Шестой сегодня принимал нас в официальном кабинете. На столе перед мальчишкой громоздились кипы бумаг. Но как только за нами закрылась дверь, он сдвинул все в сторону и с интересом спросил:
– Что-то нашел?
– Неприятности, – мяукнул Сильвестр.
Дан ссадил его на пол и опустился в кресло. Я заняла второе. Куратор сухо отчитался о происшествии. И чем больше я его слушала, тем сильнее было мое удивление. Наконец, я не выдержала и спросила:
– Вы что, и правда не заметили?
Теперь и Дан, и Шестой удивленно смотрели на меня в ожидании продолжения.
Глава 4.
Я победно сообщила:
– У Арджуманда не было значка куратора. – А затем не удержалась и добавила: – Вы с ним вели себя, как два бойцовых петуха. Иначе тоже обратили бы на это внимание…
Куратор мрачно посмотрел на меня, а Шестой расхохотался.
– Ну хоть кто-то решается тебя подкалывать, – произнес мальчишка, откидываясь на массивную спинку кресла. – Ее стоило взять в академию только ради этого.
Дан сухо ответил:
– Боюсь, слов Лайи будет недостаточно, чтобы правитель поверил нам.
– Но теперь мы знаем, под кого копать, – возразила я.
Куратор тут же подался ко мне и категорично заявил:
– Ты в этом не участвуешь. Арджуманд опасная и жестокая скотина…
– Про тебя то же самое говорят, – иронично заметил Шестой.
– Рэйн! – сердито произнес Дан, оборачиваясь к мальчишке.
Но того взгляд куратора не смутил. Шестой спокойно пояснил:
– Привратники – Южный щит империи. Мы все должны служить в меру своих сил. Лайя твоя напарница, и ей не избежать этой участи.
– Сначала она должна стать сильнее, – упрямо повторил Дан.
– По-моему, она уже.
Мальчишку не смутил недовольный взгляд моего учителя, а я почувствовала толику удовлетворения. Хоть кто-то оценил мои старания…
– Иногда головой думает, – поддакнул из-под кресла Сильвестр.
– Живешь с ней до лета, – мрачно пообещал ему хозяин.
Я выпалила одновременно с котом:
– Не надо!
Шестой снова начал смеяться, и теперь на него укоризненно смотрела уже я. Отсмеявшись, Заид-младший снова посерьезнел.
– Это все очень плохо выглядит. Демоны все чаще приближаются к Шестым Вратам. Теперь придется еще внимательнее следить за территорией Пятых…
– Зачем они это делают? – нахмурившись, в очередной раз спросила я. – Сговариваются с демонами… разве это не противно самой природе привратников? А Пятый… почему он закрывает глаза на то, что творится на его территории? Какая ему в этом выгода?
Юный привратник вздохнул и терпеливо пояснил:
– Много лет Первые и Пятые врата боролись за звание лучших. Но в последние годы Шестые показывают лучший результат. Никто не хочет уступать первенство мальчишке, Лайя. Даже если он умен и сын правящего герцога. Им проще закрыть глаза и дождаться, когда я оступлюсь. Тогда мое место достанется кому-то из достойных стариков.
– И никто не будет попирать вековые устои договорами с мелкими демонами-контрабандистами, – снова подал голос Сильвестр.
Дан поднялся и заговорил:
– Арджуманд – давний сподвижник Пятого и лучший из кураторов. Никто не поверит в то, что он встречался с демоническим посланником. Нам нужно понять, то он замышляет. Но сначала придется доделать работу.
Тут я вспомнила, что мы примчались докладывать Шестому о происшествии, позабыв про пятна с двух сторон от стены. Меня ждало первое слияние после Старого Круга.
Эта мысль заставила меня тут же вскочить на ноги. Заид-младший только махнул рукой, отпуская нас.
Я поспешно вышла из здания вслед за своим учителем. От дверей он сразу переместил нас туда, где возле хрустальной стены нас поджидало серое пятно. Когда я увидела его, то вдруг спохватилась:
– Почему никто из нас не почувствовал присутствие Арджуманда и Ялины?
Казалось, этот вопрос удивил куратора. После короткой заминки он спросил:
– А почему ты считаешь, что мы должны были его почувствовать? Арджуманд достаточно силен, как и Ялина для своего возраста. Слияние магии всегда кратно увеличивает силу. Можно почуять маскировку только тех, кто слабее.
Настала моя очередь удивляться.
– Тогда… почему я смогла почувствовать Сайлава и Низору под этой маскировкой?
При упоминании о парне Дан помрачнел. Но все же ответил:
– Маскировка двух адептов несовершенна. Только с выпускниками будет работать градация по силе. Ты не увидишь тех, кто сильнее нас.
– То есть, увижу почти всех, – уточнила я. – А нас не увидит никто, правда?
Куратор дернул уголком губ и неохотно сообщил:
– Не совсем…
– Почему? – требовательно спросила я.
– Слишком большая разница между нашими уровнями силы. Кратное увеличение при слиянии лучше всего работает, когда пара сопоставима по магии. У нас…
Он неопределенно пожал плечами.
Его слова мне совсем не понравились, я испытала острое разочарование. И прошептала:
– Я никогда не смогу стать такой, как вы, да? Из-за того, что я полукровка?
Дан какое-то время молчал и смотрел на меня тяжелым взглядом. Я уже подумала, что меня не удостоят ответом. Но куратор выдал тем самым тоном, после которого не хотелось задавать вопросы:
– Нет. Получить такой уровень силы можно только в одном месте.
После этого он решительно развернул меня к пятну и оказался у меня за спиной.
Я оглядела нашу цель и вдохнул горячую ауру чужеродной магии. Дан шагнул чуть ближе и, склонившись к моему уху, спросил:
– Ты умеешь танцевать, Лайя?
