Читать «Влияние ипотеки на личную жизнь» — Ирина Мясникова онлайн
Страница 2 из 3
– Что и требовалось доказать. – Отец развёл руками. – Мудри дальше.
– Можно мне сказать? – Мама подняла руку вверх.
– Говори, – разрешил отец.
– Мужчину положительного найти всегда было трудно, в любые времена, а сейчас многие мужчины тоже без работы. И зачем девочке безработный мужчина? Одно расстройство!
– Справедливо, – согласился отец. – Это надо обдумать. Утро вечера мудренее. Пойдемте-ка, девоньки мои, спать.
Все встали с крыльца.
– Хотя вон… – Отец махнул рукой в сторону соседского дома. – Чем не мужчина? И при работе. Хорошая работа по нынешним временам, востребованная.
– Вот уж нет! – Стелла даже ногой топнула. – У меня с этим товарищем непримиримые противоречия. Классовые и моральные.
– Это можно понять. – Отец почесал затылок и пошёл в дом. Стелла с мамой потянулись за ним.
Всю ночь Стелла не спала, ворочалась с боку на бок, размышляя над словами отца. Действительно, какова вероятность, что её в пятницу вот так, за здорово живёшь, сразу примут на работу в жирную-прежирную контору? Конечно, эта вероятность выше, чем сбой в банковской системе, в результате которого на карточку Стеллы вдруг начнут капать приличные суммы, но обе эти вероятности примерно одного порядка и их значения стремятся к нулю. Конечно, рассуждать так определенно вредно, от подобных рассуждений эти вероятности становятся ещё меньше. Бабушка точно такой пессимизм в сознании не одобрила бы. Этак не то что на бытиё не повлияешь, а и с дивана-то никогда не слезешь! Но какова вероятность того, что Стелла в срочном порядке по папиному совету выйдет замуж за мужчину мечты, да ещё у этого мужчины будет приличная работа с достойной зарплатой, чтобы через три месяца Стелла даже забыла думать, чем гасить ипотеку? Ха! Ха! Ха! И ещё раз Ха!
Мужчин в свободном полёте, подходящих ей по возрасту, не так уж и много. Прямо скажем, мало. Из этих мужчин, мужчин, подходящих Стелле по росту, ещё меньше, считай, совсем нет. Ну, допустим, Стелла не будет заморачиваться с ростом, главное, чтоб человек был хороший. Но это совсем не означает, что хороший человек при виде Стеллы даже без каблуков, сам со своим ростом не станет заморачиваться. Вон, этот прокурорский работник, явно к ней примеривался. Так ведь Стелле к тому же надо, чтоб мужчина мечты не просто стоял в уголке красивый с чемоданом денег, надо чтоб он ещё, открыв рот, не нёс всякую пургу типа, кто в доме хозяин, или про кольцо врагов, пятую колонну и агентов влияния, которые мешают стране жить. А кроме того ж ещё надо в сексуальном плане, ну это …. Подходить друг другу. Нет, пожалуй, папа поставил задачу гораздо серьёзней, чем просто найти работу в стране, откуда инвесторы бегут толпами, где закрываются иностранные предприятия, средний бизнес подыхает, а малый держится из последних сил.
Утром за завтраком она решительно заявила отцу, что нельзя в кучу валить деньги и любовь. На что отец справедливо заметил, что одно другому совсем не мешает. Стелла ещё немного поспорила с папой, после чего весь день готовилась к собеседованию с руководством жирной-прежирной конторы: cначала поехала с Платошей на озеро валяться на пляже, потом спала после обеда в гамаке. Сосед призывно тарахтел квадрациклом за забором, но Стелла упорно его игнорировала. Вечером, однако, пришлось тащиться смотреть карабин. Платон прилип к деду с этим карабином, и тот отправил ребенка к строгой маме. Строгая мама, когда ребенок канючит, сдаётся довольно быстро, и вся её строгость остаётся только на лице в виде нахмуренных бровей. В результате депутация во главе с Платошей направилась к соседу. Отец велел и самой строгой маме вместе с её нахмуренными бровями следовать со всеми, а то вдруг ненароком мальчишки будут баловаться с оружием, а остановить это безобразие будет некому.
Во дворе у соседа кроме квадрацикла обнаружился ещё и огромный джип, разумеется, никакой не УАЗ-Патриот, а вполне себе Тойота Лэнд Крузер. Сосед продемонстрировал Платону карабин, который на взгляд Стеллы выглядел как страшный автомат, и с увлечением рассказал, как они с друзьями ездят на охоту. Стелла представила соседа, крошащего из автомата в пух и прах несчастных уток, и практически уже возненавидела этого человека. Правда, Платон с отцом были в восторге. Стелла изо всех сил старалась держать ядовитый язык за зубами, поэтому визит прошёл в тёплой и дружественной обстановке. Хотя бы с виду. Прощаясь, сосед предложил Стелле назавтра съездить вместе на пляж, пообедать и сходить в кино, но Стелла очень-очень вежливо отказалась, сославшись на неотложные дела в городе.
– Ну, как? – поинтересовалась мама, когда депутация вернулась обратно.
– Да, никак. – Отец махнул рукой.
– Ой, бабуля, ты б видела, какой этот карабин! Я тоже такой хочу.
– Зачем, тебе карабин? – не удержалась Стелла. – Зверюшек будешь убивать? Птичек? У них ведь тоже где-то мамочки или детки одни несчастные останутся.
– Ну, маааа! Зачем сразу убивать?
– А что просто фотографироваться с карабином будешь? Охота на животных и птиц оправдана только в том случае, когда у тебя есть жизненная необходимость в добыче пропитания. А когда в магазине всего навалом, это дурацкое и опасное занятие для тех, кому заняться больше нечем. Или для тех, которые компьютером пользоваться не умеют. Сидели б себе и стреляли друг в друга на компьютере, так нет, они надевают камуфляж и с умным видом стреляют в беззащитных животных. Пользуются тем, что у зверей карабинов нету. А зря! Давно бы уже этих охотников перестреляли и зажили припеваючи. И звери, и птицы, и мы с ними заодно.
При этих словах своей строгой мамы Платон надулся, а отец поинтересовался у другой строгой мамы, которая во время этого разговора тоже хмурила брови:
– Вопросов больше нет? Спасибо, что наша ведьма на выданье всех не перестреляла прямо на месте. Она с прекрасным принцем и на пляж завтра ехать, и в ресторане обедать, и в кино идти никак не может, у неё в городе важные дела.
– Какие это у тебя важные дела в городе? – спросила строгая мама Стеллу и ещё больше нахмурилась.
– Очень-очень важные, а ещё неотложные, – сказала Стелла с умным видом. – Четверг. Буду ждать чрезвычайно важного звонка. Насчёт работы, между прочим.
– А на даче важного звонка, конечно, ждать нельзя, – справедливо заметила строгая мама.
– Нельзя! Мне подготовиться надо, вдруг собеседование состоится, кейсы разные посмотреть.
– Тьфу! – Отец махнул рукой. – Что за язык такой нерусский? Кейсы! Это чего такое?
– Это случаи, которые могут произойти при исполнении служебных обязанностей, – пояснила Стелла.
– Так и говори.
– Принято говорить кейсы.
– Где принято?
– В бизнесе.
– В наше время в бизнесе принято было говорить матом, а вы со своими кейсами вон до чего страну довели.
Разумеется, это заявление отца показалось Стелле достаточно справедливым, и она не стала спорить. А чего тут спорить?
В четверг со Стеллой действительно связалась помощница директора жирной-прежирной конторы и сообщила, что её ждут в пятницу к двум часам дня. Стелла слегка озадачилась и насторожилась. Время обеденное. Либо директор уже поест и будет засыпать, либо ещё не поест и будет зол. Ну, что поделаешь, такой вот у Стеллы имелся опыт общения с руководящими мужчинами. И с не руководящими тоже. Вспомнить хотя бы бывшего мужа, тот ничем таким не руководил, а просто был вечно голодный и от этого вечно злой.
