Светлана Нарватова "Скорая помощь для мага"

– Да нет же! Площадь, фонтан, лавочки, вы тыкаете пальцем в этот… телефон. А потом… Да что же это такое! – он был явно расстроен.

Вот теперь Поле стало совсем грустно. Такой генофонд, и коту под хвост! Шизофрения или бред?

– А что ещё вы вчера видели? – мягко поинтересовалась Полина. Нужно как?то незаметно психиатрию вызвать.

– Я… – тут красавчик заткнулся и внимательно на неё посмотрел. – Ничего особенного. А вы часто здесь застреваете? – обратился он к блондинке.

– Молодой человек, какая?то у вас неудачная попытка познакомиться, – заявила та. – Ни?за?чет.

– Вы вчера также здесь стояли?! – мужчина схватил девушку за плечо.

– Я вчера здесь даже не проходила, – блонди сорвала руку красавчика с себя и дёрнула ногой. Нога двинулась свободно – каблук болтался под туфлей на честном слове. – Ч?чёрт! – прошипела она. – Что вы себе позволяете. Я сейчас вызову полицию!

Мужик сразу притих. Он медленно поднял руки вверх:

– Вопросов больше не имею!

– Дурак какой?то! – возмутилась блондинка и поковыляла дальше, пытаясь опереться на сломанный каблук.

– Вы тоже вчера здесь не проходили? – как?то обреченно спросил красавчик.

Полина хотела было сказать, что она здесь ходит постоянно, поскольку живёт, но вовремя сдержалась: ещё квартиру бы назвала, чтобы наверняка психа домой пригласить.

– А вы здесь часто бываете? – задала она вопрос и посмотрела на часы. Нужно спешить, но кто знает, к чему может привести её халатность.

– Нет, я здесь всего второй день.

– А почему наряд такой… экстравагантный?

– В кино снимаюсь, – слишком поспешно ответил красавчик.

– И кого играете?

– Героя, – ответил он, но потом поправился: – Верховного мага. Небольшого королевства Ледении.

Поле хотелось спросить, какой сегодня день недели. И год. Красавчик чередовал неадекватное поведение с очень неадекватным, но вряд ли будет спокойно стоять и ждать скорую.

– А вы далеко живете? – поинтересовалась она. На всякий случай.

– Здесь. С вами в одной… – он замялся, показывая на Полин подъезд. – Вы из той же двери выходили.

– Я вас не помню, – насторожено ответила Полина.

– Я только вчера приехал. У знакомой живу, – он замолчал. – На втором этаже, – добавил он, будто вспомнил что?то важное. – А вы?

Может, он и не псих. Может, какой?то мошенник. Или вор. Или пикапер. Или брачный аферист.

– Извините, я на работу опаздываю, – закончила разговор Поля и поспешила по дороге, опасаясь, что мужчина будет её преследовать. Однако никто за ней не пошёл.

Полина на всякий случай проверила сумочку и убедилась, что кошелёк и ключи на месте. В автобусе она размышляла над странностями своего сегодняшнего сна.

А был ли он в самом деле?

Глава 6

Меня разбудили проклятые колокольчики. Я так надеялся проснуться там, где засыпал: в королевской опочивальне. Но не судьба. Открыл глаза. Увидел себя в потолке. Я был всё той же свиньёй, что и вчера. В тех же сапогах и при полном параде. Когда успел одеться? И как вернулся сюда? Наверное, это ещё какая?то местная магия?не?магия. Осталось найти некоего «Инженера» и попытать его, чтобы узнать, как она действует. Главное, случайно не перестараться.

Я немного полежал, возвращая чувствительность конечности. Встал. Потянулся. Открыл шторы. В окно был виден вчерашний двор без деревьев. Солнечное утро снова предвещало жару. Потом прошел мимо чёрного недозеркала, которое напоминало штуку из «Холодка», только в нём никто не танцевал. Оно тихо, молча висело на стене и в таком виде нравилось мне даже больше.

Я стал раздеваться, чтобы принять ванну. Удивительно, но после вчерашнего варварского обращения с рубахой, она совершенно не измялась. Аккуратно развесив одежду на спинке длинного мягкого сидения, я с радостью окунулся в прохладную воду. Побрился уже знакомым ножом, позавтракал едой из уже ставшего родным холодильника. Собрался. Полез в карман посчитать, сколько денег осталось после обеда в кафе – и ничего не нашел. Ни?че?го.