– Танцевать? – озадаченно переспросила я. – Ну… да. Немного. В Академии Драконов устраивали праздники и танцы. А что?
Пальцы куратора сжали мой локоть, и он неспешно заговорил, заставляя меня поднять руку:
– Слияние – своего рода танец. Позволь “темному свету” вести. Не пытайся ничего сделать сама. Доверься мне, хорошо? Не пытаяся слиться магией без остатка.
Я кивнула, и теплая мужская ладонь скользнула от моего локтя к ладони, на ходу обрастая темными завитками силы. “Светлая тень” пробудилась, и мы переплели пальцы. Дан придвинулся ближе, и я с готовностью прижалась к нему спиной.
Возражений не последовало – мы оба были увлечены контролем объединенной магии. Я с восторгом наблюдала за тем, как Темная и теплая сила понемногу вытягивает холодное сияние из моих пальцев. Как они медленно и осторожно вливаются в серое пятно, и то понемногу начинает таять…
Темная магия манила, звала, предлагала “светлой тени” раствориться в ней. Но я все же держалась и позволяла вести себя, как в танце. У меня стало гораздо больше силы, пятно практически исчезло. Я чувствовала, как внутри разливается ликование.
Но на этот раз удержаться не вышло у Дана.
Темная сила сорвалась с цепи всего на несколько мгновений. Холодное сияние и теплая тьма стали одним. Вместо них наши сплетенные пальцы окружило серебристое облако. Меня захлестнуло ощущением непривычного могущества. Теперь эта магия не была только моей или только чужой. Она была нашей.
От этого невероятного чувства закружилась голова. И дальше делала глупости снова я. Дан спохватился и попытался мягко разорвать контакт. Но я не позволила этого куратору. Терять новое чувство совсем не хотелось, и остатки “светлой тени” растворились в “темном свете” до последней капли.
Сознание погасло вместе с магией, я даже не успела осознать, что натворила.
Выныривать из темноты совершенно не было никакого желания. Но Таран слилась со “светлой тенью” и настойчиво будила меня. Реальность требовала моего внимания…
Сначала я ощутила под собой жесткий матрас, затем – сухие пальцы, которые старательно ощупывали лоб. Следом над головой раздался голос Палвана:
– Могу лишь повторить то, что сказал Дангатару. Ничего страшного на этот раз не произошло. Девочка стала сильнее, к утру очнется.
Значит, рядом с ним не мой куратор… Интересно, кто?
– Сегодня не произошло. Арджуманд сразу предлагал избавиться от мальчишки, пока еще кто-нибудь не пострадал от его магии.
Этот голос заставил меня распахнуть глаза. Я снова лежала в пустой больничной палате. А на стуле возле койки, скрестив руки на груди, восседал герцог Ясин Мерет. Прежде чем я успела шевельнуться, он холодно продолжил:
– Но никто не послушал, и теперь рядом с ним моя дочь.
Меньше всего я ожидала услышать от него эти слова, поэтому на несколько мгновений потеряла дар речи. Под боком ощущалась странная магия, от которой невыносимо хотелось отодвинуться. Я инстинктивно подалась назад и обнаружила, что на моей постели растянулся большой песчаный кот. Это же наджи Пятого, как его… Рамаль.
В ответ на мое движение кот оскалился, а Палван опустил руки. Герцог Мерет царственно повернул голову и смерил меня непроницаемым взглядом.
А вот мне смотреть на него совсем не хотелось. Я резко села, отодвигаясь к спинке кровати. Палван вдруг тяжело вздохнул. А я обнаружила, что у этого разговора есть еще один безмолвный свидетель.
Ялина Мерет молча застыла на пороге палаты, и глаза девушки яростно сверкали. Пятый задержал взгляд на моем лице, и только после этого обернулся.
– Что ты здесь делаешь, Ялина? – холодно бросил герцог Мерет. – Ты должна быть в академии.
Девушка насупилась и процедила:
– У меня есть к тебе разговор.
– Поговорим утром. Немедленно вернись в общежитие.
Ни единой нотки тепла не проскользнуло в этом голосе, и мне даже на миг стало жаль Ялину. Девушка продолжала упорствовать и мрачно сообщила:
– Не могу, Арджуманд уже ушел, а я не владею магией портальных колец.
– Тогда подожди меня во дворе, – приказал Пятый, вновь поворачиваясь ко мне.
Палван деликатно кашлянул и добродушно произнес:
– Пожалуй, я смогу проводить юную леди Мерет в общежитие. До новых встреч, герцог.
С этими словами старик неспешно прошагал к выходу. Там он деликатно взял Ялину за плечо и плотно притворил дверь.
– А вы даже к законной дочери безжалостны, – сухо произнесла я.
– Все Мереты должны уметь действовать на благо рода, – высокомерно заявил он. – А не потакать своим желаниям.
– Несомненно, вы здесь именно поэтому, – с иронией заметила я.
Пятый вновь смерил меня взглядом и равнодушно сказал:
– Я думал, ты умнее своей матери. Кажется, ошибся.
Его наджи согласно зашипел, вновь показывая зубы. Таран выскользнула из-за моего плеча и ринулась в морду Рамаля. Только чудом я успела ее перехватить, и острые зубы клацнули в волоске от моих пальцев. После этого песчаный кот, наконец, убрался с моей кровати.
Я не удержалась и вздохнула с облегчением.
– Не любишь котов? – неожиданно спросил Пятый.
– При чем тут коты? – не поняла я. – Это ваш наджи… и у него странная магия. Неприятная.
– У него истинный “свет”, – оскорбился герцог.
Стоило промолчать, но я не смогла отказать себе в удовольствии, потому призналась:
