Елена Княжина "Черное сердце князя Карповского"

– Ты не поверишь…

Я растерянно заглянула в нутро чужой сумки. Все, что перечислил парень, нам бы не помешало. Компас, карабин, тарья… Прекрасный выбор.

Но вместо полезных вещей в сумке лежала отборная ерунда. Словно ее собирал безумец, ограбивший лавку с туристическими сувенирами. Ракушечный веночек, сандалики с бальными лентами, сахарные единороги на палочках, леденцы в форме дракошек, легкое платье в цветочек, шаль…

Если это собирала я, у меня к себе больши-и-ие вопросы.

– Допустим, поверю. Что за отморозок? – вскинула лицо, пообещав себе не удивляться новому бреду.

– Ты поперлась в горы с ректором академии, – с ярким осуждением в голосе промычал парень.

– С сиром Квентаном Клэем? В Шах-Грин?

Какая… правдоподобная ложь. Вчера утром Клэй действительно позвал меня в горы на выходные. Про приглашение-подарок никто не знал, даже Тайка с Анхеликой! Постыдилась рассказывать.

Хорошо помню, что твердо решила отказаться. Я хоть и бедовая, но разумом не обделена. Знаю, что в отношения со взрослым одиноким мужчиной лучше не вляпываться.

Ой, от этой чуши только голова сильнее болеть начинает! Не могла я за одни сутки призвать хавранского маньяка, потерять невинность, собрать нелепую сумку сладостей и устроить мини-отпуск с ректором академии!

– Тот момент реально лучше не вспоминать. Я тебя из-под Клэя еле успел вытащить, бедствие.

– Вытащил, засунул… В смысле, в новые неприятности, – закатив глаза, пояснила я свою мысль. – Из одной вытащил, в другую засунул. Сюда вот.

Для максимальной точности я указала пальцем на пещерный свод, над которым неистово палил Цейнер.

– А ты бы предпочла с ректором кувыркаться?

– Ты бы определился уже, с кем я невинность потеряла. И где. И потеряла ли. То Хаврана, то Шах-Грин, то ректор, то ты… Как-то факты не складываются, – раскрыв пальцы веером у него перед носом, профыркала я.

Измотанный «откровениями» не меньше моего, парень бесцеремонно завалился мне на колени и закрыл глаза. Мол, все. Он сдается.

Я замерла, прижатая к соломе неизбежным и неотвратимым. И постаралась отвлечься от странных ощущений на сладкую единорожку.

– А еще ты танцевала с вампиром, пила непроверенное зелье авторства моей сестрицы, спасала помирающую шмырлиху, – пробормотал он, ерзая затылком по обрывкам комбинезона. – Строгала салат для камнехвостов, оживляла засохшее магодрево, пыталась поджариться в тантальском пламени, собиралась замуж за обмасленного джинна, устроила дискотеку для Шварха, Арха и Варха… Ну и так, по мелочи.

– За одну ночь?

Ему бы книжки писать. Вон какая фантазия – сеймурчане обзавидуются.

– Да я понятия не имею, сколько мы уже шатаемся по Вееру. Тут иной раз два дня за два года… А ты говоришь – ночь, – бросил парень, отвернулся к моему животу и затих. – Где миг, где вечность… Поди разбери…

– Ты уснул, что ли? – осторожно спросила через пять минут. Хавранец не подавал признаков жизни. Дышал ли вообще? – Эй… псих… Ау-у?

На мое «ау» он красноречиво всхрапнул, утрамбовал голову понадежнее и снова отключился.

Я растерянно вернула леденец в рот и, причмокнув, застыла. С незнакомцем на своих коленях. Как это понимать? Что за извращенная пытка, мм?

Глава 3. Влюблен без памяти

Измотанная купанием и дракой, разомлевшая под Цейнером, опустошенная и оглушенная новостями, я осоловело пялилась в одну точку. Пыталась о чем-то думать, но веки упорно закрывались. Сознание плыло, проваливая меня в мягкую дрему.

Я встряхивалась, напоминала себе, что застряла в неблагоприятном мире с опасным типом… но тут же снова начинала клевать носом.

В какой-то момент осознала, что перебираю пальцами черные волосы маньяка. Прядку за прядкой. Чуть по рукам себе не надавала! Это что за «память тела» такая… просроченная?

