Страница 2 из 7
Я перекинула ногу через край люка, нащупала «ступеньку». Железо обожгло холодом даже сквозь подошву сапог. Я начала спускаться, считая про себя перекладины. Десять, пятнадцать, двадцать Лампа над головой светила на совесть, на каменных стенах плясали тени.
Счет помогал не думать. О том, что сумка с катализатором пульсирует теплом у пояса. О том, что Рейнар, наверное, уже поднял на уши всю стражу. Или не поднял? Решил, что поквитается сам? Мысль кольнула острее, чем железо перекладин.
Когда ноги коснулись твердой поверхности, я отступила в сторону, пропуская спустившегося следом Дастина. Крышку он закрыл сразу, и нас накрыла полная тишина, нарушаемая только нашим дыханием и потрескиванием лампы.
Мы стояли в тоннеле. Не в тесной каменной кишке, какие бывают под старыми домами, а в настоящем подземном ходе с укрепленными сводами, где каждый камень подогнан так плотно, что щепку не просунешь. Стены кое-где покрывала плесень, но в целом тоннель выглядел крепким и, что важнее, расчищенным.
Под Нижним городом полно таких ходов. Часть из них прорыли, когда город только строился, часть появилась позже – для контрабандистов, беглецов и тех, кому есть что прятать. Под нашей лавкой тоже был лаз, вел к канализации. Но тот был эдаким тайным ходом. Этот – совсем другое дело.
– Здесь обосновалось подполье, – сообщил Дастин, чуть загасив лампу, чтобы не чадила. – Там их убежище. При необходимости будет использоваться как укрытие для жителей. Ну, в случае воздушных атак.
– Неужели стража Верхнего города до сих пор не явилась для зачистки? – хмыкнула я.
– Являлась, конечно, после взрыва во дворце. Им так дали по зубам, что до сих пор выплевывают. Потому власти и устроили блокировку.
Не поэтому. Из-за катализатора, который Совет считает украденным. И если они думают, что оружие у заговорщиков под землей, то сюда скоро явятся не просто стражи, а боевые маги со спецсредствами. Но не рассказывать же об этом В конце концов, Дастин тоже не был со мной честен. Не факт, что и сейчас полностью откровенен.
– Идем. – Он пошел вперед, освещая дорогу. – Минут пять, и будем на месте.
Тоннель тянулся ровно, вроде без ответвлений. Где-то впереди послышался шум – неясный, приглушенный расстоянием. Вдоль стен шныряли крысы. Одна, особо наглая, уселась на задние лапы и уставилась на лампу, будто прицениваясь.
– Слушай, – Дастин замедлил шаг, – а что дракон собирался с тобой делать?
– Жениться.
Он споткнулся и чуть не выронил лампу.
– В смысле – жениться?! Скайрен что, до сих пор не понял, что ты не ну не его истинная пара?
– Понял. С самого начала. И решил понаблюдать за развитием событий.
Дастин фыркнул, сбивая плечом наросшую на стене плесень.
– Метка была отменная, не отличишь. А он, значит, знал и молчал? Зачем тогда публично объявлял помолвку? И как ты вообще умудрилась сбежать из замка со сферой, если дракон был в курсе? Гонит он, Кловер. Чтобы не выглядеть дураком – ни перед Советом, ни перед тобой.
Я передернула плечами. Обсуждать Рейнара не хотелось. Особенно с Дастином, который видел в нем только похитителя и врага.
– Молчишь, – констатировал он. – А где сфера сейчас?
– Я говорила
– Нет, где сфера, ты не сказала.
– Я говорила, – припомнила я от души, – что больше никогда не смогу тебе доверять. Так что довольно вопросов.
Плечи Дастина опустились, он словно стал меньше ростом. Лампа в его руке дрогнула, тени заметались по стенам испуганными птицами.
– Кловер
– Медленно тащимся, – прервала я, обгоняя его.
Он настиг меня через несколько шагов. Шел, глядя под ноги. Я видела краем глаза его ссутуленную спину, и внутри что-то противно заныло. Жалость. Дурацкая, неуместная жалость к человеку, который втравил меня в эту авантюру, наврал с три короба, а теперь разлучил с Рейнаром – пусть и считал это спасением.
– Я не уверена, – выдавила я, не оборачиваясь. – Насчет «никогда». Но пока – вот так.
– Понимаю, – ответил Дастин понуро. – Это справедливо, что мне придется заново заслуживать твое доверие.
Шум усилился, превратился в ровный гул, в котором можно было различить отдельные голоса, стук молотков, визг пилы и еще какие-то непонятные звуки – то ли шипение, то ли бульканье.
