Ника Крылатая "Сласти-страсти, или Личный кондитер стража"

Не без труда, но я смогла снять шторы, обсыпавшись вся пылью. Сбегала в ванную и замочила их в лохани. Пришлось даже сразу воду поменять, такая черная стала! Потом вернулась за постельными принадлежностями. Пару минут постояв в раздумьях, прихватила еще и подушку с одеялом. Выкину на мороз, потом вытряхну.

Разобравшись с этим, полезла мыть окно. Без привычных средств было тяжело, но и жить в пыли тоже не выход. Помыла люстру, протерла пыль с мебели и деревянных стен. И все это под чутким руководством Элеоноры.

– Поставь меня, – потребовала она.

– На ноги? – не удержалась я от ехидства.

– Евгения, это вообще вот не смешная шутка. Мне надоело разглядывать потолок. Там нет ничего интересного. Поставь меня. Только мокрыми руками не хватай.

Пришлось прислонить ее к стене. Иначе бы не отстала.

– Евгения, ты комод протерла? – спросила тоном проверяющей. Хотя я вот только что этот комод мыть и закончила.

– А то ты не видела? – я полоскала тряпку в ведре. Опять надо идти воду менять. А бегать я уже устала. Да и шторы вручную стирать было тем еще удовольствием. Руки с непривычки болели. Зато стало понятно, почему они такие небольшие. Такие, к каким я дома привыкла, просто не постирать нормально!

– Хорошо убирай, я не могу жить в пыльной комнате.

– Зато в холоде, говорят, хорошо сохраняются, – как бы между прочим проговорила я, повернувшись спиной к книге.

– При чем здесь холод? – сразу же насторожилась Элеонора.

– Ну не зря же в холод продукты помещают. Может, и книгам он полезен, – пожала я плечами и продолжила вытирать стену. И очень хорошо, что эта комнатка маленькая, иначе бы я за день не справилась.

– Знаешь, что я тебе скажу, Евгения, – недовольно заговорила книга, – у тебя отвратительное чувство юмора. Ужасное просто.

– А кто сказал, что я шучу? – бросила я.

– Ах ты! – кажется, Элеонора завелась. Может, ее тоже вынести на улицу? За окошко выставить, пусть погуляет, проветрится. Но разразиться гневной тираде не дала открывшаяся дверь.

– Убираешься? – миссис Бернет с прищуром окинула устроенный мной беспорядок. – Под кроватью пол вымыть не забудь.

– Обязательно, – я постаралась улыбнуться.

– Может, и будет от тебя толк, – задумчиво проговорила она.

Я ожидала, что миссис Бернет уйдет, но она прошла к стулу и уселась. Под таким пристальным взглядом убираться было неуютно, будто экзамен сдаю. А еще я боялась, что Элеонора не удержится от комментариев.

– И как же тебя к нам занесло? – кажется, миссис Бернет решила все-таки поговорить.

– Кто-то толкнул и я упала в черный туман. А выпала уже здесь, – не стала скрывать способа своего попадания.

– Эх, – миссис Бернет тяжело вздохнула и как-то жалостливо посмотрела на меня. – Ты молоденькая, может, Светлая Богиня и не обойдет тебя своей милостью. Жаль будет, если умом тронешься.

Я так и застыла полусогнутой от этой весьма оптимистичной фразы.

– Почему это я должна умом тронуться? – я внимательно посмотрела на старушку. То страж Морган меня утешает домом скорби, теперь вот она.

– Да кто ж вас знает, – беспечно отозвалась миссис Бернет. – То Темному Богу только и известно, наверное.

– Уверяю вас, миссис Бернет, с ума сходить я не собираюсь, – постаралась успокоить старушку. Скорее, меня с ума сведет одна болтливая книга. От которой пока никакой пользы.

– Ты, главное, сначала уборку мне сделать помоги, а потом можешь, – спокойно сообщила мне миссис Бернет. Я чуть не присела там, где стояла. С комода раздалось противное хихиканье.

Ну знаете ли! Не дождетесь! Я плюхнула тряпку в ведро и принялась полоскать ее со всей силы. Хозяйка, кажется, и не собиралась оставлять меня одну. Так и не ушла, пока я не закончила.

Шторы, выстуженные на холоде, принесли с собой запах свежести. Подушка с одеялом также перестали пахнуть пылью. Постиранные вещи я повесила в ванной. Всякую мелочь можно было сушить там на специально натянутых веревках. Миссис Бернет выдала мне новый комплект постельного и полотняную спальную рубашку. Приличный такой парашют, который вокруг меня можно было обернуть раза два.