Чтобы занять бедовые руки, я начала теребить тарью в кулончике. Пусть разряженную, но напоминающую о маме. Догрызла единорога, внимательно рассмотрела вещи в сумке, взяла драконий леденец, задумчиво сунула в рот…

– Поищи второй, – прозвучало хриплое снизу.

Я опустила лицо и вляпалась в черный взгляд. Как давно он проснулся?

– Кого «второй»?

– Медальон.

Парень выудил руку из-под заросшей щеки, добрался до ленточек на блузке, распустил узелок и фамильярно ткнул пальцем в просвет между лоскутков.

Пошевелив лохмотья, я нашла под ними другой кулон, массивнее маминого. Незнакомый герб, синий камешек, серебряный завиток. А на подвесе – хитро прикрученный джантарик.

– Это еще что? Откуда? Вчера на мне его не было.

– Мой подарок, – сонно пробормотал Артур, почесывая щетину. – Из-за которого ты обиделась. Не помнишь, котенок?

Я медленно помотала головой, рассматривая герб на обратной стороне медальона. Языки пламени, чешуйки, рыбий хвост…

– Впервые вижу, – призналась со вздохом.

– Это родовой герб князей Карповских. Моей семьи… с Хавраны.

– Ты, значит, хавранец? – щурилась я, переводя взгляд с кулона на мрачный скуластый лик похитителя. – Далеко забрался. Но у вас же магии нет? Откуда тогда палочки, искорки, прочая доисторическая ерунда?

– Да морфову ж!.. – прохрипел он мученически и стукнулся затылком о мои колени. – Еще раз скажешь, что магии в Хавране нет или, не дай шурх, что магия Хавране не положена… Я тебя придушу. Даже не посмотрю, что влюблен. Плевать. Так реально легче.

– Влю… чё?

– Ничё, – он резко набрал воздуха до темных пятен перед глазами. – Тебе послышалось, идиотка.

Грубость я пропустила мимо ушей – настолько была впечатлена нелепым признанием.

«Влюблен»! Сейчас еще скажет, что без памяти… Оно и впрямь без памяти – без моей.

Нет, стоило сваливать, пока был шанс. Одержимые психи самые опасные.

– С тьманитом аккуратнее. Штука полезная, но взрывная, как твой керрактский нрав, – фыркнул, переводя тему. – Обойдемся одним разрывом материи на сезон.

Точно… не джантарик – тьманит. Я такие видела в серватории, за антивандальным стеклом витрины «Чудес Междумирья».

– Где-то рвалась материя?

Я настороженно огляделась. Еще не хватало, чтобы нас закинуло на изнанку или засосало в черноту бытия.

– Там, где рвалась, нас уже нет, – смиренно объяснил парень. – Если будешь слушать, я расскажу. Только это огхарреть, какая длинная история.

– Я вся внимание, – пробухтела я.

Чего у нас в избытке, так это времени. Без магии нам все равно из Тхэ-Вана не выбраться.

Князь завел монотонный рассказ о том, как провалился в Сеймур. Поведал про перышко хары, про портал, про поля био-магов и мой ритуальный круг… Как я пыталась читать формулу отзыва, но было поздно. Про драку на полу, про то, как у «кружевной девицы» сползли рога, из-за которых парень принимал ее за демоницу. Поведал, как ушастый мизаур неистово защищал хозяйку от вторженца, а синий морфо и папина россоха пытались добить случайную жертву.

Его рассказ изобиловал мелкими подробностями, на которые не всякий обратил бы внимание. Но каждая деталь попадала в цель. Он знал все! Вплоть до количества зубов во рту мизаура и уникальной расцветки розовой россохи! А призрачного мотылька-сафаэля он описал, словно на картину глядел.

Но, видно, храброму мохнато-крылатому отряду не удалось защитить меня от похищения…

– Как ты можешь все это знать? – недоумевала я, с любопытством распахнув уши. С моих колен парень сползать не собирался.

Игнорируя вопросы, он продолжал. Рассказал, что я сжалилась над чужаком и вывела его с территории академии. Потом впустила незнакомца в дом дяди Эндрю. Дала ему плащ и пропуск, сама переоделась и улеглась спать, как ни в чем не бывало. А утром мы отправились в серваторий. Глупая доверчивая джинна!

– Ты лжешь. Не могла я добровольно с тобой заночевать.

– Допустим, я тебе слегка помог… расслабиться в моем обществе.

