– Буду лучшей, – раздалось сзади, – вы не пожалеете, что дали мне шанс начать с чистого листа.
Я обернулась, из темноты коридора вышла Рада. И давно она там стоит? Волосы у нее были мокрые и наспех выжатые, платье без шнуровок и хитрых застежек, требующих уймы времени.
– Быстро ты управилась, – оценил Герман, – не любительница понежиться в ванне, да?
– Не хотела вас задерживать, – скромно отозвалась Рада. – Волосы скоро высохнут, приведу себя в порядок и смогу отправляться хоть куда.
– Пару дней ты погостишь здесь, – огорошила я ее, – в покоях принца Германа.
– А? – Она ошеломленно моргнула. Стало ясно: у дверей в первые минуты точно не подслушивала. – Его высочеству это не причинит… неудобств?
– Отнюдь, – уверило высочество, – развеешь мои скуку, тоску и одиночество, пока я для тебя все организую. Компания мне сейчас как раз кстати.
На ее лице понимания не прибавилось.
– Мне из дворца выходить нельзя, – пояснил он и, поймав недоуменный взгляд гостьи, посетовал: – Папа строгий.
Рада медленно кивнула, явно переваривая услышанное. Это процесс не быстрый, такое переваривать до утра как минимум.
– Твоя комната вторая слева по коридору, – сообщил Герман, – я заранее распорядился отнести туда еды на случай, если ты голодна. Дарина, помоги сестре устроиться.
Было не очень понятно, чем помогать, учитывая, что из вещей у нее с собой только маленькая сумка и краденая реликвия. Но поскольку судьба ожерелья сильно меня волновала, я с готовностью проводила Раду в названную комнату, которая являла собой то ли гостевую, то ли запасную спальню. Богато обставленную, с вытканным золотом ковром и расточительно горящими в чье-либо отсутствие свечами.
– Роскошно, – присвистнула Рада, присаживаясь на кровать под кружевной балдахин и хватая с лежащего у подушек подноса булку. – Ты была права… что принц тебе не откажет. Ничего такой оказался, внезапно.
– Иначе не предлагала бы обращаться к нему, – пожала я плечами, – он хоть и сын императора, но ведет себя весьма приземленно.
– Наслышана. Вместе со всей столицей! Его высочество много где… приземлялось. Пережившие встречу с ним боятся второй как огня.
– К Герману просто подход найти надо.
– Я вижу, ты нашла. – Она лукаво сощурилась. – Ох, сестрица… Ты не промах.
Только я никуда не целилась! Лучше бы Герман принимал в качестве благодарности то, ради чего недавно лез мне под юбку. Может, и получил бы. Походило бы на своего рода сделку. А так походит на какую-то… симпатию. Или того хуже – отношения!.. Ни одной девице не стоит переоценивать собственные прелести, они не уникальны. Искренняя участливость по отношению ко мне несказанно напрягает. Выходит, Северин прав и меня злит, когда обо мне заботятся? Конечно, это ужасно подозрительно. Вот Велизар – другое дело! Брали бы они с него пример и не пудрили мне мозги. М-да. И это я еще Германа обвиняла, что у того с головой не все в порядке.
Рада покосилась на мои поджатые губы и вгрызлась в булку, оставив эту тему. Имелась куда более важная:
– Я не ожидала, что придется тут задержаться. Вместе с… – Она запила булку остывшим чаем и, зашуршав юбками, извлекла из их недр замотанное в тряпку ожерелье. – Опасно это.
– Опасно, – согласилась я, стараясь не пожирать его взглядом. – Оставлять у аптекаря было нельзя, но прятать тут в комнате или с собой носить – тоже не вариант.
– Мне надо избавиться от реликвии. Подкинуть городской страже, они на место в хранилище вернут, и Культу ни к чему станет усердствовать с моими поисками. Или… Отдать тебе?
– Мне?..
– Перестань, – произнесла Рада слишком нежно, до приторности. – Ты не желала выпускать ее из рук, как только взяла и рассмотрела в ней что-то. Она тебе нужна. Для расследования, да?
– Подслушивала все-таки, – хмыкнула я.
