Страница 3 из 7
«Лирея»
Я повторила это имя про себя. Вычурное, странное, совершенно не подходящее для девчонки, которая сбегала из приюта, бродяжничала в трущобах и воровала яблоки на рынке. Оно звучало так же уместно, как диадема на голове у бродячей собаки.
Может, Луциан его выдумал? Взял с потолка. Красивое имя для красивой легенды. Любой может подойти и сказать: на самом деле ты Розалинда или Гортензия. И что? Кто подтвердит-то?
Я впилась ногтями в подлокотники кресла – дерево было старым, чуть шершавым. Этот осязаемый контакт с кусочком своей стихии помог: немного совладала с собой.
– Понимаю. – Луциан склонил голову набок, водянистые глаза блеснули чем-то похожим на сочувствие. – Ты отвыкла от своего имени, Лира.
Сокращенное имя упало в тишину кабинета, как камень в глубокий колодец. И оттуда, из темноты, донеслось эхо – слабое, далекое, но такое настоящее, что на глазах защипало. «Ли-ра» Я мысленно протянула его по слогам, пробуя на вкус. Оно было чужим и вместе с тем удивительно родным, будто я всегда его знала, просто забыла. Где-то под ложечкой защипало – не больно, а странно-сладко, как бывает, когда находишь нечто давно потерянное.
– Вы – Голос предательски сел, пришлось откашляться. – Вы мой отец?
Луциан так поперхнулся воздухом, что я растеряла половину подозрений.
– О, нет-нет. – Он замахал руками, отчего широкая мантия взметнулась. – Меня с Адрианой объединяла исключительно любовь к магии и исследованиям. Чисто платонический союз умов.
Надо же, как испугался! Видимо, перспектива оказаться моим папашей страшила его сильнее, чем любая заварушка с Советом.
– То есть она была вам как дочь? – спросила я с неприкрытой иронией.
– Кхм. – Луциан поправил воротник мантии. – Разница в возрасте у нас всего двенадцать лет. И я не могу даже сказать, что Адриана была мне как младшая сестра. Наши отношения нельзя назвать близкими в общечеловеческом смысле. Я любил ее гений. Целеустремленность. Умение видеть магию там, где другие видели только формулы.
Он говорил это с жаром, столь явно наслаждаясь воспоминаниями, что я поверила: да, для него она была именно такой – ходячей магией, гениальной абстракцией. Живая женщина с ее сомнениями, желаниями, ошибками оставалась где-то за скобками.
– Значит, вы не в курсе, кто мой отец, – сделала я вывод.
– Не замечал, чтобы Адриану вообще интересовало что-то, кроме магической науки. Кавалеры вокруг нее, конечно, вились. Молодая, красивая, талантливая. Но она на них смотрела как на мебель.
– Тогда где она взяла меня? Наколдовала, что ли?
– Адриана эту тему не обсуждала, а я не лез. В конце концов, не мое дело.
Логично. И честно. Не то чтобы это приближало меня к разгадке, но он хоть не вешает мне лапшу про то, что был душевным другом моей матери.
– Откуда вы знаете, кто я и как меня зовут, если Адриана скрывала ребенка?
Луциан откинулся в кресле. На его лицо легла тень – светильники горели ровно, но мне показалось, что в кабинете вдруг стало сумрачнее.
– Я видел тебя несколько раз совсем малышкой. – Он помолчал, собираясь с мыслями. Взял со стола перо, повертел в пальцах, отложил. – Беременность стала сюрпризом для Адрианы. Время было крайне неподходящее, ее как раз избрали в Совет. Она не могла позволить себе уязвимость. Носила платья, которые скрывали положение. Потом, когда это стало слишком заметно, применяла иллюзорные заклинания. Я помогал ей с ними. Последний месяц она провела в отъезде, якобы по делам академии. Родила тебя тайно.
Перо в его пальцах хрустнуло. Луциан с досадой отложил обломок в сторону.
