Я всмотрелась внимательнее в переплетения черных нитей. Правда заставила содрогнуться.
— Что ты бормочешь? — д'Рейтарр схватил меня за грудки и поднял над полом. Затем тряхнул хорошенько. — Только посмей применить свое колдовство к моей суженой!
Его голос упал до рычания. За маской человеческого лица проявился дракон.
А в моей голове вспыхнул план.
Мне ведь нужно попасть в столицу, во дворец императора. Ни одну ведьму туда не пропустят, а вот супругу дарга, защищенную его кровью и именем… Ту, кого он возьмет с собой на Бал Невест, чтобы официально представить…
Я улыбнулась, пряча страх за бравадой:
— Господин генерал, предлагаю вам сделку. Женитесь на мне, а взамен я спасу вашу суженую.
Он замер на миг, будто не веря услышанному, а потом с рычанием отшвырнул меня прочь.
Я очень неудобно упала. Плечо пронзила боль. Челюсть клацнула, зубы прикусили кончик языка, и рот наполнился вкусом крови.
— Дрянь! — рядом с моим лицом в камень с лязгом впились драконьи когти. — Спасешь мою суженую? Что ты знаешь об этом?!
Надо мной возвышался уже не дарг в человеческом облике, а чудовище. Только особо сильные дарги, лаэрды кланов, могли трансформировать по желанию любую часть тела. Остальные либо пребывали в облике человека, либо в облике дракона. А то, что сейчас склонилось надо мной, оскалив пасть и злобно дыша, было жуткой смесью того и другого.
— Знаю, что на ней стоит метка смерти! — крикнула я и зажмурилась, втянула голову в плечи. — Она умрет, как только вы совершите брачный обряд. Поэтому ты до сих пор на ней не женился!
— Пусть так. Но сначала я убью тебя, — прорычало чудовище, почти касаясь меня жарким носом.
Из его пасти вырвался горячий пар — предвестник огня.
— Стой! Я могу снять проклятье!
— Врешь! Такого способа нет.
— Можешь мне не верить, твое право. Но если убьешь меня — она все равно умрет. Состарится и умрет, как все люди. Она уже стареет с каждым днем. Так или иначе, но ты потеряешь свою шиа-ми. Хочешь смотреть, как она умирает?
Все это я прокричала, не открывая глаз. Потому что мне было страшно. Но ни словом не солгала, и он это знал.
Минуту ничего не происходило. Я даже осмелилась открыть один глаз и увидела спину д'Рейтарра. Генерал сидел на полу, опираясь руками на чуть согнутые колени. Его голова свесилась, словно в бессилии.
— Зачем тебе это, ведьма? — раздался усталый голос. — Зачем брак с даргом? Ты же знаешь, что никто для меня? Даже не будь ты ведьмой, я б и то к тебе не притронулся.
Глава 4
Он медленно обернулся. Повязки на глазу не было. Видимо, порвалась во время трансформации. На меня смотрели два глаза. Только второй был кроваво-красный, без века, без радужки и зрачка.
— Ты для меня тоже никто, генерал, — прошептала я, зачарованная этим глазом. — И я скорее умру, чем позволю даргу ко мне прикоснуться. Но мне нужна твоя защита. Твое имя это гарантия, что меня не сожгут на первом же перекрестке. Обручись со мной по драконьим законам, а взамен я сниму проклятье с Элесты.
— Тогда я буду женат на тебе и все равно не смогу жениться на ней. Так в чем смысл?
— Через год наша брачная связь распадется, если мы… — тут я покраснела и замялась, стыдливо отведя взгляд.
— Если мы не вступим в телесную связь? — зло усмехнулся дарг.
— Да, — прошептала я, — я тихо исчезну из твоей жизни, а ты останешься со своей шиа-ми. Живой и здоровой.
Он покачал головой. Тяжело поднялся и вдруг произнес:
— Закуйте ее! И в Башню Ветров до моего возвращения.
А потом, не оглядываясь, направился к выходу.
Загремели цепи.
— Что? Нет! — завопила я, когда его ньорды схватили меня за руки. — Пустите меня! Ты не понял, что я сказала?
Д'Рейтарр не ответил. Просто вышел из зала, и все. А меня потащили в противоположную сторону.
