Влад Лей "Боевое Братство"

Казалось, что путь его занял целую вечность, но вот вдруг он обнаружил, что всего в нескольких метрах от него высится палатка. Штопанное, некогда белое, а теперь замызганное до серости полотно колышется под ветром. Чуть дальше, за палаткой, виднеются костры.

Гор, шатаясь, направился туда…

Еще вчера у костров сидели, ели и грелись по дюжине воинов. Теперь же у слабо горящих костерков было человек по пять. Где-то чуть больше, где-то чуть меньше… А кое-где костер не зажегся вовсе – было некому.

Сколько же сегодня полегло людей?

Гор наконец-то добрался до места, где еще вчера ждал битвы его десяток. Сейчас у только-только разведенного огня сидело всего двое: вечно мрачный Бура – мужик лет сорока, плечистый и высокорослый, и старый, седой Аким, возраста которого никто не знал. Но все были уверены – он очень стар, ведь Аким – воин, который был в дружине сира Борса тогда, когда сам сир Борс был сопливым юнцом. Да чего там, Аким в свое время Гора учил владеть мечом и щитом, и уже тогда был сивым, как лунь.

Гор подошел ближе и с облегчением опустился на бревно. Он протянул замершие руки к огню, пытаясь хоть как-то их согреть.

– Это все? Только двое? – не глядя ни на кого и ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Гор.

Вместо ответа раздался горестный вздох Акима.

– Братья Сигиры погибли, – сказал он. Голос его звучал как скрип старых деревьев ветреной осенью. – Всадники появились словно из ниоткуда, и прежде чем мы успели хоть что-то сделать…

Он вновь тяжело вздохнул.

– Дубину убили, – буркнул Бура, – стрела точно в глаз вошла…

– Мрислава и Губень на стене убили, – сказал Гор, глядя на огонь, – Кулича зарубили, когда поднимался по лестнице, Самику проломили череп камнем. А Ширима просто сбросили…

– Вот, считай, и нет больше дружины у сира Борса, – вздохнул Аким.

– Сира Борса тоже нет, – хмыкнул Бура, – видел, как его на стене зарубили. Раз ? и башка полетела…

– Уверен, что это он был? – Гор повернулся к Буре. – Что старик забыл на стене?

– Захотел нас воодушевить, – горько усмехнулся Бура,– решил, что если пойдет, мы победим.

– На старости лет совсем из ума выжил… – вздохнул Аким, – чего вообще было влезать в эту войну?

– Земель захотел, – ответил Бура.

– Своих, что ли, мало? Одна деревушка на всю округу, да и та теперь захиреет, – Аким горестно махнул рукой.

Гор промолчал.

Все было хуже, чем он ожидал. То, что их господин, сир Борс, сам полез в бой и погиб, было плохой новостью. Будь он жив, увидев, какие понесла потери его дружина, может и отказался бы продолжать осаду, а теперь… Теперь, скорее всего, их, переживших сегодняшнее побоище, бросят как мясо на следующий штурм…

– Думаю, нас теперь к баронской роте отправят, – заявил Бура. – Их тоже сегодня здорово потрепали…

– Да как можно? – возмутился Аким. – Мы ведь дружина лорда!

– Нет лорда – нет дружины, – хмыкнул Бура, – готов поспорить, благородные сейчас собачатся насчет того, кому земли сира Борса достанутся…

Костер наконец-то разгорелся, затрещали дрова, искорки прыгали над языками пламени.

Гор смог согреть руки – теперь тепло от костра было ощутимым. Хоть что-то хорошее – можно нагреться самому, просушить одежду. Тем более что с темного неба начал сыпаться снег. Пока что редкие снежинки опускались на траву и вытоптанную землю, но Гор не сомневался – зима скоро даст о себе знать…

Совсем рядом из темноты кто-то вынырнул, с размаха плюхнулся рядом с Гором на бревно.

– Фуф… Думал, не дойду!

– Артур! Живой! – обрадовался Аким. – А мы уж думали…

– Не дождетесь! – усмехнулся высокий и статный парень лет двадцати с небольшим.

Это был Артур Лэндаль – еще один боец их десятка. Меткий лучник, душа компании, повеса и бабник. Однако сейчас он выглядел смертельно уставшим, был потрепанным и взъерошенным, самим на себя не похожим.

– А остальные где? За харчами и дровами пошли? – спросил Артур, как и Гор, протягивая руки к костру.

– Это все, – ответил ему Бура.

– Как это «все»? – не понял Артур.

– Все, кто выжил, – пояснил Гор.

Артур, нахмурив брови, обвел товарищей взглядом, словно проверяя, не шутят ли они. А затем, осознав, что таким не шутят, шумно вздохнул и выругался.

– Мать его за ногу, Табота и этот вшивый клоповник Витар! На кой черт он нам вообще нужен?

Вопросы это были сугубо риторические и отвечать на них никто не спешил.

– А где сир Борса? – спросил Артур. – Он знает, сколько нас осталось?

– Знает, – хмыкнул Борса, – он ведь с остальными…

Артур уставился на Буру, глупо хлопая глазами. Наконец-то до него дошло.

– Сир Борса…того?

Бура лишь кивнул.

– Вот черт… – похоже, до Артура мгновенно дошло, что означает смерть их лорда, – и что делать будем?

– А что мы можем сделать? – спросил Бура.

– Ну… – Артур сообразил, что ляпнул глупость, и теперь пытался сформулировать мысль, – нас ведь в баронское мясо засунут…

Бура пожал плечами, мол, а чего сделаешь?

У костра вновь воцарилось молчание.

