– Ясно, ваше высочество. Разрешите идти?
– Иди. Да, и поручи тому, кому всецело доверяешь, проверить всю мою личную охрану.
Низко поклонившись, новый глава службы безопасности торопливо покинул покои принца, а дракон и человек пошли умываться и готовиться к началу дня. Непростого дня. Сегодня их ждала коронация. Главы всех родов, военачальники и сильнейшие маги королевства должны были прибыть на коронацию и после ее окончания принести присягу на верность молодому королю. День обещал быть долгим.
* * *
И потянулась круговерть дней, заполненных делами и заботами. Появились новые главы у четырех влиятельных родов, признание старых легло на стол короля. В связи с добровольной, ну, или не совсем добровольной, гибелью виновных, их семьи были помилованы, но лишены всех привилегий, получив приказ покинуть столицу и не появляться вплоть до особого приглашения. Все службы лихорадило, а у дознавателей и следователей появилось много клиентов. Казна королевства основательно пополнилась, в самом королевстве стало больше порядка, как в городах, так и в судах и на обычных дорогах. Конечно, большое влияние на такие быстрые перемены оказывало присутствие рядом с молодым правителем черного дракона. В течение года они сделали очень многое, и постепенно неотложных дел, требующих внимания монарха, стало меньше. Старых заговорщиков повывели, новые еще не сговорились. Все войска были приведены к присяге, из вельмож подобрано несколько толковых и преданных короне советников. Работы, конечно, еще много, но лето близилось к концу, и дела рода требовали возвращения дракона домой. Молодой король уже и сам довольно успешно справлялся как с государственными, так и со своими личными делами.
Тарик предложил Алексу перед расставанием отправиться на недельку в какую-нибудь глушь отдохнуть и поохотиться.
Охота – дело хорошее, особенно для дракона, но никакие дела и никакие развлечения так и не помогли Алексу избавиться от тревоги за свою суженую, пропавшую на просторах этого мира. По-прежнему ныло сердце, плакала душа, и не было никакого отклика или зова.
Глава 12
Год. Целый год прошел с той поры, как я попала в этот мир, а я не подросла даже на сантиметр. Все такая же мелкая и тощая. Правда, ключицы и ребра не торчат, но никаких признаков половой зрелости, к моему удивлению, так и не появилось. Грудь только наметилась, талия – а что это? Короче, как выглядела щуплым подростком, так и осталась. Волосы по-прежнему стригу коротко – по настоянию Багиры маскируюсь под мальчишку. За этот год я заметно окрепла физически, и теперь мне самой очень нравится, что бегаю быстро, прыгаю высоко, падаю как мячик, по деревьям двигаюсь чуть ли не быстрее обезьян, если бы они здесь были. И вообще, вернувшись в таком виде в прежний мир, смогла бы сниматься в роли Тарзана без дублеров. Чем больше занимаюсь, тем яснее понимаю, что я не человек. Так быстро развивать физические навыки человеку точно не под силу.
А еще есть магия. Это настоящее чудо! Она по-прежнему вызывает у меня восторг, что очень нравится лесу, и поэтому он продолжает со мной заниматься. Я уже умею очень легко работать с растениями и животными, они мне доверяют и охотно откликаются на просьбы и желания, но из-за этого я не могу на них охотиться. Кошка ругается и доказывает, что одно с другим не связано. Напирает на то, что я дракон, охота в моей крови, а мясо должно быть в моем рационе обязательно. Доказывает, что животные не разумны, они не разговаривают со мной, а просто подчиняются на уровне инстинктов, но мне все равно их жалко.