***
К моему удивлению, меня не повели во двор, а заставили подниматься наверх по узкой винтовой лестнице с полустертыми ступенями.
С цепями на руках и ногах это было непросто.
Я насчитала двести пятьдесят ступенек. Где-то к первой сотне уже подустала и начала задыхаться, а идущий за мной дарг даже с шага не сбился. Я прислушивалась к его размеренному дыханию и воображала, какие кары нашлю на своих мучителей, когда обрету свободу.
А я ее обрету. В этом даже не сомневалась. Не давала себе сомневаться.
Наконец пытка закончилась. Меня втолкнули в небольшую железную дверь, которая сужалась кверху. Она была меньше моего роста. Я этого не заметила и стукнулась бы лбом, но дарг-охранник в последний момент успел положить ладонь мне на голову и заставил нагнуться.
— Спасибо, — по привычке сказала я и тут же мысленно себя обругала.
За что «спасибо»? Кому «спасибо»?
Он не ответил. Просто с лязгом закрыл дверь за моей спиной. Затем я услышала скрежет ключа и огляделась.
Меня заперли на крыше башни. Это была круглая площадка, обнесенная каменной стеной с зубцами, которые кое-где уже раскрошились.
Слева и справа стояли старые пушки, рядом с ними лежали груды позеленевших от времени бронзовых ядер — безмолвное напоминание, что некогда эта крепость принадлежала людям. Наверное, она видела не один бой с драконами, видела, как захватчики сломили оборону, и как защитники бежали, бросая оружие…
С одной стороны в бойницы светило солнце, а над головой разливалось синее небо. Близкое и в то же время недостижимо далекое.
Несмотря на теплое время года, здесь гулял ветер. Я поежилась, обхватила себя за плечи руками, отчего лязгнули цепи, и подошла к одной из бойниц. Глянула вниз.
Земля казалась игрушечной.
Нет, отсюда без магии не убежать, а ее надежно сдерживали железные кандалы на моих руках и ногах…
Скрипнула дверь.
Я с готовностью обернулась, думая, что это д'Рейтарр. Но это был всего лишь охранник. Он швырнул на площадку одеяло.
Хоть что-то…
Одеяло было из нечесаной шерсти. Колючее, с застрявшими в нем пучками соломы. От него пахло псиной. Но я и не ждала, что меня здесь примут с комфортом. Странно, что вообще закрыли на крыше, а не в подвале. Может, генерал испугался, что я пророю туннель?
Вспомнив о нем, тихо хмыкнула.
Глупец. Я ведь правда хотела ему помочь. В обмен на взаимную помощь, конечно.
Спасаясь от ветра, я забилась под стену, завернулась в колючее одеяло и нахохлилась. Будущее представлялось сплошной темной тучей, в которой тонули все мои чаяния и надежды.
***
Вскоре стемнело. Солнце зашло, и стало еще холоднее. Ветер тоже усилился. Я пыталась призвать духов воздуха, чтобы они принесли тепло и усмирили ветер. Но железо блокировало магию. А еще мне очень хотелось есть.
Я не помнила, когда ела в последний раз. С тех пор как маму забрали, мне кусок не лез в горло. Все эти дни меня подпитывала магия, она давала мне силы, но теперь ее не было. Чтобы ворожить, ведьме нужны свободные руки, а еще — отсутствие железа на теле. Такова природа нашей силы.
В груди кольнуло, подсказывая, что рядом дарг. Следом раздался скрежет ключа, лязг отодвигаемого засова и скрип двери.
Я не двинулась с места, но голову подняла и настороженно уставилась на вошедшего дарга.
Кажется, это был не тот, который привел меня сюда. Хотя кто их разберет в одинаковых доспехах?
Он молча поставил на пол поднос с дымящейся миской, глиняной кружкой и куском черного плотного хлеба. Потом так же молча вышел.
Я не торопилась вставать. Пыталась понять, что происходит.
Д'Рейтарр приказал меня покормить? Может, это последний ужин заключенного перед казнью? Или в еду подмешали яд, чтобы ускорить мой конец?
Запах горячей гречневой каши достиг моего носа. Я судорожно втянула его и услышала жалобный стон своего живота.
Ладно, двум смертям не бывать… Да и умирать приятнее на сытый желудок.