– Совсем немножко, – угрызений совести в ее голосе не было ни капли, – последние пару минут. Я перед тобой в долгу и целиком завишу от твоего принца… Ты могла бы сказать прямо, что ждешь взамен.
– А вот теперь перестань ты. Захочешь – удерешь из дворца, тебе по силам. Я же хочу, чтобы реликвия не досталась Культу.
– Поддерживаю! – Рада нервно облизала губы. – Они забрали бы ее у меня, выдав оплату в виде смертельного проклятия. Я винила в своих бедах облаву на наш трактир, а она мне, по сути, жизнь спасла.
Я приблизилась, протянула ладонь в неожиданном и странном порыве погладить ее по голове. Но коснуться не успела.
– Держи, – она ткнула мне в руку тряпку с ожерельем, – заслужила.
– Я помогла тебе не поэтому.
– Верю. Что угодно врет, только не родная кровь, – улыбнулась Рада, и у меня в горле встал ком. – Было страшно, что, узнав о том, кто я, ты отвернешься от меня… Но я рискнула открыться и не прогадала.
Я крепко сжала ожерелье, сквозь тряпицу чувствуя твердость серебряных пластин и звенья соединяющей их цепочки. Сглотнула ком в горле и, пожелав Раде спокойного остатка ночи, поспешила на выход. Совсем не с тем ощущением, какое обычно испытываешь, получая желаемое.
Глава 6
Затаить дыхание, в волнительном предвкушении перешагнуть порог, сдержать просящееся наружу: «Ах!» Зал от пола до потолка был забит лучшим, что я когда-либо видела. Золото, серебро, медь, хрусталь, дерево… Неважно, из чего именно оно сделано, главное, с каким мастерством! Поразительная гармония материала, формы и выверенных энергетических линий, сплошное концентрированное великолепие. Стоило огромных усилий сохранить самообладание, разглядывая полки, шкафы и столы, содержимое которых вызывало внутри нескончаемый трепет. Искусные вещицы!
Склад тайной службы – волшебное место…
Северин с неприкрытой усмешкой закрыл за нами дверь и сделал пригласительный жест. Блеск в глазах меня выдал, не иначе. Все-таки оказалась посреди арсенала мощнейших артефактов! Тянуло рассматривать абсолютно каждый, трогать и представлять своим.
В последний раз я чувствовала себя так в семь лет, впервые попав в городскую лавку игрушек. Забыла тогда, как дышать, сраженная видом тряпичных кукол с шикарными волосами, коллекциями их нарядов, стадами резных лошадок на колесиках и наборами разномастных брусков для строительства замка. Я принялась строить его прямо в лавке, Дарина – изучать выкройки, чтобы сшить нам похожих кукол, а поганка Октавия захныкала, что ненавидит Академию и хочет домой. Успокоилась она, только услышав от Орлина, что каждая может забрать себе по игрушке. От неожиданности я выронила треугольный брусок для крыши, недостроенный замок рухнул. Желанные детские сокровища скопом зарябили с полок, то приближаясь, то отдаляясь, будто танцевали вокруг меня. Голова закружилась, и я поняла, что хочу все и сразу. Как сейчас.
Манили и драгоценные камни, напитанные концентрированной энергией, и изящные кольца для усиления магических пассов, и массивные обереги от всех видов проклятий. Но на встречу с Культом из-за конспирации много не возьмешь, нужно выбирать с умом. Как в детстве. Помню, из лавки с игрушками я взяла тяжелый деревянный меч и хорошенько настучала им по лбу ученику, что был на год старше и нас задирал. Магией-то драться вне тренировочных площадок запрещали, а про игрушечные мечи уговора не было…
Северин застыл у двери, насмешливо наблюдая, как я липну то к одной, то к другой полке. Да уж, я не в магической лавке! Мое мнение по поводу экипировки вряд ли ему интересно. Напичкает, чем сочтет необходимым, и с пинка отправит к Ивону. Я прекратила мельтешить у шкафов, встала спокойно, сложив руки на груди. Указаний, между прочим, до сих пор не получила. Мы с господином начальником успели перекинуться всего парой фраз. Он перехватил меня перед своим кабинетом, будто караулил, развернул и повел сюда. Сказал: в хранилище все и обсудим. Наверное, его памятный письменный стол мешает сосредоточиться не только мне!
