Страница 2 из 4
Сделка висела на волоске. Она видела это в золотых зрачках, которые от ярости превратились в две узенькие полоски. Арчибальд бесновался, и время от времени впивался пальцами в ее левое бедро, в то время как его старинный приятель тер за правое. Гордон старательно не замечал ярости друга и только что не причмокивал в ее сторону.
Кру, несмотря на этот кошмарный балаган, не могла не злорадствовать. Дело в том, что Арчибальду нравились длинные узкие юбки только при одном условии – если там имелся обязательный разрез до середины бедра. И напрасно Мари доказывала, что это мода для шлюх, а не для деловых женщин. Посыльный приносил ей очередную коробку… И сейчас этот разрез оценил и Гордон тоже.
Она не удержалась и закинула ногу на ногу так, чтобы придавать кисть Голдмайеру и обнажить ногу, на которую покушался Гордон. Арчибальд зашипел.
– Счет, немедленно!
– Тебе нехорошо? Так быстро уходишь? – участливо поинтересовался Великолепный. – Весь последний год неважно выглядишь. Несварение?
– Поговорим завтра, – отрезал самый богатый дракон Перекрестка. – Мари, нам пора.
– Перестань командовать, – возмутился Гордон и даже вернул свою руку обратно на стол. – Мы с леди Марианной только начали обсуждать пресс-конференцию. Ты можешь идти отдыхать. Потом она пообещала пойти со мной на свидание.
Электронный блокнот рядом с Кру взорвался сразу несколькими сообщениями: «Что он несет?», «Немедленно на выход», «Ты без бонусов в этом месяце».
Марианна спокойно улыбнулась Гордону, тем самым подтверждая его слова.
– Да, господин Великолепный любезно согласился показать мне Парк Чудес. Должно быть, невероятное зрелище. В этом сезоне все только о нем и говорят.
Сама же ввела на экране ответ. На всякий случай, сразу несколько, чтобы до босса дошло: «Это все платье, оно сводит его с ума», «Гордон – один из партнеров, с которыми мне следовало заняться сексом?» «Давай я выбью для тебя сниженную комиссию, а ты выплатишь мне премию».
Дразнить Арчибальда превратилось в ее единственное удовольствие. Других он ей не оставил. Реакция дракона была мгновенной: «минус 1000», «минус 3000», «Ты едешь со мной», «Ко мне».
От возмущения ей пальцы порхали по экрану с невероятной скоростью: «Я работаю день и ночь не просто бесплатно, а еще и загоняю себя в долги!», «Ты мне обходишься дороже, чем целая армия жиголо», «Носи эти тряпки сам!», «Иди склей вон ту блондинку за соседним столиком – она сейчас выпрыгнет из платья», «Не благодари».
Клавиатура у Мари ненадолго зависла. Она терпеливо ждала. Голдмайер смотрел на свой экран и мрачно ухмылялся. Гордон, заметив, что о нем все забыли, с удвоенным упорством ухватил девушку за колено.
– Хватит лапать мою сотрудницу, скотина, – прорычал Арчибальд и поднялся из-за стола.
Если не придумать что-то и немедленно, то все заводы пойдут прахом. От этого проекта частично зависело финансирование газеты. Мари тоже вскочила и быстрым движением перевернула откидную столешницу на своего шефа. Вместе с двумя тарелками красного жгучего супа с лимарами.
– Я же говорила, что от лимаров вам станет плохо. Жар, приступ гнева. А еще и приготовлено отвратительно, – она схватила за рукав одного из подбежавших к ним официантов.
– Немедленно окажите помощь мистер Голдмайеру. У него аллергия и испорченные брюки. Вы хоть знаете, кто это? Он кредитует инвестора вашего заведения. Держите его, не дайте ему упасть!
С удовлетворением отметила, что Арчибальда окружили сразу пять официантов. И он не сопротивлялся. Понял, что это единственный способ избежать скандала. Кру подала руку Гордону.
– Пойдемте? Хотя вечер испорчен, обсудим детали тет-а-тет.
Они вошли в зеркальный лифт. К ее досаде, Великолепный позволил себе расслабиться, не обращая внимания на лифтера. Он прижал ее к стенке, и она почувствовала почти каменное естество в районе талии.