Поднялась, кряхтя, как старая бабка, и позвякивая цепями.
От долгого сидения в одном положении тело затекло. Пришлось немного размяться, прежде чем подойти к подносу.
На вид каша выглядела свежей и съедобной. Обычная рассыпчатая гречка, сваренная на воде. Никто не удосужился положить в нее масла. Ложки тоже не было. Зато был хлеб — ржаной, подсохший на месте среза, но все еще мягкий, видимо, утром пекли. А в кружке — вода!..
Я села на пол, поставила поднос на вытянутые ноги и набросилась на еду. Ела руками. Брала щепотью кашу, закидывала в рот, запивала глотком воды, и так — пока миска не опустела. Затем допила воду и долго по кусочку отщипывала хлеб. Жевала медленно, желая растянуть как можно дольше этот момент. Ведь неизвестно, покормят ли меня снова…
***
Второй раз дверь скрипнула уже глубокой ночью.
Я дремала, но услышав звук, вскинула голову и насторожилась.
Метка молчала. Значит, это не дарг.
Выглянувшая из-за облаков луна осветила фигуру, с ног до головы закутанную в темный плащ. Фигура опасливо шагнула через порог, откинула капюшон, и я увидела бледное женское лицо.
Ко мне пожаловала Элеста.
Она застыла, будто не решаясь сделать еще один шаг. Или сомневаясь, стоит ли вообще его делать. Боязливо оглянулась на дверь. Та оставалась раскрытой, а из глубины темного входа тянуло теплом.
Я не шевелилась. Сидела, прижавшись спиной к шершавой стене и подтянув колени к груди. Натянутый по самый нос край одеяла скрывал мое лицо. Но это не мешало мне наблюдать за нежданной гостьей.
На ее лице четко отпечаталась смесь страха и любопытства. А еще — робкая надежда.
Значит, она как-то узнала…
Или д'Рейтарр ей сказал.
— Эй, — нервно позвала Элеста.
Ее шумное дыхание оторвало меня от мыслей. Но я не спешила показывать, что слышу ее.
— Эй, ведьма, ты спишь? — она сделала мелкий шажок в мою сторону и снова остановилась. — Проснись!
Не дождавшись моей реакции, она глухо выругалась. Постояла, переминаясь с ноги на ногу, и, когда я уже думала, что она развернется и уйдет, все же приблизилась.
Ее шаги были тихими, только камешки шуршали под подошвами дорогих атласных туфелек. Она остановилась передо мной. Ее руки были прижаты к груди, будто она что-то там прятала, в глазах отражалась луна.
— Просыпайся, ведьма! — она опасливо ткнула в меня носком туфли и тут же убрала ногу. — Как ты можешь спать в такую минуту? На площади уже готовят костер. На рассвете тебя сожгут!
Сердце сжалось, но я не подала вида.
Медленно подняла голову, потянулась руками в разные стороны и нарочито сладко зевнула под звон кандалов. Потом смерила гостью высокомерным взглядом:
— А, это ты, дамочка. Ну сожгут — и сожгут. Тебе-то какая печаль?
— Помоги мне! — прошептала она, прижимая руки к груди. — А я помогу тебе.
— И чем же ты мне поможешь? — хмыкнула я.
— Освобожу тебя и покажу, как скрыться из крепости. Ты уйдешь живая и здоровая.
Хм, похоже, я не ошиблась. Генерал ей рассказал о моем предложении. Но пусть она меня хорошенько попросит!
— И что я должна сделать взамен?
Она еще сильнее стиснула руки.
— Сними проклятье! — ее голос сорвался на отчаянную мольбу. — Я знаю, ты можешь. Помоги меня, а я помогу тебе!
Ее глаза сказали больше слов. Элеста знала, каких благ ее лишило это проклятье: почти вечной молодости и красоты. Да, по меркам людей триста лет, которые может прожить любой дарг, это практически вечность. И все это время она могла не болеть, не стареть, оставаться такой, как сейчас...
— Генерал отверг мое предложение, — ровным тоном сказала я. — А ты пришла сюда против его воли?
— Да что он знает! — она рвано втянула воздух. — Ему легко говорить, он прожил почти сотню лет, но по-прежнему молод и полон сил. А у меня счет идет на минуты!
