Сергей Тамбовский "Миротворец-3"

– Механическая повозка на гусеничном ходу… это как трактор, знаете, что это?

– Да, конечно – в Англии есть такая техника, помогает пахать поля, – ответил тот.

– Правильно, но там они работают на паровых двигателях, очень ненадежных и тяжелых, это во-первых, а во-вторых, они все там на колесах. Гусеницы пока что никто к тракторам не приделал, так что Россия и тут впереди всей планеты будет.

– И как же эти тракторы можно приспособить к боевым действиям?

– Очень просто, мистер президент, – улыбнулся Георгий, – самый простой вариант – перевозка боеприпасов, провизии или живой силы, получится гораздо быстрее и надежнее, чем на лошадях. К тому же гусеницы вытащат экипаж из любой грязи, а у вас тут, я так понимаю, в сезон дождей грязи предостаточно…

– Все верно, – ответил Крюгер, – уж чего-чего, а грязи у нас хоть отбавляй. А второй вариант применения тракторов в чем состоит?

– Если защитить кабину стальными листами и приделать спереди пушку или хотя бы пулемет, получится самоходная боевая установка. У нас такой вариант трактора назвали танком. Защита от пулевой стрельбы он даст на сто процентов, а от артиллерии – это уж как повезет.

– И сколько единиц танков вы сможете нам предоставить?

– Для начала пять штук в виде тракторов и два танка, все они прошли обкатку и готовы к использованию. В дальнейшем поставки можно будет нарастить.

– Мы согласны, – немедленно ответил Крюгер, – будем ждать вашу чудо-технику с нетерпением.

Совещание в Гатчине

Телеграф в 1899 году развился уже настолько, что был проведен и в столицу Трансвааля Преторию. На нем Георгий и отбил на родину депешу, в шифрованном виде, разумеется. Лев готов к прыжку, написал он такую фразу, из чего царь и его советники поняли, что договоренность достигнута и можно приступать к выполнению ранее намеченных мероприятий.

– Значит так, господа, – Александр был в меру возбужден и ходил по Малиновой гостиной, как тот самый лев в африканской саванне, – вы, Алексей Николаевич (взгляд в сторону министра обороны Куропаткина), обеспечиваете набор добровольцев и доставку их в Кронштадт. Для начала пусть будет пять тысяч штыков…

– А сабель сколько? – не утерпел Куропаткин, – казаки будут участвовать в этой операции?

– Сами определитесь по ходу дела… лошадей, конечно, лучше с собой не брать, на месте разберутся… да, и про Дикую дивизию не забудьте, горцы очень хорошие воины.

Он еще раз пробежался по кабинету, посмотрел в окна на пустынный плац перед дворцом и продолжил.

– Теперь что у нас с техникой? – устремил он взор на промышленников Морозова и Мамонтова.

– Два боевых самолета можно будет поставить в двухнедельный срок, – первым отозвался Мамонтов, а Морозов добавил, – пять транспортеров и два танка будут готовы в течение десяти дней.

– Доставите их по железной дороге в тот же Кронштадт… хотя нет, лучше в порт Петербурга. Константин Петрович (поворот к Победоносцеву, главе частной военной компании Аланды), какова готовность вашей флотилии?

– На высоком уровне, – тут же откликнулся тот, – два боевых корабля и четыре транспорта готовы прибыть в Кронштадт в обозначенные сроки, а затем выдвинуться к месту дислокации… в Лоренсу-Маркиш, если не ошибаюсь.

– Верно, – благосклонно кивнул царь, – порт на Восточном берегу Африки, откуда проложена железная дорога в Трансвааль… кстати, никто не знает, почему он так называется, этот Маркиш?

– Я знаю, – поднял руку Николай, – Лоренсу Маркиш это такой португальский путешественник и торговец, он и открыл эту бухту в 16 веке… в 1550 году примерно.

– Это когда у нас Иван Васильевич управлял, – сказал самому себе Александр, – ну-ну… пусть будет Лоренсу Маркиш. Бухта там, как мне сообщили, огромная, десять километров в поперечнике, места всем хватит. Теперь поговорим о нашей, так сказать, стратегии и тактике, если нет возражений…

Возражений, естественно, ни у кого не возникло, поэтому царь продолжил.

– Ни для кого не секрет, что Британия это наш давний горячий ненавистник, верно ведь? Поэтому взаимоотношения с ней мы вправе рассматривать как игру с нулевой суммой…

– А это как, папа? – не утерпел младший сын Михаил.

