То ли платье, то ли рубашка из мягкого хлопка – до пят и красиво расшита тесемками. Поясок, овчинный жилет, те самые серые носки и что-то похожее на угги, расшитое красными и зелеными нитками. Белья, правда, не было, но жилет до середины бедра отлично скрывал все подробности фигуры и грел.
Натянув чистое, Агния расслабилась, расчесала мокрые волосы, стянула их тесемкой в хвост и вышла к столу.
– Ай, красавица! – похвалила бабуля. – Садись скорей, чай уж настоялся!
К чаю на столе чего только не было – пышные булки, варенье, мед, тонко нарезанное сало, соленые огурчики, капуста, приправленная духовитым маслом. А еще нарезанная щедрыми ломтями картофельная запеканка, молоко, масло и черный хлеб.
Девушка с аппетитом накинулась на еду, чувствуя, как отступают напряжение и усталость.
Разговоры за столом вели простые, Агния рассказывала про родню – бабушки, дедушки, папа, мама, братья и сестры, тетки и дядьки. Баба Дуня слушала внимательно, переспрашивала кое-что, одобрительно кивала, хвалила маму и папу, улыбалась, подливала чаю. Потом спросила про учебу, и Агния охотно поделилась – учиться ей нравилось. Да, профессия не самая престижная – музейный работник, но очень уж Агния любила вещи с историей. Любила, умела о них рассказывать и потому готова была терпеть даже физику и математику, обязательные на первом курсе.
Когда же чай в чашке внезапно кончился, старушка поднялась:
– Ну, вот и повечеряли. Иди спать с дороги.
– А подарки как же? – зевнула Агния.
– Завтра день будет, подождут! – строго сказала прабабушка и повела правнучку в горницу.
Глава 2
Просыпаться под уютным тяжелым одеялом оказалось очень приятно. Агния открыла глаза, задумчиво посмотрела в беленый потолок и вспомнила, что она уехала к прабабушке, чтобы избежать предновогодней суеты. И бежать в магазин не надо, взбивать, чистить и резать – тоже. Можно сладко потянуться и обнять пришедшего поздороваться кота, а потом натянуть жилет и короткие угги, называемые бабулей «чуни», и пойти умываться.
Прабабуля хлопотала на кухне – там все шкворчало, шумело, божественно пахло и побрякивало.
– Доброе утро! – Агния увидела, что на улице сияет солнце, и ей стало немного неловко за то, что она спала так долго.
– Доброе, доброе! – бабуля сняла со сковороды блинчик и улыбнулась. – Садись завтракать!
Девушка радостно присела на лавку, покрытую овчиной, и потянулась за блинчиком. Бабуля налила ей чай, подвинула варенье, сметану и мед и, пока правнучка завтракала, мягким певучим голосом рассказывала, какой сегодня особенный день:
– Солнышко на лето поворачивает, тьма отступает, самое время подарки дарить.
– Ой, гостинцы же! – Агния вспомнила про свой чемодан, так и стоящий сиротливо под вешалкой.
– Да я не про твои гостинцы, – отмахнулась было бабушка, но внучка уже щелкала замками, открывая короб на колесах.
– Вот, бабуль, мама передала! – сказала она, доставая разноцветные, старательно упакованные коробки и пакеты.
Если честно, Агния и сама не знала, что там в чемодане – все складывала мама, вдумчиво пакуя и бормоча себе под нос. Бабуля принялась аккуратно свертки открывать и радоваться:
– Какао-масло! Кокосовое масло! Пряности! Лаванда! Ай умница Лада, ай заботница!
Бабушка сразу раскладывала гостинцы по полкам и шкафчикам, а девушка призадумалась – вот зачем деревенской бабульке какао-масло? Шоколад варить? А кокосовое масло зачем? Вместо крема? А вот эти семечки непонятные? Бутылка с настойкой и пакет с корешками? Словно мама не прабабушке гостинцы готовила, а ведьме деревенской! Подумала так Агния, да и вспомнила тетку, что ей дорогу указала. Не зря же она бабулю ведовкой обозвала? Интересно-о-о!
– Ба, а зачем тебе какао-масло? Шоколад варить?
– Что ты, – улыбнулась старушка, – мазь готовить. Оно стойкое, пахнет вкусно, долго не портится, впитывается хорошо. Раньше-то на топленом сливочном делала, да не всякая травка ему силу отдает. Вот и пришлось другие масла искать. Это вот – льняное, это кунжутное. Еще орешное есть и деревянное…
– Деревянное? – удивилась Агния.
