Охотник с Земли
Алексей Губарев
Серьёзное ранение, инвалидная коляска, и доживать в одиночестве… Наши медики лишь развели руками – "извини, но ходить ты не сможешь".
А вот пришельцы посчитали иначе, и предложили контракт.
Меня поставят на ноги, а взамен я должен честно отслужить на засекреченном объекте, в должности охотника.
Кто ж знал, что объект – это целая планета, и охотиться мне предстоит на очень непростых зверей. А ещё этот смертоносный патоген "мерцание", от которого у большинства плавятся мозги и возникают неконтролируемые мутации. И я, похоже, уже заражён…
Алексей Губарев
Охотник с Земли
Глава 1. В которой герой пытается спастись и принимает важные решения
– Внештатная ситуация, аварийная посадка. Частичная разгерметизация реактора. Необходимо немедленно покинуть корабль.
Секунда тишины, и по-новой:
– Внештатная ситуация, аварийная посадка. Частичная разгерметизация реактора. Необходимо немедленно покинуть корабль.
В какой-то момент я наконец осознал, что мне пытаются сказать, однако вместо понимания в голове возникло сразу несколько вопросов. Чтобы ответить на часть из них, открыл глаза, и упёрся взглядом в полупрозрачное голубоватое стекло, за которым, на расстоянии двух метров, виднелся серый потолок, периодически озаряемый красным светом аварийных ламп.
– Внештатная ситуация, аварийная посадка. Частичная разгерметизация реактора. Необходимо немедленно покинуть корабль.
– Да перестань ты уже повторяться, говорилка! – разозлился я. – Лучше подскажи, что нужно сделать, чтобы выбраться из этого стеклянного гроба?
– Криокапсула длительного анабиоза открывается четырьмя способами. Внешним приказом члена экипажа. Прямым приказом через искусственный помощник, имплантированный в организм носителя, и взаимодействующий напрямую с нервной системой. Автоматически, если имеется прямая угроза жизни пациента. Рядовой охотник Снайп, твоя капсула повреждена. Единственный шанс освободиться – аварийное вскрытие. Необходимо поджать колени к груди, и изнутри надавить на крышку обеими ногами.
Конечно же я выполнил озвученные инструкции, параллельно обратив внимание на массивный углепластиковый наруч, охватывающий моё левое предплечье от запястья до локтя. Так, разглядывать странный девайс будем позже, а сейчас следует выбраться наружу.
Инструкции то я выполнил, вот только нужного результата не достиг. Ноги хоть и слушались, но оказались настолько слабыми, что мне едва удалось подтянуть колени к груди. А уж упереться ими в прозрачную крышку моего узилища с достаточной силой я вовсе не смог – сил не хватало. Что ж, попробуем сделать то же самое руками.
Толчок. Ещё один. И ещё. Затем перешёл на удары. Открытыми ладонями, кулаками – всё бесполезно. Так, стоп! Снайп, отставить паниковать. Сказано же – упираться ногами. Так может стоит давить на нижнюю часть крышки?
Ворочаясь, словно червяк в колбе, я сполз по капсуле вниз, насколько это было возможно, и уперся руками в крышку. Толчок. Есть! Сработало! Раздался щелчок, и прозрачная преграда быстро начала подниматься, откидываясь вверх. Готово! Вот только что дальше?
Усевшись, я осмотрелся. Вытянутое помещение, больше похожее на коридор, вдоль стен которого располагалось с полсотни капсул, подобных моей. Вот только открытой была лишь одна – со мной внутри. Остальные перемигивались красными индикаторами, а откуда-то с потолка продолжал бубнить монотонный автоматический голос:
– Внештатная ситуация, аварийная посадка. Частичная разгерметизация реактора. Необходимо немедленно покинуть корабль.
Хреновое словосочетание – разгерметизация реактора. Попахивает серьезными проблемами. Да и остальные слова как-то не настраивают на позитив.
– Эй, говорилка! – произнес я, и поморщился – сейчас стало ясно, насколько слаб мой голос. Да и плевать, главное, чтобы меня услышали. – Куда идти, и что делать?
– Двигайтесь в направлении красной стрелки на полу. – раздалось в ответ. – В следующем отсеке расположены ячейки с комплектом экипировки и оружия. Вода, пищевые рационы, ампулы с антидотом, броня, и кинетическая винтовка – всё адаптировано для выживания на Антимате, планете закрытого типа с красным индексом опасности. Активация личного искина произойдет в ближайшие двадцать пять минут.
– Ни черта непонятно, но очень интересно. – пробормотал я, с трудом переваливаясь через борт капсулы. Ладно, сейчас главное – добраться до ячейки, а там будет видно. Хотя… Надо будет попробовать вскрыть другие капсулы, ставшие невольными узилищами для остальных пассажиров. Вдруг еще кто-то выжил.
