Алла Железнова "Капкан на препода"

Препод замер, пораженный тем, что недоглядел водный щит на стоящем перед ним адепте. Смахнув воду с лица, профессор Сергеев невозмутимо задал вопрос.

– Эрион Скайвел, чтобы не идти к ректору, может объясните сами, как на вас оказался «естественный водный щит», в то время как вы не обладаете природной стихией лично?

– Простите, профессор, – наигранно виновато потупился Эрион. – Видимо, это прощальный «привет» от бывшей подружки. Я не знал.

В классе снова поднялись ехидные смешки, ведь подобный случай мог быть действительно невинным.

– Ладно, – Виктор Сергеевич высушил себя заклинанием. – Будем считать инцидент исчерпанным. Продолжим?

– Да, конечно! – твердо согласился мой брат.

Итак, попытка номер два. Профессор снова активировал заклинание, и теперь на него обрушилось два ведра. Адепты захохотали в голос.

– Упс! – вырвалось у Эриона.

Его вытянутые уши, как у кота, виновато прижались плотнее к голове. Этому жесту он обучился самостоятельно. Порой он сражал девушек наповал, и они прощали ему все. Но в данном случае перед ним стоял вновь вымоченный препод.

– Сядьте, адепт Скайвел! – досадливо и в то же время твердо велел Виктор Сергеевич, высушивая одежду снова. – У кого из вас не было подружки или друга-водника? – спросил маг недовольным голосом.

– У меня, профессор! – поднялся орк Утер с места.

– Что ж, к доске.

Но и в этот раз трюк с водой повторился. Профессор Сергеев был готов и пресек очередные водные процедуры, выставив для подстраховки воздушный щит. Бедный орк побледнел, что на его серой коже смотрелось очень забавно.

– П-просите, профессор. Я не знал! Я… всего лишь целовался, один раз, – стал оправдываться он.

Ай да Мелодия! Неужели она перецеловала всех ребят в моем классе?

– Кто еще накануне контактировал с водниками подобным образом? – обратился профессор к нам.

Руки подняли все кроме Эрики. Подружка отказалась даже просто чмокнуться, как то делают обычные девчонки. В итоге урок сорван не был. Это даже и к лучшему. Очень уж хотелось, не смотря на веселье, раскрыть тему занятия до конца.

Амфибии имеют способность ставить невидимую защиту на своих возлюбленных. Ей и является «естественный водный щит». Так как русалки влюбляются преимущественно в уязвимых смертных, они подобным образом их защищают от воздействия чужой магии. Эффект щита длится в зависимости от тесноты контакта: чем ближе и энергичней, тем дольше он держится.

Эрион нацеловался с Мелодией до упада, причем не своего, тем самым чуть ли не сорвав нам всю затею!

– В следующий раз будешь последним! – рыкнула я на него.

– Я всегда и везде был, есть и буду первым, – отмахнулся брат.

Мы решили, что если практика и будет, то Эрион должен упорно рваться в бой. Но, как оказалось, бедняжка Мелодия собралась к утру с силами и успела-таки перецеловать наш класс.

Я даже представить не могу, сколько микробов она насобирала, пока исполняла данную затею. Хотя она сама как микроб. Видели бы вы ее в водной форме: у нее отрастает длинный хвост вместо ног, а волосы становятся прозрачными, как шляпка у медузы. Жуть, правда?

Что-то я отвлеклась.

– Итак, – урок подходил к концу, и профессор перешел к завершающему этапу. – Чтобы снять наведенные иллюзии, необходимо разбить составляющую их сеть, то есть, экран. Делается это весьма просто. Запишите в тетради контрзаклинание после демонстрации.

Через пять минут раздался звонок, и мы стали неспешно собираться.

Как только профессор скрылся за дверью, весь класс дружно бросился к столу и стулу. Шарик под обивкой был цел, а в графине остался спирт.

– Ничего не понимаю, – вздохнула я. – Когда он успел превратить спирт в воду и обратно?

– А он и не превращал, – пояснила Эрика. – Когда я подошла к доске, от него пахло алкоголем.

– Обалдеть! – вздохнули парни. – Он что, спирт вместо компота на завтрак, обед и ужин потребляет?

– Может, как для иномирца, градусы этого пойла слабоваты? – пожал плечами Утер.

– Возможно, а шарик с водой?

– Ну, тут все просто, – заключил брат с умным видом. – Он же сам раньше учился в этой школе, да и логично предположить, что со стулом в первый учебный день могут быть проблемы, раз плюнуть. Он использовал тот же воздушный щит для опоры в нескольких миллиметрах от стула. Для мага такого уровня продержать его весть урок проблем не составит.

– Ну и ладно. Все равно это были мелочи, а поцелуи Мелодии не пропали зря.

Глава 3

После замечательного урока мы с Рикой и Эрионом отправились в столовую, где стали свидетелями забавного разговора ректора с Виктором Сергеевичем.

– Виктор, ты что, пил в первый учебный день? «Коронация» прошла так плохо?

– Совсем чуть-чуть. Адепты меня наградили бесценным напитком в знак приветствия и устроили показательное омовение. Церемония прошла успешно, я почти не пострадал, – усмехнулся профессор.

– Мог бы сделать из спирта воду, – пожал плечами Рудольф Тайлен.

– Не было необходимости. Меня эта доза не возьмет. И на тренировку я явлюсь даже более бодрым.

Тренировка! Я уже и забыла. Мы набрали вкусностей и сели за свой стол, потребляя обед. К профессорам присоединилась Амелия Фирса, преподаватель зельеварения.

– Здравствуйте, коллеги, – прощебетала она. – Виктор Сергеевич, а что вы делаете сегодня вечером?

Кокетка львица присела по правую руку от нового препода. По правде говоря, слышать, а тем более наблюдать все это не было никакого желания. Но так вышло, что преподаватели расположились на этот раз рядом с нашим столом.

– Тренирую студентов на дополнительных занятиях, – ответил Виктор Сергеевич невозмутимо.

– А после этого? Не проводите ли меня домой? Погода портится. Профессор Ларуна предсказала грозу.

– Не думаю, что Виктору Сергеевичу по пути… – начал было ректор.

– Нет, почему же? Я не против. Когда к вам подойти? – спросил ее профессор.

Амелия засияла от счастья ярче солнца. Оказывается, не только студентки на него толпами охотятся.

– Как только сами освободитесь. Не хочу отрывать вас от дел.

– Хорошо, – ответил он с легкой улыбкой.

Оборотница подхватила поднос и пересела к мастеру водных стихий, профессору Ларуне Сол.

– Я так понимаю, тебя в общежитие не ждать и закрывать его в комендантский час?

– Думаю, да.

– Похоже, – шепнула я Эриону, – у тебя появился конкурент.

– Не думаю, что он снизойдет до адепток, – спокойно ответил брат, уплетая еду за обе щеки. – Ты бы много не ела. Кто знает, насколько суров новый препод. Еще выбьет назад из тебя все булочки, что вы с Эрикой съели в этом году.

Демон получил тычки под ребра сразу с обеих сторон, от меня и Эрики.

– Ничего страшного. В новом году наверстаем и восполним утраченные «запасы».

– Ох, и разнесет же вас, – хохотнул он.

– Еще хоть слово, и ты получишь подзатыльник, – завела я руку за его голову, но внезапно нас окрикнул Виктор Сергеевич.

– Восьмой стол! Прекратите бардак. Не хватало еще, чтобы кто-то из вас подавился.

– И как только вы не подавились две минуты назад, – буркнула я, но меня, кажется, услышали и наградили суровым взглядом.

Я быстро доела и пошла в комнату отдохнуть перед тренировкой.

Через два часа я облачилась в эластичный черно-белый тренировочный костюм. Он полностью облегает тело и не вызывает дискомфорта в виде трения и обильного потоотделения. Ткань в этой одежде используется специальная. Горловина оканчивается воротничком стоечкой, рукава доходят до запястий, штаны вправляются в высокие сапоги, пошитые из той же ткани, но вдвое толще. Подошва их плотная, не скользит на полированных поверхностях. Я дополнила свой образ ножнами с парными клинками, закрепив их на ремне.

– Элин? У тебя нет настроения? – спросила меня обеспокоенно подруга, наблюдая за мной. – Ты ведь так любишь бои. Раньше ты улыбалась.

– Люблю, когда моим спарринг-партнером является брат. Он единственный, у кого оружие не падает раньше первых пяти секунд от начала боя. А сейчас даже сложно представить, кого мне поставят в пару.

– Ни пуха, – крикнула мне вслед Рика.

– К черту, – ответила я уже за дверью.

Явилась в зал я почти ровно в шесть и застала всех своих товарищей по курсам в соответствующей форме, но без мечей.

– В чем дело? – спросила я недоуменно.

– Снимай ножны и становись в строй. Профессор велел, – ответили мне.

– Ладно, сейчас.

Я отнесла клинки в раздевалку. Как только я нашла свое место в шеренге, в зал вошел Виктор Сергеевич. Костюм ему безумно шел и подчеркивал фигуру, плотно обтягивая ее со всех сторон. Ну, прямо Окский Бог. Темные, короткие волосы зачесаны немного назад. А какие у него руки и ноги! Рельеф упругих мышц даже сквозь ткань четко прорисовывался.

– Итак, снова вас приветствую, – прогремел его голос, усиленный акустикой. – С сегодняшнего дня мы начнем азы боев с нуля. Я ознакомился с вашими показателями и сделал вывод, что каждый из вас как воин абсолютно бесполезен. Если, пережив этот вечер, вы захотите отписаться от курсов, это ваше право. Но просто осознайте то, что вы пали, и будете проигравшими в моих глазах и глазах вашего ректора. Вопросы есть?

