Как тогда уже никогда не будет. Никогда…
Вздыхаю и захожу внутрь.
Нормально. Перекантоваться тут вполне можно.
Дача у родителей была вполне приличная и даже за столько лет неиспользования сохранила приличный вид.
Тут и свет, и душ. Всё есть. Пожрать можно сходить купить в магазине в соседней деревне.
Выхожу из дома и иду к машине.
Алёна так и сидит, прижав голову к коленям и накрыв её руками.
Подхватываю девчонку на руки и она тут же обнимает меня. Чувствую грудью её горячее дыхание. И сердце словно перестаёт биться. На мгновение. А потом, наоборот, срывается в бешеный ритм.
Губами касаюсь макушки и пьянею от её запаха. Словно дурманом ведет.
И только мысли об опасности заставляют хоть как-то трезво мыслить.
В доме я сажаю Алёну на кресло, а сам быстро скидываю покрывало с кровати. В шкафу нахожу чистое бельё и перестилаю кровать.
И уже потом кладу на неё девчонку.
– Раф… что это было, а? – поднимает на меня взгляд и смотрит вопросительно. – Там стреляли? Они в меня хотели попасть?
– Тебе надо отдохнуть, – говорю я, проводя по мягким волосам рукой. И ещё. И руку не убираю с головы. – Потом поговорим. Отдохни пока.
– А ты? – она вцепляется в мою руку. – Раф, не уходи! – и слёзы из глаз.
– Ну, чего ты? – я пытаюсь улыбнуться. – Тихо, девочка. Ну? – ложусь рядом и прижимаю её к себе. – Я же сказал, что не дам тебя в обиду. Значит не дам. Ну? Тихо, маленькая, – и глажу её. По волосам, по спине.
И сам даже успокаиваюсь немного. Так офигенно лежать так с ней. Просто лежать.
Прикрываю глаза, продолжая гладить Алёну.
– Тихо, – шепчу ей в волосы, целуя и дыша ею. Заполняю лёгкие её ароматом.
Она так близко. В моих руках.
Ещё сильнее прижимаю её к себе.
И это кайф. Почти как секс.
Глупость, конечно. Но мне и правда охрененно сейчас.
Алёна еще какое-то время всхлипывает, а потом до моего слуха доносится мерное посапывание.
Она засыпает.
И я тоже решаю не оставлять её одну.
Ворота и двери я закрыл. Окна так и зашторены.
Здесь нас никто не найдёт.
Здесь есть только я и она. Вот так. Совсем рядом. В объятиях.
Губами по коже. Одно дыхание на двоих. И одна кровать.
Глава 21. Раф
Я почти не сплю всю ночь. Прислушиваюсь к каждому звуку. Алёна тоже спит тревожно. Периодически просыпается и я пытаюсь успокоить её. Обнимаю, прижимаю к себе. И целую. В макушку или в висок.
Меня ведёт от её близости, и я боюсь, что сорвусь. Не смогу остановиться, если коснусь её губ.
Когда она в очередной раз засыпает, я, едва касаясь, провожу по мягким губам большим пальцем. И опять словно иглы проникают под кожу.
В моих руках Алёна. Лежит и дышит мне в грудь. А всё, что я могу себе сейчас позволить, – сильнее сжимать пальцы на её теле.
Что делать дальше, я не знаю. Здесь сидеть всю жизнь не получится же. А к кому обратиться? От кого были те люди?
Так и не заснув, под утро я аккуратно освобождаю руку, на которой спит Алёна, и встаю.
Выхожу во двор. Солнце только встаёт. В воздухе адская тишина. Давно такого не ощущал.
Раскидываю руки, подставляя лицо утреннему прохладному воздуху.
И понимаю, что мы с Алёной одни. Я же хотел этого?
Она здесь. Со мной. И больше никого. Пусть на какое-то время. Но никого.
Пока Алёна спит, я возвращаю дом в нормальное жилое состояние. Подключаю воду и свет. Потом решаю съездить в магазин.
Заглядываю в комнату – Алёна спит, накрывшись одеялом.
Я сажусь в тачку и гоню в соседнюю деревню. Там круглосуточный магазин, в котором я закупаюсь по полной.
Я чувствую охрененный подъём.
Я и Алёна. А на остальное пока плевать.
Когда возвращаюсь в дом, иду сразу к ней в комнату. Она уже проснулась. Сидит на кровати, поджав коленки и испуганно озирается. И дрожит? Я даже отсюда замечаю это.
– Раф, – шепчет губами, заметив меня. – Куда ты уехал? Где ты был?
