком тяжелую работу.

А что касается котокафе и «Зоопарка» – плюсуем личный компонент. Какими бы прекрасными и добрыми людьми парни ни были в обычной жизни, все равно перед фанатами они – клишированный сиропный цветник из слишком красивых кукол. И мне не нравится, что прямо в центр этой клумбы собираются воткнуть мою невесту. Мою! Женщину! В логово котов и мужчин, одно появление которых заставляет лучшую половину человечества давиться слюнями. Как после этого уважать самого себя?

Если я начну в одном кадре с ними давить в себе здоровые мужские инстинкты, мне в ту же секунду наденут зеленую шляпу*, да не одну, а сразу штук семь. И весь фандом наполнится шуточками про уксус*, который я пью.

У меня и так голова кругом, чтобы еще об этом переживать. Я окончательно запутался, на каком я свете. Где бывшая шизофрения, а где нынешнее сумасшествие. Где Кирэн, а где… Кристи.

Да если бы она хотя бы не откликалась машинально на это имя! Как будто привыкла, как будто… как будто мне мало совпадений, чтобы окончательно рехнуться!

Я же не идиот и потому еще раз тщательно сопоставил все факты. Во-первых, как показало расследование, Кирэн вышла из комы ровно в тот день, когда Кристи исчезла из моей головы. А еще слуги семьи Сюэ даже особо не скрывают, что одна из юных хозяек поменялась не только внешне, но и в привычках. И просто болтают, и вовне эти сплетни несут.

Это надо будет пресечь, позже обсужу этот нюанс с главой семьи Сюэ. Хотя что там обсуждать, если ее сестра, бабка и прочие родственники открыто говорят, что Кирэн стала буквально другим человеком.

Но как еще можно проверить мои подозрения? Сама она ни словом, ни намеком не дает понять, что помнит о наших отношениях. Будто и не было ничего. Будто стерлось…

Стоп. Стерлось?

Кирэн так-то открыто говорит о своей амнезии. А что именно она забыла? Прошлую жизнь в семье Сюэ или прошлую жизнь со мной?! Или в принципе – все сразу? Мой кабинет на крыше она точно изучала так, будто видит его впервые.

Кристи ведь умерла. Я четко это почувствовал тогда, когда валялся на грязном асфальте и безмолвно орал в пустоту, пытаясь ее не отпустить. Может ли такая «духовная» смерть забрать воспоминания? По идее, даже должна, если верить в реинкарнацию. Человек приходит в новую жизнь чистым листом, оставив в реке забвения груз из прежних привязанностей и боли.

Но тогда почему в моей голове Кристи помнила прошлую жизнь где-то в другой стране, а совсем не жизнь Сюэ Кирэн? Говорила, что русская. И что там она тоже умерла. Или нет? Своей смерти она вроде не помнила.

Будда! Я снова ощутил, как возвращается ненавистная мигрень. Хорошо, что из поместья Сюэ мы поехали в поместье родителей, а не ко мне. Я вдруг понял, что не могу там оставаться в одиночестве. Не могу, и все. Мне нужна Кирэн, чтобы войти в свою квартиру и чувствовать, что это именно дом, а не склеп.

Увы, Кирэн мне забрать не дали. Особенно отличилась Мейрен. Мои аргументы были очень убедительны, настолько, что даже старая бабушка Сюэ почти сдалась. А уж как ее впечатлил вид внуков, которые уминали на кухне котлеты, сидя на одном стуле. Точнее, я на стуле, Кирэн снова у меня на коленях.

Но эта мелкая скандалистка разоралась, как натуральная гарпия. Ее Кирэн так и обозвала, смешно прикрывая моими ладонями собственные уши.

Увы, ее сестре на наше негодование было наплевать с Токийской башни.

Потому что «после всех этих покушений, стримов и прочего безобразия нормальному человеку, недавно из комы вышедшему, вообще-то, надо спать в кровати, а не обниматься тут со всякими». Пусть даже женихами. Женихи от синяков под глазами не помогают. Будь они хоть золотые, хоть бриллиантовые в крапинку.

Я устало прислонился лбом к тонированному и бронированному стеклу машины. Настоящий танк в виде крупного внедорожника, заказанный отцом еще после первого покушения. И пристегиваться заставляют… даже на заднем сиденье. Это еще сильнее нагоняет тоску.

