– Они точно у тебя с собой были?
– Точно.
– Пойдем к управляющему, заявим о пропаже.
– Не нужно, я уже сказала банщице. В их интересах часы найти.
Налив себе чай, уселась на диван.
– Значит, это правда, что о вас говорят? – спросила Алика.
– Не знаю, время покажет, – не стала я разыгрывать непонимание.
– Ну, он тебе нравится? Между вами есть притяжение пары? Он поэтому тебя рядом поселил? Постой, а ты его к принцессе не ревнуешь?
– Алика… – рассмеялась я.
– Ответь! Я же от любопытства умру. В академии о таком не поговоришь, никогда не знаешь, кто тебя слушает.
– А здесь нет?
– По крайней мере драконов с их острым слухом здесь точно нет, а остальным до нас дела нет. Ну же, не молчи!
– Да я не знаю, что тебе и сказать. Стараюсь лишнего себе не надумывать и просто учиться. Время все расставит по местам.
– Тебя вообще не волнует, что ты можешь стать нашей королевой?!
– Знаешь, я совсем не расстроюсь, если стану просто дипломированным целителем, – откровенно ответила ей.
– Поверить не могу, неужели ты в него не влюблена?!
Тайран настаивал на том, чтобы я всех убеждала, что от него без ума и между нами отношения, но врать именно ей не хотела.
– Алика, у меня только одно сердце, а ситуация такова, что его очень легко можно разбить. Надеюсь, ты не будешь упрекать меня за осторожность?
– Да, я понимаю… Здесь принцесса Ньордов, и все подозревают, какова истинная причина ее визита. Но ведь это как раз и говорит о том, что у Тайрана к тебе есть чувства, он бы не затевал банальную интрижку на глазах предполагаемой невесты.
Эх, знала бы она!
– Все просто в догадках теряются, что теперь будет.
– Как я говорила, время покажет, – постаралась свернуть разговор.
– Ничего. Если что, у тебя останется Стефан.
– Стефан?!
– Он к тебе тоже неравнодушен. Постоянно расспрашивает меня о тебе, просил узнать, какие цветы ты любишь, что тебе нравится.
– Алика, да он просто бабник! Возможно, видя интерес принца, просто хочет поиграть у него на нервах и подразнить.
– Ну не знаю, он казался мне искренним, – с сомнением протянула она.
– Не будь он так убедителен, у него бы не было столько девушек, – заметила я.
– Катрина, ты такая рассудительная, словно тебе сто лет! – немного разочарованно воскликнула Алика.
Понимаю: она думала, что мы посплетничаем, пообсуждаем парней, похихикаем, а я такая вредная.
Хотела сказать ей, что дети в приютах быстро взрослеют, но не стала напоминать об этой части своего прошлого. Да и Алика набросилась с новыми расспросами:
– Слушай, мне показалось, или Эран сегодня за обедом тебе подмигнул, когда проходил мимо? И потом глаз с нашего столика не сводил.
Вот Эрана я готова была обсудить, на фоне остальных он казался безопасной темой.
– Тебе не показалось. Я тебе больше скажу! Сегодня утром он сел завтракать за мой столик.
– Да ладно?!
– Ага, сама обалдела. После того как принес извинения, намерен со мной дружить.
– Вот как тебе это удается?!
– Что именно?
– Привлекать к себе внимание сильнейших драконов академии.
– Стадный инстинкт, – с серьезным видом произнесла я.
– Что?
– Разве не слышала? Если девушке начинает оказывать внимание один кавалер, то за ним появляется и второй, и третий. Ну психология у парней какая? «О, на нее обратили внимание! Наверное, в ней что-то есть. Присмотрюсь внимательнее, почему за ней так увиваются». Потом включается соревновательный эффект, парни любят друг с другом соревноваться и выяснять, кто круче. Вот тебе и толпа поклонников!
Алика хлопала глазами, и я рассмеялась.
– Ты шутишь?
– Немного.
– Просто с драконами все по-другому. Никто из людей не осмелится перейти дорогу дракону, так что от тебя будут держаться подальше. А Эран нарывается, оказывая внимание тебе, этим он бросает вызов Тайрану. Не удивлюсь, если в скором времени его ждет трепка, как только принц обо всем узнает.
– Ну, я совсем не расстроюсь, если он ему намылит шею, – ответила я. Кто «он» и кому – уточнять не стала. В принципе меня удовлетворит любой вариант.