В два часа дня в пятницу руководящий мужчина, похоже, всё-таки уже поел, а с другой стороны, может быть, он всегда имел столь сонный вид. Этого Стелла толком не разобрала, потому что тот, не поздоровавшись, не обратив никакого внимания ни на саму представшую перед ним красавицу, ни на её великолепную униформу самого-самого выдающегося финансового директора, сразу сообщил:
– Меня эти ваши штучки типа маржинальной прибыли, объявленной прибыли, прибыли будущих периодов, чистой прибыли и ещё не знаю, какая там у вас есть, совершенно не интересуют. Меня интересует чистый денежный поток, чтоб деньги всегда были в нужном количестве, и отчётность перед банком произведена вовремя. О какой зарплате мы разговариваем? Сколько хотите?
– А сколько по штатному расписанию положено? – нашлась Стелла, хоть и очень удивилась. Они ж не на рынке, в конце концов. Обычно оговаривается зарплата в соответствии со штатным расписанием, слегка урезанная на время прохождения испытательного срока.
– Не торгуйтесь. Говорите цифру, у меня времени мало, – руководящий мужчина глянул на часы. Наверное, этот чувак всё-таки очень хотел спать. Или есть? Хотя надо признать, соображал достаточно быстро.
Стелла назвала сумму, разумеется, чуть меньшую, чем получала на заводе, рассудив, что там всё-таки была иностранная компания и производство, а производство – это всегда сложнее, чем просто услуги. Правда, чем занимается эта жирная-прежирная контора, Стелла пока не поняла, но не производством точно. Раз в названии присутствует слово «консалтинг», значит, о производстве речи нет.
– Договорились, – неожиданно сказал руководящий мужчина, и Стелла поняла, что прогадала, уж больно легко тот согласился. – С понедельника можете приступать. Или не можете?
– Могу.
– Отлично. Помощница моя скажет, какие документы от вас нужны и кому.
На выходе из кабинета сонного руководящего мужчины его помощница сделала скан паспорта Стеллы, перечислила стандартный набор документов для приёма на работу и сказала, что со Стеллой свяжутся специальные люди из службы персонала.
Вечером, когда практически счастливая Стелла примчалась на дачу с бутылкой шампанского, ей позвонила руководительница службы персонала жирной-прежирной компании, видимо, та самая, похожая на борца сумо.
– Ваше назначение как-то мимо меня прошло, – недовольно сообщила она. – Мне велено вам оффер выслать. Вы когда выходите?
– В понедельник.
– Интересные люди! И как, спрашивается, я вам успею подготовить рабочее место?
Стелла поняла, что вопрос риторический и продиктован исключительно обидой на то, что её приняли на работу через голову этой самой персональщицы.
– Меня устроит рабочее место бывшего финдиректора, – скромно предложила она. А ведь могла бы сказать, мол, дамочка, это ваши проблемы, не грузите меня, идите, работайте.
– Ну, конечно! Я там уже переговорную оборудовала, – возмущённо проворчала Борец сумо. – Мне же надо где-то с соискателями собеседования проводить! У нас по нескольку собеседований в день. Текучка бешеная.
Стелла вспомнила, что эта дама успешно собеседуется с другими дамами в местном кафе, но говорить об этом не стала, а предложила:
– Временно можно меня устроить в финансовом отделе. У вас же есть такой?
Стелла справедливо предположила, что раз предприятию, занимающему три этажа бизнес-центра, требуется финансовый директор, значит, какой-никакой, а финансово-плановый отдел на таком предприятии должен существовать, но на всякий случай решила всё же спросить.
– Имеется. У нас отдел финансового учёта. – Борец сумо тяжело вздохнула. – Ладно. Рабочий день у нас с восьми утра до бесконечности. Можно приходить в восемь тридцать. Завтра в девять меня найдите, я у вас документы возьму и что-нибудь придумаем, где вас посадить.
– А оффер?
– Ну, да. На какую сумму вы договорились?
Стелла удивилась вопросу, ведь руководитель службы персонала, которому поручили составить оффер, должен как-то предполагать условия этого оффера. Удивилась, но назвала цифру. Всякое бывает. Борец сумо присвистнула.
– Что? – испугалась Стелла. – Не соответствует штатному расписанию?