Тоннель расширился и вывел нас в огромную пещеру. Я невольно остановилась, разглядывая это подземелье. В нем кипела жизнь. Деревянные платформы и лестницы лепились к стенам, как ласточкины гнезда. На утрамбованной земле громоздились ящики и тюки, между ними сновали люди – кто-то тащил доски, кто-то катил бочку, кто-то громко спорил с соседом. В воздухе висела плотная смесь запахов: вареной капусты, жареного лука, магии – чуть горьковатый, с металлическим отливом – и еще чего-то едкого, химического, от чего щипало в носу.
Прямо перед нами раскинулась целая улица – если это слово применимо к подземной «берлоге». Справа торговали подозрительного вида амулетами, разложив их на перевернутом ящике. Слева из-за брезентового полога доносился мерный стук ткацкого станка. Чуть дальше двое мужчин в кожаных фартуках колдовали над большой железной печью, от которой валил пар.
– Ничего себе, – изумилась я.
– Ага, серьезно к делу подошли, – в голосе Дастина слышалась гордость.
Да уж. Склады, мастерские, люди, которые не просто прятались, а явно готовились. К чему? К восстанию? К обороне? И где во всем этом мое место?
Казалось, никому не было до нас дела. Максимум косились, но как-то мельком, без особого интереса. Однако я засекла неприметных мужчин, стоявших у каждой более-менее важной развилки. Охрана. Без знаков отличия, но взгляды у них были цепкие, оценивающие. Чужака сюда не пустили бы. Нас – почему-то пустили.
– Как ты их нашел? – спросила я практически шепотом.
– Деньги, – ответил Дастин так же тихо. – Они, знаешь ли, творят чудеса, если подмазать нужных людей. Правда, еле хватило. Зато я сумел связаться с Луцианом, а потом и встретиться с ним.
Деньги?.. Те самые, что выдали «в обмен» на меня? Он потратил их не на то, чтобы сбежать из столицы куда-нибудь на южное побережье. А на то, чтобы найти заговорщиков. Чтобы вытащить меня.
Вот только разлука с Рейнаром ощущалась как потеря, а не как освобождение Мне все еще хотелось стукнуть «братца», но теперь рука у меня точно не поднимется.
– Я не собирался тебя продавать, – выпалил он, заметив мое выражение лица. – Ни за какие деньги. Мне не нужна жизнь на берегу моря, если у тебя этой жизни не будет.
– Все изменилось, – произнесла я глухо. – Ни о каком домике у моря нынче речи не идет.
– Как скажешь В любом случае я тебя во всем поддержу. Что бы ты ни решила.
Я не нашлась, что ответить.
Охранник – молодой парень с татуировкой на скуле – адресовал нам долгий выразительный взгляд.
– Зря стоим столбом, – вывела я. – Пора к твоему Луциану.
Дастин повернул к лестнице, ведущей наверх, на платформу. Ступени ходили ходуном под ногами, перила шатались, но народ вокруг передвигался по ним совершенно спокойно, видимо, привык.
Платформа вильнула в стену, превратившись в широкий, устланный досками, коридор. По бокам – двери, за которыми слышались голоса, стук, иногда смех.
– Что ему от меня нужно? – осторожно поинтересовалась я. – И как мне с ним себя вести?
– Луциан не из тех, кто раскрывает мотивы первому встречному. – Дастин покачал головой. – Но ты ему интересна, поскольку являешься дочерью Адрианы Эверли, которая создала ту штуку, что Грейсон хотел украсть. А как себя вести – сама решай. Ты в этом поумнее меня.
«Поумнее» – вряд ли. Раз уж я вляпалась в подобную историю.
Коридор кончился, и мы вышли на площадку, где было тише и пустыннее. Пахло иначе – не капустой и химией, а деревом и воском. На стенах вместо факелов или масляных ламп висели магические светильники в аккуратных медных держателях.
Нам преградили дорогу. Двое. Не охранники из тех, неприметных, а настоящие бойцы – широкоплечие, с короткими дубинками на поясах и сосредоточенными лицами.
– Луциан тебя не ждет, – сказал один из них Дастину, окинув его въедливым взором.
– Зато он ждет Кловер. – Тот мотнул головой в мою сторону. – С которой хотел поговорить.
Боец что-то прикинул и решил:
– Пусть идет. А ты останешься здесь.
Дастин открыл рот, чтобы возразить, но я тронула его за рукав.
– Схожу одна. – Он протестующе скрестил руки на хилой груди, но я добавила жестче: – Не надо создавать новых проблем. Старых и так хватает.
– Ладно – Он поджал губы. – Я подожду тебя.
– Налево за угол и прямо до двери в конце, – боец указал подбородком, – постучишь.
Я пошла дальше, разглядывая стены. За левым углом было почти уютно – доски на полу пригнаны плотно, без щелей, светильники переливчато сияли. Где-то за одной из дверей приглушенно играла музыка – заунывная, грустная.