– Это невероятно! Не думал, что когда-нибудь такое увижу. Те, кто утверждают, что ты свела его с ума и вертишь им, как хочешь, не врут. Я захотел тебя еще, когда твое заплаканное лицо с опухшими губами крутили по всем каналам. Но ты стала еще прекраснее. Королева…
Он практически усадил «королеву» на себя, и Кру стоило больших трудов не дергаться, чтобы не сделать хуже. Восемьдесят этажей вниз – дожить бы до первого… В сущности Гордон не был плохим представителем своей расы (о ее худшем представителе она старалась в этот момент не думать), но с огромной радостью опрокинула бы на его голову что-то тяжелое.
Наконец двери лифта беззвучно распахнулись, и они вышли к центральному входу, где всегда дежурили такси.
– Едем ко мне, – прошептал он, продолжая целовать ей ухо.
Кру кивнула, и позволила усадить себя на заднее сидение подъехавшего авто. Но когда он обходил машину, чтобы сесть с другой стороны, равнулась вперед и заблокировала дверцу.
– Жми! Плачу втройне за скорость. Отель «Роза Аларана».
Вытянутое лицо Гордона оказалось самым ярким впечатлением за все последние дни. Но когда она оглянулась, то рядом с ним уже стоял Арчибальд и что-то втолковывал, удерживая за плечи.
Как он умудрился сменить брюки и почти догнать? Не иначе спускался по воздуху. Дракон был растрепан. Без пиджака, в одной белой рубашке. Кру обессиленно завалилась на подущки. Ей показалось, что она поймала взгляд его расплавленных глаз.
Глава 2. Нетомный вечер
Причем снято было на разных этажах разными камерами. Голдмайер не перекинулся до конца, видимо, чтобы сэкономить время, и почти падал, замедлившись уже у самой земли. Выпрыгнул он в пиджаке, и на одном фото он задрался, образовав парашют.Сцена ревности в исполнении Арчибальда получилась изумительной. Она открыла электронный блокнот, имеющий связь не только с устройством шефа, но и с несколькими десятками ее коллег, работавших на разные медиа «Голдмайер Индастри», и залюбовалась. Человек восемь скинули картинку с летящим драконом.
Многие опасались оставлять подписи, и только редактор глянцевого журнала Марси Тодд сопроводила падающего босса смешной рожицей и комментарием: «Вот что такое скорость. А у нас верстка. Ползем, как черепахи».
В их команде все были в курсе одной простой истины: боссом вертеть невозможно. Даже если под руку попался дикобраз или ядовитая змея, он скомкает его в шарик, наподобие бумажного, и закинет в урну через весь кабинет.Глава отдела ивентов Пат Моррисон написал ей лично: «Ты в порядке? Жива?».
Но она не успела ответить тайком ухлестывающему за ней Пату, как в дверь постучали. Зря Мари недоумевала, почему шеф замолчал. Выходит, на разборки с Великолепным у него ушло не более получаса.
– Мари, нам надо поговорить!
Если сразу не разнес дверь, то это хороший знак.
– Завтра. Мое рабочее время закончилось. Ты мне обещал, что в эти часы мы общаемся только через блокнот. Я не обязана тебя принимать. Вернее, должна всеми силами избегать. Ты сам на этом настаивал.
– Мари, немедленно открой дверь! – до него стало доходить, что девушка не шутила. – Нам не нужен скандал. Их и так слишком много в последнее время. Незапланированных.
– Интересно, кто в этом виноват? Кто постоянно ведет себя, как неуравновешенный птеродактиль… Я вообще не понимаю, как ты за столько лет умудрился никого не убить у всех на глазах.
– Если ты про то, что я разбил физиономию молодому императору на прошлой неделе, так это потому, что нам эта сделка была не очень-то и нужна. Следовало продемонстрировать, что …
– Что ты грозный и свирепый. И сильный. И что императору нельзя запирать твоих спутниц в комнате для гостей без твоего разрешения.
– Он собирался купить твою лояльность и разместить публикацию без моего разрешения.
– То есть когда тебя похищают в гарем это называется именно так? По-моему, в тот момент, когда ты вышиб окно, ты отдавал себе отчет в его намерениях не хуже, чем Его Величество.
Вот это да. Первый раз за все время он согласился ослабить веревку на ее шее.– Кру, я согласен, что за эти месяцы количество нежелательных инцидентов выросло. Давай пересмотрим расписание и вместо тебя иногда будем брать на встречи других членов команды. А ты сосредоточишься на текучке и на расследованиях.