– Тогда, выходит, я не Эверли. Меня как бы и не существует.
– Ты Эверли по праву рождения. Это легко будет доказать. Кровь никогда не врет.
Кровь-то не врет, а вот насчет него я бы не поручилась!
– Я не жила вместе с матерью?
– Жила. В милом домике Верхнего города, где она учила тебя магии. Но ты считалась дочерью служанки, которой, как полагала Адриана, можно доверять.
– Моя мать в этом ошиблась?..
– Такой информации у меня нет. Знаю лишь, что эта женщина отправилась вместе с Адрианой и тобой в Нижний город, погибнув.
Тишина в кабинете сгустилась. Я слышала, как где-то далеко, за толщей земли и камня, капает вода. Кап. Кап. Кап. Будто время отсчитывает последние мгновения перед чем-то неизбежным.
– Зачем ей было брать нас с собой туда, где восстание, беспорядки, где вот-вот все полыхнет?
– Адриана собиралась раз и навсегда объединить столицу. – Взгляд водянистых глаз стал острым, пронзительным. – Она боялась за вас, потому и взяла с собой. Считала, что от жителей Нижнего города вам опасность не грозит. А вот от советников, которые решили помешать ей самым кардинальным образом
Он замолчал. Я тоже молчала, переваривая услышанное. В груди разрастался холод – не тот, что бывает от страха, а другой, глубокий, как подземная река.
– И в чем же состоял ее план? – спросила я, когда смогла говорить.
– Тогда подполье было довольно сильно. При официальной поддержке советницы оно могло добиться успеха. – Луциан вздохнул тяжело, с надрывом. – Но Совет нанес удар первым. Устранил и Адриану, и многих ее сторонников. Она совершила недопустимую ошибку – решила, что может всех защитить без своего творения. Не хотела использовать катализатор как оружие. И проиграла.
Вот мы и добрались до главного! Я постаралась, чтобы лицо осталось непроницаемым, но внутри все сжалось. Катализатор. Конечно, разговор зашел о нем. Это должно было случиться.
– Мне жаль, – продолжил Луциан как ни в чем не бывало, – что я не допускал мысли о твоем выживании. Столько лет считал, что ты погибла вместе с ней. Но Грейсон
Я навострила уши. Подобралась, как перед прыжком.
– Грейсон, с которым объединилось новое подполье, получил доступ к этой информации. Был знаком с тобой, сопоставил факты. Твой возраст и дар, то, что ты приемная дочь Ригзов
– И ничего не сказал вам?
– Нет. Решил действовать сам. Выкрасть сферу у Скайренов и избавиться от тебя. – Луциан поморщился, словно от зубной боли. – Когда твой брат связался со мной и рассказал о задании Грейсона, я понял, кто ты такая. Согласился спасти тебя от дракона.
Очень хотелось высказать все, что я думаю об этом «спасении»! О том, как меня вытаскивали из замка силой. О том, что при этом пострадали невинные люди у стены. О том, что глава подполья и пальцем не пошевелил бы, не будь во мне заинтересован. Но я сдержалась.
– Грейсон – главный бандит Нижнего города, – сказала вместо этого. – С таким связываться себе дороже. Я бы не стала иметь с ним дел, если бы не
– Если бы не Дастин, – закончил Луциан. – Он рассказал мне о своем обмане. Очень сожалеет. Неплохой юноша, просто неосмотрительный и порывистый. А Грейсон Да, его методы ужасны. Из-за своей выходки он утратил наше доверие и отстранен от ряда дел.
– Погодите. – Я выпрямилась в кресле. – От ряда дел? Вы все еще работаете с ним?!
– Без его ресурсов нам не обойтись. – Луциан развел руками с таким видом, будто это само собой разумеется. – Пришлым магам нужно где-то жить, что-то есть, добывать компоненты для артефактов. Грейсон контролирует половину Нижнего города.
Вот как. На войне все средства хороши! И союзники тоже. Даже от которых тошнит.