С начала лета я начала заниматься магией эльфов, не связанной с растениями. Это стало возможно опять благодаря лесу. Однажды утром, после тренировки, он потребовал, чтобы я села вплотную к самому большому дереву на поляне возле дома и, прислонившись к его стволу, перешла на внутреннее видение магии. Обычно именно так лес транслировал мне картинки, обучающие работать с магическими потоками, но в этот раз все пошло по-другому. Стоило мне сосредоточиться, как я сразу мысленно начала подниматься над лесом и стремительно перенеслась в небольшое помещение, где четверо эльфийских подростков, а теперь и я с ними, под руководством наставника занимались магией. Мне приходилось намного сложнее, чем им. Я только наблюдала, а они записывали и практиковались под наблюдением своего учителя. Мне же нужно было повторять все на память и тренироваться самостоятельно. Сначала у меня ничего не получалось, но я очень старалась, а толку долго не было. Лес продолжал каждый день помогать мне присутствовать на этих уроках, и я видела, что у молодых эльфов начинает все получаться. Однажды после очередной неудачи я от бессилия и огорчения просто разревелась, и тут лес меня пожалел, начал при помощи картинок показывать мне, что и как должно получиться, что именно я делаю неправильно.
Потихоньку стали появляться положительные результаты моей упорной учебы, дело сдвинулось с мертвой точки. Времени опять ни на что не хватало, и поздно вечером я буквально падала, иногда даже не имея сил до конца раздеться, но зато повысился мой магический резерв. Багира предупредила меня, что стоит внимательнее прислушиваться к своему внутреннему состоянию, ведь наверняка приближается время оборота и проходить его мне придется самостоятельно.
Моя мудрая воспитательница, как всегда, оказалась права. К концу первого осеннего цикла, а по моему подсчету – месяца, у меня начались проблемы. Неожиданно ухудшилось самочувствие, стало ломить суставы, по телу пробегал озноб, бросало то в жар, то в холод, иногда сильно кружилась голова, и земля уходила из-под ног. Я сначала решила, что заболела, затем пришла мысль о наступлении ежемесячных женских недомоганий, но и тут я оказалась не права: у эльфов и драконов такой напасти просто нет. Что радует и озадачивает одновременно. Наконец я решила, что подхватила обычную простуду, ведь кошка заставляла меня в любую погоду заниматься налегке.
Вот уже четвертый день я не занимаюсь и даже не готовлю, подъедаю то, что готовила накануне, а Багира заботится о своем пропитании самостоятельно. Лежу у себя в комнате под теплым одеялом и, пережидая озноб, вспоминаю, как хорошо мы жили зимой. У меня было свободное время, и я могла заниматься своим любимым делом – музыкой.
В далеком теперь для меня прошлом, я – учительница музыки, в свое время закончившая с отличием музыкальную школу по классу фортепиано и гитары, а также заочно педагогический институт. С утра до обеда я работала в общеобразовательной школе учителем музыки у младших классов, а затем, ближе к вечеру, занималась с ребятами, учившимися в музыкальной школе. На Земле я была довольно востребована как репетитор, это давало мне хороший дополнительный заработок, и мы с дочкой жили неплохо, ни в чем особо не нуждаясь.
В кладовке мага в закрытом шкафу я нашла несколько музыкальных инструментов, и один из них поразил мое воображение. Он был струнным, чем-то похожим на гитару, но звучал просто божественно! Когда я наконец-то научилась с ним обращаться, мне показалось, что такое звучание – это просто чудо. Кошка пояснила, что это эльфийский инструмент и он слушается только того, в ком есть доля эльфийской крови, да и то не всегда. Меня слушается – значит, мне повезло.
Всю зиму я училась чувствовать инструмент и пыталась научиться играть на нем музыку моей родины. Сидя у камина, подбирала лады и переводила на местный язык песни, которые запали мне в душу. Одна из моих учениц очень любила грустные песни о любви и её потере. Пришлось и мне в свое время выучить их наизусть, тем более что они очень хорошо и тогда, и сейчас были созвучны состоянию моей души.