– Голдмайер, я скажу тебе, что происходит, – она называла его по фамилии, когда он выводил ее из себя, то есть часто. – Драконы по природе своей зарятся на то, что им не принадлежит. И твои славные соплеменники чувствуют, что у тебя снесло крышу на почве тотального контроля надо мной. То есть им тоже хочется попробовать, что же во мне такого особенного. Тем более никакого официального статуса у меня нет.
– Тебе нужен статус? – его голос стал медовым и тягучим одновременно.
Если бы он уже не стоял перед закрытой дверью, то с каким бы удовольствием Кру захлопнула бы ее перед его носом. Она поправила защитный артефакт у себя на груди, который шеф выдал как раз для таких случаев. Он подозрительно мигал. Плохой знак.
– Нет, – она снова попробует до него достучаться, в который раз. – Нам, ты прав, было бы полезно пореже показываться вместе. Это не отменяет все общие проекты. Бери в качестве постоянной подруги кого-то другого, а я займусь тем же, чем и сейчас, – информацией, поиском нужных людей, подготовкой компроматов в номер… И даже здесь можно сделать паузу. Есть более важное дело. В конце месяца ты обещал объявить имя невесты, а мы до сих пор возимся по меньшей мере с четырьмя семьями. Ты нисколько мне не помогаешь!
– Кру, я вижу во всем этом, что ты пытаешься увернуться от исполнения обязательств по договору. Мы работаем вдвоем. Точка. Так производим гораздо больше шума и паники. И в случае с выбором жены. Каждая должна понимать, что получит холодную расчетливую сволочь, которая везде появляется со своей любовницей. Мне не нужны дуры с иллюзиями. Это понятно?
Вот же Ришна, она же фактически повторила его собственное предложение снизить количество совместных выходов. Но из уст оно его выбесило.
– Нет. Совершенно и ни капельки не понятно. Зачем ты обещаешь меня не трогать, обвешиваешь амулетами, даешь видимость свободы, а потом ведешь себя, как сбесившийся носорог… Я бы справилась с Великолепным сама. Но ты же, если помнишь, настаивал, чтобы меня пользовали твои друганы, а теперь готов убивать их по очереди.
Кру вздохнула. Диалог, как и всегда, решительно не получался. Артефакт доживал свои последние минуты. А ведь она запретила себе его провоцировать и весь разговор отвлекала и переключала на более спокойный лад. Пока тоже не разозлилась.
– Я и не думал тебя никому отдавать. Собирался проверить, на что ты готова ради свободы. Я забрал тебя из тюрьмы исключительно для себя.
Артефакт жалко пискнул и треснул. На шее осталась болтаться одна его половина. Дракон дернул дверь плечом и вынес ее вместе с замком. Мари затопило отчаяние, перемешанное с яростью. Удерживать их отношения рабочими – это единственное, за что она цеплялась, в надежде пережить тот кошмар, в который он превратил ее жизнь. О какой свободе могла идти речь?
– Да, я испытываю к тебе физический интерес. Мне нравится находиться с тобой рядом. Но работая на «Голдмайер Индастри», ты принесешь гораздо большую пользу, чем в качестве моей подстилки. Поэтому имеем, что имеем. И придется смириться, дорогуша, как и со всем остальным.
Сложно договариваться с лавиной, которая спускается на тебя с горы, но у Кру получалось. Хотя обморожения, а также ожоги и ушибы давали о себе знать.Он вошел в комнату. Сердце один раз громко ухнуло, но потом вернулось к обычному ритму. Он не сказал ничего из того, что бы она за эти месяцы не уяснила сама.
Глава 3. Планы на ночь
На Арчибальде была та же рубашка, что и за ужином. Он не успел переодеться, и теперь щепетильный к своей одежде до абсурда дракон предстал перед ней с ободранным рукавом и двумя кровоподтеками. Особенно заметными на белом фоне.
Нет, у Кру нигде не защемило от жалости. Он перепугал кучу людей, поставил под угрозу несколько месяцев работы большой группы, а теперь явился к ней, чтобы требовать и унижать. По-другому коммуницировать Арчибальд не умел. К тому же одно неверное движение – и она окажется на кровати с подолом задранным до самой груди. Причем он может при этом не пошевелить и пальцем.