– У нас нет штатного расписания.
– Но как же?
– Всё индивидуально. Представляете, с чем приходится работать?
– Не представляю. Высылайте оффер!
– Ждите.
Стелла задумалась и заволновалась. Какая-то загадочная контора! Штатного расписания нет, рабочего места у финансового директора нет, генеральный директор сонный и интересуется исключительно чистым денежным потоком. Зачем ему вообще тогда нужен финансовый директор? Руководитель службы персонала с порога жалуется на трудности своей работы. Особо Стелле понравилась информация о рабочем времени. До бесконечности она работать не собирается, до бесконечности пусть работают те, кто вместо работы сплетничают в кафе. Правда, деньги всё-таки получаются неплохие. На ипотечные платежи хватит и ещё останется: на няню Оксану, на еду, на бензин, на коммунальные платежи и даже на отпуск можно будет при желании накопить. А вот в какое время ей придти на работу в понедельник она так и не поняла, к восьми, к восьми тридцати, или к девяти?
После такого странного разговора Стелла не разрешила отцу открывать шампанское, следовало всё-таки сначала дождаться оффера. На всякий случай.
– Это что за зверь такой, оффер этот? – поинтересовалась мама.
– Официальное предложение о работе с описаниями условий. Типа оферты, только в кадровых вопросах.
– Всё же отец твой прав, вы сейчас разговариваете на каком-то странном языке. Кейсы, офферы, оферты, голову сломать можно.
– Ты б слышала, как Зинка разговаривает. Программисты точно все как с другой планеты. Это язык новых технологий, а технологии все заимствованные, в основном заимствованные у американцев, поэтому и термины английские. Это нормально. Раньше французские слова в языке оседали.
– Ага, а ещё раньше татарские, – мама рассмеялась. – Тоже очень полезные.
– Ну, вы этот оффер ждите, а я пока тогда соседской водочки накачу, – сказал отец. – Там треть бутылки ещё осталось. Хорошая водка, кстати. Я в магазине такую видел. Нам точно уже не по карману. Потратился человек.
– Ага! Потратился он, – ухмыльнулась Стелла. – Украл у потерпевших, ну, или взятка.
– Такие взятки обычно докторам дают, а не в прокуратуру, – не согласился отец.
– Докторам дают коньяк и конверт, – со знанием дела сообщила мама. – А ты насчёт этой водки даже не нацеливайся. Будешь пить шампанское со всеми. Вон, ребенок с перепугу даже работу нашёл, лишь бы за кого попало замуж не выходить, как ты тут ей советовал.
– Сказал бы я вам татарское слово! Можно подумать, кто попало в очереди к этому ребёнку выстроились, предложение делать, – проворчал отец.
Тут смартфон Стеллы характерно блямкнул, пришёл оффер. Честно сказать, Стелла не ожидала от Борца сумо такого проворства. Правда, оффер начинался словами «Здравствуйте, Виталий», однако содержимое присланной бумаги её порадовало. Ей полагалась ещё и квартальная премия, и медицинская страховка. Она зачитала родителям предложение и махнула рукой, как артиллерист при залпе, чтобы отец открывал шампанское.
Когда шампанское хлопнуло пробкой, и все дружно прокричали «ура», из-за невысокого забора, разделяющего участки, показалась голова соседа.
– Добрый вечер! Что празднуете? – поинтересовался он.
– Да вот, Стелла наконец работу нашла, – сообщил отец.
– Ух, ты. Поздравляю! А можно мне с вами?
– Ну, заходи, конечно.
Сосед скрылся за забором.
– Ещё бы сказал: «А Стелла выйдет»? – рассмеялась мама.
– Ничего смешного, – проворчала Стелла. – Я теперь буду бояться на дачу ездить, папа сопьётся, а ты устанешь всю эту компанию кормить. Вот чем его угощать теперь? Лично мне для него шампанского жалко, пусть свою водку допивает.
– Тише ты, – мама пихнула Стеллу в бок. – На улице звук разносится как сумасшедший на большое расстояние. У нас же забор кругом, а не стенки. И потолка нет.
