Михаил Дорин "Сирийский рубеж 6"

Сирийский рубеж 6
Михаил Дорин

1984 год. Ближневосточный узел противоречий затягивается всё сильнее. Советскому Союзу невозможно остаться в стороне и позволить США развязать кровавую бойню в самой горячей точке мира.

Майор Александр Клюковкин в эпицентре битвы за небо Сирии.

Михаил Дорин

Сирийский рубеж 6

Глава 1

Сигнал о разрешении пуска продолжал бить по перепонкам. Виски пульсировали, а глазами я пытался сконцентрироваться хотя бы на одной из целей.

– Пуск! – скомандовал я, и первая ракета вышла из направляющей.

Несколько витков и управляемое Кешей средство поражения устремилось к цели.

– Держу… нет, срыв! – громко доложил Иннокентий, когда АН-64 «Апач» противника сманеврировал и скрылся за невысокой горой.

Тут же выполнил манёвр и я, отстреливая ловушки. От управляемых ракет «Хеллфайр» они не спасут, а вот от возможных пусков «Стингеров» с пилонов Апача вполне. Помнится, на них такие редко, но ставили.

– 1-й, как принимаешь? – услышал я громкий голос Занина.

– Нормально. По заданию работай, – ответил я ему.

– Сейчас-сейчас. Настраиваю, – тяжело дышал Василий.

По нашей задумке, он должен был зависнуть за одной из вершин и контролировать пространство. Когда захватит цель, выполнить подскок и пустить ракету Р-60М. А если повезёт ещё и повторит этот манёвр.

– Пока не в захвате, – доложил Занин.

Вроде и готовились к атаке, и разобрали все возможные варианты, но внезапность предусмотреть невозможно.

– Цель… 3.4… 3.7… уже 4.0, – докладывал Кеша, пока я преследовал один из Апачей.

– 101-й, справа заходит, – услышал я Тороса в эфире.

Преследовать этот Апач нет уже смысла. Ручку управления отклонил от себя и снизился к самой земле. Колёсами практически проехал по колонне машин, едва не задев башню одного из танков.

– Атакует! – громко крикнул Кеша, заметив пуск с одного из Апачей.

Он прямо у меня под ракурсом. Есть возможность атаковать из пушки. Дальность чуть больше километра. Тут же жму на гашетку, но очередь прошла совсем рядом с хвостовой балкой вертолёта противника.

– Отвернул. Ракета ушла в сторону, – доложил Петров.

Внизу и правда произошёл взрыв, но оператор Апача не выдержал «Хеллфайр» на боевом курсе.

– 812-й, видим одного. Готовы работать, – сообщил мне Аси, пришедшие ко мне на поддержку.

Отвернувший в сторону Апач начал уклоняться слишком далеко. Как раз то, что нам и нужно. Сейчас должна сработать наша ловушка.

– 101-й, вижу пуск с земли. И ещё один! Справа под 90° от тебя, – доложил Торос.

Ох, этот парень и хорош! Весь в работе с нами.

Две ракеты ПЗРК устремились к цели. Апач попробовал уйти, но слишком мало было времени, а на тепловые ловушки ракеты не повелись.

– Попал! – громко произнёс Торос.

АН-64 моментально вспыхнул и начал валиться на правый борт, устремляясь вниз. Раскрутился вокруг своей оси, отбрасывая чёрный дым и яркое пламя. Секунда, две и он столкнулся с землёй. Взрыв, и над сопками поднялся столб огня и дыма.

На больших высотах шла своя война. Истребители Израиля активизировались под конец дня. Но и тут у нас работает прикрытие.

– Держу его. Эх! Сорвал захват, – негодовал кто-то из наших лётчиков-истребителей.

– Вот он! Накрываем. Уходит, – продолжали работать на высоте экипажи в зонах дежурства.

Ещё один пуск со стороны солнца. Будто в замедленной съёмке ракета пролетела перед нашим вертолётом. Я только и успел увидеть, как она вошла в один из БТРов. Огонь объял бронетехнику, развернув её на дороге.

Следовавший за «бронёй» ЗИЛ в последний момент успел уйти в сторону и объехать горящий БТР.

– Кеша, наводись дорогой. Кроме нас их некому защитить, – сказал я, развернувшись в сторону только что стрельнувшего вертолёта.

– Марка на цели. Дальность… 3.9. Пуск! – доложил Иннокентий.

Ещё одна ракета устремилась к цели. Один виток, второй, и «Атака» встала на курс. Апач начал уходить в сторону, но медленно.

– Есть… держу… ещё… твою мать! – выругался Кеша.

Ракета попала в борт Апача, но он не рухнул. Двигатель задымил, и вертолёт пошёл на вынужденную посадку.