Впрочем, Альёна говорила, что здесь даже дверь незапертой нельзя оставить – сразу обворуют. И человек из этого мира обвинял Эля в плохом управлении королевством! Однако нужно обзавестись ключами. Поднял с пола сумочку, в которой, как я помнил, звенел телефон?будильник. Внутри нашлись и телефон, и кошелёк непривычно плоской формы. В кошельке лежали деньги, немногим больше десяти тысяч, и с десяток твердых прямоугольных пластинок с разным рисунком. Ни изображения, ни надписи на пластинках ни о чем не говорили. Ещё в одном отделении я нашёл монеты, но их номинал был значительно меньше бумажных денег. Решительно закрыл кошелёк и убрал в сумку. Я самостоятельный мужчина и в состоянии себя обеспечить. Никогда не жил за счет женщин и начинать не планировал.

…К тому же долго на такую сумму всё равно не проживешь. Судя по ценам в «Холодке».

Ключей оказалось несколько. Они были скреплены металлическим колечком. Разобраться с ними оказалось несложно. Замкнув дверь квартиры на замок, я вышел на улицу. В этот раз я намеревался хорошенько осмотреться и вернуться домой самостоятельно.

Обошёл вокруг дома, обнаружил на нём название улицы и номер. Название несколько раз прочитал вслух, со второго раза получилось без ошибок. Вернулся в квартиру, убедился, что она никуда не делась, и замок открывается. Потом встал в тень одинокого дерева и стал разглядывать здание, пытаясь найти в нём отличия от других таких же.

Дверь, из которой я только что вышел, снова хлопнула, и я увидел знакомую по прошлому утру полную женщину с мохнатой визгливой тварью. В этот раз я наблюдал её спереди. Губы дамы были брезгливо поджаты. Чёрные брови задраны и придавали лицу странное выражение маски.

Следом за дамой с тварью из здания вышла лекарка. Она была в той же одежде, что и вчера. Как и дама с тварью. Я проследил за нею взглядом… и не поверил глазам. Умершая вчера блондинка снова застряла каблуком в решетке!

– Ты… ты же вчера умерла! – возмутился я, когда подбежал к ней.

Разговор с девицами произвёл очень странное впечатление. Во?первых, лекарша сделала вид, меня не помнит и вообще впервые видит. А я ей, между прочим, пирожные отдал! Блондинка делала вид, что вчера не умирала и даже здесь не проходила. Вся ситуация напоминала какой?то фарс. Со мною в главной роли. Шестым чувством я ощущал, что от «дурки» меня отделяла тонкая грань. А полицией, в которую Альёна категорически не рекомендовала мне попадать, мне даже пригрозили. Я понял, что самое верное сейчас – ретироваться. Но, к счастью, мне не пришлось сбегать. Девушки ушли первыми.

Что тут вообще происходит?

Махнув рукой на девиц, я двинулся в сторону парка, внимательно осматривая здания, попадающиеся на пути. Не повторяя прошлых ошибок, периодически огладывался, чтобы представлять, как выглядит обратная дорога. Теперь путь до широкой дороги, заполненной машинами («пр?т Ленина» она называлась) казался не таким долгим. Знакомый путь всегда короче.

Столб с разноцветными фонарями встретил меня приветливым красным, заставляя остановиться и оглядеться.

Протолкнувшись откуда?то сзади, рядом со мной встала вчерашняя женщина с дочкой. Я улыбнулся девочке. Та засмущалась.

– Дяденька, а вы принц? – поинтересовалась она.

Я растерялся. Хотелось сказать, что она у меня это уже спрашивала, но не стал. У Альёны подобных проблем с памятью я не замечал. Но день вообще начался непонятно.

– Нет, – ответил я коротко.

– Валь, – расстроилась девочка. – А то я бы за тебя замув выфла.

– А разве можно замуж выходить таким маленьким девочкам?

– Нет, конефно, – возмутилась девочка. – Ты меня довдёфся.

– Точно? – переспросил я.

– Мужчина, не морочьте ребёнку голову! – снова возмутилась мамаша. Интересно, она другие слова знает?

– Я морочу ей голову?!

– Разговоры про замужество ведете! Вы извращенец?

– Я веду разговор про замужество?!

– Дяденька, а у вас какая мафына? – снова влезла в разговор девочка. – Бээмвэ или мерс?

– У меня нет машины.

– Тогда вы точно не принц, – сделала вывод девочка, будто я долго и упорно убеждал её в обратном. – Вот у моего папы есть мафына. И у мамы есть мафына. И у меня есть мафына.

– Ага. На верёвочке, – фыркнула мама. – Перестань втирать дяде по ушам. «Ма?ши?на». Повтори.

– Машина, – послушно проговорила та.

– Вот молодец! – обрадовалась женщина. – Я же говорила, всё у тебя получится! Идём, доча, нам зеленый.

Меня толкнули сзади, потому что все пошли, а я стоял столбом. Но всё же взял себя в руки и пошёл со всеми. Вывод, который напрашивался: нынешние события были ещё более похожи на сон, чем два предыдущих сна. Может, на этот раз я всё?таки сплю? Может, вообще всё это сон? Но ведь так не бывает, чтобы один день в точности повторял другой?

