Страница 4 из 4
– Ну так вот (пустил носом дым). Артист ее чем-то обидел, и та дунула на него лягавым. Пошли брать очередную хату, а там засада. Леху повязали, я же выпрыгнул в окно и сделал ноги. Потом он передал маляву* с кичи, что и как. Ну и чтоб меня не забрали, я свинтил в Крым.
– Вот сука, за такое ставят на перо, – заиграл желваками Ферт.
– С тем и приехал. Поможете разобраться?
– Не вопрос, – блеснул глазами Рукатый. – Когда и где?
– Завтра. Я уже с ней встречался и слепил горбатого*, что простил. Мол претензий не имею. А заодно предложил съездить на Зеленый остров. Вроде как на пикник. Так что встречаемся в шесть часов у лодочной станции.
– Заметано, – переглянулись Рукатый с Фертом.
Потом снова пили, к ним подсели три веселые девки и стали охмурять. Что было после, Бес помнил смутно. Проснулся голым в какой-то каморке. Зав мутным окошком серел рассвет, рядом на кровати, в чем мать родила, сопела носом одна из вчерашних девок.
Когда, смутившись, начал быстро одеваться, открыв сонные глаза протянула , – а ты душка. Повернулась на бок и опять уснула. Скрипнув отворилась дверь, заглянул взъерошенный Ферт, – кончай ночевать. Хиляем до хаты.
Снаружи, дымя папироской, уже ждал Рукатый, – ну как Бес? Оскоромился?
– Не помню, – отвел в сторону глаза.
Приятели рассмеялись и, ежась от утренней прохлады, направились домой. Кукла еще спал. Раздевшись, тоже забрались под одела. Проснулись незадолго до полудня, умылись и вместе отправились пообедать на Старый базар.
– Ну, как тебе фильма? – спросил Бес по дороге Куклу.
– Во! – показал большой палец. – Классная картина.
– Про што?
– О бунте на корабле. Там матросам давали червивое мясо и они организовали бузу, перетопив царских офицеров.
– Надо будет посмотреть, – заинтересовался Ферт. – Уважаю, когда такое.
На баре зашли в татарскую харчевню, заказав десяток беляшей, халвы и горячий чай.
– Вы бы, орлы, сменили гардероб, – сказал Рукатый младшим, когда отобедав расплатились. – А то ходите, понимаешь, как босяки.
Бес тут же согласился, а Кукла стал возражать, – отстаньте, у меня приличный клифт. Еще лет на пять хватит.
– Какой приличный? – дернул его за рукав Ферт. – Дырка на дырке.
Общими усилиями уговорили, направились в торговые ряды. Там Бес купил пару рубах, вельветовую куртку со штанами и башмаки ленинградской фабрики «Скороход», а Кукла новую майку.
– В самый раз под клифт (шмыгнул носом).
– У тебя ж полно хрустов, чего жмешься? – хмыкнул Рукатый.
– Коплю на мотоциклетку. Буду кататься по Ростову с ветерком.
Когда солнце повисло у горизонта, Рукатый с Фертом и Бес сошли с трамвая на остановке «29-я линия» у Нахичеванской протоки Дона. На станции, у одной из качавшихся на воде лодок, их уже ждали Чума с Бареткой. Это была лет двадцати красивая брюнетка в крепдешином платье, с часиками на руке и модельных туфлях. В лодке стояла плетеная корзина с бутылками и закуской.
– А вот и мои друзья, о которых говорил. Ты их знаешь, – приобнял ее за талию Чума.
– Здорово, милашка, – приподнял Рукатый на голове кепку, а Бес уставился на девушку восхищенным взглядом
– Привет мазурики, – задорно тряхнула челкой.
Чума первым шагнул в лодку, подав ей руку, за ними остальные. Рассевшись по скамейкам, отчалили.
Окрасился месяц багрянцем,
Где волны шумели у скал,
Поедем, красотка, кататься,
Давно я тебя поджидал!
дурашливо затянул, сидевший на веслах Ферт.
Баретка, опустив руку за борт, пропускала меж пальцев ультрамарин воды, над протокой кружили чайки. Минут через десять, пересекли ее, лодка ткнулась носом в песок, выгрузились.
Длиной в четыре километра и шириной в полтора, остров оправдывал свое название. Он густо порос дубами, липами с кленами и кустарником барбариса, маня в тенистую прохладу, но ростовчане посещали это место не часто. По слухам, ночами ведьмы устраивали там шабаш, а из воды появлялись утопленники.
Прихватив корзину, компания вошла в лес. Отыскав солнечную поляну с россыпями ромашек, расположилась в тени старого вяза, рядом побулькивал родник. Накрыв импровизированный стол, уселись вокруг на травку.
Откупорив две бутылки водки, Чума доверху наполнил стаканы.
– За тебя, Баретка- поднял свой. Все выпили до дна, она и Бес половину. Закусив, повторили и Чума наклонился к спутнице, – тебе привет от Артиста, желает получить долг.
– Какой? (побледнела).
– Твою жизнь.
– Ты же меня простил – задрожала губами.
– А он нет, – глумливо усмехнулся.
В глазах Баретки плеснул ужас, вскочив, побежала.
– Стой, стерва! – бросился за ней.
Догнав, свалил на траву усевшись сверху, в руке блеснула бритва. Располосовав платье на груди и сорвав лифчик, стал отрезать груди.
– А-а-а! – взлетел к небу душераздирающий крик. Секанул по горлу- прервался.
За всем этим Рукатый с Фертом наблюдали с безразличным видом, Беса сотрясала дрожь.
Сделав свое дело, Чума вытер бритву о платье убитой. Встал, сложив, сунул в карман и направился к роднику. Вымыв руки, вернулся на свое место, сел – наливай Рукатый. Тот открыл новую бутылку, выпили не закусывая (Бес отказался)закурили.