К вечеру я так устала, что из последних сил смогла помыться. Спину ломило, ноги гудели, а руки… Надеюсь, моя кожа не останется такой красной навсегда. После ужина я еле вползла в комнату.

– Фух! – резко выдохнула книга. – Евгения, я не могу больше молчать!

– Ага, – кивнула я, доползая до кровати и падая на чистое постельное. Как же приятно дышать свежестью! Элеонора еще что-то долго возмущенно бубнила о том, как ей скучно, как ей не хватает внимания и как ей тяжко, а я просто уплыла в сон, завернувшись в одеяло по самый нос. Блаженство!

Глава 7

– Евгения. Пс, Женя! – кто-то настойчиво звал меня.

– Сплю я, – проворчала, накрываясь одеялом с головой. И тут же застонала – каждая мышца отозвалась болью. Болело даже там, где болеть не может. О существовании мышц в некоторых местах я и не подозревала. Пальцы так и вообще были как деревянные.

– Ну, Евгения, мне скучно, – капризно протянула Элеонора. – Давай ты уже не спишь? Женя, я и так вчера большую часть дня одна просидела!

– Мне бы твои проблемы, – проворчала я, переворачиваясь на бок. – Я вообще не понимаю, с чего мне начинать. У меня денег нет даже на сапоги и куртку. Без одежды я не могу ходить на работу, без работы нет денег, которые нужны на одежду. Замкнутый круг…

– И почему ты, Евгения, не могла перенестись в лето? – вздохнула книга. – Насколько бы это облегчило нам жизнь.

Нет, ну с этим трудно поспорить. Хотя я бы вообще предпочла остаться дома.

– Евгения, я всю ночь думала, – тем временем продолжила книга, вызвав у меня смешок. – Так, я прям чувствую исходящие от тебя эманации сомнений! Так вот, я вижу два пути нашего существования в этом мире на достойном уровне: либо ты выходишь замуж, либо ты мутишь свой бизнес. Оу, это гениально, скажи же?

– Да уж, – я была малость в шоке от такого заявления. – То есть достойное существование наше, а замуж или бизнес – я?! Ты поистине гениальна, Нора!

– Да, – довольно поддакнула книга. Кажется, сарказма в моем голосе она не уловила. Ну или у нее такое самомнение, не дающие и повода сомневаться в себе. – Я подала тебе целых две гениальных идеи, теперь ты думай, как будешь их реализовывать. Нам нужна стратегия, аналитика, освещение в сети…

– Так, стоп-стоп, – я села на постели. – Намерение выйти замуж тоже освещать будем?

– А как же, Евгения! – меня терзают смутные сомнения, но, похоже, эта книга сомневается в моих умственных способностях. – Устроим кастинг. Представим тебя в лучшем свете. Любой недостаток можно преподнести как достоинство, уж поверь мне, – болтала она, строя планы по выдаванию меня замуж. – Будем пиарить твою уникальность для этого мира. А еще нужно составить список качеств для претендентов. И обязательно выяснить, какое материально положение считается достаточным…

Слушать Элеонору было забавно. Эта книженция явно была не лишена практичного и делового подхода. Жаль, что этот подход был до крайности эгоистичным.

– А если я не хочу? – мне удалось вклиниться в поток слов.

– Что не хочешь? – удивленно спросила Элеонора.

– Замуж не хочу, – ответила я. И в комнате повисла напряженная тишина. Похоже, я поставила книгу в тупик.

– В каком смысле, не хочешь? – спросила она озадаченно. – Евгения! Это гениальный план. Не хочет она… Я не могу всерьез воспринимать этот бред. Надо, милая, надо.

– Тебе надо – ты и выходи, – я потянулась и болезненно скривилась. – Ох, – в пояснице что-то будто стрельнуло и я снова рухнула на кровать.

Идею с замужеством я категорически отвергла. А вот насчет бизнеса можно подумать. Только для начала бы побольше узнать о городе. Это на словах так все легко.

– Нора, гения ты моя, – признаюсь, ехидства в голосе скрыть не удалось, – а ты, случайно, не думала, какой бизнес мне стоит замутить?

– Представь себе, думала, – резко отозвалась книга. – Евгения, это же очевидно! Конечно, кондитерская. Тут даже думать нечего. Перед тобой уникальная и гениальная книга самых лучших рецептов. Тебе нужно просто печь, украшать и продавать!

– А скажи-ка мне, уникальная ты моя, может, у тебя и деньги на продукты есть? Ну хотя бы на продукты, – Элеонора возмущенно засопела. – Учитывая еще, что я готовлю так себе. Как ты себе это представляешь?

– Евгения, не грузи меня такими мелочами, – отмахнулась Элеонора. – Главное – идея. Остальное дело техники.

Ничего себе мелочи! Нет, наглость и непробиваемость книги даже некоторое восхищение вызывали. Но возможность осуществления что одной идеи, что второй у меня вызывала больше такие сомнения. Разумнее всего пойти работать в какой-нибудь магазин. Ну а пока пора вставать и начинать новый день.

Каждая косточка моего тела протестующе заскрипела, но я все равно поднялась с кровати. В комнате было прохладно и я поежилась. Если правильно вчера поняла, то большая печь на кухне отапливала весь домик через специальные каналы в стенах. В гостиной для дополнительного тепла стояла местная разновидность камина. И, похоже, миссис Бернет ночевала там. Хорошо, что вчера одно из платьев хозяйки я повесила возле печки, и сейчас оно было сухим.

Платье оказалось коротким и широким. Но зато чистым и гораздо теплее моего. Пригладила волосы как могла, потом заправила постель и навела порядок в комнате. И все это в подозрительной тишине.

– М-да, Евгения, – книга заговорила, когда я взялась за ручку двери. – Это полный треш. Платье просто отвратное. А эти чулки? Ж-е-есть. В таком виде ты выглядишь как пугало огородное. Замуж тебя выдать будет весьма проблематично. Даже я, при всей своей креативности, при всем своем умении подать что угодно в выгодном ракурсе, не могу найти ни одного достоинства, которое можно было бы раскрутить. В этом жутком платье ты унылая и некрасивая. Так что придется тебе заняться бизнесом.

Фыркнув, я вышла и закрыла дверь. Нет, мне не обидно. Совсем не обидно. Чувство такта у Элеоноры примерно как грация у слона в посудной лавке. Конечно, я бы с удовольствием надела что-то из своего гардероба. Да где ж его взять? Но при первой же возможности обзаведусь парочкой своих вещей.

Я спустилась вниз и заглянула в гостиную.

– Доброе утро, миссис Бернет, – поздоровалась со старушкой. Интересно, как ее зовут?

– Обед уж скоро, – отозвалась она, прервав вязание. Отложила вязание на столик и, поправив очки, внимательно осмотрела меня с головы до ног. Потом поправила чепец на седых волосах и поднялась из кресла. – Идем на кухню. Поможешь приготовить мясо тушеное.

На кухне миссис Бернет вручила мне корзинку с овощами, нож и миску.

– Чисти, мой и режь, – а сама села на табуретку у печи. Пришлось выполнять все под ее внимательным взглядом. Как оказалось, местные овощи очень походили на привычные, да курица была самой обычной. Вот только с плитой пришлось повозиться. Но вот казанок с мясом стоит на конфорке и овощи на столе лежат нарезанной горкой.

– Ну, может, и будет из тебя толк, – одобрительно кивнула миссис Бернет. – Вроде руки откуда надо растут. Сегодня в доме уборку доделаем, а завтра утром разбужу тебя. Будем на плюшки тесто ставить. Ты у кого хочешь спроси, любой подтвердит, что плюшки миссис Бернет лучшие в этой части города. Только тесто тяжело стало месить. Так ты поможешь. Девка ты молодая.

– Ага, – кивнула, не отрывая взгляда от казанка. А мыслями вернулась к идее Элеоноры. Если плюшки миссис Бернет любят и охотно покупают, то, может, добавить к ним еще что-то? Все же лучше, чем самой начинать с нуля. – Только я с выпечкой не очень дружу.

– А зачем с ней дружить? – удивилась старушка. – Пеки да продавай!

– Логично, – согласилась я. Помешала кусочки курицы, кажется, достаточно обжарились, чтобы туда закинуть овощи. Из специй кинула только соль. Травы эти я не знаю, не хотелось испортить. Потом лук, морковь, картошка, долить воды – вот и получилась привычная еда. Накрыв казанок крышкой, убавила огонь как смогла и присела на табуретку у стола. Поставила локоть на столешницу и подперла рукой щеку. Хорошо, уютно так. Запахи такие, что слюной подавиться можно. Ну, собственно, желудок и напомнил, что я еще не завтракала.

