Читать «Некромант на пенсии. Шалость удалась!» — Мотя Губина онлайн
Страница 9 из 12
Секретарь свёл брови вместе и целую минуту думал.
– Что? – наконец, не выдержал он.
– Ну, например, то, что он удивился перед смертью.
– Так я бы тоже удивился, если бы внезапно умер.
– Нет, ты не понял, – я усмехнулся и подошёл к шкафу с документами. Вытащив оттуда нужную папку, положил её на стол и улыбнулся. – Он удивился и всё. Это его единственная эмоция. И вот с этим уже можно работать. Чем и предлагаю тебе, офицер, заняться. Разыщи родственников нашего утопленника и сообщи им новость. Не забудь уточнить, что тело пропало.
– Как пропало? Оно же…
– Не думаю, что люди из благородной семьи обрадуются, узнав, что их богатый дядюшка где-то ходит с опухшей головой, немного воняет и называет нашу новую местную ведьму мамой, – секретарь явно хотел сказать что-то ещё, даже рот открыл, но я лишь отмахнулся, – остальное сам думай, офицер. Всё, не мешай работать.
Открытый рот захлопнулся, а его обладатель вытянулся в струнку.
– Есть, шеф!
Когда за помощником закрылась дверь, я взял в руки остывшую чашку с чаем и сделал глоток.
Интересно складывались события сегодняшнего дня…
Ведьму под конвоем я отвёл обратно на кладбище вместе со всем мёртвым скарбом. Что удивительно, она даже ни разу не попыталась сбежать, не одурманивала меня зельями и не устраивала кровавые побоища. Ну, не считая нашествия нежити и огромных тарантулов. Но даже они не причинили никому из полицейских вреда – это говорило о том, что приказа нападать не было. А вот напугать – напугали так, что мало не показалось.
Бедный сержант Рыкс, которого я в первый же день лишил звания лейтенанта, несмотря на свои немаленькие габариты и недюжинную силу, оказался на поверку полным слабаком. Когда его распеленали и привели в сознание, он ещё пару часов провёл в туалете, а вылез оттуда зелёный, как дохлая рыбина.
– Мерзкая ведьма! – прохрипел он. – Встречу – своими руками задушу!
– Боюсь, что сделать это сложнее, чем вы думаете, сержант, – отозвался я, помогая подчинённым приводить в порядок разгромленное помещение. Вместе с тарантулами, к счастью, упокоились и грызуны. И все на заднем дворе отделения. Я уже заказал магический артефакт из столицы, чтобы сжечь дотла эту выкопанную армию, которая приводится в действие буквально щелчком пальцев. Мне такое соседство за спиной не нужно. – Ведьмы довольно коварны. И всегда окружены нежитью.
– Неважно! – мужчина алчно сверкнул глазами и сделал руками движение, будто отрывает голову. – Главное, подойти незаметно.
– Незаметно у вас не получится, – холодно уведомил я, – и будьте уверены, если поднимете руку на женщину, находящуюся под охраной короны, только лишь из-за личной мести, то проведёте остаток жизни за решёткой. В полицейской работе нет места личным счётам. Я понятно объясняю?
– Так точно, шеф, – скрипнул зубами подчинённый.
– Но некромантка же не стала нападать, – несмело проговорил сотрудник, имя которого я пока не запомнил. – Даже пауков своих отогнала.
– А вот доверять этим женщинам я бы тоже не рекомендовал, – посоветовал ему. – Они могут запудрить мозги и обольстить кого угодно, поэтому что?
– Обольстить? – у сержанта явно начало улучшаться самочувствие. – Да она страшная, как чёрт! Кого может обольстить подобное мерзкое страшилище?!
– А вот оценочные суждения оставьте при себе, – мой тон уже не советовал, а приказывал. – Вы на государственной службе, а не на рынке находитесь.
Мужчина замолчал, но продолжал посматривать на меня весьма враждебно. Правда недолго, так как я вернулся в свой кабинет и теперь сам обдумывал ситуацию.
Ведьма повела себя странно, не воспользовалась моментом, хотя я приготовился к долгой и затяжной драке.