– Вырубил меня.

– Вспомнила? – с надеждой дернулся он.

– Догадалась, – процедила, теперь уж не сомневаясь, что парень меня похитил.

Я нервно стряхнула его голову с колен и поднялась с соломы. Все тело затекло, мышцы покалывало.

Хуже того… в Тхэ-Ване наступил вечер. Снаружи пещеры стремительно темнело, мир укутывался в плотное синее одеяло. А из леса доносились подозрительные звуки.

Кто-то, подвывая и тонко вскрикивая, продирался сквозь кусты в нашу сторону!

– Кто там? – сдавленно прохрипела я, резко передумав сбегать от маньяка в дикий темный лес.

Чернота навалилась на Тхэ-Ван стремительно: через минуту я уже ничего перед собой не видела. И позади себя, и вокруг! Даже широкоплечий силуэт похитителя с трудом угадывался на фоне серой стены пещеры.

– Не шуми, детка, – посоветовал он.

Парень рывком поднялся с соломы, и два черных глаза замерцали рядом.

Треск сучьев становился ближе. Визгливые вскрики, сопровождавшие подвывание, заставили сердце провалиться в живот. Теперь оно тревожно ухало рядом с печёнкой.

Шажок, другой – и я отступила за спину Артура, чтоб он драконице полюбился, Андреевича. Либо маг отобьется, либо его сожрут первым – меня устроит любой вариант.

– Может, скормить ей тебя, и дело с концом? – предложил он шепотом, распознав мой коварный план.

– Не надо… скармливать… – воспротивилась я.

– Ты сладкая… Вон сколько леденцов стрескала, – лукаво напомнил парень. Он напуганным не выглядел, гад.

Самоуверенный хавранец! Бессмертный, да? Это Тхэ-Ван, тут чего только не водится… И не все оно травоядное.

– Я тебе еще пригожусь, – пообещала маньяку. – Ты про мир ничего не знаешь. А я – считай, что энциклопедия Веера.

– Упертая, злобно пыхтящая, драчливая энциклопедия. Которую ради любой информации пытать приходится, – проворчал он, вытаскивая из кармана палочку. Второй рукой набрал с пола соломы и зажал пучок в кулаке.

– Я расскажу, как восстановить резерв. Обещаю, – покивала нервно. – Здесь весь смысл в переходнике… Чтобы вытянуть магию из мира, нужно…

– Поздно, Рита. Не шевелись, – он понизил голос до жутко-загробного.

И в этот момент в проеме пещеры очертился силуэт подвывавшей твари. Клацнув зубами, она распахнула пасть и издала обиженное «ауррр», намекая, что мы заняли ее любимый теплый угол.

Драконица. Огромная! С шипастыми наростами вдоль позвоночника, с роговыми шишками на морде, с огнем в оранжевых глазах. От ее взгляда в пещере будто светлее сделалось.

– Она нас заметила, – догадалась я, зажимая рот и нос ладонью.

– Учуяла. Твой страх, трусливая джинна.

– Скорее, твой пот, хавранец, – отбила я, содрогаясь от ужаса.

Никогда не видела драконов в реальности, только на картинках в книгах!

– Ауррр! – сообщила драконица и деловито шагнула в пещеру, зажимая нас внутри.

Она еле протиснулась в проем. Расфыркалась, расчихалась на чужой запах.

Мощное жилистое туловище заняло половину пространства. Раздраженно хлопающие крылья подняли ветер, и сухая солома сбилась в кучки у стен.

А я говорила… говорила, что мамаши всегда возвращаются в гнездо!

Взмах палочкой – и перед Артуром бледной синевой расцвел магический щит. Прозрачный, дрожащий, сотканный из жидких соплей, а не из крепких чар.

Хавранец был почти пуст. Но вид имел, будто у него в руках меч из ташерской стали.

– Рита… Где там твои бешеные искорки? – прошипел, тыкая в мой нос пучком отсыревшей соломы. – Самое время спустить их с поводка.

Прутья, собранные в импровизированный факел, просили огня. Но я сомневалась, что смогу принести пользу: все растратила на бессмысленную возню.

Вздрагивая от басистых рыков драконицы, я выгнала из нутра несколько заплутавших всполохов. Веселой гурьбой они скатились к запястьям, крутанулись на ладонях и спрыгнули на солому.

– Еще, – ворчал Артур, потряхивая квелым букетом.