По правде говоря, Мейрен была права. Если меня оставить наедине с Кирэн и кроватью, спать-то, может, мы и будем. Но не сразу. И недолго. Хм… Чувствую себя кроликом, у которого весеннее обострение. Впрочем, Кристи, видимо, от меня недалеко ушла. То есть Кирэн. Или все же Кристи?

Рехнуться можно, к шаману не ходи. Хм? А что, хуже уже не будет. Мать вон как раз собирается. Надо взять у нее контакты. Но уже завтра. Как раз пока Кирэн будет занята в котокафе, я и к шаману успею, и в офис. Будем разбираться с акциями компании.

Что значит рост на десять процентов за календарные сутки? Большие возможности? Именно. Но еще и большую опасность. Если этот процесс вовремя не направить в нужное русло. А кто его сейчас направляет, если отец и Линьяо водят вокруг меня хороводы, потакая гиперопеке и паранойе матери? То-то и оно.

Поэтому пусть мама остается в поместье под присмотром Юлань, а мы с главой семьи У и первым наследником отправимся в офис. Контролировать и направлять.

Слава Будде, когда я уже дома изложил этот план, никто даже не стал спорить. Но больше всего меня удивило, что ни отец, ни Линьяо даже не поменялись в лице, когда я упомянул визит к шаману. А мать и вовсе обрадовалась, сообщая о том, что ее знакомая мудан давно ждет меня к себе в гости. И точно примет завтра, хотя обычно к ней нужно минимум за месяц записываться.

Уже тогда меня это должно было насторожить, да?

––

* «Надеть зеленую шляпу» – это как наше «обзавестись рогами». А «пить уксус» – значит ревновать.

Глава 11

Жилище старой шаманки было очень колоритным. Не храм, конечно, но добротный двухэтажный деревянный коттедж, который буквально кричал о том, что тут происходят необычные таинства. Ну или торгуют барахлом для любителей эзотерики.

Задрапированные яркой алой тканью стены, деревянные флейты и барабаны, огромное количество каких-то кукол, амулетов, золотых и нефритовых статуэток. Целых три стенда для благовоний, причем во всех трех сейчас тлели ароматические палочки. Естественно, амбре на входе стояло такое, что будет неудивительно, если у кого-то из посетителей начнутся галлюцинации.

А еще около небольшой статуи Будды стояло огромное количество подношений. Настолько много, что все эти фрукты, бутылки саке, пачки сигарет и прочие вещи занимали практически половину комнаты.

– Это та самая мудан, что предсказала тебе Льва и Дракона? – Пока мы сюда ехали, я сто раз пожалел о своем порыве. Но отступать было уже поздно. – А я посмел родиться Девой, недостойной покорить небеса, и разочаровал всех вокруг?

– Глупости не говори. – Мама шлепнула меня по плечу и сердито поджала губы. – Конечно, это другая мудан. Настоящая. С той шарлатанкой я сразу перестала советоваться!

– Понятно, – хмыкнул я. – Она тебя тоже разочаровала.

– Уши надеру, – неожиданно и совершенно без шуток пообещала мать. – Мой ребенок для меня лучше всех. И никакая мудан не убедит меня в обратном. Не смей даже думать о том, что я в тебе разочарована!

Я только вздохнул. Да… так странно. Все изменилось после того, как ко мне пришла Кристи. И мама – больше всех. Причем без всякой магии, шаманства и прочих глупостей. Просто я сам вдруг повзрослел и увидел в ней не… не разочарованную женщину, капризную и вечно недовольную, а мать, которая боится, волнуется и защищает. Не только себя, но и меня тоже. В меру своих мыслей и суждений.

Я изменился. И сразу за этим поменялось все вокруг, включая родителей.

– Можно не помнить прошлое, но помнить позапрошлое, – с порога огорошила меня странная дама, одетая, накрашенная и причесанная так, чтобы сразу было понятно: она не обычный человек. Яркие красно-сине-розовые традиционные одежды. Настолько яркие, что глаза режет. И высокая шляпа, украшенная цветами.

В другое время я бы мысленно фыркнул: дешевая клоунада. Причем в прямом смысле дешевая – женщина будто вывалила на себя комод ярких тряпок, толком не сочетающихся. Понятно, что шаман должен выглядеть как шаман, чтобы легковерные богатенькие клиенты не сомневались и платили.