Именно в этот момент мой мозг окончательно пришёл в себя, и вспомнил всё, что произошло со мной накануне, в том числе и как я попал в эту чертову капсулу…
За две недели до описываемых событий.
Скрип колеса. Для меня это не слова из песни, а суровая действительность. Жаль, придётся отложить запланированную на сегодня прогулку. А если всё совсем плохо, и скрип – предвестник серьёзной поломки, то застряну в четырёх стенах надолго.
Пока сотрудники социальной службы доставят коляску в ремонт, пока найдут замену… Ладно, чего горевать, сейчас доберусь до коробки с инструментами, и всё узнаю. Скорее всего достаточно будет смазать внутренности ступицы.
Я проехал с кухни в коридор, морщась от неприятного поскрипывания, остановился возле открытого навечно шкафа – дверку сам снял, для удобства, и даже потянулся за увесистой коробкой, заполненной инструментами первой необходимости, когда заиграла мелодия домофона. Бросив взгляд на часы, нахмурился. Семь тридцать – рановато для Надежды Васильевны, которая заглядывает по утрам, проверить – как там её подопечный.
Говорят, что раньше инвалиды видели сотрудников соцслужб раза два в месяц. Но сейчас, в середине двадцать первого столетия, меня ежедневно навещали аж двое – утром и вечером. Забота государства – она такая, стабильная и беспощадная. Вздумай я дважды подряд не впустить соцработника, и в третий раз он придёт с участковым, который долго и вдумчиво будет мне объяснять, почему я не прав.
Так что я, уже с коробкой на коленях, ругаясь про себя на столь раннего визитёра, покатил к входной двери. Снял трубку домофона, и коротко произнёс:
– Слушаю.
– Хренушаю! – прозвучало в ответ жизнерадостно. – Снайп, открывай давай, а то уйду.
– Входи. – проворчал я, скрывая эмоции – радость, смешанную с грустью о былом. Сегодня меня посетил мой старый армейский друг, с которым мы много лет прослужили в штурмовиках… Странно, что он смог приехать посреди недели. По времени товарищ должен сейчас топать на нелюбимый завод, причем в соседнем городе. Неужели уволился, и решил навестить меня, прежде чем подписать очередной контракт с нашей доблестной? Так вроде ж у нас уже несколько месяцев, как приостановились все боевые действия. Причем кардинально, и скорее всего навсегда.
Нет, люди не стали вдруг добрыми и понимающими. Просто на высокой орбите Земли с недавнего времени появилось несколько боевых кораблей, принадлежащих межгалактической корпорации.
Вторжением это нельзя было назвать. Скорее нам дали понять, что на Землю обратило внимание Содружество Миров, и теперь мы будем подчиняться новым законам. Один из них гласил – боевые действия на поверхности недопустимы. Так что все горячие точки, все конфликты на границах были временно приостановлены.
А с теми, кто продолжил использовать силовые методы, случалось всякое. До меня доходили слухи, что при очередном конфликте стало происходить нечто, после чего исчезало много народа. Первыми – бойцы, участвующие в короткой перестрелке. Затем их командиры, офицеры штабов, разрабатывающие операцию, и в конце – политики, под видом вооружённого столкновения продавливающие свои проекты влияния на противника.
Услышав шаги на лестничной площадке, я, не глядя в глазок, открыл дверь. И тут же попал в объятия здоровенного широкоплечего бугая, со всклокоченной чёрной бородой и налысо выбритой головой. Тот, не церемонясь, сгрёб меня вместе с креслом, и потащил на кухню, приговаривая:
– Здарова, дружище! Всего два с половиной месяца тебя не видел, а ты совсем отощал! Ничего, сейчас буду тебя салом и водкой откармливать. Дня три у нас имеется.
***
– Договор на четыре года, с возможным последующим продлением. Через три года хорошей службы автоматом получу гражданство Содружества Миров. Пенсион, конечно, не выслужу, но я и не собираюсь по их галактике шариться. Вернусь домой, найду себе какую-нибудь вдовушку помоложе, и буду на даче да на рыбалке пропадать целыми днями, не беспокоясь о завтрашнем дне. Каков план, а? Ну скажи же, хорошо придумано.
– А что за работа хоть? – поинтересовался я. – Неужто в этом СМ войны идут? А как же жизнь человека священна и всё такое? Я смотрел передачу по ТВ.