Местный всеобщий язык хорошо ложился на музыку и был на удивление мягок и певуч. Багира, наблюдавшая за моими экспериментами, считала, что песни я сочиняю сама, и разубеждать я ее не спешила. Мне почему-то не хотелось говорить о том, что моя душа помнит прошлую жизнь, а ей нравилось то, что я пела и как. Благодаря наследию эльфийской мамочки, слух у меня оказался очень хорошим, голос завораживал даже меня саму. А уж Багира и вовсе иногда просто застывала статуей самой себе.
Неожиданно мои воспоминания прервала влетевшая в комнату кашна.
«Вставай! —скомандовала она и пояснила. – Лес показал мне картинку оборота, и меня осенило! Ты не больна. Просто пришло твое время, и не нужно валяться в постели, а то ослабеешь. Наоборот, выйди на улицу и попробуй призвать свою вторую сущность, а если и больна, лес подскажет, как обращать лечебную магию на себя. Идем скорее! Лес поможет».
И мы пошли.
День был удивительно солнечным и теплым, казалось, что, несмотря на опадающую желтую листву, на мгновение вернулось лето.
Выйдя на середину нашей поляны, я остановилась в растерянности, а неугомонная Багира продолжала командовать:
«Прислушивайся к лесу и делай то, что он тебе скажет».
Сосредоточившись, я последовала ее совету, и лес показал мне картинку, на которой я увидела себя со стороны. Сначала вторая я просто стояла, затем у нее где-то внутри, в районе живота, начал разгораться огонек, который становился все больше и больше. После этого он полыхнул, и в то же мгновение на моем месте оказался маленький дракончик.
Придя в себя, я попробовала сосредоточиться и внутренним зрением впервые оглядеть свое тело. Боги! А наш-то рентген и рядом не стоял! Все внутри подсвечивается зеленым, и только суставы сияют красным светом, напоминая мне о боли. Попытавшись, как на уроках магии, перенастроить зрение, я заметила у себя в районе солнечного сплетения золотой клубочек. Он пульсировал и медленно вращался. Сначала я испугалась, но потом представила, как поглаживаю и успокаиваю его. Он вспыхнул ярче, я продолжила, и неожиданно золотистый свет полыхнул мне в глаза. Несколько минут стояла и пыталась проморгаться, а затем решила вытереть навернувшиеся на глаза слезы. Подняла руки, почему-то потеряла равновесие и больно ткнулась в землю… лицом.
Лицом? Каким лицом? Лица-то у меня больше и нет! Как и слез. Упершись в землю руками, которые и не руки вовсе, попыталась встать, но так как одновременно с этим я еще старалась рассмотреть передние конечности, то у меня ничего не получилось, и я уткнулась в землю повторно.
Нет, уже почти год Багира твердила мне, что я дракон, но, видимо, подсознательно я в это все-таки не верила и поэтому сейчас никак не могла собрать свои конечности в кучу.
Вот стоило только об этом подумать, как я вспомнила, что если есть передние лапы, то где-то должны быть и задние! Сосредоточившись, представила себе, как я встаю на четвереньки, и только после этого смогла подняться сначала на четыре «опоры», а потом села на попу и наконец рассмотрела лапки-ручки. О-о-о!!.. А маникюр-то какой классный! Так говорили мои детки в школе. А задние ножки довольно мощные, да и не ножки, а целые лапы.
«Интересно, а что еще есть? Вроде, должен быть хвост!»
Совершенно не задумываясь, я поднялась на лапы и попыталась найти хвост. Я его не нашла. Нашел меня он! Вновь я осознала себя лежащей на земле. Не вставая, чтобы опять не упасть, я поразмыслила и поняла причину моего падения. Озабоченная поисками хвоста, я встала и резко повернулась, пытаясь увидеть то место, из которого он должен расти, естественно, сама себя подбила, хвостом по лапам хлестнула и шлепнулась опять. Пока раздумывала, услышала комментарий кашны:
«Долго валяться будешь, красавица ты наша? Ну надо же, ты и тут нарисовалась как картинка!»
Нахваталась зараза от меня словечек!!!
Не торопясь, вставая и распутывая лапы, я спросила:
«Почему картинка?»
«Потому что! Все драконы, как драконы: черные, красные, зеленые, даже темно-синие. Одна ты у нас красная с золотым. Кто увидит, ни в жизнь не забудет и не спутает тебя с другой драконихой. Жуть!»
«Что, такая страшная?» – заволновалась я.
«Нет. Ты красавица, но именно поэтому спрятаться среди драконов тебе не суждено».
А меня уже занимал совсем другой вопрос. Крылья! Я нашла у себя крылья!
Дура! Не придумала ничего лучше, как их расправить! Маленькие они еще, но как теперь сложить!!!
«Давай перевоплощайся обратно, потом будешь учиться их складывать, – влезла с советами моя нянька. – Тем более летать тебе еще долго будет нельзя!»
«Назад. А как?»
«Да нарисуй в уме саму себя и очень сильно пожелай вернуться. Между прочим, – добавила эта вредина, – назад-то всегда труднее».
Не знаю, кому там труднее, а я уже через пару минут, пошатываясь от слабости, стояла на прежнем месте и разглядывала развороченный центр нашей полянки.
«Ой. А как это?»
«Как, как, коготочки у тебя не маленькие, вот, пока кувыркалась, все и переворошила. Ну да ничего, всему научишься. Пошли отдыхать».
Поблагодарив лес за помощь, я, опираясь на Багиру, с чувством полного удовлетворения проделанной работой потопала к своей любимой кроватке.
Спа-а-а-ать… спать, спать.
* * *
На другой день с утра я приставала к кашне с восторженными вопросами:
«Ну, расскажи… Ну, какая я?»
«Какая, какая, – ворчала она. – Маленькая заморенная дракошка. С меня ростом».
«А почему заморенная?» – тут же пала я духом.
«А потому, что кушать лучше надо, мясо есть, а то будешь костями греметь при полете».
«Фу… Ну, ты и сказанула»!
«Я правду говорю. Твоя дракоша, конечно, красивая, но уж больно слабенькой выглядит. Я еще удивляюсь, что тебе так легко дался оборот. Так обычно бывает только у чистокровных драконов».
«Да боги с ним, с оборотом, ты мне лучше скажи, что нужно делать, чтобы моя вторая сущность подросла»?
«Я тебе говорила, а ты, как всегда, половину мимо ушей пропускаешь. Нужно есть мясо, продолжать физическое развитие, придется искать учителя и учить тебя какому-нибудь боевому искусству. Чем лучше в человеческом облике владеет оружием дракон, тем удачнее он обороняется во втором облике, но самое главное – это, конечно, развивать магический резерв. Чем сильнее дракон как маг, тем крупнее его зверь. Драконицы всегда мельче самцов, но они обычно более маневренны в воздухе. Вот вырастишь свою и будешь потом мучиться, ухажеров отгонять. А как найдешь пару, сразу со своей свободой и попрощаешься. Если раскроешь свою сущность перед каким-нибудь драконом раньше, то и намного раньше. Очень уж взрослые драконы трясутся за своих самочек, а ты хоть и полукровка, но раз обернулась, значит, ценна для них»
Выслушав ее, я после завтрака подошла к зеркалу и, посмотрев на себя внимательно, обратила внимание на свои глаза:
«Кис-с… а ты говорила, что после оборота глаза у меня будут с вертикальными зрачками, а они обычные».
«Не может быть! И как это я раньше внимания не обратила? А ведь, пока ты была драконом, все было правильно, интересно, кто же твоя мамочка? Уж больно сильна кровь эльфов. Повезло тебе: скрывать драконью сущность будет легче. Драконов все узнают по глазам и по гнетущему потоку силы, что исходит от них, а если они злятся, особенно черные, то людей такая паника накрывает, что все просто разбегаются. Но поскольку ты, опять-таки повторюсь, полукровка, то внезапных выбросов силы у тебя может и не быть. Поживем – увидим. А все-таки какое удачное смешение кровей тебе досталось при рождении! Интересно, кто твои родители? – Вновь переведя на меня взгляд, кашна вдруг зашипела: – Так, а что это ты тут расселась? А ну, быстро наверх! И бегом по тропинке к роднику, а потом как обычно».
После этих слов она рыкнула так, что меня буквально ветром с места сдуло, и я понеслась выполнять ее распоряжение «аки лань».
Наматывая круги по проложенной для меня Багирой тренировочной тропе, я думала: а почему в городах эльфов и на прилегающих к ним территориях зимы нет, лето просто сменяется теплой осенью, а во всем остальном лесу есть?
Ответ пришел сзади: оказалось, кошка меня догнала и услышала вопрос, который я задала самой себе.
«Древние эльфийские маги установили с согласия леса вокруг их поселений магические купола… И бегом, бегом!!»
Пришлось бежать изо всех сил.
И так каждый день. Бег, занятия магией, готовка и раз в пять дней оборот. Постепенно я научилась не путаться в ногах, чувствовать свой хвост и крылья, управлять ими, а к концу осени совсем сроднилась со вторым своим обликом, начала тренировки и в облике дракона. Настоящими тренировками это назвать было, наверное, нельзя, но кошка заставляла меня учиться обороняться от ее нападения и во втором облике, а также правильно падать и вставать.
Дни бежали галопом, уставала я очень сильно, спала крепко, но во сне все равно тосковала по своему любимому и, просыпаясь по утрам, иногда замечала, что моя подушка влажная, а значит, я все еще плачу по ночам.
Глава 13
Однообразие дней прекратилось довольно внезапно. Осень подошла к концу, со дня на день должен был выпасть снег. После утренних занятий я наконец-то могла спокойно позавтракать и дать отдых всем натруженным мышцам, но не тут-то было. Внезапно на кухню сломя голову влетела моя хвостатая нянька, и в голове у меня раздался ее негодующий вопль:
«Расселась она! Вставай и быстро собирайся в путь!»
Спокойно продолжая сидеть, я взглянула на нее и ответила:
«Во-первых, я заслужила завтрак, во-вторых, успокойся, а в-третьих, спокойно объясни, куда мы собираемся и что, по-твоему, нужно взять?»
Кашна шумно вздохнула, но принялась объяснять.
«Одевайся по погоде, но легко. Пойдем очень быстро. За сутки нам придется преодолеть путь, на который в прошлом у тебя ушло пять дней. Нужно успеть дойти до торгового пути, пока не выпал снег. Лес попросил выручить ребенка, которого везли в одном из караванов. Сам караван был разграблен разбойниками, люди перебиты. Мальчишку везли в качестве пленника в одном из фургонов связанным и опоенным зельем забвения. Грабители его не нашли, и, если мы не поторопимся, через сутки он просто замерзнет!»
«А мы сами на разбойников не наткнемся? А то пополним их коллекцию диковинок», – поосторожничала я.
«Нет. Они ушли в сторону людских поселений, зимовать».
Пока она объясняла, я закончила завтракать и стала собирать все необходимое в походный мешок.
«А куда мы потом его денем? Что, к себе домой поволокем или к людям поведем?»
«Найдем – посмотрим».
«А с тобой как общаться при нем будем?»
«Как! Как раньше договаривались. Мы с тобой уже год как беззвучно разговариваем, так что тебе просто придется делать вид, что я неразумная, и не забывать вслух отдавать мне приказы».
«Может, придумаем с десяток жестов, имитирующих приказы, и сделаем вид, что ты обучена им подчиняться? Тогда можно и не напрягаться, а в уме-то я объясню, что мне на самом деле нужно, только внешне я буду привлекать твое внимание щелчком, а ты мурлыканьем. Идет?»
«Ну а что, неплохо придумала. По дороге продумаем и остальное. Собралась? Тогда бегом!»
«Это твоя самая любимая команда. Да, Багира?»
«Шевелись, котенок, шевелись!»
Двигались мы очень быстро. Я так на пределе своих возможностей. Погода портилась. Из-за затянувших небо тяжелых туч быстро темнело. Стало плохо видно – кошке-то моей хорошо, а вот я начала замедлять ход, но эта поганка, даже и не подумала меня подождать, и пришлось догонять, изо всех сил напрягая зрение. Неожиданно для меня лес как будто подсветили, и я смогла на полном ходу разглядеть даже мелочи. Если бы не моя провожатая, то сама бы я наверняка не поняла, в чем дело, списала бы все на помощь леса, но оглянувшаяся кошка рыкнула, и у меня в голове раздался ее удивленный возглас:
«А зрачки-то у тебя поменялись. Они теперь вертикальные. Наверное, и в темноте сейчас хорошо видишь? Давно бы так. А я все ждала, когда же ты частичную трансформацию осилишь».
От неожиданности я начала притормаживать, и Багира, заметив это, наконец перешла на шаг и позволила мне передохнуть.
«Теперь, – продолжила она, – тебе надо закрепить этот навык, и ты, если потренируешься, сможешь, не меняя общего облика, например, отращивать себе неплохие коготочки или зубки, а это нелишний сюрприз при защите».
Спустя полчаса мы возобновили движение, и кашна, уже без подначек и смешинок, попросила:
«Держись, девочка, немного осталось. К середине ночи будет сильный заморозок. Надо успеть».
В лесу полностью стемнело. Ветер усилился, ветви деревьев потрескивали, сопротивляясь его напору. Лес помогал нам держать направление, периодически показывая картинку сверху и отмечая направление нашего движения и место нахождения разгромленного каравана. Ближе к полуночи мы наконец-то выбежали на дорогу. Благодаря зрению дракона, я хорошо рассмотрела более десятка разбитых фургонов и тела погибших людей, так и оставшихся лежать здесь после окончания боя. Меня затошнило, но Багира не дала мне раскиснуть. Она решительно двинулась к одному из фургонов и позвала меня:
«Иди сюда! Он здесь. Я его чувствую, но ему совсем плохо».
Забыв про все, я кинулась к ней. В разбитом фургоне на первый взгляд ничего не было. Куча порванных тряпок, открытый ящик, набитый сеном, и пара пустых разломанных сундуков. Кошка крутилась как раз возле ящика с сеном, пытаясь его разгрести. Подскочив к ней, я принялась помогать. Ящик был глубокий, но мы довольно быстро почти на самом его дне нашли плотно упакованный тюк, перевязанный кожаными ремешками, неожиданно оказавшийся довольно тяжелым. Вытаскивали мы его вдвоем. Затем я перерезала ремешки одним из ножей, которые уже привычно носила в сапогах, и принялась разворачивать его.
Замотанный в плотную ткань подросток был без сознания, дышал тяжело, рывками. Одет был довольно легко, но, посмотрев на его одежду магическим зрением, я поняла, что она очень непростая и должна хорошо защищать от холода. Почему же тогда он в таком плохом состоянии? Подсказала Багира.
«Лес учил тебя лечить. Проведи диагностику!»
Почему я сама сразу об этом не подумала? Устала, и мозги отключились, видимо.
Как оказалось, мальчишка не замерзал – он чуть не задохнулся в этом тюке, ну и тело затекло от неподвижности, но все потихоньку приходило в норму. Только вот зелье будет действовать еще часа четыре, но Багира посоветовала эту дрянь пока из его крови не выводить, а то, мол, и так устали, а еще с ним объясняться.
Неожиданно сидевшая возле меня и наблюдавшая за моими действиями кошка резко подскочила к мальчишке и принюхалась. Спустя минуту она возмущенно заявила:
