Влад Лей "Боевое Братство"

Боевое Братство
Влад Лей

Норхард – это средневековый фэнтези мир, в котором смешались разные эпохи, где имеется магия, огнестрельное оружие, кровожадные чудовища и древние боги.

А главными героями этой истории будут обычные наемники, стремящиеся выжить, сорвать свою долю славы и заработать на спокойную жизнь…

Влад Лей

Боевое Братство

Глава 1 Дезертиры

Пролог

Предисловие

Данная книга является самобытной историей о странствиях разнокалиберного и разношерстного отряда наемников в мире Норхарда (возможно знакомого вам по циклу "Северянин"). Но в этот раз я намерен показать читателю не только северную часть этого мира, а все, что тут есть. Кроме того в отличие от "Северянина"и "Викинга"этот мир более разнообразен. Здесь есть рыцари и короли, лорды и крестьяне, некроманты и жуткие монстры, старые боги и коварные маги....

Приятного чтения и интересного путешествия. Добро пожаловать в Норхард)

(иллюстрация Варвары Грин)

Пролог

Вольные баронства (бывшее королевство Рокат)

Гор успел отразить удар в последнюю секунду. Острый, как бритва, нож был нацелен ему в грудь, но встречный удар отвел стальное жало в сторону.

Будь это сражение один на один ? Гор не только отбил бы удар, но еще и перешел в контратаку, которая, скорее всего, закончилась бы гибелью противника.

Но сейчас был не бой один на один, Гор был в числе тех, кто вот уже полтора месяца безуспешно пытался взять замок Витар, принадлежащий барону Гроту. И сегодняшний штурм был не исключением – все, кто шел к стенам, были уверены – захватить замок не выйдет.

Так и получилось. Десяток Гора начал карабкаться по лестнице вверх, на стены и…там застрял. Противников было так много, что пробиться через их ряды было невозможно. Даже удержать тот участок стены, где сейчас сражался Гор, не получалось.

Вместе с Гором успели подняться всего пятеро бойцов и трое уже были мертвы. Двое оставшихся в живых пока еще держались, но…вряд ли их хватит надолго.

Именно в эту секунду Гор увидел, как на шлем одного из его воинов опустилась дубина. Боец застыл, лишь на мгновение опустив свой меч, и тут же в его живот вонзилось копье.

– Мрислав! – заорал Гор и бросился на помощь соратнику, но не успел – над головами врагов и союзников взметнулся топор, со свистом опустился вниз, перерубив Мриславу шею.

Гор попытался было добраться до увальня, который и убил Мрислава, но рядом вдруг раздался крик боли и отчаянья.

Гор повернул голову.

Еще один боец из его десятка лишился жизни – один из воинов барона Грота смог достать бедолагу – меч вошел под мышку, как раз туда, где не было никакой защиты.

Гор встретился глазами со своим умирающим соратником. Тот безотрывно глядел на командира, губы его шевелились, но Гор не мог разобрать слов в царящей вокруг вакханалии.

Жизнь покидала бойца – глаза его тускнели, взгляд застыл. Миг ? и только что живой человек вдруг исчез, оставив лишь свое израненное, остывающее тело.

Гор зарычал, резко развернулся и ударил мечом наотмашь.

Раздалось мерзкое бульканье и один из противников вдруг схватился за горло. Из-под пальцев его обильно шла кровь.

Гор увернулся от копья, которым его пытались достать, и сам, поднырнув под руку очередного врага, «выстрелил» мечом.

Он почувствовал, как острие, найдя слабину в броне противника, прошло дальше, вошло в живую плоть.

Провернув меч, расширяя и усугубляя рану, Гор рванул оружие на себя, освободив его.

А в следующий момент он получил пинок в живот. Причем пинок такой силы, что Гор не удержался и полетел со стены вниз…

Тут бы ему и конец, но именно в этой части замка стены были не особо высокими. Собственно, поэтому штурмовали тут.

А еще Гора спасло то, что упал он не на каменистую землю, а на чей-то труп.

Тем не менее, падение не прошло бесследно – из Гора выбило дух, он лежал, пытаясь вдохнуть или выдохнуть, удивляясь тому, почему вдруг разучился дышать.

Вполне возможно, что на некоторое время он и вовсе лишился сознания.

Во всяком случае когда он очнулся, когда зрение к нему вернулось, сражение на стене замка уже закончилось.

Гор не без труда перевернулся на живот, попытался подняться.

Сделать это оказалось неимоверно трудно – в груди жутко болело, каждый вдох был сродни пытке, конечности его не слушались, а тело и доспехи, как казалось, весили целую тонну.

В конце концов Гор скинул с себя кирасу и шлем, после чего смог стать на четвереньки, однако подняться в полный рост не получалось – земля размокла от снега, который начал идти еще вечером, превратившись в грязь, к тому же ее взбили ногами штурмующие замок бойцы.

Раздался протяжный звук горна. Это был сигнал к отступлению.

Гор не испытал ровным счетом никаких эмоций. Ни облегчения, ни отчаянья. Все случилось ровно так, как солдаты и говорили – очередной штурм закончился ничем.

Хотя, если взглянуть на множество трупов, лежащих у замковых стен, можно сказать, что результат был. Барон Табот, который и командовал осадой, здорово уменьшил свою армию…

Гор предпринял еще одну попытку подняться, но поскользнулся в грязи и вновь оказался на четвереньках.

Рядом послышался какой-то чавкающий звук и Гор, повернув голову, увидел приближающегося всадника.

Всадник?! Здесь? Откуда? Неужели Табот отправил кавалерию? Но зачем?

Несмотря на то, что разум Гора был все еще помутнен падением, он бросил взгляд на табард, надетый всадником поверх доспеха.

Желтого цвета, с зелеными львами – таких цветов и гербов нет у союзников, зато есть у соседей.

Гор смекнул, что сидящий за стенами своего замка барон Грота смог отправить гонца к союзнику и тот явился…

Меж тем всадник подъехал к Гору, остановил коня рядом с ним.

– Погляди сюда, чернь! – приказал всадник, подняв забрало шлема. – Хочу увидеть твою морду перед тем, как убью.

Гор с ненавистью поглядел на всадника. И до этого сомнений было, но теперь, после этих слов, произнесенных с таким пафосом и надменностью, стало окончательно понятно – какой-то дворянчик, мнящий себя великим воином, решил открыть счет, добивая раненых. А быть может, уже открыл.

Дворянчик, увидев выражение лица Гора, лишь усмехнулся.

– Можешь попытаться сбежать. Старый пьянчуга Табот уже протрубил отход, так что дам тебе фору – двадцать шагов.

Гор скосил взгляд на короткое копье, которое дворянчик держал в правой руке.

Ну да…конечно… Фора в двадцать шагов – это верх щедрости.

В нынешнем своем состоянии Гор не был уверен, что сможет просто их пройти, а уж бежать… Да и какой смысл? Боевой конь нагонит человека в пять прыжков и дальше дворянчик всадит копье в спину убегающему…

Гор стал на колени, откинул голову назад, прикрыв глаза, и раскинул руки, давая понять, что готов принять смерть.

– Трус! – в голосе дворянчика звучало и разочарование, и презрение. Наверняка он предвкушал погоню и убийство жертвы, не способной ничего ему противопоставить.

Конь, словно учуяв подвох, фыркнул, начал гарцевать на месте.

– Тпру-у-у! А ну стоять! – рявкнул дворянчик, заставляя своего скакуна успокоиться.

Когда конь вновь покорно стал, дворянчик удобнее перехватил копье и, замахнувшись, ударил им, целя в грудь Гора, но тот вдруг резко подался в сторону. Навершие копья ударило лишь воздух, а в следующую секунду Гор вцепился в древко и что было сил дернул его на себя.

Не ожидавший подобного от доходяги дворянчик вылетел из седла, с громким хлюпаньем упал в грязь.

Гор, даже не вставая, накинулся на него, придавил всем своим весом, а затем, изловчившись, вытянул из-за голенища короткий нож.

На лице дворянчика все еще было написано удивление, когда нож вошел ему в шею, чуть выше кольчужного воротника.

Дворянчик захрипел, на губах его появилась кровавая пена и он непонимающе уставился на Гора.

Несколько секунд, и он затих, Гор с облегчением перевернулся и рухнул спиной в грязь.

Пока Гор расправлялся с дворянчиком, проклятая лошадь, будто испугавшись, что ее ждет та же судьба, что и владельца, бросилась прочь.

Ну и ладно. Гор не был уверен, что сможет залезть в седло.

Все еще плохо соображая, он, опираясь на труп дворянчика, смог подняться.

Потоптавшись на месте, найдя взглядом огни лагеря, он поплелся в ту сторону.

Путь был нелегким. Идти чуть ли не по колено в грязи было тяжело, несколько раз Гор падал, весь изгваздавшись в грязи, кое-где и вовсе полз, так как просто не мог подняться.