– То есть любая их победа автоматически становится нашим поражением… и наоборот – их поражение добавляет нам очков на международном ринге, если вы позволите такую аналогию из бокса. Таки образом, Россия кровно заинтересована в любой неудаче Британии, в том числе и в этих забытых богом африканских местах.

– Тут главное в том, чтобы не столкнуться непосредственно лоб в лоб, – заметил министр иностранных дел Лобанов-Ростовский, – прямой конфликт с Англией нам сейчас ни к чему…

– Абсолютно с вами согласен, Алексей Борисович, – усмехнулся царь, – мы и не будем сталкиваться лоб, как вы заметили, в лоб. Все будет чинно и благородно, посредством частной компании…

– Англия же может перекрыть этой частной компании выход из Балтийского моря, в случае чего… – выдал резонную фразу Николай, – и не пускать корабли из Аландов в открытый океан.

– Тоже верно, сын мой, – отвечал ему Александр, – поэтому прямо сейчас хорошо бы передислоцировать большую часть аландской эскадры,.. скажем… в кубинский порт, который испанцы предоставили нам в пользование, как уж он там называется?

– Гуантанамо, государь, – дал справку Победоносцев, – инфраструктура там пока не совсем готова, но в принципе это реальный вариант. Вот только как доставлять туда вооружение и живую силу? Нам же понадобится это делать в реальном режиме времени…

– Через Черное море, – предложил Михаил, но ему тут же возразил Николай.

– Османы могут закрыть проливы, когда узнают о нашем вмешательстве…

– Тоже верно… – задумался царь, – ну тогда у нас остается единственный путь – через Дальний Восток, Сибирская магистраль, насколько я знаю, близка к завершению, верно?

– Так точно, ваше величество, – встрепенулся министр путей сообщения князь Хилков, – за исключением обходного пути вокруг Байкала, все остальное готово к началу регулярных перевозок.

– А что там с Байкалом? – поинтересовался царь.

– Очень сложная геологическая обстановка, государь, – ответил князь, – сплошные скалы прямо на берегу озера. Там одних взрывных работ столько, сколько не было на всем остальном протяжении магистрали. Но паром, как временная мера, уже налажен, от Листвянки на западе до Бабушкина на востоке – по два эшелона в каждую сторону за день он может пропустить.

– Хорошо… вернемся, однако, к стратегии – кроме добровольцев в Трансвааль неплохо было бы направить и военных инструкторов, согласитесь, господа. Обслуживание самолетов и танков, это понятно, но и несколько высших офицеров из нашего Генштаба бурам не помешали бы.

– Конечно, государь, – за всех ответил министр обороны, – со своей стороны готов выделить трех-четырех сотрудников Генштаба, которые уже участвовали в планировании военных действий.

– Хорошо… вот карта Южной Африки, покажите расположение противоборствующих сторон, – и царь вручил Куропаткину указку.

Тот близоруко прищурился, но сумел разглядеть названия и начал доклад.

– Север Трансвааля граничит с британскими колониями Родезия и Бечуаналенд, – показал он на них указкой, – но скорее всего там никаких военных действий вестись не будет – слишком большие сложности для англичан с доставкой туда войск. На востоке португальский Мозамбик, его тоже исключаем из рассмотрения. Остаются запад и юг… в основном юг, где буры соприкасаются с Капской колонией и Наталем.

– Каковы силы сторон на текущий момент? – спросил Александр.

– По сведениям из независимых источников, – продолжил министр, – у буров под ружьем около 15 тысяч, у англичан чуть больше, 20-25 по разным данным. Основной фронт должен пройти скорее всего по территории Оранжевой республики, по дуге, образованной такими поселениями – Кимберли-Хоптаун-Спрингфохтейн-Блумфонтейн-Эсткорт…

– Артиллерия? – продолжил задавать вопросы царь.

– Опять же по неофициальным данным у буров порядка 50 орудий, в основном трехдюймовые, но есть отдельные образцы гаубиц калибра 150 мм. У англичан все то же самое, но вдвое больше.

– Бронепоезда?

– У буров, естественно, этого ничего нет, у англичан же имеются два или три состава, сведения уточняются. Капская колония и бурские земли связаны минимум двумя магистралями, по ним английские бронепоезда смогут проникать прямо до Претории… если им позволит соперник, конечно.

– Средства связи? – задал последний технический вопрос Александр.