Кстати, а Тайран требовал, чтобы я от парней держалась подальше как раз из-за того, чтобы не пришлось отвлекаться и им мозги вправлять? Теперь понятно: дело не в правдоподобности нашей игры, он просто хотел, чтобы фиктивная девушка не доставляла хлопот.
Мы снова посетили парную, а на обратном пути ко мне подошла обеспокоенная банщица, попросив еще раз проверить вещи. Может, моя пропажа просто выпала из кармана, когда я переодевалась. Им не нужны проблемы и пятно на репутации заведения.
Мы вместе пришли в кабинет, и я среди своих вещей ожидаемо нашла часы.
– Я знала, что так и будет! У нас воровство не принято. Я тут вам принесла свежий чай и пирожные за счет заведения, чтобы забыть о недоразумении, – указала она на столик.
«Ага, как раз и часы вернула, пока нас не было!» – хмыкнула я про себя. Наверняка, обнаружив у меня такую дорогую вещь, банщица решила, что я украла ее и шум поднимать не стану. Знала же, что сироты воришки, и усыпанным драгоценными камнями часам честным путем взяться у меня неоткуда. Зря я ей о себе рассказала при первой встрече.
– Ух ты, какая красота! Покажи, – попросила Алика. – Смотри, клеймо королевского ювелира Разеля Шерринга, – указала она мне на вензеля «Р.Ш.» на обратной стороне часов.
Я бы и не заметила.
– Подарок его работы статусный, говорит об особом отношении королевского дома к тому, кому он преподнесен. Его высочество тебя очень ценит.
Банщица слушала с открытым ртом, развесив уши. Поймав мой взгляд, поклонилась нам и быстро ушла. Уверена, не будь со мной Алики, еще бы и извиниться потребовала за наговор, но рядом со мной аристократка, и мое положение теперь непонятное. Так что она ушла молча, решив лишний раз не отсвечивать.
– Ты и теперь сомневаешься, что принц настроен серьезно? – воскликнула Алика, не обратив внимания на уход банщицы. Но для аристократов слуги как предмет мебели: когда надо – пользуются, а в иное время не замечают.
– Время покажет, – повторила я, забирая у нее часы.
– Знаешь, я хотела с тобой кое о чем поговорить. Пойдем в купель, поболтаем.
Мы прошли во вторую комнату, где на подиуме со ступеньками стояла круглая купель, еще стол для массажа, банкетки у стен. Сбросив халат на подиум, я опустилась в теплую воду, пахнущую травами. С удовольствием вытянула ноги, откинув голову на закругленный полированный край купели. Кайф!
Тишина и отсутствие всплесков от Алики заставили открыть глаза и взглянуть на нее. Подруга сняла халат, но обернулась полотенцем и сидела на подиуме, опустив в воду ноги и глядя на меня.
Упс! Кажется, я сделала что-то не то. Здесь не принято обнажаться? Но я думала, что полотенца лежат для того, чтобы потом ими вытираться.
– В тебе точно есть драконья кровь! Только они так спокойно относятся к своему обнаженному телу, – с толикой зависти произнесла Алика.
– Мы же здесь одни. Чего стесняться?! Ты своего разве стыдишься?
Хотя я понимала, что дело здесь не в стыде, а во вбитых с детства правилах приличия.
– Нет. Но раньше я с гувернанткой и слугами баню посещала, когда путешествовали, и мы были в полотенцах. Затем с девочками при поступлении ходили, но тогда тоже никто полностью не обнажался, – немного смущенно призналась Алика, а потом все же сбросила полотенце и соскользнула ко мне в воду.
– Тогда понятно, – кивнула я. – Гувернантка наемный работник, и с ней не по статусу, а с девочками нашими я бы тоже обнажаться не стала – разберут по косточкам, выискивая недостатки.
Алика весело хмыкнула, подтверждая мою правоту, но было заметно, что ей немного не по себе: она скрестила руки на груди.
– Слушай, я не настаиваю брать пример с меня. Я просто не привыкла в полотенце в воде лежать. Ты делай, как тебе удобно. Главное, чтобы тебе было комфортно, – сказала я и вновь откинула голову назад, закрывая глаза, чтобы ее не смущать. – Алика, я вот только не пойму. Я же человек. Откуда во мне может взяться примесь драконьей крови?