Интересно, какой человек этот Луциан? Сомневаюсь, что отпетый злодей. Меня доставили к Дастину, дали прийти в себя, не связали, не заперли. Если бы хотели просто использовать – поступили бы иначе. Но это не повод обнадеживаться. Вероятно, все сложнее. Надо держать ухо востро.
Я коснулась сумки на поясе. Тепло отозвалось мгновенно, будто катализатор ждал моего прикосновения. Пока он при мне – у меня есть козырь. Или бомба. Зависит от того, с какой стороны посмотреть.
Дверь была уже близко, когда из-за угла вышел мужчина. Худощавый, в темной одежде, с острыми скулами и впалыми щеками. Я узнала его сразу – по фигуре, по манере держаться, по глазам. Один из тех магов, что ворвались в замок. Тот самый, что был у них за главного и командовал! В памяти вспыхнула картина: лезвие у горла Элизы, ее побелевшее лицо, тонкая струйка крови.
Он шел быстро, торопился куда-то и попытался меня обойти. Я шагнула ему наперерез, загораживая проход. Маг застыл и осведомился своим сиплым голосом:
– Чего тебе?
– Вы всегда так «спасаете» людей? – процедила я, чувствуя, как во мне закипает злость. – С клинком у горла?
– Ничего личного, – ровно отозвался он. – Нам поручили миссию. Цель достигнута, ты цела и невредима. Какие претензии?
Я не верила своим ушам.
– А та беззащитная девушка, служанка? Вы бы ее убили, не согласись я обменяться?
– Возможно. – Маг пожал плечами – равнодушно, будто речь шла о погоде. – Но не убили же.
Ладони зачесались, и я порадовалась, что моя магия – растительная, а не огненная, иначе от этого типа уже осталась бы горсть пепла.
– Из-за тебя мы лишились одного мага, – припечатал он, впервые хоть с какой-то эмоцией. – Надеюсь, оно того стоило и от тебя будет толк.
Я уставилась на него, не находя слов. В его глазах не было ни злобы, ни насмешки – только усталый расчет. Он «всего лишь» выполнял задание. Очевидно, люди для него – разменная монета. И я тоже. Просто монета покрупнее.
Маг обошел меня и исчез за поворотом. Я перевела дыхание. Стиснула зубы до скрипа. Подошла к двери и постучала.
– Войдите, – донеслось изнутри скрипуче, но распевно.
Я толкнула дверь. Кабинет оказался маленьким, обставленным с намеком на уют. Тяжелый письменный стол из темного дерева, два кресла с высокими спинками, на стенах – полки с книгами и какими-то приборами из стекла и металла. Под потолком горело несколько магических светильников.
За столом, заваленным листами бумаги и свитками, сидел мужчина. Лет пятидесяти, лысый, румяный, с мягкими чертами лица, в белой, расшитой золотом мантии, какие носят именитые маги. Правда, он был запахнут на манер халата. Глаза у него были блеклые, водянистые, но смотрели цепко.
Я переминалась на пороге. Почему-то ожидала увидеть кого-то другого – более внушительного, более опасного. А этот походил на провинциального учителя, который всю жизнь просидел в библиотеке и редко высовывал из нее нос. И передо мной глава заговорщиков?..
– Проходи, садись, – он указал пухлой рукой на кресло напротив своего письменного стола.
Я прошла и села. Кресло оказалось неожиданно удобным.
– Вопросов у тебя, наверное, много, – вкрадчиво сказал Луциан, складывая пальцы домиком.
– Зачем вы меня похитили? – спросила я без предисловий. – Что вам от меня надо?
Он улыбнулся – одними уголками губ.
– Похитили – громко сказано. Твой брат пришел ко мне, убедил, что ты нуждаешься в спасении от дракона. К тому же, согласись Твое место здесь, в Нижнем городе.
– Дастин мне не брат, – отрезала я, чтобы хоть чему-то возразить.
– Верно. – Луциан кивнул, не меняя расслабленной позы. – Ты не Ригз. Ты Эверли. Дочь моей дорогой Адрианы.
У меня внутри похолодело.
– Вашей дорогой? – переспросила я осторожно. – Кем вы ей приходились?
– Я был ее наставником. В академии.
Наставник. Значит, у этого человека был доступ к лаборатории Адрианы. И к стазису, который мы с Рейнаром нашли ослабленным.
Я заставила себя ни мускулом не дрогнуть. Не спрашивать. Не выдавать, что мы там были. Меньше болтать, больше слушать – вот мой план.
От собеседника, кажется, не укрылись мои намерения – водянистые глаза насмешливо блеснули.
– Давай знакомиться по-человечески, – миролюбиво предложил он. – Луциан Эймос. Потомственный светлый маг, ученый, бывший глава академии. Пост оставил десять лет назад.
– Кловер, – буркнула я.
Он улыбнулся – на этот раз шире, и улыбка вышла почти теплой.
– Лирея.
Я непонимающе нахмурилась.
Глава 3