– Пришлые маги, – повторила я, молясь, как бы не стошнило меня. – Они из академии?
– В том числе. Много кто недоволен правлением Совета. Последние годы они совсем обнаглели.
– Моя мать боролась с ними еще пятнадцать лет назад! Где вы были?
– Адриана была прозорливее нас. – Луциан вздохнул, и в этом вздохе было что-то очень человеческое – усталость пополам с виной. – Мы тогда не считали ситуацию столь патовой. А потом убедились: советники добиваются полной власти. Недавно вынесли на голосование вопрос о том, чтобы они правили бессрочно.
Как короли?! Это «расширение полномочий» и обсуждали Рейнар с Эридором!
– Тут дело не только в трех людях в мантиях, – припечатала я, помня, как дракон говорил, что нельзя взять и откусить им головы – начнется резня, и первыми погибнут те, кого мы пытаемся защитить.
– Верно, у Совета немало сторонников. И они понимают лишь силу.
– Эту силу вы надеетесь получить с помощью катализатора? – спросила я прямо.
Луциан воззрился на меня внимательно. Очень внимательно. От этого взгляда по спине пробежал холодок дурного предчувствия.
– Он же у тебя с собой, – сказал негромко глава подполья. – Я ощущаю его энергию. Приглушенную, но вполне отчетливо.
Я вскочила с кресла так рьяно, что оно отъехало назад.
– Только попробуйте отобрать, – выпалила я, а ладонь сама собой легла на сумку. – Заберете разве что с моего трупа.
Луциан даже не шелохнулся. Сидел, сложив руки на столе, и смотрел на меня с неопределимыми эмоциями – то ли с сожалением, то ли с одобрением.
– Если бы я хотел его забрать, – произнес он спокойно, – мои маги сделали бы это, когда ты была без сознания.
А ведь правда. Они же могли. Обыскать, отнять Но они знали. Знали, что катализатор у меня! Потому и сказали Атмунду, что уже получили то, за чем пришли.
– Катализатору лучше быть у тебя. Сядь, – Луциан указал пухлой рукой на кресло, – не мельтеши.
Я не села, но чуть расслабилась. Руку с сумки, впрочем, не убрала.
– С тобой он впадает в «спящее состояние», – пояснил бывший наставник моей матери. – Чувствует родную энергию создательницы. В твоих руках он стабилен. В чужих может начать вести себя непредсказуемо. Мы пока что не знаем всех его свойств, а рисковать не хотим.
– Что значит «пока что»? – цепко спросила я.
– Я создал устройство, которое с помощью катализатора способно стать оружием. Но я не имел дела с реальным прототипом. Лишь знаю разработки Адрианы и изучал ее лабораторию.
Так и думала! Это он снял стазис. Ослабил защиту, которую мы с Рейнаром застали. И если Луциан узнает, что мы там были Непременно этим заинтересуется.
Выдохнув, я все-таки села. Кресло жалобно скрипнуло.
– Мы должны проверить устройство перед запуском, – продолжил он. – Но время не на нашей стороне. Нижний город осажден. Если мы не дадим отпор в ближайшее время, жители начнут устраивать беспорядки. Сама понимаешь, до чего это доведет.
Голодные замерзшие люди – гремучая смесь. Я представила темные улицы, перевернутые телеги, костры из мебели посреди мостовой, и по спине пробежал озноб.
– Адриана хотела использовать свое творение как источник энергии, – возразила я тихо. – А не как оружие.
– Если бы она использовала его, то осталась бы жива, – жестко ответил Луциан. – Возможно, мы бы сейчас жили в другом мире. Она сделала неверный выбор.
Спорить вроде как было не с чем. И все же царапало сомнение.
– Почему катализатор у тебя? – осведомился он. – Странно, что дракон не вернул его в хранилище.
– Скайрены не хотели отдавать его Совету. – Я решила говорить полуправду. – Кража их устроила. По сути, я была новым футляром для катализатора в замке.
