Митч Элбом "Тот, кто ждет тебя на небесах"

Зайчика из ершиков для прочистки курительной трубки, точь-в-точь такого же, как тот, которого ей только что дал Пауло, Энни держала в руке в тот трагический день много лет назад, и подарил ей его тогда этот самый седобородый старик, что явился к ней теперь на свадьбу.

Человек, умерший двадцать лет назад.

Звали его Эдди. Он работал на «Пирсе Руби». В его обязанности входила починка механизмов в этом увеселительном парке. Каждый день он смазывал рельсы, потуже закручивал болты и обходил весь парк в поисках любых неполадок. А в нагрудном кармане рабочей рубашки он носил ершики для прочистки курительной трубки и мастерил из них игрушки для детей.

В тот роковой день мать оставила Энни одну, отправившись куда-то с очередным дружком. Эдди стоял на берегу океана и глазел на воду, когда к нему подошла девочка в шортах с бахромой и ярко-зеленой футболке с нарисованным на ней утенком – персонажем мультфильма.

– Проститя, Эдди-Техаслуживаня, – сказала она, читая надпись на его рубашке.

– Просто Эдди. – Он вздохнул.

– Эдди?

– Ну?

– А вы можете сделать мне… – И она сложила ладошки в мольбе.

– Давай, малышка, выкладывай. Я не могу здесь торчать целый день.

– Можете сделать мне зверя? Можете?

Эдди устремил взгляд в небеса, точно ему требовалось серьезно обдумать ответ. И тут же полез в карман рубашки, вытащил из него желтые ершики и смастерил ей зайчика – в точности такого, какого ей сейчас подарил Пауло.

– Спа-си-и-и-бо! – завопила девчонка и упорхнула.

А двенадцать минут спустя Эдди умер.

Роковой несчастный случай произошел оттого, что кабинка аттракциона «Свободный полет Фредди» на высоте двух сотен футов вдруг накренилась и стала болтаться в воздухе, словно засохший лист. Людей, сидевших в кабинке, вытащили и благополучно спустили на землю, но Эдди, наблюдавший за всем этим снизу, понял: оплетка стальных проводов кабеля стерлась. Если кабель порвется, кабинка рухнет на землю.

– ВСЕ ПРОЧЬ! – заорал Эдди.

Толпа расступилась.

Но Энни, растерявшись, бросилась не туда, куда следовало. Она ринулась к платформе в основании аттракциона и в страхе сжалась там в комочек, не в силах сдвинуться с места. Кабель порвался. Кабинка полетела вниз. И она раздавила бы Энни, если бы в последнюю секунду Эдди не кинулся через платформу и не оттолкнул девочку в сторону. Кабинка упала на Эдди.

Он погиб.

Этот несчастный случай не прошел даром и для Энни. От кабинки оторвалась металлическая планка и ранила глубоко, до самой кости, ее левую руку. Стоявшие рядом рабочие, не растерявшись, тут же положили на лед оторванный от руки кровоточащий ошметок, а парамедики мгновенно перенесли девочку в машину «скорой помощи» и помчались в больницу, где хирурги час за часом с помощью винтов и пластин старательно восстанавливали раздробленные кости руки и запястья, затем поврежденные сухожилия, нервы и кровеносные сосуды, а в конце, пересадив куски кожи, закрыли обширную рану.

Новость о несчастном случае разлетелась по всему штату. Журналисты называли Энни «маленьким чудом „Пирса Руби“». Незнакомые люди молились за нее, а некоторые даже хотели с ней повидаться, словно благодаря своему спасению Энни познала тайну бессмертия.

Но Энни, которой в то время было всего восемь лет, ничего не помнила. Пережитый ею шок, точно буйный ветер, погасивший пламя, начисто вытеснил из ее сознания все происшедшее. По сегодняшний день в ее памяти сохранились лишь отрывочные образы и туманное воспоминание о том, как она пришла в парк беззаботным ребенком, а вернулась домой совсем другим человеком. Доктора называли это «сознательным вытеснением» и «посттравматическим расстройством», не зная, что одни воспоминания предназначены для жизни земной, а другие – для жизни в мире ином.