– Оливковое, – улыбнулась бабушка, – привыкла, как в молодости, называть, так и зову.
– А… я когда сюда шла, дорогу спросила, – нейтрально сказала девушка, по-новому разглядывая шкафчики и полочки. Она только сейчас обратила внимание на то, что там стоит множество пузырьков аптечного вида.
– Небось, подсказали, да заодно небылиц наплели? – фыркнула старушка. – Я, внуча, в свое время на ветеринара отучилась и сюда приехала, а поскольку глухомань тут была, и ни врача, ни фельдшера не было, пришлось мне и людей лечить. Конечно, кто-то и в город к доктору ездил, кто-то сам справлялся народными средствами, а кому-то и я отказывала, вот и пошли слухи…
– А почему отказывала? – удивилась Агния. Она любила читать и порой натыкалась в интернете на каналы, посвященные прошлому. Поэтому знала, что с медициной в деревнях было очень по-разному. Где-то ФАП был – фельдшерско-акушерский пункт, где-то поликлиника, а где-то – ничего. Заболел – поезжай в город.
– Не все болезни к худу, бывают другие… Для вразумления. Вот Никодимовна, соседка моя. Поболтать любит. Да ладно бы доброе говорила, хвалила кого-нибудь или советом помогала! Болтает без умолку, и все с подковыркою. Вот и пожелали ей… типун на язык!
Бабуля хмыкнула, а девушка нахмурилась:
– Что такое «типун на язык»?
– Чирей это, фурункул по-научному. Пришла она ко мне – рот болит, болтать не может… А я ее и завернула. Не за добрые слова она такой «подарок» получила. Пусть дома посидит да помолчит недельку.
Агния задумчиво покивала. Она таких людей знала. Вот секретарша в деканате универа – с виду приятная женщина. Миленькая такая, глазастенькая, на мышку похожа. Только эта мышка-норушка собирает все новости, а потом их пересказывает всем желающим. Да так пересказывает, что человек, про которого сплетничают, и узнать себя не может.
– Бабуль, но сейчас же можно и в город съездить, и по интернету с врачом связаться, неужели все еще к тебе за лечением ходят?
– Молодые не ходят, – призналась старушка, – а мои сверстники по старой памяти заглядывают. Да и болячки у всех уже привычные. Вылечить не вылечишь, можно только симптомы снять или облегчение дать. Ой, заболтались мы с тобой, ты и не поела ничего! Давай-ка, садись за стол, подкрепляйся, вечером дело будет важное!
– Дело? – Агния налила себе еще чаю. Оказывается, пока она вынимала подарки, а бабуля раскладывала их по шкафчикам и полочкам, прошла пара часов. Удивительно! Есть не хотелось, очень уж интересный получился разговор, однако короткий зимний день горел за окном, намекая на близкий закат.
– Да видишь ли, – старушка вздохнула, – сегодня двадцать первое декабря, перелом зимы. Есть у нас в деревне обычай: зиму угощать, солнце приманивать. Я обычно сама ходила, а нынче снег глубок, ноги уже старые… Не дойду.
– А что делать надо? – Агнии было любопытно. А еще где-то в глубине свербело желание увидеть какой-нибудь деревенский обряд. Не зря же она поступила на специальность «народная художественная культура»! Вот – уже в доме у бабули насмотрелась на берестяные туески, массивные деревянные лавки, липовые ложки и простые керамические миски. Попила чай из самовара. Поспала на перине – точно будет что рассказать в универе!
– Одеться потеплее, взять миску с блинами, дойти до опушки, а там…
Глава 3
Когда на темном небе засияли первые звезды, Агния вышла из дома и неловко потопталась на пороге. Мороз крепчал. Воздух немного гудел, искрился снежной пылью и колюче обжигал щеки и нос.
Бабуля ее закутала, как капусту – огромные валенки до колен, толстые ватные штаны, два свитера, тулуп, вязаная шапка… Поверх всего «для красоты» намотала пушистую белую шаль-паутинку. В руках Агния держала корзинку. Ну что поделаешь – по-другому уволочь в лес стопку блинов и кувшин с медовой сытой не получалось. Что такое «медовая сыта», девушка, правда, не знала, бабуля сама все наливала и складывала, кутая угощение в толстые махровые полотенца.