– Телеграф имеется практически повсеместно в Капской колонии, в Трансваале же и Оранжевой только точечно, в столицах и паре крупных городов.

– В какие сроки англичане смогут существенно нарастить свою группировку и сколько сил им понадобится для окончательной победы?

– Ээээ… – запнулся на пару секунд Куропаткин, но тут ему на помощь пришел Михаил, – по моим личным прикидкам, государь, основные резервы Англия сможет подвезти из Канады, Индии и Австралии. Это будет как минимум 150 тысяч штыков и тысяча стволов артиллерии. Сроки их прибытия ориентировочно можно назначить на конец этого или начало следующего года.

– Значит, нам надо опередить англичан… – царь сел на свое председательское место и закурил длинную гаванскую сигару, – теперь относительно тактики… я немного в курсе, что буры используют партизанские методы, это так, Алексей Николаевич? – обратился он к Куропаткину.

– Совершенно верно, государь, – тут же ответил тот, уже сидя за столом, – они же там поголовно охотники и скотоводы, местность знают, как свои пять пальцев, умеют хорошо маскироваться. Поэтому да, чуть ли не половина бурского войска действует некомбатантскими методами.

– Это хорошо, – благосклонно кивнул царь, – это надо и нам принять на вооружение… особенно оно касается горцев и казаков, там же полно пластунов-следопытов, как в этих… в романах Майн Рида и Фенимора Купера.

– Кстати, – встрепенулся Николай, – а почему бы нам не послать в Трансвааль парочку наших писателей и может быть художников? Пускай отобразят экзотическую натуру в своих произведениях.

– Инициатива наказуема, сын мой, – усмехнулся царь, – вот ты и займешься этим вопросом. Что еще мы не обсудили? – обратился он ко всем остальным.

– По последним сведениям, – сказал Лобанов-Ростовский, – англичане собирают пленных буров, да и вообще всех подозрительных по их мнению лиц в огороженные места, примерно, как скот. Называют они эти места концентрационными лагерями или просто концлагерями… эту тему можно было бы обыграть в прессе – бесчеловечные методы, геноцид бурского народа и тому подобное…

– Правильное замечание, – согласился Александр, – займитесь этим делом. И еще нам неплохо было бы иметь хотя бы одного человека по ту линию фронта… а лучше двух или трех.

– У нас есть такие люди, – ответил молчавший до этого главный жандарм страны генерал Шебеко, – и даже не три, а несколько больше, в том числе один непосредственно на линии боевых действий.

– Не буду у вас спрашивать про персоналии, – ответил царь, – понимаю, что это конфиденциально… кстати, неплохо бы включить в состав нашей экспедиции парочку ваших людей, чтобы укрепить бурскую контрразведку. Наверняка же англичане зашлют туда своих агентов… ну или будут перевербовывать местных людей.

– Принято к исполнению, государь, – кивнул Шебеко.

Где-то в Трансваале

Президент Крюгер предложил русскому посланнику поучаствовать в охоте на местных диких животных, и тот не отказался.

– В России я много раз охотился, – пояснил он, – но Африка это неизведанная для нас, русских, территория… терра инкогнита практически. Так что я готов к бою и походу, в общем, как принято отвечать у нас в армии.

– У нас здесь много разных животных водится, – отвечал Крюгер, – которых в России никогда не было и не будет, наверно. На каких именно вы предпочли бы поохотиться?

– Перечислите их, если нетрудно…

– Пожалуйста, – охотно согласился президент, видно было, что эта тема ему близка и понятна, – у нас в охотничьей среде наиболее популярна так называемая Большая Пятерка диких животных, а именно – слон, носорог, буйвол, леопард и лев. Но если вас эта пятерка чем-то не устроит, есть широчайший выбор и вне ее. Например, бегемоты, жирафы, зебры, антилопы, гиены, гепарды, сурикаты, а также множество разных видов обезьян. Еще можно вспомнить про крокодилов, их тоже тут множество в болотах и реках, ну и птицы… орлы, грифы, фламинго, пеликаны.

– Пожалуй, я обойдусь пределами вашей Пятерки, – улыбнулся Георгий, – слон с носорогом это как-то чересчур, а вот леопардовую шкуру я бы с удовольствием заимел в качестве экзотического трофея. Львиная тоже подойдет.

– Прекрасно, – потер руки Крюгер, – тогда завтра утром и выедем – вы с лошадьми умеете обращаться?