– За тобой постоянно будут следить наши люди, – наконец снизошел до объяснений Северин. – Если этот Ивон действительно один из лидеров Культа, то должен быть максимально осторожен. Подошлет за тобой кого-то, чтобы привели с назначенного места встречи к нему окольными путями и темными проулками, квартал к тому располагает.
Вот и я сомневаюсь, что он сразу выйдет от старьевщика, чтобы угодить в теплые объятия тайной службы.
– Приказам следуешь четко, без самодеятельности! – рыкнули предупреждающе. – Встретишься с ним или его сообщниками, заставив высунуть нос из логова. Остальное – не твоя задача. Наш специальный отряд прибудет и всех схватит. Просто жди. Возникнут проблемы с адептами – тяни время, в бой по возможности не вступай. Но на непредвиденный случай снабдим тебя защитными артефактами и меткой.
– Ага, нашпигуем, как утку, – хмыкнула я, – чтобы меня выдало с потрохами. Может, еще табличку на лоб повесить: «Особо охраняемая тайной службой»? Следящее заклинание непосредственно на мне выявят на раз-два, в моей вещи вплетенную метку тоже заметят.
– То-то ты заметила, – не преминул язвительно напомнить Северин. – Начнем с того, что вещь с меткой не обнаружат.
– Куда ни спрячь, везде обыскать могут.
– Места знать надо.
– Это какие? – Я многозначительно выгнула бровь.
– Укромные, – столь же многозначительно отозвался Северин, – я помогу.
Поможет с поиском у меня укромных мест?.. Вероятно, расчет был, что засмущаюсь, но я с улыбкой проворковала:
– Приступай.
Он смерил меня с ног до головы оценивающим взглядом, словно ощупывая по дюйму. Да пожалуйста! Я приняла эффектную позу и покрутилась, красуясь, как перед зеркалом. Платье-то на мне идеальное – и для задания, и вообще. Красивое, с рельефным лифом из плотной ткани, но удобное и не стесняющее в движениях благодаря разрезу сбоку юбки – неглубокому, без попранных приличий. Северин скользнул взглядом по выставленному вперед бедру, прошелся по изгибу талии, вернулся к закрытой воротником шее и вроде бы похвалил:
– Хорошее платье. – Тоже улыбнулся и велел: – Снимай.
Моя бровь окончательно уползла вверх, он своей и не повел. Стоял с непроницаемым лицом в молчаливом ожидании. Ничего себе… Конечно, в его прыти я еще в прошлый раз убедилась, но не думаю, что сейчас имелось в виду что-то непотребное. Провокацию в отместку устроил, не иначе! Поскольку любые мысли можно озвучить через рот и не мучиться, я спокойно спросила:
– Зачем?
– Затем. – Внимательный прищур, все та же улыбка, шаг ко мне. И еще один – к платяному шкафу, самому обыкновенному на вид. Северин приоткрыл его, загородив мне обзор дверцей. Хорошенько порывшись на полках, извлек оттуда шуршащий сверток и бросил мне в руки. Поймала. – Надевай. Должно подойти.
Я развернула сверток, обнаружив в нем нижнюю рубашку. То есть он на меня пялился, пытаясь размер на глаз определить?.. Ну это ненадежно. Надо было щупать! Белоснежная ткань хрустела, но не так, как накрахмаленная. Ощущала подушечками пальцев странные вибрации, энергия словно о них стопорилась, не проникая дальше.
– Чем она пропитана? – ахнула я. – Охранным зельем?
– Пить такое не стоит, – ласково сообщил Северин. – Специальный состав, активируется от соприкосновения с кожей и держится пару часов, пока не выветрится. Даст защиту от любой магии – хорошую, но не сверхсильную. Ивон не заподозрит в излишней «нашпигованности». Это скорее страховка для тебя, чтобы в бою не задело, когда наш отряд ворвется с облавой.
– А если не ворвется? – Я сжала сверток и поежилась от противного шелеста. – С назначенного места встречи меня могут не только увести, но и утащить, как ты выразился, окольными путями. Потеряете след, и до свидания.
– Есть запасной план, – уверили меня, – укажешь нам свое месторасположение артефактом с меткой.
