Слава был тем, кто никогда не велся на манипуляции моей дочери. Ну, почти никогда. И его она слушалась беспрекословно. Конечно, не так, как меня, но все же. Поэтому и сейчас не стала спорить, только требовательно постучала ладошкой по плечу, после чего тут же была спущена на пол и стремительно умчалась по своим важным делам.
– Варя и здесь, – с усмешкой вздохнул помощник.
– Наблюдательность – твоя сильная сторона, Слав, – проворчал я, отряхивая поднятую с пола куртку. – Чем порадуешь?
Я уверенно двинулся к своему кабинету, слушая отчет идущего рядом Славы:
– Во-первых, вы пропустили утреннюю летучку. Я её провёл, но…
– Но?
– Но Аркадий из отдела перевозок снова ныл о том, что для срочных заказов в черте города можно использовать коптеры. Пришлось угрожать увольнением. Снова. От вашего имени, конечно.
Я простонал. Аркадий и его безумные современные – иногда чересчур – идеи!
– Во-вторых, – Слав понизил голос, – представители «НекстЛайна» подтвердили встречу на три. Они прислали уточнённую презентацию. Там… много графиков. Очень оптимистичных. Я бы даже сказал, слишком оптимистичных. Мне кажется, они хотят не просто сотрудничать, а поглотить нас в дружеских объятиях.
– Отлично, – стиснул я зубы. – Обнимемся с графиками в три. Что ещё?
Ответа не получил, потому что стоило нам со Славой зайти за ту самую кадку, как навстречу выкатилось мое личное кресло из каталога «Рабочее кресло для начальника» – максимум удобства, ещё больше пафоса и неоправданно высокая цена. И вот этот стул треснулся о ножку стола секретаря всея офиса.
На стуле сидела довольная Варвара:
– Па, смотри, я – гонщик! Врум-врум!
***
За этой гонщицей из моего кабинета выбежала секретарша Маша, в руках у которой беспомощно болталась оторванная от компьютера мышка. О-очень надеюсь, не моя!
– Константин Игоревич, простите, она так быстро…
– Ничего, Маш, – я махнул рукой, чувствуя, как нижнее веко левого глаза отчётливо дёрнулось. Пришлось включать строгого отца. – Варвара, слезай. Гонщикам не место в открытом офисе! Ты обещала слушаться.
Варя под моим требовательным взглядом послушно сползла со стула, правда, тут же попытавшись слинять в неизвестном направлении. Но я не первый день знаком с этой егозой и успел схватить её за капюшон свитера.
– В кабинет, быстро. И стул не забудь вернуть на место! – Наклонившись к дочери, я серьёзно посмотрел в её широко распахнутые невинные голубые глаза. – И не строй мне тут глазки, Варвара Константиновна. Ты знаешь, офис – не место для игр! Так что давай, исправляй, что успела натворить.
Сдвинув брови, я отпустил дочь и сделал знак Славе, чтобы тот не вмешивался со своей рыцарской помощью. Избаловал я дочь. Ох, избаловал. Но это не повод всё спускать ей с рук.
– Варвара, я жду!
– Да, иду я, иду, – заворчала, как маленькая старушка, Варька, толкая перед собой стул. Ожидаемо, он с первого раза не вписался в дверной проём; столкновение колесика с косяком чуть не обернулось очередной катастрофой, но дочь, умничка моя ловкая, смогла вовремя налечь на кресло, не дав ему упасть. После чего на мгновение замерла, вжимая голову в плечи, а затем ме-едленно повернулась и, неуверенно посмотрев на меня, выдала своё любимое:
– Па, ой?
– Варя…
Даже глаза закатывать не стал. А что толку? В этого ребёнка кто-то когда-то без моего разрешения спрятал ядерный реактор, и тот теперь выдаёт для неё слишком много энергии, которую Варенька со всей ответственностью пытается куда-то применить. Вот есть дети на батарейках, а моя – на реакторе. Бывает.
– Осторожнее, ребёнок. – Кивнув ей, я дождался, когда кресло вместе с дочерью исчезнут за стеной офиса, и кивнул Славе. – Пойдём. И скажи, что у нас с нянями?