Всё это немного ставило в тупик, но не так, чтобы хоть на секунду ослабить бдительность. Прожив столько времени в столице и повидав за свою карьеру достаточно этих страшных по натуре женщин, я не собирался терять контроль над ситуацией и сейчас был готов ожидать любое развитие событий, потому что вполне возможно, что убийства продолжатся, и мне придётся работать с ведьмой Элеонорой дальше…
****
Элла Гавриловна и ведьма Элеонора в одном лице, уже после того, как её вернули на кладбище. Злую и голодную…
– Лорд Филиван Норважский, – сквозь зубы выговорила я, – либо вы сами зайдёте в дом, либо я дам вам пинка и отправлю ночевать на кладбище, несмотря на все ваши жалобы.
– Но ма-ма! – зомби покачнулся и вытаращил и так выпученные глаза. – Лорд Норважский не пойдёт туда! Лорд Норважский благороден! Горд! А это… – какое-то время умертвие подбирало слова, роясь в своей синей головушке, а затем торжественно выдало: – Халупа!
– Сам ты халупа! – оскорбилась я, залезая по ступенькам в свою избушку и довольно вытягивая затёкшую спину. – Мы с грызуном столько времени этот дом облагораживали.
Зомби недоверчиво покосился на плохо заколоченную дыру в стене, оставшуюся после взрыва зелий. Но на этот раз ничего не сказал, развернулся и начал мрачно закапываться в землю рядом с другими холмиками, где отдыхало моё костлявое воинство.
– Туповат, конечно, – задумчиво проговорил крыс, залезая под лавку и вытаскивая авоську с головкой сыра и палкой колбасы. – Но от тебя я даже этого не ожидал. Признаться, удивлён.
– Лучше не делай мне комплиментов, – попросила я, обессиленно плюхаясь на табурет перед столом. – Главное, понять, что с ним делать. Зачем нам ещё один зомби, будто мне тебя и костлявых мало?
– Да ещё с таким капризным характером, – хмыкнул грызун. – Весь в мамочку.
Я лишь глаза закатила.
– Ладно, не будем переживать. Будет, не знаю, дворецким, что ли…
На меня посмотрели, как на дуру, но если я что и усвоила за время работы, так это то, что ни в коем случае нельзя брать свои слова назад. Какими бы странными они ни были. Так что просто перевела тему.
– Кстати, а как тебя зовут? Я всё забываю спросить.
– Ты не забываешь, – проницательно прищурился грызун, – ты всеми силами пыталась не давать мне имя, так как надеялась, что я куда-нибудь исчезну.
– Неправда, – открестилась я. – Если бы тебя не было, то кто бы мне еду таскал? Вон, даже комиссар пообещал, а по факту оставил голодающей!
– Он не обещал.
– Ну, почти обещал, – не растерялась я. – Он не отказал! А для женщины это то же самое, что и пообещал… В общем, всё равно оставил нас без обеда. Как только всех упокоили – запихал в карету и выкинул на кладбище. А сам уехал.
– Настоящий мужик.
Я поморщилась.
– В общем, только ты еду и таскаешь, – подытожила, нарезая колбасу для бутербродов. К счастью, нежить их не ела, питаясь всякой мерзостью вроде опарышей. Да и то больше за компанию, так как жизнь, точнее существование в нём поддерживала моя магия.
– Вот только поэтому и терпишь, – пожаловался он.
– Так. Не переводи тему. Какое у тебя имя?
Какое-то время меня изучали одним прищуренным глазом – второго-то просто не было – а потом нежить всё же решилась.
– Гадость я.
– Это понятно. А имя?
– Глупая баба! Это и есть моё имя! – взорвался мохнатый. – Имя, которое мне дали ещё при жизни! Элеонора называла меня: «Гадость любимая».
На секунду я впала в ступор, а потом недоверчиво переспросила:
– Ты не шутишь?.. Вот прямо Гадость?
– А что? Считаешь, что плохое имя? – тут же нахохлился он.
– Нет, ни в коем разе. Гадость так Гадость.
– Ну вот, то-то же, подселенка. Раз вместе теперь куковать будем, значит, придётся привыкать друг к другу. Тебе ещё в полную силу входить. А значит, скоро к нам потянутся клиенты.
– Откуда ты знаешь? – прищурилась я на него.
– Раз силы пробудились, то людские пороки это чувствуют, – ухмыльнулся он. – Вот увидишь, начиная с завтрашнего утра, и дня не пройдёт без того, чтобы кто-нибудь не пришёл навести порчу на соседа.
– Не собираюсь я этим заниматься! За мной следят!
– Тогда живи старой, – пожал плечами Гадость. – Ведьма входит в полную силу только когда ворожит. А твоя стихия – заговоры и проклятия.