– Есть, – выступила я вперед. – Мой спарринг-партнер после распределения попал в другую группу. Кого вы предоставите мне вместо него?

– Себя.

– Простите? – уточнила я.

– Я буду вашим партнером. Каждого из вас. Словесным поносом битве не научишь. Вам необходимы настоящие тренировки, а не простые показательные выступления. Иногда я буду ставить вас друг против друга, пока я спаррингую с кем-то одним. Один постоянный спарринг-партнер – это хорошо. Но не достаточно. Реальный противник не будет подстраиваться под вас, а потому партнер все время должен быть разным. Согласны?

Мы понимающе промолчали.

– Сегодня, – продолжил мастер, – и вплоть до нового года вы будете проходить только силовые тренировки и тесты на выносливость. Будем вырабатывать бо?льшую устойчивость и развивать реакцию. После каникул к упражнениям присоединятся мечи: правильная постановка, выпады и блоки. Дальше посмотрим на вашу успеваемость. Итак, расстилаем маты, берем деревянные шесты. Будем ходить вон по тому «бревну», выставив шест перед собой. Постепенно мы будем присоединять к ходьбе движения корпусом и махи ногами. Будем исполнять упражнения до тех пор, пока не перестанете падать. Как только у вас все пойдет гладко, шесты уберем, и будете делать все то же самое, но уже без них.

Пока мы расстилали маты под гимнастическим снарядом, Виктор Сергеевич вдруг вспомнил.

– Ах, да. Чуть не забыл. На семнадцатом курсе мы с мастерами Рашем, Тивиэлем и СорвиЕлем решили устроить вам своеобразный фестиваль перед выпускным балом. Четыре боевые группы сойдутся в поединках. Каждый лучший ученик группы получит небольшой кубок от своего тренера, а победитель фестиваля – большой, с выгравированным на нем именем, который поместится в центре фойе под стекло на год. После победитель может забрать его домой.

Вот это уже интересней! Уделать учеников других мастеров, получить кубок от своего тренера и награду победителя фестиваля!

По залу понеслись одобрительные возгласы, но их быстро осадил мастер.

– Рано радуетесь. Надеюсь, вы знаете, что секреты и тренировочную технику распространять среди других учеников нельзя? Ни подружке, ни другу, ни даже брату, – одарил меня профессор индивидуальным взглядом. – Противник может воспользоваться ей против вас.

– Так точно! – хором пообещали мы.

– Отлично! Приступаем? – хлопнул Виктор Сергеевич в ладони в предвкушении собственного веселья.

Сначала он продемонстрировал все упражнения сам, а уж потом гонял нас. Рты мы, конечно, пораженно разинули, когда увидели, что нас ждет на гимнастическом «бревне», но быстро собрались с силами и приступили к исполнению упражнений.

Мы бегали, прыгали через ступеньку, приседали, стояли на трех точках (руки и голова) вверх ногами, качали пресс и отжимались. Иногда несильно, но ощутимо мы получали шестом и ладонью по хребту. Только после всего этого нас, наконец, пустили на бревно. Я упала сразу же. Мышцы гудели, тело накрыла слабость, и походила я внешне на тряпичную куклу. Упражнение сегодня не далось никому из нас.

В конце урока мы все по очереди пытались сделать торнадо.

– «Торнадо» очень эффективно против противника, стоящего перед вами или же подкравшегося со спины. В момент, когда у вас выбили оружие, нокаут, которого вы можете добиться этим приемом, даст вам время, чтобы подобрать его или добить цель другим способом.

У меня оно выходило неплохо, однако Виктор Сергеевич осуждающе качал головой и заставлял подпрыгивать выше.

– В таком прыжке вы, леди, нокаутируете разве что гнома. И то, если хватит силенок сдвинуть этот «шкаф» с места.

Три часа пролетели как один, и в девять, наконец, мастер оповестил нас об окончании занятий.

«Ну, Сергеев, держись!» – вертелось у меня возмущение в голове до самой подушки, на которую я рухнула без сил, мгновенно уснув, в чем была.

Через день мы делали все то же самое, только прыгали уже чрез две ступеньки и бросали тяжелые мешки, заполненные какими-то тряпками, через плечо.

– Резче! Работайте корпусом больше, чем руками! Пока не научитесь делать бросок правильно, мышцы рук будут болеть!

И то правда! Я привыкла к изящной и легкой технике. Брат учил меня драться сразу с мечей. «Бревно», кстати, сдаваться легко не собиралось. Мы так и падали с него, как гнилые яблоки с дерева.

Магическая ручка в руках дрожала. Аккуратный почерк стал кривым и неразборчивым. А я так любила порядок в своих тетрадочках!