И только в последний момент я увидел, что к земле летит тот самый Апач со змеёй на борту.

– Ещё три, – подвёл я промежуточный итог. – 812-й, в трёх километрах посадку произвёл «индеец».

– Понял. Подберём. Колонну наблюдаем, – ответил Аси.

Он начал передавать информацию поисково-спасательному экипажу, который был недалеко. Надеюсь успеют подлететь и забрать пилотов Апача.

Но на этом ещё все наши беды не закончились.

– Слева один. А сзади ещё, – заметил я два вертолёта противника.

Это уже было как минимум волнительно. В такие нас с Кешей клещи ещё сегодня не загоняли. Но самое плохое – оттеснили от колонны, которую нужно прикрывать до последнего.

– Атакует! Танк подбит, – выходил с докладом в эфир Торос.

Надо сбрасывать с себя Апачи и прикрывать колонну. Ручку отклонил на себя, а затем сразу влево. Я не успел почувствовать перегрузки и дискомфорта от столь быстрого манёвра.

Вертолёт быстро развернулся, выполнив поворот на горке. И левую педаль не пришлось полностью отклонять.

– Ракета! – громко сказал Кеша, когда в стороне от нас прошёл один из «Хеллфайеров».

– Вижу, – ответил я на нервный возглас Кеши, но слишком быстро мы разошлись с Апачем, чтобы его оператор он успел удержать прицельную марку на нашем Ми-28.

Но тут же по капотам двигателя застучали «молотком». Очередь из пушки прошла по касательной. Уже близко.

В следующий раз так не повезёт.

– 101-й, я готов. До цели 7. Цель вижу, – докладывал в эфир Занин.

Он явно целился в Апач, который только что отработал по колонне. Этот АН-64 был прямо над нашей техникой.

Команда «Пуск» не прозвучала. Либо утонула в плотном радиообмене. Со стороны одной из господствующих высот вырвалась большая серая точка.

Ракета Р-60М ещё быстрее, чем наши ПТУРы. Уйти от неё крайне сложно. Время полёта с такой дальности не более 4 секунд.

Апач отвернул на правый борт. Тем самым подставился сам. Идеальная позиция для ракеты!

АН-64 начал отстреливать ловушки и разворачиваться, пытаясь «спрятать хвост». Но, было уже поздно.

Ракета попала в борт, а сам Апач поглотило огненное облако. Он просто разрушился в воздухе.

Но недолго мне пришлось наблюдать за этим зрелищем. Снова пара Апачей начала меня накрывать.

– Саныч, маневр… рируй, – призывал меня к действиям Кеша.

Как будто я тут не кручусь, как «вошь на гребешке»! Спикировал вниз и скрылся за одной из сопок. Тут же один из Апачей вылетел навстречу, но я вовремя пустил очередь из пушки. Пришлось противнику уйти в сторону.

Ещё один разворот. Теперь уже ракета ушла в нашем направлении, если верить подсказке Тороса. Выполнил очередной отворот от колонны, но теперь я их не интересую. Апачи в паре устремились к нашей технике.

– 101-й, наблюда… опять локатор в отказе! – возмутится Занин.

– Идут на колонну. Быстрее! – сказал я, чтобы Вася вылезал из своего укрытия.

Апачи уже выходят на дальность пуска. Кеша наводит марку на цель, появилась область встреливания, но я не смогу пустить две ракеты.

– Цель вижу. Марка на цели.

– Пуск! – дал я команду и очередная «Атака» с глухим звуком вышла из контейнера.

На индикаторе лобового стекла продолжает отсчитываться расстояние до цели. Главное – чтобы Занин успел второй вертолёт сбить.

И тут вновь появилась Р-60. Яркая вспышка и первый АН-64 исчез в огненном облаке, разрушившись в воздухе.

В этот момент и наша ракета достигла цели.

– Есть, – громко доложил Кеша, когда ещё один Апач начал валиться набок.

Его сильно закрутило, и он грубо приземлился на пустыре, подняв огромное облако пыли и песка.

– 812-й, ещё один сел на вынужденную. Два километра от дороги, – сообщил я Диси, который прикрывал брата на другой площадке.

– Понял, 101-й. Подберём.

Как мне показалось, только после этой фразы я выдохнул. Будто предыдущие десять минут я не дышал вовсе.

Я выполнил проход над всей колонной. Техника постепенно начала двигаться, а товарищ «Торос» продолжал докладывать через ретранслятор о состоянии машин.

– 453-й, одну коробочку потеряли. Два грузовых сожгли. Движение продолжаем, – доложил авианаводчик.

Беглый взгляд на топливомер не принёс мне радостных эмоций. Пора было уже возвращаться.

– 453-й, я 101-й, замена нужна, – запросил я через ретранслятор.

– Передаю.