Но после ее первой фразы я напрягся. Скепсиса меньше не стало, просто… слишком много совпадений. Шизофрения, Кристи, покушение, Кирэн, снова покушение, Кристи…

Если бы мудан назвала хоть что-то из этого списка прямо своим именем, весь мой скепсис тут же улетучился бы. Но пока… непонятная фраза неизвестно о чем. Как всегда у шаманов и прочих аферистов, чьи предсказания можно вывернуть и так, и эдак, и тридцать третьим образом. И постфактум подогнать под любое событие.

– А ты хочешь, чтобы помнила все, верно?

– Что помнила? Кто помнил? – Играть в шарады мне не нравилось никогда. А с этой теткой тем более, особенно когда она мягко выдворила мать куда-то в боковой дворик с наказом помолиться о здоровье семьи. А с мальчиком, мол, надо разговаривать наедине, иначе духи разгневаются и сбросят вызов. Откуда мне знать, что именно моя мама уже успела ей рассказать? Более чем уверен, что эта «шаманка» не раз устраивала ей сеансы супердорогой психотерапии, так что не удивлюсь, если она даже моих котов знает поименно.

– Душа далекого мира. Так вышло, что в этом мире не было тебе пары. Поэтому ты и спал, воспринимая все вокруг как холодный сон. И чтобы тебя пробудить, ей пришлось умереть дважды.

Чего?! Мама точно ничего не могла сказать ей про «душу из далекого мира».

– Твое желание верное. Потому что если она не вспомнит, то надолго не задержится.

Или же эта мудан настолько искусна в придумывании мистических историй. Ведь к ее словам легко можно приплести ситуацию с Кирэн и ее потерей памяти, о которой не то что моя семья – вся Объединенная Азия знает благодаря стримам. А про мою отчужденность матушка точно ей жаловалась. Вот и натягивает сову на глобус.

– Что значит «не задержится»?! – Да демоны ее дери, эту старую мымру в дурацкой шляпе! О чем она говорит?! Мне это не нравится!

– То и значит. Душа пойдет дальше, ждать тебя за гранью, а ты… снова уснешь. Впрочем, ждать ей недолго придется, – промямлила она словно про себя. – Тоже хороший исход. Относительно. Некоторым и такого не дано.

– Я не хочу, чтобы она уходила. – Выдавить эти слова сквозь стиснутые зубы оказалось неожиданно трудно.

– Тогда заставь ее вспомнить обе жизни и одну нежизнь. Одну жизнь она и так помнит, но надо помнить обе.

– Это как?!

– Не знаю. Духи говорят – ты должен сам догадаться.

– Как я могу догадаться, если даже не понимаю, что такое две жизни и нежизнь?!

– Иногда душа приходит в мир слишком рано. Она еще слаба, не вызрела, как семя внутри плода. И тогда она живет словно глупая птичка, почти не осознавая себя. Такие люди до старости остаются детьми.

– Семя? Плод?– Я окончательно запутался. – Вы что, хотите, чтобы она побыстрее родила? – Ну матушка, ну дает. Такая многоходовка ради внуков! Заставить Кирэн все вспомнить и для это «приземлить» ее бытовыми проблемами!

Шаманка меня даже не слушала, она продолжала монотонно рассказывать:

– Они могут быть умны, но не умеют применять свой ум. Могут любить, но не умеют эту любовь проявлять. Они наполовину здесь, а наполовину еще там. И кажутся слишком странными… отталкивают людей, прячутся от них. Такая душа не могла стать тебе парой. Никому не могла. Поэтому она ушла, чтобы созреть и многому научиться. А когда пришло время, она вернулась. Но это сложно… поэтому душа опять вернулась не полностью. И если она не вспомнит все уроки, то опять уйдет.

– Всё? – устало уточнил я. Голова шла кругом, то ли от навязчивого тяжелого запаха благовоний, то ли от целой горы слов, высыпавшейся на мою голову.

– Сделай так, чтобы она вспомнила обе жизни и нежизнь. Тогда она останется с тобой.

– Еще раз. Как – так? Ах, точно, самому угадать. – Я потер переносицу. – Духи сказали.

– Это только тебе решать, дракон. Это твоя родственная душа, твоя пара.

Выдав это очень умное заявление, шаманка неожиданно закатила глаза и осела, чуть не клюнув носом в низенький столик между нами.

