Ника Крылатая "Сласти-страсти, или Личный кондитер стража"

Капитан был занят, а Кейн на меня смотрел с таким маниакальным обожанием, что было, откровенно говоря, не по себе. Потому что его взгляд почти не поднимался выше моего подбородка. А вот мрачный Морган смотрел всегда только в глаза.

Старший страж вернулся спустя минут пять.

– Экипаж готов, – доложил он капитану.

– Передашь миссис Бернет, – капитан отдал ему записку, которую Морган сунул в карман. – Всего хорошего, мисс, – я удостоилась вежливой улыбки. Мне показалось или на лице капитана появилось облегчение?

Морган же молча подошел ко мне и вместе с одеялом подхватил на руки.

– Кейн, вещи ее прихвати.

А уже через минуту меня сунули в темное и жесткое нутро кареты, рядом положив пакет и сумочку. Морган уселся на сиденье напротив и сложил руки на груди, полный обреченного недовольства.

– До встречи, мисс, – радостно попрощался Кейн, а я кисло улыбнулась в ответ. Это вот он сейчас обещает или угрожает?

Дверца экипажа захлопнулась и меня повезли в зимнем сумраке прочь от Башни стражей устраивать на новом месте жительства. Рассматривая холодные и унылые пейзажи за окном, я поклялась себе больше ничего не загадывать на Новый год. Да, я хотела перемен в жизни, но не таких радикальных же!

Глава 4

Карета катила по улицам города, вся поскрипывая. Внутри было не очень то и тепло, разве что не дуло. Я куталась в одеяло с головой, уже не обращая внимания, что оно колючее. Хорошо мрачному Моргану – он одет по погоде.

Мне оставалось только надеяться, что хотя бы какую-то одежду выдадут на первое время. С тоской вспомнила любимые зимние ботинки на меху и теплые штаны. А еще мне бы сюда пуховик и шапку вязаную, шарфик, варежки… Вот тогда бы, может, пейзаж за окном не нагонял бы такую тоску.

Снега на улицах было много. Он искрился под светом фонарей. По тротуарам шли люди по своим дела, не подозревая, что мимо них везут человека из другого мира. Странно было видеть на дороге разные кареты. Для меня это настоящая экзотика. Кареты были всякие, а некоторые так и вовсе выделялись богатством и красотой. Наверняка эти принадлежали богатым горожанам. Карета стражей же была темно-коричневой и непритязательной.

Дома в этой части города были сплошь двухэтажными и большими, участки огораживали невысокие ажурные заборы. Дорожки от калитки и до крыльца расчищены от снега. Наверное, летом за этими заборчиками разбиты клумбы, а пока торчат только голые ветки кустов и деревьев. Зато в окнах виден теплый свет и силуэты людей. Сердце защемило от тоски.

Карета все ехала и дома стали не такими большими, заборы попроще, да и люди на улицах были одеты уже не так шикарно. Похоже, мы приехали в другой район города. Оставалось надеяться, что этот Морган не выкинет меня где-нибудь на окраине. Судя по виду – с него станется.

Но вот дома стали еще меньше. Все еще двухэтажные, но более узкие, с окнами поменьше, палисадники так и вовсе почти исчезли и короткие дорожки в пару шагов сразу упирались в тротуар. Все было чисто и прилично, но намного скромнее. Неожиданно карета остановилась у небольшого домика и Морган соизволил буркнуть:

– Приехали. Сиди здесь.

Я только кивнула, а Морган выбрался из кареты и пошел к домику. Мне оставалось только наблюдать за его уверенной походкой и разглядывать дом. Крыльцо в пять ступенек, деревянная дверь с небольшим окошком – аналог глазка, не иначе. По бокам еще по одному окну и на втором этаже три. Двускатная крыша, крытая черепицей. Стены, кажется, кирпичные.

Вот старший страж стучит в дверь раз. Второй. А никто не открывает, хотя свет в окне горит. Опять стучит, теперь уже дольше.

– Городская стража, открывайте! – рявкает так, что даже я чуть не подпрыгиваю.

Наконец, дверь приоткрывается и я вижу узкую полоску света. Спустя мгновение дверь открывается шире и старушка вытягивает голову, смотрит в мою сторону. О чем говорят, мне не слышно. Зато вижу, как Морган достает из кармана записку и передает старушке. Та забирает ее и захлопывает перед носом стража дверь. Да так резко, что Морган отскочил назад и едва не свалился с крутого крылечка. Бабуля, похоже, с характером. Морган нетерпеливо притопывает, а я уже опять замерзаю. Еще немного, и начну зубами стучать.

Второй раз дверь открывается куда как шире и, перекинувшись парой слов, Морган сбегает по крыльцу, подходит к карете и распахивает дверцу. Тут же становится холоднее.

– Идем, – приказывает. Ууу, бука какой!

– Не могу, – вытягиваю ногу, демонстрируя кед. – Я просто не дойду. Да и ноги так замерзнут, что я заболею.

Скрипнув зубами, Морган берет меня на руки. А я что? Я ничего! Не хочу увеличивать шансы заболеть, вот. Так и вносит меня, прижимающую немногочисленные вещи к груди, в дом старушки.

– Здравствуйте, – приветливо улыбаюсь. – Меня зовут Женя. Извините, что пришлось вас побеспокоить.

– Меня зовут миссис Бернет, – старушка оглядывает меня с ног до головы и поджимает губы. – Капитана Брауна я хорошо знаю. Очень обходительный мужчина. Всегда покупал мои плюшки. Так что пущу тебя пожить. Будешь помогать мне по дому.

Я закивала как болванчик. Ну вот куда я пойду на ночь глядя и зимой?

– Какая у тебя сумочка красивая, – миссис Бернет протянула руку к пакету. – У нас таких точно нет. Блестящая такая.

– Хотите подарю? – тут же предложила я. Странно, что ее не заинтересовала нормальная сумочка, хоть и маленькая. Зато кожаная и на молнии. Вместо ответа старушка буквально выхватила у меня из рук пакет и, достав стопку книг, впихнула мне их обратно в руки.

– Иди, – махнула Моргану. – Без тебя дальше справимся.

– Хорошего вечера, – этот предатель попрощался с видимым облегчением и через секунду за моей спиной хлопнула дверь.

– Обувь у тебя странная, – миссис Бернет перевела взгляд на мои кеды. – Удобная?

– Да, – я кивнула. – Только в ней летом ходить. Сейчас очень холодно.

– Нет, тогда не пойдет, – миссис Бернет повернулась и побрела к крутой лестнице. Как она по ней ходит? – Идем, покажу комнату. Вот подкинул Браун заботу. Охо-хо, – ворчала она, медленно поднимаясь. – Кормить тебя еще надо. Готовить умеешь? – она остановилась и обернулась.

– Умею, – ответила быстро. – Только у вас тут все, наверное, другое? Плита, продукты…

– Эх, всему тебя учить придется. Лишняя забота, – снова принялась ворчать миссис Бернет, поднимаясь дальше.

На втором этаже был небольшой коридор и всего три двери.

– Это моя спальня, – указала миссис Бернет на первую, – это кладовка, – показав на вторую. – А это будет твоя, – распахнув дверь, застыла на пороге. – Только тут сначала прибраться нужно. А будешь мужиков водить – выгоню. Поняла?!

И так грозно это прозвучало, что я не сомневалась – выгонит.

– Поняла. Никого водить не буду. Да я тут никого и не знаю.

– А что ты все в одеяло кутаешься? – подслеповато прищурилась старушка.

– В моем мире лето, – ответила я дружелюбно.

– Ах, да-да, – она пожевала губами. – Ты же чужемирка, точно. И ноги голые. Стыдоба. Сейчас-сейчас, приоденем. Будешь выглядеть как приличная мисс.

Она прошаркала к кладовке и распахнула дверь. Там обнаружились полки со всякой всячиной и даже парочка сундуков. Настоящих таких, деревянных, обшитых железными полосами и амбарными замками в петлях.

Откинув крышку одного из них, миссис Бернет принялась копаться в сложенных там вещах. Казалось, сундук бездонный. Потому что старушка все доставала и доставала из него одежду, вертела в руках и отбрасывала в сторону. Тряпичная гора росла.

– Нет, это еще хорошее, – бубнила миссис Бернет себе под нос. – Это я еще сама носить буду. Это слишком дорогое. Да где же? А, вот! Отличное. Крепкое. И приличное, – кряхтя, поднялась на ноги и протянула мне платье, демонстрируя его во всей красе.

– Большое спасибо, – я старательно держала улыбку. Темно-коричневое нечто, возможно, и было платьем. Только вот я в таком утону. Ну и точно никого не приведу в дом.

– И ткань теплая, – миссис Бернет всунула мне платье в руки и вернулась к сундуку. Перекопав его еще раз, открыла второй. В итоге я обзавелась тремя платьями и парой теплых чулок, немного потертых и с парой дырок. Конечно, за это я была благодарна, ведь одежды у меня нет. Но было очень грустно и тоскливо. Ну как же так? Почему я остановилась именно напротив этого куста? До лавочки лень было десять метров дойти…

В довершение еще и желудок решил напомнить, что чай хорошо, но еще бы и поесть нормально не мешало.

– Есть хочешь? – миссис Бернет, хлопнув крышкой сундука, обернулась на меня. – Кормить тебя надо, а то помогать не сможешь. Эх. Ох, – вздыхала она. – Одни заботы. Идем на кухню.

– Платья можно в комнату занесу? – спросила я вежливо.

– Неси. Не тащить же их на кухню.

Я быстро отнесла все в комнату и положила на кровать. Там же оставила и сумочку, книги, одеяло. И сразу же по коже побежали мурашки.

– Миссис Бернет, простите, – позвала я старушку, – а кофта у вас какая-нибудь есть?

– Ой, стыд какой, – всплеснула она руками, – в нижнем платье расхаживаешь!

– Другого нет, – я развела руками и улыбнулась.

– А ты точно приличная? – старушка прищурилась, будто засомневалась.

– Очень приличная, – закивала я болванчиком. – Очень-очень.

Миссис Бернет опять ушла в кладовку и вернулась с зеленой кофтой, украшенной вязаными цветами.

– На, прикройся, – сунула вещь мне и проследила, чтобы я застегнулась на все пуговицы. – Пойдем, несчастная.

Тарелку похлебки и кусок хлеба я съела с огромным удовольствием. Кажется, даже вкуса не почувствовала. А когда мне миссис Бернет налила чай, меня окончательно разморило. Я широко зевала, не всегда успевая прикрыть рот ладонью.

– Понятно, – миссис Бернет сидела напротив меня за столом и не сводила с меня взгляда. – Сегодня ты уборку сделать не можешь.

Ну какая уборка? Я сегодня могу только уснуть, даже стоя.

– Не смогу, извините.

– Иди тогда в комнату. И не вздумай вечером сбежать на свидание. Я чутко сплю и все слышу, – еще и пальцем мне погрозила.

Я просто кивнула, и не стала снова повторять, что я из другого мира и идти мне просто некуда. Лишь бы завтра с утра миссис Бернет узнала меня. А то обвинит, что я залезла в ее дом, и вызовет стражей. И хорошо, если прибудет Морган или Кейн, а то увезут меня обратно в ту башню.

Удивительно, но свет зажигался почти так же, как и нас – достаточно было нажать выключатель. Миссис Бернет осталась на кухне, так что поднялась я одна. Села на кровать и оглядела комнату. Небольшая, можно даже сказать – крошечная. Узкая кровать под выцветшим зеленым покрывалом. Окошко, занавешенное тюлем, коричневый комод с зеркалом, стул с потертым сиденьем, на полу потертый ковер, когда-то бывший наверняка ярким.

По углам я заметила пыль, а на подоконнике стоял давно засохший цветок. Но сегодня не способна даже чистоту навести в этой комнате. Завтра с утра и полы вымою, и пыль протру. А еще бы одежду постирать, судя по запаху, напоминающему нафталин, в сундуке она пролежала долго.

– Ладно, Женька, не все так плохо, – проговорила я вслух, пытаясь найти во всем случившемся хоть капельку оптимизма. – Тебя не казнили. Ни в чем не обвинили. Кажется, и мир довольно развитый. Даже жилье предоставили. Руки-ноги целы, голова на месте. Прорвемся, не дрейфь!

Я хлопнула по кровати, выбив с покрывала маленькое облачко пыли.

– А-а-апчхи, – раздалось рядом и я подняла взгляд на дверь, ожидая увидеть мою квартирную хозяйку. – А-пчхи! Прекрати руками стучать по кровати!

Сбоку из-под вещей раздался недовольный голос.

– Мамочки! – пискнув, я соскочила с кровати. – Кто здесь? – спросила настороженно.

– Я здесь, – опять раздалось недовольно-капризное. – Вытащи меня из-под этой груды тряпок, а то я задохнусь в этой пылищи.

Осторожно протянув руку, взяла платье двумя пальцами и отбросила в сторону. Потом второе. Но никого не обнаружила. Неужели у них тут домовые водятся?!

– Свежий воздух. Наконец-то, – капризно протянула… книга?!

Глава 5

– Ааа… – я испуганно вскрикнула.

– Ой, только не впадай в истерику, – недовольно проворчала книга. – Ты что, книг никогда не видела?

– Говорящих – нет, – призналась я, на всякий случай делая шаг к двери.

– Ну подума-аешь, – протянула книга. – Я и так вынуждена была молчать, пока ты там сидела в этой полиции. А по полу там, между прочим, тянет, если ты не заметила. А если бы я простудилась? – и такое возмущение было в ее голосе!

– Ты книга, как ты можешь простудиться?

– Что бы понимала? – вздохнула она. – Эта комната, – в ее голосе появились капризные нотки, – это же полный дизлайк. Иу! Треш, просто полный треш!

Точно! Так вот кого она напоминала манерой разговора – какую-нибудь блогершу и звезду соцсетей. Весьма капризную, должна отметить.

– В таких условиях жить просто невозможно, – продолжала капризничать книга. – Евгения, ты куда меня привела? Нет, я не говорю о номере люкс с видом на ну… – она задумчиво помолчала, – хоть с видом на океан, но что-то приличное же можно было найти? Это же. Просто. Дыра.

Кажется, если бы у этой книги были глаза – брр, ужас какой! – она бы их жеманно так закатила.

– Вообще-то, если не заметила ты, – мне от такой наглости обидно стало, – у меня выхода другого не было. Или нужно было остаться у стражей?

– Оу, – хихикнула книга. – Молоденький ничего такой. Но Морган… – она мечтательно вздохнула. – Он такой… Такой… Ах, такой мужчина…

– Ты книга! – воскликнула я и испуганно закрыла рот ладонью. – Ты книга, – повторила уже тише. – Что ты можешь понимать в мужчинах?

– Да уж поболее тебя, – выдала эта вредина.

Я от такой наглости даже рот открыла. Хлопала глазами, смотря на эту… эту… диву бумажную, и не знала, что сказать.

– Хватит тут глазками хлопать, а то улетишь, – снова капризно заговорила она. – Переложи меня куда-нибудь, где не так пыльно. А то всю красоту запачкаю.

Я осторожно сделала шаг к кровати. Брать в руки эту вдруг заговорившую книгу было страшно. Кстати, а остальные три не говорящие или меня ждет сюрприз?

– А ты одна или вас четверо? – я сделала еще шаг к кровати. Вытянув шею, пыталась под платьями разглядеть остальные книги.

– Что?! – опешила книга. – Да как ты смеешь? Я не потерплю конкуренции.