От калитки с улицы появился сосед с бутылкой шампанского в одной руке и корзинкой с клубникой в другой.
– А у меня тоже шампанское есть! Вот только повода выпить не было. И клубнику, как раз на станции в магазинчике купил, говорят, сладкая. Как только импортозамещение объявили, клубника подорожала, конечно, зато голландской не стало. Она с виду только красивая была, а на вкус кислятина жуткая. Я теперь всю зиму клубнику покупаю. Когда ещё собственная клубника появится? У вас, я заметил, своей клубники нет, а у меня от прежних хозяев целая плантация осталась. Я её подкормил чутка, усы обрезал, да прополол, теперь будем ждать урожая. Особенно с шампанским клубника хорошо идёт.
– Какой же вы хозяйственный, – с восторгом в голосе сказала Стелла. Хотела, было, спросить, не завёл ли он ещё себе парочку поросят и корову для поддержки импортозамещения, но удержалась.
Отец посмотрел на неё подозрительно, наверное, чего-то такое прочёл на её лице шибко язвительное, покачал головой и разлил шампанское по фужерам.
– Ну, ребёнок, чтоб у тебя на новом месте всё было хорошо.
Чокнулись и выпили.
– А что за место, если не секрет? – поинтересовался сосед.
Стелла хотела ответить, что секрет, но её опередила мама.
– Наша Стелла – финансовый директор, – с гордостью в голосе поведала она.
– О! А где?
И тут Стелле тоже не удалось вставить традиционное хамское «в Караганде».
– Какой-то там консалтинг, – строго глядя на дочь, быстро сообщил отец. – Очень мудрёный.
– Если что, обращайтесь, я любого мудреца на чистую воду выведу, – со значительным видом сказал сосед.
– Непременно обращусь, – заверила его Стелла.
– Я серьёзно.
– И я серьёзно. Как премию начнут распределять, так сразу к вам.
– Про премию не знаю, а вот если факты какие нехорошие вскроются….
– Нет, ну для этого вы должны меня сначала завербовать, установить мне соответствующее довольствие. Какое довольствие положено информатору? Я не просто так интересуюсь, мне бы деньги пригодились.
– У вас превратное представление о деятельности прокуратуры.
– У меня превратное представление о мужчинах в погонах.
– Ешьте вот лучше клубнику.
– Спасибо, съем обязательно. – Стелла засунула клубнику в рот, та действительно оказалась очень сладкая, так что Стелла аж зажмурилась.
– Ну, что вкусно? – В вопросе сквозило самодовольство.
– Вкусно! Я и говорю, хозяйственный вы человек. Опять же, при звании.
– Да! И надеюсь, это звание не последнее. Шампанского вот ещё выпейте. Хорошее. – Сосед подлил Стелле шампанского. – Пойдете завтра со мной на яхте по шхерам?
– У вас и яхта есть? – Стелла сделала круглые глаза. – Да вы оказывается олигарх!
– Эта не та яхта, что у олигархов, а обычная, с парусами и мотором, и не у меня, а у моего друга. Он в Выборге летом швартуется. У него и водный мотоцикл там, на яхте имеется. Можно будет прокатиться.
– Мама! Я очень-очень хочу на яхте, – заскулил Платон.
– А тебя разве тоже звали? – Стелла изобразила удивление.
– Его тоже звали, – подтвердил сосед, опять подливая Стелле шампанского. – Обязательно звали.
– Ну, не знаю.
– Мама! Мамулечка, ну, пожалуйста! – Платон включил безотказного нытика.
– Хорошо, так и быть. – Стелла сдалась. А кто б в подобной ситуации не сдался? Нет, каков всё-таки поганец, ребёнка использовать в своих личных низменных целях! В том, что цели у этого человека низменные, Стелла не сомневалась ни минуту.
– Замечательно. Договорились. Завтра в восемь утра выезжаем. До Выборга ещё доехать надо. Ну, не буду вам мешать, празднуйте.
Сосед встал, пожал руку отцу и удалился к себе за забор.