Голдмайер относился к чрезвычайно редкой породе драконов-василисков. И жертву они гипнотизировали за несколько секунд. Чудовищное ощущение, когда в голове звучат чужие мысли, принимаемые за свои. Сопротивляться невозможно. Если он подумает что-то вроде «Открой балконную дверь и перелезь через перила», то ей конец. Даже тени сомнения не промелькнет. А если прикажет выкинуть все мысли и лечь лицом к стене…
Кру подавила желание броситься вон из комнаты как самоубийственное. Отворачиваться и демонстрировать страх ни в коем случае нельзя. Тогда он тем более не совладает с инстинктами.
Если и встречались в природе существа, не подвластные магии василисков, то Марианна к ним не относилась. После его воздействия в голове наступала непривычная пустота, а далее хотелось на балкон без всякого приказа.
– Мне сложно смириться, Арчибальд. Я привыкла все решать за себя. А ты не только заставил меня жить по составленному тобой расписанию и спать с электронным блокнотом в руках, но и сводишь на нет часть моих усилий. Зачем провокационные платья, если про Гордона известно, что он не пропускает ни одной более-менее заметной девушки?
– Ты могла бы спать без блокнота, а со мной. Не обещаю, что работы стало бы меньше, – в ней заключается весь мой смысл, – но большая часть негатива, который мешает и мне, и тебе, была бы забыта. Что тебя останавливает? Выполнять договоренности стало бы проще.
Он подошел совсем близко. Грудь вздымалась, как будто он только что пробежал несколько километров – или сколько требуется дракону, чтобы сбиться с ровного дыхания? Протянул руку и ладонью снизу обхватил подбородок и обе скулы. Кру заметила, что он делал так время от времени, словно хотел прочитать ее мысли.
На самом деле Арчибальд умело выводил ее из себя. Она не выносила случайных прикосновений, а на такую грубость непременно реагировала. Да хотя бы нормальной человеческой бранью… Но даже этого ему хватило бы, чтобы наброситься на нее.
Кру, наученная горьким опытом, молча прикрыла глаза. Голдмайер зарылся лицом ей в волосы и тоже не говорил ни слова. Тогда девушка попробовала осторожно вернуться на нейтральную почву. Чужие мысли в голове так и не прозвучали.
– Я не хотела бы быть пристегнутой к тебе со всех сторон. Секс – это еще меньше личных границ. Да еще накануне твоей свадьбы… К тому же люди испытывают к партнерам эмоции… Вы с Великолепным сумели договориться? – только спустя месяц она научилась выговаривать это родовое имя без дурацкого смешка.
– Забудь ты про эту свадьбу, – рыкнул шеф.
Кру не выдержала и несколько раз сильно дернулась, чтобы его оттолкнуть. Ядовитые клыки не помогли бы. Они проверили их действие в первый же месяц. Тонкий кинжал в рукаве остался в прошлой жизни. Дракон не позволил заказать ей подобную конструкцию, заявив, что артефакты против внешних врагов надежнее.Два коротких шага, и она уже придавлена его весом к матрасу. То есть все равно не избежала кровати.
Все, что ей оставалось, положить руку ему на грудь.
– Отпусти, пожалуйста. Ты будешь сердиться, а я на несколько дней выпаду из всех проектов. Заболею из-за стресса. Все время повторяешь, что меня нужно правильно использовать, но вместо этого ломаешь.
Под ладонью словно расправлялись огромные меха. По ощущениям, она касалась гигантского механизма или очень большого животного. Девушка уже три раза видела Арчибальда в его полудраконьей форме. И если человека ненавидела всеми фибрами души, то зверь внушал невольное восхищение. Как напоминание о грандиозных эпохах, навсегда канувших в прошлом.
– Перестань сравнивать себя с игрушкой. Мне это неприятно, – заявил он, приподнимаясь на локтях. – Если ты так не согласна с моим выбором гардероба, то возьми Адель и сходите за новым. При условии, что каждую вещь вы согласуете со мной.
Кру подавила тяжкий вздох, который мог бы быть истолкован как стон и привести к соответствующим последствиям. Чем тратить свое и его время, почему бы не согласиться на эти платья для содержанок.