Вспомнилось, как и лаэр Дагар говорил о том, что чувствует во мне примесь драконьей крови. Только тогда наш разговор свернул не туда, и я так и не выяснила, как такое может быть.
– Об этом не принято говорить, но иногда и у драконов рождаются мальчики, неспособные к обороту. Они сильнее обычных людей, живут немного дольше, но не так долго, как драконы. Это боль их расы. Такие дети не могут быть наследниками. Но за их судьбой следят, хорошо обеспечивают, устраивают браки с людьми. Любой аристократ будет рад влить в свой род даже такую драконью кровь. Разве ты не слышала, что аристократы живут дольше людей и не так быстро стареют?
– Не задумывалась. Считала, что дело в образе жизни и хорошем питании.
Глава 5
Новые сведения стали для меня открытием. Да в захолустном Лионе я и не встречала титулованных аристократов, а потом не спрашивать же мне о возрасте у всех встречаемых? Но теперь понятно, что с помощью вливания крови эльфов и драконов в среде аристократов произошла своего рода селекция, улучшение генофонда. Не зря у аристократов рожи породистые и смазливые, есть в кого.
Хотя как представлю, каково драконам наблюдать, как стареют и умирают их собственные дети, неспособные к обороту… Брр… Надеюсь, такое случается не часто.
– Так о чем ты хотела со мной поговорить? – Я сменила тему.
– Ах, да… Знаешь, я встречалась с отцом и рассказала о тебе.
– Зачем?
– Я же тебе говорила, он у меня целитель на службе у лаэра Ормара, главнокомандующего армией. Папа тоже был поражен количеству твоих сформированных потоков в таком возрасте и хочет встретиться.
– Зачем? – повторила я вопрос.
– Ну как же? Если все так, как ты говоришь, то сможешь ассистировать ему, нарабатывая опыт и пополняя свой журнал учета достижений.
– Прости, журнал чего?! – переспросила я, взглянув на нее.
– Журнал учета достижений, – повторила Алика, поглубже опускаясь в воду. Хоть полотенцем она и не стала укрываться, но все еще немного смущалась. – Нам их выдадут, как только начнутся практические занятия, и будут туда записывать освоенные навыки. Мой отец в звании мэтра, он может оценить и подтвердить имеющийся у тебя опыт. Ты же говорила, что уже проводила лечение пациентов и делала операции, нет нужды учиться с азов. Придешь только на экзамен и сможешь пропускать занятия по уже освоенному материалу, проводя время у него. Да ты словно впервые об этом слышишь! – поразилась Алика, видя мое удивление. – Разве твой наставник не вел карточки учета пациентов и журнал проводимых процедур с твоим участием?
– Да, записывал что-то, – промямлила я не совсем уверенно.
Прани делал записи в своей книге учета больных, но мне туда сунуть нос не давал. Я думала, просто бабки подбивает за прием. Карточки на пациентов я оформляла и документировала, какие манипуляции или процедуры мы делаем, но про себя и свое участие не упоминала. Я и не знала, что это надо вносить.
– Вот видишь! На каникулах можешь съездить домой, и твой наставник внесет в твой журнал все, что ты у него делала. Я попрошу отца проверить и подтвердить твои знания, иначе нужно экзаменов в академии ждать.
О нет, в Лион я точно больше не сунусь!
– Зачем тебе это? – спросила у Алики.
– Так отец мой журнал тоже заполнит. Зря я, что ли, с малых лет пропадала у него в лазарете! Будем вдвоем к нему ездить вместо занятий со всеми. В академии на практике нам в течение двух лет точно делать нечего.
– Почему?
– Так на первом курсе дают общие основные знания вместе с травницами, на втором мы будем продолжать развивать потоки и тренироваться на животных. И только на третьем после сдачи допуска сможем практиковаться на людях. Обычно наставники стараются своих подопечных подготовить заранее.
– Для чего?
– Чтобы учебу в академии совмещали с работой. Гильдии распределяют адептов по городу. И целителям хорошо – бесплатная помощь, и адептам практика с пополнением журнала.
– Зачем тогда вообще нужны первые два курса, если все всё умеют?!
– Наша академия выпускает дипломированных специалистов высокого ранга. Но не сравнить подготовку учеников в столице и приехавших одаренных из глухих мест.
Бросив на меня взгляд, Алика осеклась:
– Прости!
– Ничего, я не обиделась. Знаю, что и этикет у меня хромает, и других пробелов в знаниях полно.