– И мы спрячем его на мне, – недоверие в моем голосе сквозило отчетливо, – так, что Ивон не найдет.
– А ты сама попробуй найти. Давай определи, где здесь следящий артефакт. Дам подсказку… Он неотличим от безделушки.
Замаскирован? Значит, классические узнаваемые артефакты отметаем. Большинство здесь ими и были: особая порода хрусталя, идеального проводящего энергию, браслеты – усилители концентрации для максимально точных пассов, сфера из каленого заговоренного стекла, через которую можно пропустить заклинание, увеличив область его действия. Сколько всего мне пригодилось бы против Велизара… Вот она – настоящая сокровищница, ни с какими несметными богатствами не сравнить. Хоть бери мешок и грабь!
Многие вещи внешне выглядели непримечательно, но магией сочились. Например, деревянные ромбовидные подвески, похожие на ту, что висела у Рады в подвале. Вероятно, они тоже для сокрытия ауры… обычных людей. Ауру мага скрыть гораздо сложнее. Да и мне на задании противопоказаны фонящие энергией штуковины, они мгновенно привлекают внимание.
Я обняла сверток и обошла зал, разыскивая полки с сущими безделицами на вид и без следа магии. Северин самодовольно наблюдал, поэтому садиться в лужу не хотелось вдвойне. Ну-ка… Где я недавно проморгала чары слежения? В амулете Ивы. Он энергоемкий метеорит со своей вложенной магической структурой. Жаль, пришлось его в комнате оставить, чтобы не светить перед Ивоном. Но это не единственный небесный камень в Империи.
Разглядев на столе в прозрачной вазочке бусины из метеорита, я ткнула в них пальцем с вердиктом:
– Вот!
– Ход твоих мыслей мне нравится, – ухмыльнулся Северин. – Скрытные артефакты не источают вибраций, покуда не активированы, и выглядят абсолютно обычно.
– Как неактивированная метка укажет путь?
– При ее активации, на миг. Артефакт подаст сигнал и станет бесполезен. Необходимо сотворить специальное плетение совместно с каким-нибудь заклинанием, чтобы перекрыть энергетические колебания обозначенной метки.
Выходит, артефакт одноразовый. Мне придется при Ивоне что-то наколдовать, причем не вызвав подозрений, и одновременно с тем использовать артефакт… Надеюсь, обойдется без этого чудесного запасного плана!
– Так насчет бусин я права? – вопиюще нетерпеливо поинтересовалась я. – И в каких укромных местах ты поможешь мне их прятать?
– Узнаешь. – Северин кивнул на рубашку в моих руках. – Ты все еще не в том, в чем надо.
– Прямо здесь надевать? – уточнила я, обведя зал выразительным взглядом. Закрытых углов или ширмы не было.
– Да, – ответил он как ни в чем не бывало и отошел к многоярусной полке в противоположном углу.
Что ж! Я осталась у стола с камнями и самоцветами, на котором было полно свободного места. Платье снимала, радуясь, что шнуровка спереди, и следя за склоненной над нижней полкой спиной Северина. На меня не косился даже, словно вспомнил о приличиях. Я бросила на стол свои платье и сорочку, натянула то, что дали. Тонкая, но плотная ткань льнула к телу, окутывая едва заметной бархатной вибрацией. С размером он все-таки промазал, или рубашка не предназначалась девам. Мне она была великовата и спускалась до середины бедер. Я не стала застегивать ее, запахнула, обернув лишнее вокруг талии.
– Готово, – отчиталась я.
Северин отлип от полки и обернулся. Моргнул – раз, другой. Склоненная набок голова, долгий пристальный взгляд, откровенно заинтересованный. Ну да, в одном исподнем и сапогах я выгляжу крайне интересно!
– Что? – Я постаралась сохранить внешнюю невозмутимость. – Команды одеваться обратно не было.
– Не было, – подтвердил он глубокомысленно и, взяв с полки маленькую резную шкатулку, направился ко мне.