– Была Баретка и нету, – пустил вверх колечко дыма Ферт.
– Что молодой? Напал мандраж? – тяжело взглянул на Беса Чума. – Учись. Такой воровской закон. За измену – смерть.
Оставив все как есть, вернулись к лодке и отчалили от берега. На пристани, сдав лодку, распрощались с Чумой.
– Ты куда теперь? – поинтересовался Рукатый.
– Снова в Крым. Тут оставаться не с руки.
Ночью Беса мучил один и тот же кошмар: окровавленная Баретка шла к нему, протягивая руки.
Глава 4. Прощай Ростов
К середине 1920-х годов в стране стало уменьшаться количество беспризорных детей. К 1926 году их число снизилось до отметки 240.000 человек.
31 мая 1935 года было издано постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О ликвидации детской беспризорности и безнадзорности», где отмечалось, что ликвидирована массовая беспризорность, а также вновь поставлены задачи по организации борьбы с малолетними правонарушителями, хулиганством и усилению ответственности родителей за воспитание детей.
В нём заявлялось, что при значительном количестве детских учреждений и улучшения материального положения рабочих, небольшое число беспризорников – лишь недостаток профилактической работы. Отмечена была и общественная роль в воспитании детей, определена система мероприятий по предупреждению безнадзорности и беспризорности, разработаны меры борьбы с нарушением прав несовершеннолетних, повышена ответственность родителей за воспитание детей. В постановлении указывалось, что беспризорность не ликвидирована до конца, а существует до сих пор, и это объяснялось плохой работой местных советских и партийных органов, отсутствием организационного участия в борьбе с ней советской общественности, а не причинами глубокого социального характера.
Таким образом, на ликвидацию массовой детской беспризорности понадобилось около 15 лет.
(Из научной статьи)
Прошел год, наступила весна. За Доном зазеленела степь, в высоком небе потянулись с зимовки птичьи стаи.
За то время, что прошло, компания обворовала еще две квартиры и жила припеваючи. Не забывал Бес и свою прежнюю квалификацию. В перерывах между делом чистил на городских базарах и в трамваях, карманы граждан. Делал это не от жадности, а ради интереса. Любил риск и воровскую удачу.
Одним майским днем, солнечным и погожим, шел, подметая клешем пыль, по Александровскому спуску и нос к носу столкнулся с давними приятелями по Чите – Хмырем и Мурзой. Последовали радостные возгласы с матерками и объятия.
– Вы как здесь? – похлопывая по плечам, оглядел обоих.
– Да вот, решили податься на юг, – высморкался на землю Хмырь.
– Ага, – добавил почесываясь, Мурза.
– Когда приехали?
– Сегодня утром.
– Такую встречу нужно вспрыснуть, – предложил Бес. Приятели замялись.
– Что так?
– Да у нас в карманах вши на арканах, – вздохнул Хмырь, а Мурза добавил, – в дороге поиздержались.
– Не беда, – хмыкнул. – Щас по быстрому срублю хрустов. Айда за мной. Деньги у него имелись, но хотелось показать себя – знай наших.
Прошли до ближайшего продовольственного магазина, остановились.
– Ты как насчет притырки? – спросил Бес Хмыря.
– Обижаешь, – шмыгнул носом.
– Тогда хиляй со мной, а ты Мурза, жди снаружи.
Вошли в магазин, огляделись У прилавка очередь. Одни в ней мирно беседовали, другие скучали. Бес встал за последним мужчиной, в очках и шляпе, подмигнул Шнырю. Тот протиснулся между очкастым и толстой теткой перед ним, – почем селедка? Покупатели зашумели – не лезь без очереди!
– Да пошли вы, – вызверился на очередь и с независимым видом покинул магазин.
За этот время Бес увел из кармана очкастого кошелек, достав оттуда банкноты, а его упустил на пол.
– Мне полкило ветчины, триста грамм сыра и пару селедок – обратилась к продавщице жертва, шаря по карманам. – Вот же черт, он украл мой кошелек!
– Как же так? заволновалась очередь, – ведь протиснулся с этой стороны?
– А вытащил с другой, – сказал кто-то. – Глядите, вон и кошелек валяется.
– Пустой, – поднял его очкастый и бормоча ругательства вышел, провожаемый сочувственными взглядами.
– Кило ветчины, столько же сыра, два цибика чая, сахар и кирпич хлеба , – сделал в свой черед, заказ Бес. Рассчитавшись, сказал продавщице «спасибо» и покинул магазин, неся в руке объемистый пакет из крафтовой бумаги.
– Лихо! – оценили приятели, ожидавшие за углом. Мало, что хрустов срубил, еще там же и отоварился.
– Ну дак, – цикнул слюной на землю. – А теперь айда братва к одному моему приятелю.
Познакомились прошлой зимой. Возвращаясь к себе морозным вечером, встретил в переулке стайку беспризорников. Те сшибли в снег старика на деревяшке и пытались снять с него овчинный полушубок. Дед молча отбивался, но силы были неравны.
Бес надавал сявкам по шеям (разбежались) поднял и предложил довести домой. Тот не возражал. Оказался дворником, жил в подвале многоквартирного дома неподалеку. Зазвал погреться.
Подвал был просторный, вверху два окошка. В центре топилась печка, у стены кровать, застеленная ватным одеялом, рядом стол и две скамейки. В углу жестяной рукомойник.
Старик (звали Илько) угостил спасителя горячим чаем, а тот обратил внимание на фотокарточку в рамке, висевшую над кроватью На ней был запечатлен хозяин, но моложе. На коне, в папахе и с винтовкой за плечами. На боку шашка.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