Скорее всего драконы поступали так с любой приглянувшейся женщиной, которая посмела отказаться от чести покорно раздвинуть ноги… Отпустил. Кру не спешила смотреть на него. Взглянула, только когда услышала, как жадно он пил воду. Опять запивал свои таблетки. До сих пор не удалось выяснить, от чего они.Даже сейчас он не спешил ее освободить и продолжал прижимать к кровати бедром и коленом. Кру закрыла глаза и не шевелилась. Терпение… Он почти готов выпустить. Еще пару раз вдохнет ее запах. Она не собиралась задумываться о том, что означала эта жестокая игра с его стороны.
Уже с порога он оглянулся на распластавшуюся в постели девушку.
– Это окрашивание идете тебе больше. С Гордоном все нормально. Завтра продолжим обсуждать детали, он тебя больше не тронет. И, не забудь, я жду отчет вместе со сметой и планом, до полуночи. Не уходите в печать, пока не получите мое подтверждение. Я подтверждаю собрание, – с этими словами он приставил на место выломанную дверь.
После такого вечера упасть бы до самого утра. Но по плану – душ, планерка и все эти бумажки, которые затребовал босс.
Глава 4. Дурная слава
В ванной преобладало золото. Золотые ручки, кран, магические канделябры, даже рамки у зеркал. Золотые вензеля на полотенцах и халатах. Все это напоминало ей о Голдмайере. Надо ли говорить, что каждый раз отель и ее номер он подбирал лично.
Но дракону ее изможденный вид не нравился. Он тут же приставил к ней личного врача, личного тренера и прописал еженедельные походы к косметологу. И спустя почти полгода все эти усилия принесли плоды. Великолепный, отмечая ее внешность, нисколько не преувеличивал – сейчас Кру выглядела как никогда. Под стать драконьему магнату, который таскал ее за собой почти на все мероприятия.Мари внимательно рассматривала свое отражение. Два месяца назад ей стукнуло тридцать четыре. В тюрьме она исхудала, и ей казалось, что стала выглядеть даже моложе.
Драконы, которые все мерили деньгами, оценили бы такие инвестиции в женщину как проявление заботы и внимания. Еще Арчибальд контролировал длительность ее сна, заставляя носить специальный браслет.Наметившаяся сеточка морщин вокруг глаз исчезла, щеки чуть-чуть округлились, что действительно ей шло. Кожа сияла… Мечта любого ящера. А сколько золота вложил в нее шеф.
Если Кру не высыпалась, то обязана была предупредить своего тренера не позднее чем за три часа и пропустить тренировку. С оговоркой – не более двух пропусков из расчета шесть тренировок в неделю. Если вдруг их набиралось больше, то включался Золотой дракон, чтобы снова скорректировать расписание.Правда, частенько сам и прерывал этот сон сообщениями посреди ночи. Если он вспоминал, что необходимо что-то переделать или ему в голову приходила новая идея, то он не обращал внимания на время суток.
В таких условиях Марианна задыхалась. Она привыкла к самостоятельности до такой степени, что не заводила животных, чтобы не брать на себя ответственность и не быть привязанной к дому. Круг ее друзей ограничивался ее адвокатом и престарелой тетушкой, у которой начинающая аферистка когда-то сняла свою первую отдельную квартиру.
С ними она могла позволить себе выпить чаю, вот только говорить им было не о чем. Не о биржевых же спекуляциях. Не об очередном изобретении Кру, которое выглядело эффективным и настоящим. Почти как не подделка… При этом Марианна мало что понимала в химии, физике, в механике и оптике. Зато она сотрудничала с несколькими научными институтами, выкупала у них патенты, а далее упаковывала их идеи в симпатичный продукт.
Кру собиралась переключиться с продажи мехов на индивидуальные консультации по личностному росту. Большинство проектов в ее портфолио не годились в качестве убедительного доказательства ее успеха, так как она выходила из них, меняя внешность, планету и имя… Но она могла… придумать себе проекты.Девушка понимала, что в этом и заключалась ее слабая сторона. Подделку всегда можно обнаружить. А деятельность строительной компании – проверить. Как и любого другого производства. За пару месяцев до ареста она учредила новую фирму и уже набирала сотрудников.
Сообщение с ним традиционно было затруднено, и Кру успела попродавать акции почти целый месяц. Однако увлеклась, и покидала офис уже в спешке. Затем же не удалось, как она планировала, кардинально сменить внешность. Ее надежный доктор попал в аварию.Катастрофа случилась неожиданно. Как потом они с Пенном определили, законники вышли на ее след еще на предпоследней афере с продажей облигаций с несуществующих приисков особо чистых хризолов. Эти камни время от времени находили в разных уголках их группы. И поначалу ни у кого не вызвало удивления, что огромное месторождение появилось в одном из самых отдаленных миров, на Лимасе.