То есть мать заплатила годовой бюджет мелкой компании, чтобы мне сказали «решай и придумывай сам». Великолепно. Что, гуй вас побери, значит «две жизни и нежизнь»?! Какая еще душа-птичка? Что мне вообще дает эта информация? Куда и как ее применять?

И если… если я вдруг решу принять эту муть всерьез… если Кирэн и есть Кристи… так. Надо все обдумать, разложить по полочкам и понять логику.

Глава 12

Кирэн

– Дурдом. С ушками, – прокомментировала я.

И даже бровью не повела, когда на меня дружно зашипели сразу с нескольких сторон. Со стороны Мейрен, со стороны стаффа группы и со стороны котов, среди которых далеко не все были рады нашествию. А еще на некоторых, наиболее спокойных и флегматичных, тоже надели ободки. Да-да, с ушками! Четырехухие коты. Боже, за что?

– Трансляция уже идет! – Шипение сестрицы сменилось тихим рыком.

– И что? – Я пожала плечами и, проходя мимо, слегка дернула за ярко-красный вихор на макушке Феникса. Очень уж соблазнительно он торчал, прямо как вопросительный знак.

– Эй! – возмутился «один из самых красивых айдолов поколения».

– Сам такой. А кто меня за косичку дергал полчаса назад? Вот и получай страшную мстю!

– Мстительная какая, – пробухтел красноволосый, продолжая обнимать огромного и очень пушистого перса-экзота. – Вот мы тебя поцарапаем! Правда, Пушочек?

И они с котом дружно вздохнули под шквал звоночков, мультяшных вскриков, не менее мультяшного мяуканья и прочих звуков, которыми обозначались реакции зрителей в общем чате.

– Прошу вас не прикасаться к юношам во время трансляции. Вам же не хочется заполучить себе еще несколько агрессивных сталкеров из их сасэнов? – сказал настоящий шпионский микрофон в ухе. Этакая микротаблетка, которую я долго не хотела запихивать – а вдруг эта приблуда размером с четверть ногтя так и останется внутри? Парням из стаффа пришлось прямо на себе показывать, что обратно достать его можно очень легко при помощи специального магнитика.

Я пожала плечами и стала дальше пробираться через мохнато-айдольные дебри к своему рабочему месту, возле которого почти что в обмороке сидела Мяо.

На самом деле, строгий голос в наушнике был и прав, и не прав одновременно. В «обычной жизни» во время обычной трансляции девушкам действительно лучше айдолов не трогать, потому что фандом страшно ревнив.

В нашем же случае есть одно большое но. Вот уже полчаса как чат разрывается от писка, визга и донатов на тему «Цзе, обними от нас Феникса!» или «Цзе, потискай от нашего имени нашего маленького лапочку Мо Юя!», а то и «Цзе, сними с Сан Бо футболку! Мы хотим кубики!».

И я обреченно понимала, что тискать придется, даже если мне не очень-то и хотелось. Публика требует хлеба и зрелищ!

А в ухе бухтел какой-то строгий редактор, которому еще не успели передать новые указания. Но не спорить же с ним? К тому же я далеко не все «заказы» буду выполнять. Например, ничего ни с кого снимать точно не собираюсь.

А вообще, интересно получилось. Причем само собой. Фандом «Зоопарка» как начал называть меня «цзе», так и привык. И не только называть, но и… м-м-м… как бы… короче, я тут всем старшая сестра, а вовсе не девушка, в которую может влюбиться обожаемый миллионами айдол. Самое смешное, что это отношение подхватили сами парни! Они тоже называли меня «цзе» и обращались фамильярно, как с давним членом семьи.

Возможно (и скорее всего), тут главную роль сыграл Вейшенг. После скандала, обвиняющего меня в том, что я увела жениха у младшей, везде вышли официальные заявления двух семей о якобы нашей давней помолвке. А после озера с лебедями и поцелуями, закрепленного вчерашним совместным стримом, никто не смог усомниться в чувствах между нами. Так что даже для не состоящих в официальном фандоме поклонников «Зоопарка» я резко стала «безопасной цзе», а не «что за тварь рядом с нашими сыночками?».

– Котеночек, прекрати закатывать глазки и вообще держи хвост пистолетом! – Я наконец добралась до Мяо и первым делом принялась приводить ее в чувство. – Смотри, уже пять миллионов зрителей!

– Сколько?! А-ах…