Не дошел, остановился рядом, у стола. Я зябко поежилась: в зале было довольно прохладно. Тянуло обнять себя за плечи, но нельзя позволять себе столь беззащитный жест. Северин поставил шкатулку возле вазы с бусинами, распахнул крышку. Внутри лежал моток чего-то невзрачного, при ближайшем рассмотрении оказавшийся льняной лентой телесного света. Пластырь?..
Оторванный узкий лоскут, взятая из вазы не бусина даже, а бусинка – совершенно миниатюрная, с намеченным в ней энергетическим контуром. Эдаким пунктиром, готовым соединиться с вложенным заклинанием, чтобы потом благодаря магическому импульсу активировать его и самоуничтожиться. Ни за что в этом кусочке метеорита артефакт не распознать, если не смотреть на него в упор. Туда и будет вплетаться метка?.. Это же сколько мастерства надо, чтобы вместить следящее заклинание в такой крошечный объект… Ювелирная работа.
Для наложения чар на вещь требовался близкий ее контакт с отслеживаемым человеком, а точнее с его аурой. Я приблизилась, протянула руку. Артефактная бусина легла мне в ладонь, Северин занес над ней пальцы. С них сорвалось плетение – молниеносное, но выверенное, идеально сотканный узор. Магический контур сомкнулся, проявилась метка. Признаюсь: поражена! Чары уместились с запасом, даже еще что-то влезет. Завидно отточил умения… Есть чему у него поучиться. Но так он и научит, как же.
Северин забрал бусину очень аккуратно, стараясь не сбить настроенный на меня контур. Вложил ее в середину лоскута пластыря с предельной сосредоточенностью, за которой никаких эмоций не разглядишь.
– Если под рубашкой спрятать, будет максимально незаметно, – объяснил он, – ее магическая защита скроет метку от проверочного заклинания любой мощности. Чтобы при активации артефакт послал четкий сигнал, нужно прикрепить его на энергетический узел на твоем теле. Который мне придется… поискать. Для тебя это приемлемо?
Подумать только, спросил!
– Да мне все равно, – обронила я как можно равнодушнее.
Господин высший магистр усмехнулся. В синеве глаз заплясали искры, казалось намереваясь проникнуть и под рубашку, и под кожу. Уже присматривает укромные места? То есть, извините, энергетические узлы. А ведь определять их предполагается не примерно, а опытным путем…
Северин поймал мой взгляд, приблизился вплотную. Очень близко, на расстояние долетающего дыхания. Его пальцы отодвинули край рубашки на животе, забираясь под нее. На то, что открывалось взору, он не посмотрел, неотрывно глядя в глаза, действуя на ощупь. Мягко, нежно, чуть щекотно. Я сглотнула, но не шелохнулась. Смущаться? Еще чего! Мужчины меня не трогали, что ли? Ну, с целью прилепить метку действительно не трогали…
Его ладонь скользнула по моей спине – от поясницы вверх, медленно исследуя позвонок за позвонком. На миг замерла у лопаток, вернулась ниже. Туда легла льняная полоска ткани, нагреваясь от соприкосновения с моей кожей и становясь липкой. Прохладная бусина, теплота рук, разравнивающие пластырь касания. Я застыла, едва справляясь с потяжелевшим дыханием и предательски приятными ощущениями. Северин дотрагивался почти невесомо, лишь приглаживая подушечками пальцев. Зрительный контакт не прерывал ни на секунду, и искры в его глазах разгорались отчетливее.
Ласковая энергия вдоль позвоночника. Невольная дрожь, волна жара. Череда прикосновений прервалась, он отстранился. Его губы отдалились от моих, неожиданно пересохших, насмешливо изогнулись. По этой улыбке явственно читались мысли по поводу того, как мне все равно. Да чтоб тебя Анелия каждую ночь навещала, восставшая из мертвых!
– Закончил? – спросила я самым формальным тоном, на который была способна.
– Да.
Северин отступил на шаг, стойко не опуская взгляда.
– Ну конечно, метка, – фыркнула я и запахнула рубашку. – Это не только ради нее было.
– О чем ты? – нахмурился он.
– О твоих пассах за моей спиной! Думал, не догадаюсь? Рассказывай, что колдовал и зачем.
– Следящие чары и ничего, кроме них. Сонастройку с твоей аурой делал.
– Почему не настроить заранее так, чтобы я видела?