– Допрыгались? – прошипела Стелла, строго глядя на родителей. – Это называется манипуляция! Ещё и с привлечением несовершеннолетнего. Выполнено профессионально. Дааа! Тут одним следующим званием не обойтись. Тут впереди генеральство, не меньше. А ты, – это предназначалось Платону, – марш спать! Завтра по твоей милости вставать ни свет, ни заря. И никаких тебе за это песен и сказок.
Платон надулся и отправился в свою комнату.
– А чего ты взъелась-то? Ну, ухаживает человек за тобой и пусть ухаживает, – сказала мама.
– Да не нравится он мне.
– Оно и видно, – заметил отец.
– Что видно?! Что?
– Как не нравится видно. Когда человек не нравится, на него никакого внимания не обращают, а ты только и делаешь, что цепляешься к нему. То у него не так, это не этак.
– Просто он меня раздражает. Ну, раздражают они меня, такие как бы военные в камуфляжах. Типа, настоящие мужики они, а остальные погулять вышли. И подходцы все эти…. – Стелла повертела в воздухе рукой. – Через родителей да через ребенка. И нечего ему потакать. С соседями надо жить мирно и на расстоянии, особенно с такими соседями. У него возможности не чета нашим. Этот вам симпатичен. А представьте на его месте кого другого? Особо противного. Бееее. – Стелла постаралась изобразить на лице козью морду. – Вы его в дверь, а он в окно. С ордером и предписанием!
– Значит, он всё-таки не совсем бееее, – заметил отец.
– Не бееее, но не в моём вкусе, мне не нравится.
– Тогда скажи, какие мужчины тебе нравятся? – Мама подперла щёку рукой. – Вон, бабушка твоя всегда говорила, что первым делом надо вслух сказать, тогда, глядишь, и появится.
– Так ты же бабулю не слушала никогда, ты же материалистка, – фыркнула Стелла.
– Много ты про меня знаешь! Это я, как отца твоего встретила, в материалистки заделалась. Может, и зря.
– Ничего не зря, а правильно, – вставил отец. – Нам одной ведьмы в доме достаточно.
– Была бы ведьма настоящая, была б при хорошем муже как я, например. – Мама хитро улыбнулась. – Ну, ладно, скажи, какие мужчины тебе нравятся?
– Такие как папа.
– Старые, лысые и в очках? – уточнила мама.
– Это кто старый-то? – возмутился отец. – Я ещё ого-го!
– Конечно ого-го! – Мама чмокнула отца в лысину.
– А хоть бы и лысые. – Стелла в свою очередь погладила отца по голове. – Мне те нравятся, которые своими руками, своими мозгами деньги зарабатывают, создают чего-то, общественный продукт производят, а не отжимают, контролируют и запрещают.
– Ну, если говорить о тех, у кого есть деньги, то в нашей стране с одной стороны коммерсанты, которые от налогов уходят, что тоже плохо, а с другой стороны эти вот, – отец мотнул головой в сторону соседского дома, – которые их ловят.
– Ага! Ловят и грабят.
– Видать, есть, чего грабить. Вот они, таким образом, и уравновешивают.
– Иными словами восстанавливают социальную справедливость?
– Где-то так. Перераспределяют денежную массу.
– А когда им некого грабить будет?
– Будут грабить друг друга! Что они в принципе уже и делают. Вон, Телеграм-каналы почитай.
При упоминании отцом Телеграма Стелла вспомнила вполне себе симпатичного основателя этой сети, а также доходы Зинки и её мужа.
– Ещё из тех, кто при деньгах, это программисты, – сказала она. – Программисты честные.
– Конечно честные, если они не хакеры. Про хакеров тоже в Телеграм-каналах много чего понаписано. Их по всему миру ловят.
– Точно! И заметь, ловят всё те же самые. – Стелла указала пальцем в сторону соседского дома. – Исключительно, как ты говоришь, с целью перераспределения денежной массы.
– Ну, ладно, Бог с ними, с хакерами! Зато теперь понятно, кто тебе нужен: лысый, очкастый, честный, богатый программист, – резюмировал отец.
– С бородой, – добавила Стелла.
– Почему с бородой?