Идти нужно было к лесу, тропинки никакой не было, и Агния, если честно, медлила не просто так. Размышляла – может, вернуться? Ну не выгонит же ее бабушка Евдокия на мороз! Или выгонит?
Под ногами что-то двинулось. Ах, это Мур! Бабулин кот! Прошел немного вперед, оглянулся, муркнул, зовя за собой, и ринулся на снежную целину, почти до ушей проваливаясь в сугроб. Не пойти за таким отважным котом Агния не могла!
Дорога была нелегкой, и девушка изрядно взмокла, пока добралась до опушки. Так, теперь нужно найти елочку, стоящую отдельно, в окружении высоких сосен. Нашла!
Невысокая разлапистая ель действительно стояла сразу за первым рядом перелеска в центре небольшой полянки – словно специально посадили. Засыпанные снегом сосны высились вокруг, их золотистые стволы убегали вверх, как колонны древнего храма. Тишина. Только снег поскрипывает под валенками…
Агния, преисполнившись какой-то торжественности и страха, подошла к дереву и принялась нанизывать блины на ветки. Неудобно. Холодно. Ветки колючие, тонкие и ломкие. В итоге она просто развесила блины, как мокрое белье, немного отошла, полюбовалась и поставила кувшин с медовой сытой в снег под дерево. Осталось прочитать наговор, который ей записала бабушка. Что там?
Тетрадный листок из рук чуть не выдернул ветер. Отвернувшись от колючих снежных игл, девушка прокричала погромче – все равно в лесу никто не услышит:
– Мороз, мороз, людей Божьих не морозь!
Стань киселем, а не снежным стеклом!
Ешь блины,
да кати буруны
с зимы на лето,
не искать нам где-то
ни тепла, ни солнышка,
золотого зернышка!
Пей сыту, да не стой на мосту!
Санный поезд высылай, да невесту поджидай!
Прочитав текст с листа, Агния поклонилась и, развернувшись, потопала домой. Холодно!
Бабуля встретила ее у ворот. Обняла и сразу повела в баню.
– Душ – это душ, а после такой прогулки надо в баню!
Агния и не сопротивлялась – и правда нагулялась по целине, сначала взмокла, потом замерзла, и еще с опушки леса ее не отпускало ощущение взгляда в спину. Хотелось смыть это неприятное ощущение.
Баня встретила теплом, душистым паром, веником и горшочками с мылом.
– Вот хвойное, вот мятное, а это с душицей и лимоном, – показала бабуля, – мыло я сама варю, так что не беспокойся, все натуральное и полезное. А вот это шампунь и бальзам… В горшочках, чтобы не грелись бутылочки.
Дверь за старушкой закрылась, и девушка быстро скинула с себя все, что натянула перед походом в лес. Сразу стало легко и зябко. Кое-как пристроив одежду на крючки, Агния юркнула в тепло парилки и, подумав, легла на лавку – сначала согреется, потом мыться будет.
В итоге девушка едва не уснула на полке. Спас бабулин кот – как-то подцепил разбухшую от влаги дверь, заглянул, муркнул, и Агния поняла, что уже почти спит и вот-вот упадет. Вскочила, умыла лицо ледяной водой из ведра и принялась мыться, торопливо плеская на себя пахнущую елкой и березовым веником воду.
Волосы домывала, уже отчаянно зевая, а из бани бегом бежала только потому, что мороз щипал голые ноги даже под длинным тулупом.
В доме бабуля сразу вручила внучке кружку горячего пряного сбитня и отправила Агнию спать:
– Отдыхай, касаточка, завтра будем козули печь!
Глаза девушки уже закрывались, так что она покивала и рухнула в постель, как в сугроб.
Снилось ей что-то странное. Будто над быстрой узкой речушкой перекинут хрустальный мост, и ей нужно по нему пройти, потому что на той стороне кто-то ждет. Кто-то важный. И вот подходит она к этому тонкому, воздушному мостику, и страшно ей ступить на хрупкие дощечки, и тянет все сильнее. Наконец решилась. Вцепилась в перила и сделала маленький шажок. Тотчас стало видно, что с той стороны реки тоже кто-то идет. Агния даже на цыпочки приподнялась, чтобы разглядеть, кто там, но увидела только белый капюшон с легким металлическим блеском да длинную пшеничную челку. В нетерпеливом желании увидеть идущего девушка пробежала вперед и вверх еще несколько шагов и остановилась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=73515963&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