– Да какое там. – отмахнулся Батыр – такой позывной был у моего друга, а по имени мы уже лет десять как не обращались друг к другу. – На объекте, охранником. Войны в Содружестве может и нет, а вот преступников и браконьеров хватает. Нас вроде на какую-то секретную планету набирают. Отбор, скажу я тебе, необычный, из сотни человек пять только проходит. На здоровье и физическую форму вообще не смотрят. Требуются лишь специфические навыки, психологическая устойчивость, и врожденный иммунитет к какому-то патогену. Ты ж знаешь, я в этих химиях с биологиями не силён. И что самое главное, особенно для меня – наше государство одобряет вот такие контракты.
– Слушай, ну рад за тебя. Помню, как ты ругался, когда на завод только устроился. Не твоё это.
– Снайп, ты что ли и не понял, куда я клоню? – нахмурился товарищ. – Нет, ну точно. Внимательно меня слушал? Я же говорю, берут всех, даже тех, кто при смерти. Да ты посмотри на него, совсем не вдупляет. Хорошо, зайдём с другой стороны. На ноги встать хочешь?
– Так они меня и поставят, ага. – усмехнулся я. – Наверное за лечение запросят столько, что за всю жизнь не рассчитаюсь, и ещё дети должны останутся.
– Не поверишь, но судя по технологиям, для них восстановить твои конечности, что у нас сходить на прием к терапевту. К тому же, как я понял, эта корпорация как раз специализируется на производстве лекарственных препаратов. И самое главное – я ж не рассказал про зарплату. В общем, корпорация платит выше среднего по Содружеству Миров. Плюс боевые. Скажи, когда мы зарабатывали у нас выше среднего? Если б было так, то нас бы тут не было. Сидели б где-нибудь в шезлонгах, на берегу моря, и неспешно потягивали холодное пиво.
– Слушай, если у них такая продвинутая медицина, может получится как-то договориться без контракта? – предположил я, а сам уже почувствовал, как в груди появилась непривычная лёгкость – верный признак сильного волнения.
– Ты что, совсем интернет не серфишь? – друг нахмурился, глядя на меня из-под густых бровей. – Корпорация не помогает посторонним, только своим сотрудникам. Да и что ты им хочешь предложить в обмен на лечение? Квартиру? Так она им не упёрлась никуда. А вот если у тебя эта самая хренова устойчивость, то всё, ты считай вытащил с колоды джокера.
– Меня вот что ещё интересует. – я наклонился вперёд. – Что происходит с теми, кто не прошёл отбор?
– Да ничего. Возвращаются домой, и продолжают жить, как раньше. Я ж так и узнал. Сидели на прошлой неделе со знакомым, в одной смене работаем. Ну, я ему и говорю – достал этот завод, вместе с начальством, хоть бросай всё, и в лес. Тогда то он и посоветовал мне сходить в представительство. Знакомый, оказывается, когда в отпуске был, ходил к ним, но его забраковали. Получается, месяц прошёл, а мужик живой, на здоровье не жалуется.
– Ладно, уговорил. Как связаться с этой корпорацией? – наконец сдался я.
– Ха! Вот это совсем другой разговор! Сейчас освободим тару, – Батыр ловким движением большого пальца свинтил пробку с бутылки. – И прокатимся до офиса. Думаю, часа за два успеем всё сделать.
***
Офисов у пришельцев было несколько. И это на территории небольшого, медленно увядающего городка. Разумеется, мы направились в ближайший – как выяснилось, у Батыра на КПК имелась карта с адресами. И когда его машина остановилась возле стоящего особняком небольшого торгового центра, я про себя хмыкнул – надо же, какие бедные космические пришельцы, смогли снять всего лишь павильон в помещении.
Ошибся. Пришельцы арендовали всё здание, оба этажа. И переоборудовали его полностью. Заметно это стало по дверям, к которым Батыр подкатил нещадно скрипящую коляску. Вместо обычных раздвижных створок путь нам преградила серая бронедверь.
– Цель визита, охранник Батыр? – раздался откуда-то сверху приятный женский голос.
– Привез товарища. – ответил друг. – Он хочет заключить контракт с корпорацией.
– Входите.
Дверь скользнула в сторону, и мы очутились в небольшом ярко освещённом помещении. Вдоль стен удобные кресла, справа ещё один проход, в котором сейчас стояла здоровенная фигура, закованная в футуристического вида тёмно-серую, почти черную броню. Нечто похожее мне доводилось видеть, на одной из выставок ВКС, но там был прототип, а сейчас передо мной находился боец в высокотехнологичном серийном доспехе. Лишь голова его была не покрыта, так как он держал черный, с синим забралом шлем на сгибе руки.
Инопланетный боец окинул нас хмурым взглядом, после чего обратился ко мне на чистом русском:
– Сам передвигаться сможешь?
– Только по ровной поверхности. – спокойно ответил я.
– Да мне не сложно помочь. – начал было мой друг, но его тут же прервали:
– Запрещено. Охранник Батыр, оставайтесь в комнате ожидания.