– Резюме, – Слава дёрнул головой, указывая на папку на моём столе. – Всё, что успел найти на сегодня. А вообще, Константин Игоревич, имейте в виду: в это время года не очень большой отклик на вакансии. Все же до Нового года всего пара недель, мало кто снимается с места сейчас.
Я уставился на тонкую папку. Негусто. И это было похоже на приговор. Я знал свою дочь. Каждое собеседование будет похоже на цирк с конями. А проводить их без Вари я просто не могу себе позволить. Слишком важное время в работе сейчас, чтобы позволить маленькому ураганчику кошмарить моих сотрудников и срывать им рабочий процесс. И так косяки неизбежно полезут, а уж под руководством Вари…
Пока возвращал своё кресло на место, слушал Славу и мысленно предавался мечтам, что сегодня мне непременно повезёт, Варька нашла что-то любопытное на стеллаже, что занимал всю противоположную от стола стену. И не просто нашла, но и успела уронить.
Бдзынь! – звук разбившегося стекла привлёк внимание.
– Варя, стой на месте! – тут же предупредил я дочь, видя под её ногами осколки довольно увесистой стеклянной статуэтки. Подарок от благодарного клиента. Был.
Если моя отточенная годами реакция в первую очередь требовала предупредить ребёнка, чтобы она не шевелилась рядом с битым стеклом, то Славка предпочитал действовать. Он метнулся к своей почти шестилетней подруге и выдернул её из эпицентра катастрофы.
– Варя, когда ты успела разуться? – с недоумением спросил он, глядя на носочки от разных комплектов.
Да как так? Я лично дома проверял – на ней были два одинаковых носка. Белых!
– Раз-раз и готово, – Варька пожала плечами.
И правда, нашёл о чём спрашивать у ребёнка. Как будто ей много времени нужно, чтобы поставить всех вокруг на уши.
Забрал у помощника дочь, сел вместе с ней на диван и со вздохом посмотрел на Славу.
– Попроси Машу тут всё убрать, пожалуйста.
– И чай! – важно добавила Варя, но тут же доверчиво прижалась ко мне, пряча мордочку у меня на груди. Явно успела испугаться.
Глядя, как Славка выходит из кабинета, я только понадеялся, что собеседования с нянями скоро начнутся.
Глава 3
Слава ушёл после того, как Маша всё убрала, принесла Варьке чай, а нам – вкусный варёный кофе. Мы даже успели обсудить с ним планы на день. Он сообщил, что няни прибудут на собеседование не раньше часа дня. Меня это не устраивало, но Слава и так сделал больше, чем мог, из той позы, в которую нас утром поставила Варька. Если прибудут все кандидатки, то их будет двенадцать. В принципе, ничего сложного, мы вполне всё успеем с Варей, главное – подготовиться к встрече с москвичами до того, как начнутся показательные выступления нянь. А то, что они будут, я даже не сомневался.
Варя после эпизода со статуэткой немного успокоилась и, получив свой чемоданчик для рисования и стопку бумаги, с удобством устроилась за журнальным столиком и принялась что-то увлечённо творить. Ей нравилось это. Раскраски, кисти, краски, рисунки. Главное было следить, чтобы в офисе ей не попался в руки клей – тогда можно было отделаться малой кровью. И скотч. Скотч тоже довольно опасная вещь. Но тут достаточно было беречь от ловких детских пальцев рабочие документы и вовремя снабжать её бумагой. В идеале – цветной, но и белая хорошо шла в расход, ведь её всегда можно было разукрасить.
Время, уделенное Варькой творческому порыву, дало мне возможность ознакомиться с присланной презентацией. Мысленно согласиться со Славой: слишком мягко стелют ребята из Москвы. Я даже успел проверить работу своих оболтусов, посмотреть, на какой стадии идут текущие доставки, и пролистать таблицы складов, ища горящие красным строки: малый остаток на складе. Критичных ситуаций не обнаружил и молча позволил себе порадоваться. Но не сильно. Всё же это была плохая примета.