Так или иначе, мне нужны деньги, и я знаю, где их взять. Заодно проверю свою версию для объяснения происходящего.

Я шёл и шёл по «пр?ту Ленина», всё дальше и дальше. Оказалось, что город был организован вполне логично. Каждый дом имел номер, по одной стороне шли чётные, по другой – нечётные. Ориентируясь на них, можно было без труда найти поворот к Альёниному дому. Я понял, что вчера даже проходил мимо. Дважды: туда и обратно. Но теперь я точно не заблужусь.

Количество домов поражало. Номера перевалили за сто, а улица всё не кончалась. Наконец впереди появился парк.

Я сразу решил выбрать место поудачнее, поэтому прошел к фонтану. Встал. Постоял. Люди проходили мимо, и почему?то никто не рвался сделать со мною фото. Или видео. Я был точно таким же, как вчера, но сегодня никто не хотел платить мне деньги. Это расстраивало. И, главное, я даже не представлял, что с этим делать. Побродил какое?то время у фонтана, лишь вызывая косые взгляды. Совершенно не хотелось верить в своё безумное предположение. Я хотел продолжить день по?другому. Но по?другому не выходило.

В отчаянии я вернулся на ту самую скамейку, где сидел вчера, в глубине души надеясь, что всё придумал. Закрыл глаза и стал размышлять о том, что, возможно, зря отказался от Альёниных денег. Желудок уже начал напоминать о себе. Пока робко, но это временное явление. Такая внезапная потеря источника средств озадачила и огорчила. Вероятно, здесь можно продать драгоценности. Всё равное в качестве носителей заклинаний они теперь бесполезны. Нужно будет в следующий раз спросить у Альёны, как ещё здесь можно заработать.

Хотя с чего я взял, что следующий раз будет?

– Мужчина, а вы в кино снимаетесь? – вывел меня из размышлений женский голос.

Я оказался прав. Голос был тот самый. Вопрос был тот самый. Я секунду помедлил, прежде чем открыть глаза. Но пара толстушек: старшая и младшая, тоже были теми же самыми.

– Да, – не моргнув глазом, соврал я.

– А что, у нас кино снимают? – восторженно запрыгала девочка, сотрясаясь складками.

– Нет, я у вас… – не скажешь же «случайно». – По делам.

– А в костюме – потому что в роль вживаетесь? – спросил бойкая девочка.

«Вжиться в роль» звучало непривычно, но вполне безобидно. Роли играют в театре, такое национальное развлечение в Шугельштадте. Возможно, кино – примерно то же самое.

– Как ты догадалась?

Она польщенно засмущалась.

Я принял позу пособлазнительней, натянул располагающую улыбку и стал ждать. Начинается всё сегодня по?другому, а заканчивается так же.

– А… вы… – неуверенно поглядывая на дочь, начала мамаша. – А вы не согласились бы…

Я чуть склонил голову набок, поощряя:

– Да?

– Может, вы могли бы сфотографироваться с Юленькой? – закончила она.

Всё же, несмотря на непривлекательную внешность, обе они – добрые и по?своему приятные дамы. Мамаша так трепетно заботилась о своей толстушке?дочери…

Хотя лучше бы заботилась о том, в чём она ходит.

Несколько па, лучезарных улыбок, восторженно подпрыгиваний Юли (они – хорошие люди, но моё эстетическое чувство при этом пострадало), мы перешли к обсуждению видео и скромной компенсации за потраченное время. После этого дело пошло на лад. Правда, надоело мне ещё быстрее, чем вчера. Но я ждал. Я упорно ждал. Я – человек незлопамятный. Просто развлекаться люблю.

– А если с поцелуем, сколько будет стоить? – наконец был задан тот самый вопрос, который я ждал.

Я повернулся.

– Ляля? – изобразил я удивление.

– Вообще?то, Оля, – стушевалась она. – Мы знакомы?

Она придирчиво меня осмотрела.

– Пока нет. Но я тешу себя надеждой.

– А имя откуда знаете? – насторожилась она.

– Мне так показалось. Подумалось, что это имя тебе пойдет. Но не угадал. А хочешь, попробую угадать, чем ты занимаешься?

– Давай! – она сложила руки на груди.

– Ты… учишься! – я ткнул пальцем в небо. В прямом смысле. Указательным пальцем.

– Ну это элементарно, – разочаровано выдала она.

Я изобразил самый проникающий в душу взгляд.

– Ладно. Мне кажется, ты… добрая, заботливая. У тебя с детьми хорошо должно складываться. Что?то связанное с детьми? Гувернантка? – я, как назло, забыл слово, которое она называла.