– Что лорд планировал делать дальше? Вечно у тебя его хранить?
Выдавать намерение Рейнара уничтожить катализатор я не собиралась. Плохое это было намерение или хорошее – неважно!
– Он не посвящал меня в свои планы. Сказал только, что катализатор побудет у меня. И что мы поженимся, раз помолвка объявлена.
– Ну мало ли, что объявлена. Свадьба не к спеху. – Луциан подозрительно сощурился. – Вероятно, он просто хотел связать тебя с собой. Чтобы ты точно никуда не делась.
Я не думала об этом в таком ключе. А теперь подумала Мысль оказалась липкой и неприятной.
– Ладно, ты устала. Знай, я не ограничиваю твое передвижение внутри подполья. Можешь быть с братом, если пожелаешь. Никто тебя не тронет. И я очень надеюсь на наше сотрудничество.
Последние слова были сказаны таким тоном, что я отчетливо уловила: выбора у меня, в общем-то, и нет. «Либо ты с нами, либо»
– Я все поняла.
– Отдыхай, осваивайся. – Мне досталась новая миролюбивая улыбка. – Завтра займемся катализатором.
Выйдя в коридор, я прикрыла за собой дверь. В голове был полный кавардак. Имя, катализатор, Луциан – все смешалось в кучу.
Я пошла туда, где остался Дастин. Не успела сделать и десяти шагов, как ближайшая дверь распахнулась и навстречу вышел Грейсон. Небритый, коренастый, с бульдожьей мордой и маленькими злыми глазами. Сердце ухнуло в пятки, но я заставила себя стоять прямо. Не показывать страха. Рука непроизвольно сжалась в кулак, другая прижала к боку сумку с катализатором.
– Какая встреча, – обронил он, словно не сам меня подкараулил. Не бывает таких совпадений!
– Мерзавец, – выдохнула я. Голос не дрогнул, и на том спасибо.
– Это ни для кого не новость, – ничуть не обиделся Грейсон.
– Если ты сделаешь ко мне еще шаг, – предупредила я, – то я буду кричать.
– Успокойся. – Губы Грейсона растянулись в ухмылке. – Я тебя недооценил, признаю. Ты оказалась сильным игроком. Так что добро пожаловать.
Меня затрясло. Этот человек пытался убить меня и Дастина! Сжег наш дом, все, что у нас было. А стоит и лыбится, будто мы всего-то поссорились на ярмарке.
– Я поплатился за свою ошибку, – сказал он, не переставая ухмыляться. – Потерял позиции. Людей.
– Бедненький! – Я вспомнила тех людей на складе и то, что они собирались со мной сделать. Желудок сжался в тошнотворном спазме. – Катись ты
– Злюка. – Грейсон сунул руку в карман и вытащил свернутую в трубочку газету. Протянул мне. – Держи, тебе будет интересно.
Я не хотела брать, но почему-то взяла. Он удовлетворенно хмыкнул и скрылся за дверью, из которой вышел. Я развернула газету. Это был свежий номер «Вестника столицы» – официальной королевской газеты, которую печатали для Верхнего города. На первой полосе, прямо под шапкой, красовался заголовок, набранный крупными буквами:
«ПОХИЩЕНИЕ ИСТИННОЙ ПАРЫ ДРАКОНЬЕГО РОДА: СКАЙРЕНЫ ГОТОВЯТ ОТВЕТ»
А ниже – нормальным шрифтом, но тоже жирно:
«Сегодня утром группа заговорщиков из Нижнего города совершила дерзкое нападение на замок драконьего рода Скайрен, защитников королевства. Целью преступников была невеста лорда Рейнара Скайрена, его истинная пара Кловер Ригз. Девушка похищена в преддверии свадьбы. Подобное покушение на продолжение драконьего рода будет иметь самые серьезные последствия. Скайрены оставляют за собой право на любые ответные действия, включая применение силы».