Обвинитель попытался связать ее имя с семью эпизодами мошенничества и по пяти добился успеха.В общем, хотя ее фэшн-карьера до сих пор воспринималась ей как светлое и счастливое пятно, получается, что все полтора года она прожила под прицелом у ищеек. Затем Андре, ее любовник и партнер, лаборант в одном из институтов, помогавший ей переделывать синтетическую ткань в редкие благородные шкурки, дал показания против нее – и этого оказалось достаточно.
Кру вздохнула: Арчибальд шантажировал ее еще шестью, а всего она считала успешными как минимум двадцать. Такая славная биография, а горечь осталась. Она ведь подумывала о ребенке от Андре. Рассчитывала купить домик у моря и сделать небольшой перерыв. Буквально на три-четыре года.
Блокнот разразился пронзительными трелями. Голдмайер не даст предаваться воспоминаниям и, тем более, жалеть себя. За эти месяцы она так и не нашла его слабую сторону… Хотя бы один спорный проект, за который можно было зацепиться и ослабить удавку, затянутую на ее шее.
Глава 5. Драконистый шеф и семь гномов
Встреча прошла успешно. Присутствовали семь главных редакторов наиболее влиятельных медиа из двадцати, входящих в «Голдмайер Индастриз». Сам владелец на летучку не успел. Это развязывало языки. И, несмотря на поздний час и усталость, отработали все бодро.
Кру с удовольствием возлежала на кровати, подложив под спину аж шесть имеющихся подушек, и даже не вспоминила, как неуютно чувствовала себя здесь же каких-то пару часов назад. Картинка с физиономиями шести коллег выводилась на большой экран, установленный напротив постели. Из вежливости она тоже включила камеру, закрепив ее к изголовью кровати.
Каждый, разумеется, заявил, что хотел бы быть на ее месте. С бокалом сока и шикарным видом на небоскребы и облака. Но этой зависти не хватало убедительности. Они так и шныряли глазами по сторонам, ожидая, что в кадре в любой момент появится завернутый в полотенце Арчибальд. В деловые отношения между ней и шефом верили разве что они двое. Истина же, которую в корпорации усвоили все, от уборщика до его заместителей, гласила, что чем дальше от босса, тем легче дышится.
Тем не менее, каждый продемонстрировал свои готовые обложки и первые полосы на завтра. Все новости для вечерних выпусков утвердили еще раньше. Что-то, как слышала Мари, вносили после их ужина с Великолепными, но эти дополнения босс утверждал лично. Информационная война с кланами трех знатных драконьих семейств в самом разгаре и никто не желал оказаться крайним, пропустив в повестку что-то лишнее или, наоборот, упустив важное.
Столь тщательный многоступенчатый контроль ввели только в этом месяце, когда из штата убрали сразу двух главредов и четырех выпускающих, обнаружив сливы и вбросы, оплаченные конкурентами. Но империя Голдмайера не осталась в долгу, и удержавшиеся в своих креслах топили представителей противоположного лагеря с удвоенной энергией.
Например «Голд Ньюс», газета, за которую отвечала Кру, должна была выйти с фотографиями с виллы Сиятельных, построенной на территории закрытого заповедного комплекса. Там не допускалось разжигать огонь и ставить палатки – не то что строить дворцы.Завтра порция грязи ожидала семейство Бруксов и клан драконов Сиятельных. Вскрылись махинации с подделкой разрешительных документов при работе с недрами в большинстве миров, истории с подкупом верхних чиновников.
Но Кру настояла, чтобы репортаж почти целиком убрали с главного разворота на третью полосу, а наверх вынесли интервью порноактрисы, которая обвинила сразу двух Сиятельных, отца и сына, в принуждении к интиму и чуть ли не побоях. Ребята не стали возражать, справедливо рассудив, что с Голдмайером Марианна, если что, разберется сама. Он не жаловал желтые темы и все норовил вычистить их из основных изданий, в то время как Кру билась за рейтинг и за то, что она называла «общественной значимостью».
К тому же дискриминацию женщин босс считал преувеличенной. В данном контексте он употреблял видоизмененный оборот «высосанной из пальца». Еще бы. Но Кру в этом вопросе уступать ему не собиралась.