Я скрипнула деснами от досады и почесала макушку.
Совесть у меня давно уже не вякала, а вот страх оказаться на костре всё же на горизонте маячил.
– Ладно, – решила наконец. – Подумаю об этом завтра.
И уже ночью, когда я сладко посапывала в своей кроватке, услышала сначала шелест, а потом топот по влажной земле.
– Что это? – испуганно спросила у Гадости, который свернулся клубком на ещё одной подушке в глубине стеллажа с зельями.
– А это, – хмыкнул он, – дворецкий твой службу исполняет.
– Что? – я непонимающе села на кровати, но прежде чем успела встать, дверь приоткрылась, и в щель заглянула страшная морда утопленника.
– Лорд Норважский несёт службу! Маме просили передать!
С этими словами зомби торжественно прошёл внутрь избушки и водрузил на стол довольно объёмный свёрток.
Я осторожно подошла ближе, боясь, что мне подкинули бомбу, но потом, почувствовав запах картофельного пюре с мясом, резко развернула ткань.
– Батюшки!
– Жрачку принесли, – безразлично прокомментировал со своей полки грызун.
Зомби развернулся и с видом выполненного долга вышел на улицу, а я вне себя от счастья взяла в руки небольшую записку, где резким размашистым почерком было выведено всего два слова:
«Я забыл. Ш.»
Глава 10 Настоящее дело для ведьмы
Через три дня на кладбище стоял страшный вой. Это я страдала от того, что старая и некрасивая.
Если до этого события развивались очень быстро и малопонятно, то сейчас, когда жизнь вроде бы немножко устаканилась, а я даже начала привыкать к постоянному заключению внутри территории кладбища, вдруг оказалось, что я-то старая!
– Ну, и что ты опять вопишь? – вылез из ближайшего холма крыс. Он осуждающе посмотрел и покачал головой. – Я хотел отдохнуть от трудов праведных, а тут ты со своими воплями.
– Это каких ещё трудов? – высморкалась я в платочек. – Ты про то, что воровать с утра бегал, да?
– А ты не завидуй, – прищурился Гадость, смотря на меня с превосходством. – В отличие от некоторых, я могу ходить куда хочу.
– Ну вот и иди, – огрызнулась я, – и без тебя тошно.
– Да что ты переживаешь? Ты же и так уже начала преображение.
– Я такими темпами всю жизнь буду преображаться, а в итоге всё равно состарюсь к этому времени! – в сердцах стукнула рукой по краю колодца, и он зашатался, вот-вот грозясь рассыпаться на части. Испуганно вскрикнув, я отпрыгнула подальше. – Ой, это не я!
– Ну правильно! Давай, разломай тут всё! Оставишь нас без воды совсем! Нам же её так просто было добыть! – продолжил меня распекать крысёныш.
– Но у меня зубы больше не растут, – пожаловалась я, поняв, что сердиться и вправду бесполезно. – Чуть-чуть вылезли кончики, и всё. На этом всё остановилось. А я хочу быть красивой и молодой! Ты знаешь, я ведь очень даже ничего была! Раньше…
– Стройная? – заинтересовался он.
– Ну… не совсем.
– Тогда, наверное, юная и свежая как майская роза?
– Не сказала бы…
– Думаю, что, скорее всего, очень эффектная, с роскошными рыжими кудрями и крутыми формами? – с надеждой уточнил крыс, заглядывая мне в глаза. – Ты же не могла быть обычной серой мышью неопределённого возраста?
А я отвела взгляд и задумчиво почесала затылок. Считается ли красная помада тем, что её обладательница – не серая мышь?
Видимо, по-своему оценив моё молчание, Гадость возмутился:
– Тогда чего ты переживаешь? Всё равно страшилищем жила, какая тебе разница?!
– Не правда! Страшная я сейчас! А хочется, чтоб красивая! Ты мне обещал!
– Поклёп! Ничего не обещал!
– Но говорил, что это возможно!
– Да, возможно, если ты начнёшь входить в полную силу! А для этого нужно ворожить!
– Так как я тебе буду ворожить? – воскликнула я, от расстройства махнув рукой и сбив голову с ближайшего скелета, который подошёл ко мне, чтобы что-то сообщить. – Ой!
– Вот тебе и «ой»! – проворчала нежить.
– Ма-ма, – промычал лорд Норважский с другого боку, – мама, к тебе пришли!