Спасибо Славе и Маше, которые время от времени заходили в кабинет: то принести Варе чай – это Маша заботилась, то что-то из еды – это уже Славка сунулся. Я только почувствовал, как по кабинету поплыли ароматные запахи, идентифицированные мозгом как разрешённые, и не стал отвлекаться от проверки документов. Слава ни разу не подводил меня, уж точно не в вопросах взаимодействия с Варей. Чтобы он ей принёс запрещёнку? Пф! Жаль, что он категорически отказался поработать нянькой. Я пытался, правда. Даже предлагал ему оформить это как командировку на пару недель и… В общем, Славка был категорически против. А это могло бы столько проблем решить для меня. Эх, мечты!
– Константин Игоревич, соискательницы на должность няни уже собрались, – прервал мой рабочий настрой уверенный голос помощника.
Я обвёл мутным взглядом кабинет, отметив, что на журнальном столике лежат несколько рисунков, а все фломастеры уже аккуратно сложены в чемоданчик. Явно не моя дочь постаралась. Сама Варька лежала на диване, закинув ноги на спинку. Её голова немного свисала с края, что совершенно не мешало моей дочери любоваться своими разными носками. Один – бежевый с нарисованной на нём кошечкой, а второй – ярко-зелёный с танком. Откуда у неё носок с танком, я вспомнить просто не смог.
Свернув рабочие файлы, я взял папку с резюме и переместился к дочери.
– Приглашай, – дал отмашку Славе к началу наших с Варькой страданий.
И только сейчас, когда первая предполагаемая няня должна была войти в кабинет, я нашёл время, чтобы хотя бы бегло посмотреть, кого нам сегодня ожидать. Их было одиннадцать. И то, что я видел, меня совсем не радовало. Дамы были разными, но во всех что-то не устраивало – то меня, то Варю. Но были и особенно яркие примеры.
К примеру, Инна Петровна, пятьдесят лет, опыт работы – двадцать лет в детском саду. На фото – строгое лицо с почти невидимой линией губ, настолько они были плотно сжаты. На собеседовании она произвела ровно такое же впечатление, что и на фото – сухарь, уставший от работы с детьми. Ей нужна была строгая дисциплина, неплохая зарплата и очень послушный ребёнок.
Варя крайне выразительно посмотрела на меня, как только за женщиной закрылась дверь. Я так же выразительно порвал её резюме.
Или вот Светочка Лапина. Двадцать четыре года, студентка-заочница. В графе «опыт» – гувернантка у соседей. В соседях, судя по всему, жил ангел во плоти, потому что Светочка с тихим ужасом смотрела на моего ребёнка, которому посреди собеседования стало скучно и она принялась бегать вокруг дивана, изображая самолёт. Да, такое бывает. Варя и так долго сидела на месте, ей необходимо было движение, и хорошо, что она ограничилась лишь моим кабинетом! Но раз это пугало молоденькую девочку, то куда ей было справиться с Варькой, когда та будет в ударе? Я даже не стал обещать перезвонить. Это резюме тоже улетело в мусорку.
Была некая Елена Семёновна. Шестьдесят два года. Два высших образования, знание трёх методик раннего развития. И всё с ней было прекрасно, кроме двух моментов. Во-первых, возраст. Всё же тяжеловато пенсионерке справиться с активной Варей. А во-вторых, Елена Семёновна была очень набожной. Очень. И умела смотреть так, что мне захотелось покаяться во всех своих грехах. Я решил не шокировать женщину, отпустил с миром, сославшись на её возраст.
***
Была ещё Марина. Она вошла в кабинет с застенчивой улыбкой. Милая девушка, двадцать пять, огромные глаза. Пахла дешёвыми духами и постоянно поглядывала то на мои часы, то на панорамное окно. На вопросы о методиках воспитания отвечала сбивчиво, зато оживилась, узнав, что я в разводе и живу один. Когда она томно начала накручивать прядь волос на палец и не постеснялась спросить, часто ли я бываю дома по вечерам, Варя тихо, но выразительно фыркнула. Марина её не услышала. Я услышал. И понял, что дочь права. Няню я ищу, а не… в общем, няню. Хотя определённый отклик телодвижения Марины всё же вызывали.