– Конечно, – ответил Георгий, – у нас любой дворянин с детства хорошо сидит в седле.

– Значит, поедем верхом… с нами будут два охранника, местный проводник, он же егерь и повозка для трофеев. Выезд в шесть утра – подниметесь с постели в это время?

– Да, без особенных проблем, – завершил диалог Георгий.

А наутро возле гостиницы, одной из двух, имеющихся в наличии в столице Трансвааля, его уже с нетерпением ожидал кортеж из четырех всадников и повозки, запряженной двумя гнедыми.

– Приветствую вас, мой русский друг, – сказал Крюгер, сдвинув широкополую ковбойскую шляпу на затылок, – знакомьтесь, это мои телохранители Хэнк и Виллиам, это наш проводник в саванне Дирк, а на повозке просто Томас, можно его звать Томми. Стартуем, пока солнце еще не очень высоко.

Саванна, занимающая большую часть Южно-Африканского Союза, представляет собой гигантскую степь от горизонта до горизонта с небольшими вкраплениями деревьев и кустарников. Баобабы тут растут, конечно, но очень редко, а вот фикусов, алоэ, кактусов и акаций предостаточно. Ну и конечно визитная карточка этого райского места – эвкалипты, они здесь везде, их даже сажают вдоль дорог, как в России липы или березы. Сезон дождей здесь длится с октября по апрель, в летние, то есть, месяцы по здешнему календарю. А поскольку у нас заканчивался сентябрь месяц, пока все было сухо и благолепно.

– Через пару недель дожди пойдут, – сказал Крюгер гарцевавшему рядом с ним Георгию, – вот тогда грязи много будет. А пока можно наслаждаться хорошей погодой.

– А куда мы едем? – спросил Георгий.

– Еще километров десять-пятнадцать, – ответил тот, – и начнутся территории, не занятые фермерами, пустоши, если коротко. Вот там мы и поищем вашего леопарда. А у вас в России на кого обычно охотятся? – перепрыгнул он на новую тему.

– Ну как на кого… – даже немного растерялся князь, – на медведей и волков, больше из крупных хищников у нас никто и не водится. Рысь разве что, но она очень осторожная и забить ее мало у кого получается. А из тех, что помельче – это лисы, зайцы, росомахи, бобры… знаете, кто такие бобры?

– Что-то водоплавающее, – припомнил Крюгер, – вроде наших енотов.

– Да, примерно… у бобров очень интересный фермент в теле имеется, бобровая струя называется – слышали?

– Нет, не слышал, – помотал головой президент, – расскажите.

– Это секрет, который вырабатывается у бобров в железах, расположенных рядом с анальным отверстием, – начал пояснения Георгий, – состав очень сложный, но аналогов ему пока не нашли. Помогает от очень многих болезней, например, восстанавливает иммунную систему, укрепляет мужское и женское здоровье, снимает боли в опорно-двигательном аппарате…

– Мужское здоровье это интересно, – не на шутку возбудился Крюгер, – я бы не отказался от пары флаконов такого лекарства.

– Я запомнил, мистер президент, – кивнул Георгий, – сегодня же телеграфирую на Родину, и первый транспорт привезет вам целый ящик бобровой струи.

– Спасибо, – улыбнулся Крюгер, – но мы, кажется, добрались до конечной точки нашего путешествия.

Процессия из всадников и телеги остановилась посреди обширной лужайки, обрамленной эвкалиптами и кактусами. Впереди виднелся просвет между кустарниками, там начиналась совсем уже бескрайняя равнина без признаков деревьев, а здесь заросли были очень мощными.

– Слева или справа должна быть лежка леопардов, – подал голос молчавший до этого проводник, – сейчас я точно определю, где они.

Проводник Дирк спешился, проверил наличие патрона в стволе своей винтовки Манлихера и очень осторожным шагом направился к правому краю лужайки, где кусты были особенно густыми…

– А они на людей нападают, эти ваши леопарды? – спросил Георгий, чтобы рассеять повисшее молчание.

– Как правило, нет, – ответил Крюгер, – они очень осторожные и скрытные твари. Но из каждого правила, как вы наверно и сами знаете, имеются исключения – пару раз в год случаются и нападения.

Егерь тем временем приблизился уже к самой кромке лужайки, где кусты араукарий росли особенно густо. Он остановился, как вкопанный, поднял вверх одну руку, а второй привел в боевое положение винтовку.