Дальше мне пришлось поработать руками, слушая все усиливающийся скрип, и молясь, чтобы колесо продержалось столько, сколько нужно. Хорошо, что ехать пришлось недалеко.
Короткий коридор, затем дезинфекционная комната, где меня обдуло горячим воздухом, пахнущим химией. А после лаборатория, в которую боец уже не пошёл, оставшись снаружи. Зато меня встретили две миловидные девушки, которые ловко помогли избавиться от одежды, за исключением белья и, подхватив неожиданно сильными руками, буквально перенесли меня в здоровенную капсулу-саркофаг, похожий на те, что показывают в фантастических фильмах.
– Сейчас вам поставят небольшую инъекцию искусственного патогена, чтобы узнать, пригодны ли вы к службе. – сообщила одна из лаборанток. – Если сопротивление вашего организма превысит необходимый минимум, то вас опросят, а после предложат типовой контракт с несколькими специальностями на выбор. Если же вы не подходите нам, то охрана вернет вас обратно в комнату ожидания. А сейчас постарайтесь расслабиться.
– И получить удовольствие. – машинально добавил я. – Чего уж, колите вашу инъекцию.
Ожидал, что в капсуле, под стеклянной прозрачной крышкой, придется пролежать около часа. Однако вся процедура заняла всего две минуты. Три укола, затем сканирующее устройство пробежалось по моему телу миллионом мелких электрических иголок, и на этом всё. Крышка откинулась в сторону, и я встретился взглядом с одной из лаборанток.
– Поздравляем, вы нам подходите. – сообщила мне девушка, улыбаясь, словно это она только что получила шанс вернуть себе здоровье. – Сейчас можете передать на словах своему товарищу, что вынуждено задержитесь в представительстве на несколько часов. На восстановление повреждений, что были обнаружены у вас, потребуется некоторое время. Зато покинуть нас сможете на своих двоих. Так что пусть ваш друг приготовит вам свежие одежду и обувь. Мы, конечно, можем выдать форму, но это привлечет к вам ненужное внимание прохожих. Были прецеденты.
– А сейчас давайте заполним анкету, затем выберем вам профессию, и заключим контракт. – рядом с капсулой появилась вторая девушка, в руках которой был большой виртуальный планшет. – Назовите ваше имя. Можно любое, главное, чтобы оно вам нравилось. Вы, можно сказать, начинаете жизнь с чистого листа.
***
– Значит охотник? Весьма достойный выбор. Вы даже не представляете, Снайп, насколько вам повезло. – сообщил мне седой, чересчур сухощавый мужчина – хирург и по совместительству старший администратор представительства. – Что ж, контракт подписан, ваше государство уже получило все необходимые документы. И учитывая, что часть своих обязательств мы уже выполнили, можно сказать досрочно, в течение четверо суток встретимся здесь же. Ну, или постарайтесь прийти в любое другое представительство, если вам придется сменить город. Надеюсь, выделенного времени вам хватит, чтобы завершить все текущие дела на этой чудесной планете. Да, если придёте раньше, мы будем только рады.
– Я могу ех… Идти? – мой голос дрогнул.
– Да, конечно. – улыбнулся доктор. – Только не забывайте, что если не успеете прибыть к любому представительству в срок, то из наёмных сотрудников корпорации автоматически перейдете в разряд нарушителей. Поверьте, лучше этого не делать. Последствия для вас лично будут катастрофические.
– Думаю, вернусь к вам уже завтра, к вечеру. – улыбнулся я, опираясь на выданные мне необычайно легкие, но прочные костыли. Не так-то просто встать на ноги, которые пусть и восстановили, но атрофию мышц никто не отменял. Вряд ли я вообще успею научиться ходить за эти четыре дня,так что будет лучше, если как можно раньше вернусь сюда. Доктор, имя которого я так и не узнал, сказал прямо – три-четыре восстановительных сеанса в медкапсуле, и я смогу бегать.
Покинув кабинет, я неспешно, иногда опираясь плечом о стену, двинулся по длинному коридору в приемную, с трудом сдерживая улыбку. Я хожу! Снова! Пусть пока что с костылями, но всё же. Это ли не счастье?
– Ты посмотри на него! – пробасил Батыр, поднимаясь с кресла, едва я ввалился в приёмную. – Опять пешеходом стал! Красава! Надо это дело отметить!
– Подожди отмечать! – сразу же я осадил друга. – Кресло моё уже отвёз в соцзащиту?
– Так еще утром.
– Отлично. Тогда поехали. Выпить еще успеем, у нас новая жизнь только начинается. А вот старых друзей посетить перед отъездом не помешало бы. Кто знает, когда вернёмся.
***