– Сейчас уважающие себя программисты все с бородой. У них мода такая. Я у Зинки на работе таких видела.
– Никакая это не мода, – вставила мама. – Это лень-матушка.
– Не скажи, – возразил отец. – За красивой бородой уход нужен, иначе она будет, как у Льва Толстого в разные стороны торчать.
За таким замечательным разговором даже не заметили, как съели оставшуюся клубнику и выпили всё шампанское. Стелла отправилась спать, установив будильник на полседьмого. Она ж красавица, а красавица просто так из дома не выйдет, не сделав причёску и не повертевшись, как следует, перед зеркалом. Настоящая красавица знает, что за пятнадцать минут у зеркала не навертишься. Это не верчение будет, а насмехательство какое-то.
Утром, за этим самым верчением перед зеркалом Стелла раздумывала, что, наверное, папа прав и надо вести себя с этим соседским советником юстиции несколько иначе. Она решила просто его игнорировать, правда, как его проигнорируешь, когда вон он уже у ворот на своей колымаге маячит. Раньше времени припёрся.
Она села в его гигантскую машину с каменным лицом и всю дорогу смотрела в окно, Платон стрекотал на заднем сидении что-то про новую компьютерную игру, сосед слушал с интересом и периодически задавал Платону вопросы. Чувствовалось, что он в теме.
«С ребенком заигрывает, вынюхивает, слабые места выискивает, как у них, у силовиков принято», – думала Стелла.
Из сериала о жизни олигархов, тех самых, которые отнимают друг у друга миллиарды, она знала, что страшнее олигарха может быть только прокурор. И это в Америке, где закон и порядок! Чего тогда про нас говорить?!
Яхта и правда оказалась совсем не олигархическая, но вполне себе зажиточная. Ни у кого из родственников и друзей Стеллы ничего такого и в помине не было. Приятель соседа, однако, показался Стелле очень даже симпатичным дядькой, и его жена ей тоже понравилась. Типичные представители среднего класса, коим Стелла всё же успела побывать, но очень недолго. От той жизни у неё остались её дорогущие деловые костюмы, сумки, шубы, машина и квартира в приличном доме. В процессе превращения мира Стеллы из мира среднего класса в мир класса бедного костюмы сумки и шубы практически вышли из моды, машина поизносилась, а квартира грозила отойти банку за невыплаты. Интересно, у этих людей яхта тоже осталась от прежней красивой жизни, или у них дела всё ещё идут неплохо? Это, наверное, возможно, если у них свой бизнес, который они успешно уберегают от силовых структур, или они сами представители этих структур, скупающие остатки прежней роскоши у нищающих середняков? Она представила, как в её замечательную квартиру въедет какой-нибудь прокурор, и содрогнулась.
Кроме Стеллы с советником юстиции и Платоном полюбоваться шхерами прибыл ещё один товарищ с девушкой, вооруженной йоркширским терьером. Всем раздали оранжевые спасательные жилеты, а девушке с йоркширским терьером строго настрого велели сидеть в кают-компании, чтобы ненароком не выпасть за борт во время движения.
– Останавливаться не будем, – сурово сказал хозяин яхты, и Стелла представила, как девушка с терьером будут тонуть в бурном море с лаем и соплями. Следует признаться, Стелла испытала лёгкое злорадство. Ну, а чего она, спрашивается, поперлась на яхту с собакой? Подобная собака, кстати, тоже олицетворяла собой безбедную жизнь, а с недавнего времени Стелла стала ловить себя на чувстве лёгкой зависти к состоятельным людям. Ну, знаете, вот это вот, почему одним всё, а другим ничего!
Девушка и терьер с недовольным видом удалились, остальные послушно заняли указанные им места.
Стелла села, куда ей велели, и на всякий случай вцепилась в Платона. Дети иногда ведут себя не лучше йоркширских терьеров. Спутник любительницы собак пристроился рядом.
– Денис, – представился он.
– Стелла, – призналась Стелла, украдкой посмотрев на советника юстиции, вставшего за руль.
Хозяин посудины и его жена метались с какими-то рычагами и веревками, расправляя паруса. При взгляде на эту суету становилось понятно, отчего эти люди, несмотря на возраст, весьма фигуристые и стройные.