– Ты чего, Алён? – иду к ней. Сажусь на кровать, но не обнимаю. Просто сижу рядом.
– Я думала, ты бросил меня, – всхлипывает она и сама тянется ко мне.
Обнимает за шею и я опять чувствую её горячее дыхание кожей.
– Ну, ты чего, маленькая? – прижимаю её к себе. – Что за мысли? Как я тебя брошу?
– А где ты был? – поднимает голову и смотрит на меня.
– Ну, так, в магазин съездил, кое-что поделал. Спать не мог вообще.
– Из-за меня? Я не давала?
Конечно, из-за тебя! Но по другому поводу.
– Все нормально, Алён. Я привык мало спать, – улыбаюсь.
– Раф, что это было? Я сначала подумала, что это сон. Что приснилось. А потом… ты… и этот… дом… где мы Раф?
– Там, где нас не найдут, – провожу рукой по мягким волосам.
– Но что случилось? А Бык? Он знает?
Чувствую, как внутри всё вскипает от одного упоминания его имени. Резко встаю и говорю уже жёстче:
– Там я воду подключил. Можешь душ принять, если хочешь. Или я пойду.
Алёна опускает взгляд, хмурится. Сейчас заревёт.
– Алён, я сам нихера не знаю, – говорю уже мягче и тру затылок.
Она же не виновата! Зачем я так с ней. Ей, наверное, ещё страшнее, чем мне.
– Нужно время. Наверное. Все выяснится. Давай потом, а? Я и не спал толком и вот это всё. Башка вообще не варит.
Молчит.
– Ты в душ-то пойдёшь? – подхожу опять к ней и глажу по волосам. – Или я тогда первый?
Поднимает на меня свой дьявольский взгляд, а моя рука так и застывает на её затылке.
Я долго так не выдержу. Её не от бандитов спасать надо, а от меня! Я первым готов наброситься на неё.
– Да, – она встаёт, не сводя с меня взгляда. – Покажи мне, где.
Я беру её за руку и веду.
Когда за ней закрывается дверь в ванной комнате, я сжимаю голову руками и пытаюсь хоть как-то вернуть себе способность мыслить.
Не получается.
Стою у двери, за которой Алёна наверняка уже разделась. Лбом утыкаюсь в прохладное дерево и закрываю глаза.
Звуки воды.
Она там голая! Аааааааа! Как не свихнуться?!
Нас разделяют какие-то сантиметры.
Я без труда могу выломать замок на двери и ворваться к ней.
Но ведь испугаю. Не то состояние у неё сейчас. Не то.
Надо дать время. Пусть успокоится и привыкнет.
Я всё равно сделаю это. Моя она будет. Я буду первым. Убью, если надо. Украду. Но сделаю своей.
Стукнув легонько в дверь кулаком, иду на кухню.
Достаю купленное пиво и выпиваю сразу же бутылку залпом. Легче не становится.
Выпитое на голодный желудок пиво ударяет не туда. Не успокаивает, а, наоборот.
Исподлобья смотрю на закрытую дверь и не сразу замечаю, как начинаю часто дышать. Каждый вдох – как попытка жить. Каждый выдох – как выстрел. И я не знаю, чего хочу больше: жить или умереть.
Отворачиваюсь и рычу. А потом кулаком ударяю в стеклянную дверку шкафа. И, видимо, слишком сильно. Придурок.
Стекло трескается, а на костяшках проступает кровь. Засасываю её, матеря себя.
И в этот момент слышу голос из коридора:
– Раф, всё в порядке?
Резко оборачиваюсь и понимаю, что готов разгромить всё тут нахер. Потому что перед глазами Алёна, обмотанная в полотенце. Волосы мокрые и пряди падают на лицо.
У меня ноги словно немеют. Не могу шага сделать. И кулак от губ убрать не могу.
Сердце ломится в рёбра и того и гляди проломит их. Внизу живота спазм. А ещё я чувствую, что горю. Особенно уши. Они просто пылают. И вообще, мне кажется, у меня температура шкалит вверх.
– Все в порядке, Раф? – повторяет эта стерва, из-за которой у меня такой пиздец в организме.
Я резко срываюсь.
– Да! – кидаю ей, проходя мимо и чуть толкая плечом.
Не смотрю на неё. И даже не дышу, чтобы её запах окончательно не свёл с ума.
Захожу в душ и захлопываю дверь. Закрываться незачем – мне в отличие от Алёны не надо бояться, что кто-то войдёт. Стою, облокотившись на раковину и пытаясь выровнять дыхание.
Как быть-то?
Я же сорвусь. Не смогу.