Так или иначе, в тот трагический день одна жизнь была отдана взамен другой.

Небеса никогда не дремлют.

«Удачи!» «Да благославит вас Господь!»

Энни и Пауло двинулись к ожидавшему их лимузину, а гости черпали из бумажных стаканчиков рис и бросали им вдогонку. Пауло открыл дверцу машины, и Энни, подобрав шлейф платья, села на заднее сиденье.

– Эхма! – рассмеялся Пауло и сел рядом с ней.

Водитель повернулся к ним лицом – кареглазый мужчина с усами и пожелтевшими от табака зубами.

– Поздравляю, ребята!

– Спасибо! – ответили они в унисон.

Энни услышала, как кто-то стучит пальцем по стеклу. Ее дядя Деннис, с сигарой во рту, стоял возле машины.

– Ну, молодежь, – начал он, и Энни опустила стекло. – Будьте рассудительны. Будьте благоразумны. И будьте счастливы.

– И то, и другое, и третье вместе никак не получится, – сказал Пауло.

Дядя Деннис рассмеялся.

– Тогда просто будьте счастливы.

Он сжал руку Энни, и она почувствовала, как на глаза ей навернулись слезы. Деннис, брат ее матери, был уважаемым хирургом в больнице, где работала Энни. Не считая Пауло, он был самым любимым ее родственником. Для Энни дядя Деннис – лысый, с солидным брюшком и большой любитель посмеяться – скорее был отцом, чем ее собственный отец Джерри («Джерри-ничтожество», как называла его порой ее мать), который бросил их, когда она была еще ребенком.

– Спасибо, дядя Деннис, – сказала Энни.

– За что?

– За все.

– Твоя мама была бы счастлива.

– Я знаю.

– Она все видит.

– Ты думаешь?

– Думаю, что да. – Деннис улыбнулся. – Энни, а ты ведь теперь замужем.

– Да, замужем.

Он тихонько похлопал ее по затылку.

– Совсем другая жизнь, малыш.

Осталось всего десять часов.

Ни одна история не существует сама по себе. Будто нити на ткацком станке, наши жизни переплетены так, как нам и не снилось.

В то время, когда Энни и Пауло танцевали на своей свадьбе, в сорока милях от них человек по имени Толберт собирался в дорогу. Вспомнив, что в его грузовичке почти не осталось бензина, а бензозаправки в это время суток уже закрывались, он взял ключи от машины жены – маленькой, приземистой легковушки с полуспущенными шинами. Забыв запереть дом, Толберт вышел на улицу и бросил взгляд на небо и луну, обрамленную серыми облаками.

Если бы он поехал в своем грузовичке, история повернулась бы совсем по-другому. Если бы Пауло и Энни не стали еще раз фотографироваться, история повернулась бы совсем по-другому. Если бы шофер лимузина не забыл прихватить с собой сумку, что лежала возле двери его квартиры, история повернулась бы совсем по-другому. История нашей жизни пишется ежесекундно и может измениться молниеносно.

«А мы вот поже-е-е-енимся!» – запел Пауло, и Энни рассмеялась, так как он явно забыл слова песни. Она повернулась к нему спиной и положила его руки себе на плечи. Наверное, почти у каждого из нас в жизни есть кто-то, чьи прикосновения мы можем распознать даже с закрытыми глазами. Для Энни это были прикосновения рук Пауло, еще с тех пор, как они много лет назад играли в чехарду.

И сейчас тоже.

Взгляд Энни упал на его золотое венчальное кольцо, и она глубоко и радостно вздохнула. Все-таки это случилось. Они поженились. Она наконец может больше не тревожиться: а вдруг случится что-то непредвиденное?

– Я очень счастлива, – сказала она.

– И я тоже, – сказал Пауло.

Лимузин тронулся с места. Энни через окно махала всем на прощание, а гости аплодировали и жестами выказывали свою радость. Последний, кого увидела Энни, был старик в полотняной кепке, – он махал ей в ответ. Почти машинально.