В лагере вообще стояла непривычная тишина. Обычно со всех сторон доносился гомон, покашливание, даже смех изредка, но сейчас стояла тишина.

Было настолько тихо, что все сидевшие у костра мгновенно услышали приближающиеся шаги.

Как один, они повернулись, то ли надеясь, что это кто-то из, как они считали, почивших товарищей, то ли Бура все-таки ошибся и к ним идет сир Борса.

Шаги все приближались, и вот из темноты вынырнула фигура.

Блестящие и чистые доспехи, спесивое выражение лица и презрительный взгляд.

Гор нисколько не сомневался, что заявился к ним очередной лорд. А их появление не сулит ничего хорошего…

– Где здесь десяток Борса? – спросил он, презрительно скривив губы.

Гор нехотя поднялся на ноги.

– Десятник Гор, ваша мило…

– Больше не десятник, – перебил его дворянин, – я – лорд Гирей ли Домброй. Ваш господин.

Вся четверка скривилась. Лорда Гирея ли Домброя все они отлично знали и помнили. Лет пять назад он повадился к дядюшке клянчить деньги. Тот давал, но затем решил пристроить племянника к делу. Сам уехал в соседнее баронство, а на хозяйстве оставил Гирея.

Так тот такого наворотил…

Короче, когда дядюшка вернулся, то за голову схватился. А обнаружив племянничка, пьяно храпящего на подворье в уделанных портках, погнал его взашей.

После этого лорд Гирей ли Домброй в деревне не появлялся и дядюшке не докучал.

Но вот поди ж ты – едва только сир Борса почил, как объявился, наследничек…

Судя по всему, Гирей понял по ехидным выражениям лиц, о чем думают его свежеиспеченные «вассалы», так как скривился, будто сожрал чего кислого, и заявил:

– Значит слушайте сюда, тупицы! Утром отправляетесь к воротам, доложитесь сотнику Дюту и будете воевать под его началом. Все ясно?

– К воротам? – нахмурился Бура. – Но там ведь стояли наемники ди Лимара…

– Больше не стоят, – бросил наследник и, полоснув четверку ненавидящим взглядом, развернулся и пошагал восвояси.

Когда он отошел, Гор сел на свое место.

– Кажется, нам очень повезло с новым господином, – зло усмехнулся Бура.

– Угу, – хмыкнул Аким, – скинул нас, как щенят…

– А что ему, самому в бой идти? – усмехнулся Гор. – Видели его чистые доспехи? Зачем же их марать?

– Да он просто нас со свету сжить хочет, – заявил Бура.

– М-да-а-а… – вздохнул Аким и покачал головой, – повезло так повезло! Если не подохнем под этим замком, чую, взвоем мы, как домой вернемся.

– Чего так? – насторожился Артур.

– Да лорд наш новый – пьянь подзаборная, – пояснил Бура, – не слыхал, что ли, историю, как он в пыли валялся и псы дворовые на него по нужде ходили?

– Как же, слыхал, – хмыкнул Артур.

– Ну вот, – вздохнул Бура, – и это он при живом дядя, сире Борсе, прими Триликий его в своих чертогах, так чудил. Что он теперь будет делать, когда дяди над ним нет?

– Пустит нас по миру, – предположил Аким, – или продаст, или всю деревню заложит ростовщикам, а затем и сам пойдет побираться… Эх, захиреет деревня…жаль то как…

У Гора перед глазами встала их родная деревушка, раскинувшаяся среди живописных зеленых холмов. Из низких домиков, утопленных в землю, торчат дымоходы, а из дымоходов идет сизый дым, улочка, или же просто главная дорога, вымощенная мелкими камнями, тянется вдоль домов и упирается в поместье лорда, огороженное частоколом. Пусть и деревянный, но все же замок…

А слева от замка обрыв, там бежит узкая, но быстрая и глубокая речка, через которую тянется аккуратный мост, построенный еще отцом Гора. В реке всегда полно рыбы – настоящий рай для рыбака.

В далеких горах и лесах, у их подножия всегда хватало дичи и живности, на которую можно было охотиться. Да и земля там мягкая и рыхлая – на ней всегда все росло, словно бы само по себе…

Гору показалось, что он учуял запах распаханной земли, почувствовал вкус ветра, прилетевшего со стороны леса и гор…

– И чего делать будем? – простой и в то же время необычайно сложный вопрос Артура вернул Гора в реальность.

– Ну ты же слышал, – ответил Гор, – пойдем к воротам…

– Сдохнем мы там, – заявил Бура.

– Может, повезет…

– Не повезет. Пустят на фарш и всех делов. Кому мы теперь надо?

– Да с чего ты вообще взял что там бойня будет? Ведь тихо было…сам сказал – наемники стояли…

– И где они? – спросил Бура и тут же ответил на свой же вопрос: – А смылись. То-то я видел, как они через лес идут. А думал, показалось. Не показалось. Подыхать не хотят, вот и ушли.

– Как это ушли? – нахмурился Артур.

– А вот так. Видать, чего-то с лордами нашими закусились… Или те наемников на убой хотели отправить, или платить не захотели. Те и отчалили.

– И что нам с того?

– То, что если наемники даже без боя свалили, значит там жарко будет. И за обычное жалование они там торчать не пожелали. А лорды наши платить больше не согласились. Вот наемники развернулись и ушли… Не удивлюсь, если завтра мы молодцев ди Лимара увидим уже с другой стороны. Против нас…

– Брюзжишь, как моя старая карга, – засмеялся Аким, – гляди, а то закончишь как она!

Бура фыркнул и принялся деловито ковыряться в костре, расшевеливая угли.