На этот звук задремавшая миссис Бернет встрепенулась и посмотрела на меня, хлопая глазами.

– Рагу не спали, – указала узловатым пальцем на плиту. – У меня лишних денег нет, чтобы продукты переводить. Так что тебе надо скорее работу искать.

Я кинулась к плите, но с рагу было все в порядке. Оно себе спокойно побулькивало в казанке, дразня меня аппетитным видом.

– Ладно, – старушка как-то тяжело вздохнула, – дам тебе пару серебрушек. В займы! – она с важным видом подняла палец вверх. – Потом вернешь. А то в таким виде тебя на улицу не выпустить, замерзнешь, потом лечи. А это больших денег стоит.

Размышления практичной старушки прервал настойчивый стук в дверь. Стучали явно кулаком.

– Ох, кого там Темный Бог принес? – заворчала миссис Бернет, поднимаясь с табуретки. – Никого не ждала.

Стук повторился уже куда как более настойчиво. И миссис Бернет поспешила идти открывать. Я же перемешала рагу и осторожно попробовала. Вышло очень неплохо. Или это моему голодному организму было все равно?

Из коридора донесся голос миссис Бернет:

– Дверь мне помнешь своими колотилками! Кого там принесло? – и буквально спустя несколько секунд. – Аааа, страж Морган. Добрый день. Проходи-проходи! На улице морозно. Что-то весна и не думает приходить.

– Добрый день, миссис Бернет, – низкий приятный голос стража и его последующие слова заставили меня вздрогнуть: – Пришел узнать, как у вас дела. Все ли хорошо. И принес документы Евгении. Как она, не доставляет проблем?

– Что?! – прошипела от возмущения. – Проблем? Ха! Да ваша старушка божий одуванчик строит планы, как бы меня эксплуатировать.

Я выдохнула и постаралась придать лицу вежливое выражение. Голоса приближались. Тут до кухни идти буквально несколько шагов.

– Добрый день, Евгения, – Морган скользнул по мне взглядом и хмыкнул. Ууу, так бы и стукнула его этой большой деревянной ложкой, которой рагу помешивала. Смешно ему!

– Добрый, – я криво улыбнулась. В отличие от меня, одетую в чужое платье, страж был хорош в своей черной форме, подчеркивающей стройную крепкую фигуру.

– Садись, Брайан, за стол, – засуетилась миссис Бернет, – пообедай с нами. Сейчас Женя накроет, – и она так выразительно на меня посмотрела, что захотелось совершенно по-детски показать язык. – На улице холодно, а у нас вот рагу свежее да горячее. Ох, трудная у вас служба.

– Спасибо за приглашение. Только руки вымою, – хоть и говорил Морган это миссис Бернет, но я же видела, как ехидно он косился в мою сторону. Мелькнула шальная мысль сплавить ему Элеонору. Вот бы пусть эти две вредины друг друга донимали!

– Тарелки доставай, чего встала? – шикнула на меня миссис Бернет, отправив стража в ванную. – И хлеб с полки возьми да нарежь. Давай живее.

Сама она тоже засуетилась, доставая приборы.

– И чайник поставь, – не забыла давать указания.

Морган появился через пару минут, уселся на табуретку и внимательно наблюдал, как я несу ему тарелку. Но стоило ее поставить перед ним, как цепко схватил меня за запястье и зло рыкнул:

– Что это?

Глава 8

– Где? – я непонимающе хлопала глазами и пыталась вытянуть руку из почти железной хватки. Нет, ну вот о чем он? Но Морган продолжал прожигать взглядом мою руку.

– С руками что? – опять спросил таким тоном, будто я ему еду поставила грязными руками, с которых земля комьями сыплется. – Почему они такие красные?

– Стирка, уборка, – ответила, дергая рукой. – У нас другие средства для стирки. К вашему мылу я просто не привыкла.

Тяжелый вздох был мне ответом. И наконец-то Морган выпустил мою руку. Я тут же спрятала их за спину. Обидно стало. Странный такой, а чего он хотел? Я вчера целый день стирала-убирала, перчаток тут нет, а средства для уборки и стирки… Тоска-печаль, в общем. Крема для рук тоже нет. Ну и маникюр, конечно, тоже прощай. Ходить по салонам, если они тут есть, мне будет некогда и не на что.

– Ясно, – кивнул страж и полез в нагрудный карман легкой куртки. Не знаю, как это здесь называется. – Держи. Твои документы.