Вы, наверное, слышали выражение «рай на земле». Оно подразумевает нечто чудесное, вроде отъезда молодоженов со свадьбы. Но «рай на земле» может означать и нечто иное, а именно то, что происходило с Энни в ту минуту, когда старик Эдди с «Пирса Руби» махал ей на прощание из толпы гостей.

В минуты приближения смерти приоткрывается завеса между этим миром и миром иным. Эти миры как бы перекрывают друг друга. И когда такое случается, можно увидеть тех, кто уже покинул мир земной. Нам уже видно, как они ожидают нашего прибытия.

А они видят наше приближение.

Осталось девять часов. Ночь была влажной, и начал накрапывать дождь. Водитель лимузина включил дворники. Под их мерное колебание Энни размышляла о будущем. Сначала будет медовый месяц – давно спланированное путешествие на Аляску, чтобы увидеть северное сияние. Пауло был на нем просто помешан. Он показывал ей сотни фотографий и шутливо экзаменовал ее, помнит ли она, откуда оно берется.

– Знаю, знаю, – скажет, бывало, Энни, вспоминая заученный ответ. – От Солнца отделяются частицы и летят к Земле, примерно пару дней, прорываются в нашу атмосферу там, где она всего уязвимее на…

– На макушке нашей Земли, – завершал описание Пауло.

– На макушке нашей Земли.

– Отлично! – объявлял Пауло. – Экзамен сдан.

А после Аляски у них начнется новая жизнь. Пауло и Энни вступили в организацию, которая снабжала водой обедневшие деревни. Они подписали договор на год, и в жизни Энни это была существенная перемена, так как до этого она ни разу не бывала за границей. Ее навыки медсестры могли оказаться там весьма кстати. А Пауло, веря в благотворительность, нередко строил для людей бесплатно, и его приятели шутили, что «каждый день он старается заслужить медаль за добрые дела». При воспоминании об этих словах Энни улыбнулась. Сколько раз в жизни она делала неудачный выбор, но Пауло совсем другое дело. Наконец-то у нее партнер, которым она гордилась.

– Не могу дождаться… – начала Энни.

Лимузин дернулся в сторону и пропустил выезд на шоссе.

– Черт! – глядя в зеркало заднего вида, выругался водитель. – Этот тип помешал мне свернуть.

– Ничего страшного, – сказал Пауло.

– Свернем на следующем выезде…

– Хорошо, свернем на следующем.

– Обычно я беру с собой навигатор…

– Ничего…

– Но я забыл его дома…

– Не беспокойтесь…

– Этот тип появился так неожиданно…

– Ничего страшного, – повторил Пауло, сжимая руку Энни, – нам нравится с вами ехать.

Он улыбнулся Энни, а она улыбнулась в ответ. Никто из них понятия не имел, какой оборот только что приняла их судьба.

Когда лимузин стал разворачиваться, чтобы вернуться на шоссе, Энни сквозь пелену дождя заметила впереди сигнальные огни машины. На краю дороги стояла маленькая приземистая легковушка, а рядом с ней на корточках – промокший до нитки мужчина. Лимузин приблизился, и незнакомец, встав во весь рост, помахал им рукой.

– Надо остановиться, – сказала Энни.

– Ты думаешь? – спросил Пауло.

– Он промок насквозь. И ему нужна помощь.

– Он, наверное, и сам разберется…

– Сэр, вы не могли бы остановиться? – попросила Энни.

Водитель встал перед застрявшей машиной.

– Почему бы не начать нашу супружескую жизнь с доброго дела? – сказала Энни.

– Это наверняка принесет нам удачу, – поддержал ее Пауло.

– Точно! – согласилась Энни и едва не добавила, что их брак уже сам по себе большая удача.

Пауло открыл дверцу лимузина. Дождь колотил по асфальту.

– Эй, парень! – крикнул он. – Проблемы?

Незнакомец кивнул, и Пауло подошел поближе.

– Машина жены, – крикнул незнакомец. – Спущенная шина. А домкрата в багажнике, конечно, нет. А у вас есть?

– Жена?

– Нет, домкрат.

– Шучу, – улыбнулся Пауло.