– Спасибо, мы вам перезвоним.
– Па, – сказала Варя, не дожидаясь, пока дверь закроется. – Нет. Она глупая!
– Она просто молодая, Варь, – попытался я объяснить, впрочем, не собираясь нанимать эту охотницу.
А ещё была Елена Семёновна. О ней даже думать не хочу. Просто нет. Жирное, категоричное «нет»! Она посмела на собеседовании поднять голос на ребёнка, требуя от неё послушания. Отчитывать ребёнка, когда тебя ещё не утвердили на работу? Когда ты ещё не успела познакомиться со своей подопечной и работодателем? Очень непрофессионально. Не знаю, что сегодня случилось. Видимо, Юпитер был в Овне, Козероге или как там говорят? Но таких трешовых собеседований я не припомню. Варька, получившая неожиданный выговор за недопустимое поведение, замерла рядом со стеллажом, испуганно, но не скрывая упрямства, смотря на меня.
– Благодарю за потраченное время, Елена Семёновна. Ваша кандидатура нам не подходит.
Она что-то ещё попыталась сказать, но я жестом показал на дверь. Слава, будто ждал за ней, тут же появился и с безупречно вежливой, ледяной улыбкой проводил даму до выхода.
Дверь закрылась. Я глубоко выдохнул и обернулся к Варе. Она стояла на том же месте, сжав кулачки.
– Па, – голос её дрогнул. – Я плохая?
Я подошёл, опустился на корточки перед ней и взял её за руки.
– Нет. Ты – моя самая хорошая. И самая любимая. Даже не сомневайся в этом. Хорошо?
Она кивнула, всхлипнула разок и прижалась лбом к моему плечу. Я обнял её, глядя на папку на столе. В голове гудело. Там оставалось ещё два резюме, но надежды на благоприятный исход почти не осталось.
– Константин Игоревич, – в кабинет вошёл обеспокоенный Слава. – «НекстЛайн» прибыли.
– Чёрт! – Перевёл взгляд на часы. До трёх оставалось ещё двадцать минут. – Ах, вот оно что, какая завидная пунктуальность. Хорошо, Слав, проводи их в конференц-зал. Скажи, что я подойду, как только смогу. А пока пригласи ко мне кого-то из кандидаток… Ту, что вызывает больше доверия.
Как только за помощником закрылась дверь, я подхватил дочь на руки и, пару раз подкинув её к потолку, дождался радостных визгов. Только после этого поставил её на диван и серьёзно предложил:
– Варюх, следующее собеседование тебе придётся провести самой. Справишься? Только чур, не доводить кандидаток до сердечного приступа. Помни, за дверью сидит Маша. Слава всегда рядом, а я и вовсе в соседнем кабинете. Хорошо?
– А… Па, а если я не справлюсь?
– Ты? Варь, ты у меня умница. Я не прошу тебя соглашаться на таких кандидаток, как последняя. Но всё же постарайся найти хоть что-то хорошее в тех двоих, что остались. Ну или тяни время, Варь. Мне нужен час. Не больше. Хорошо?
– Тянуть время? – заинтересованно склонила голову дочь.
– Да. Делай что угодно, чтобы проверить профессионализм нянь, но сделай так, чтобы они не сбежали от тебя в ужасе, теряя тапки по дороге, и чтобы все обошлось без травм. Ясно?
– О! – Глаза дочери тут же вспыхнули предвкушением. – О-о-о… Это я могу!
Не успел я отказаться от настолько бредовой идеи, как дверь открылась, и в кабинет вошёл Слава в сопровождении стройной девушки с огненно-рыжими кудрявыми волосами, рассыпанными по плечам. Она с интересом осмотрела офис, помахала приветственно Варьке рукой и с лёгкой улыбкой на пухлых губах посмотрела на меня.
– Василиса Ивановна, – представил её Слава.