– Самой главное держаться подальше вон от той дубины. – Денис указал на нечто, действительно смахивающее на дубину, с которой разматывался парус. – Она при поворотах туда-сюда по палубе елозит. Я один раз не заметил, получил серьёзного пинка и за борт улетел.
– И что? Отряд не заметил потери бойца? Останавливаться не стали?
– Да куда они денутся? Паш, – поинтересовался он у хозяина. – А нафига ты с парусами заморачиваться стал? И на моторе прекрасно дошли бы.
– Дошли бы, но без особого удовольствия, – рявкнул хозяин.
– Сильные не ищут лёгких путей, – прокомментировал Денис. – Давно с Максимкой встречаетесь?
– С кем? – не сразу поняла Стелла, она и забыла, что соседа зовут Максим. – А! Нет! Что вы! Мы просто соседи.
– Отлично. Значит, у меня есть шансы?
– У вас?! – Стелла очень удивилась.
– У меня. А что? Я парень, хоть куда!
Стелла на всякий случай отодвинулась. Ненормальный какой-то. Явился с девушкой, а сам к другим девушкам вяжется. И вообще, на моджахеда смахивает. Борода, вон, почти как у Льва Толстого во все стороны торчит, а на голове абсолютная лысина. Ничего, советник юстиции её защитит. Она посмотрела в сторону соседа. Тот увлеченно вертел руль. За этим занятием он выглядел вполне себе неплохо. Может и зря она всю дорогу до Выборга из себя каменную бабу корчила.
Наконец, яхта набрала скорость, вышла в море и заскакала по волнам, а потом углубилась в какие-то проливы. Стелла старалась держаться подальше от странного Дениса и маялась. Ей это всё уже изрядно надоело. Солнце припекало, а никаких шхер даже не было видно и в помине, всё время уходило на занудное огибание унылых островков и островочков. Потом остановились у какой-то сетки и вынули из неё запутавшуюся рыбу.
Моджахед Денис пояснил, что сетка браконьерская, просто хозяин яхты знает, где те эти сетки устанавливают. Стелла нахмурилась и сообщила моджахеду, что воровство не одобряет в принципе, даже если это воровство у браконьеров. Денис справедливо заметил, что тогда она может эту ворованную рыбу не есть. Из принципа. И даже может заявить, куда следует. При этом он посмотрел в сторону советника юстиции и заржал.
После недолгого грабежа браконьеров опять отправились в путь, вскоре зашли в какую-то бухточку и встали на якорь. Тут только Стелла поняла, что перепутала шхеры с фьордами. Она-то всё ждала отвесных скал по пути следования. А тут просто нечто вроде цепи озёр среди островов, зато вода прозрачная и дно видно. Очень красиво. Все мужчины, а с ними и Платон попрыгали в воду прямо с борта.
Из кают-компании, прижимая к себе терьера, с трудом выбралась бледно-зелёная девушка. Её жутко укачало, терьера, похоже, тоже. Он тяжело дышал, из пасти капала слюна. Их усадили на палубе. Стелла сняла спасательный жилет, сарафан и осталась в купальнике. Она подошла к борту и встала в раздумье, как бы ей оттуда слезть, чтобы тоже искупаться. Сбоку она заметила лесенку, но от последней ступеньки до воды расстояние показалось ей тоже весьма изрядным. Видимо, придётся прыгать. Прыгать в воду Стелла не любила даже в тёплых морях, а уж прыжок в воду в Финском заливе не сулил ничего приятного.
– Сейчас я вас на мотоцикле покатаю, – сообщил советник юстиции снизу.
– Нет я, – сказал моджахед Денис.
– Вы лучше человеку помогите. – Стелла мотнула головой в сторону зелёной девушки.
– Этому человеку не надо столько бухать! – очень зло сказал моджахед. – И нечего с собакой повсюду таскаться.
Он подтянулся на руках, вылез из воды и подошёл к несчастной. Надо сказать, Стеллу весьма впечатлила его фигура: ни грамма жира, рельефная мускулатура, длинные ноги и волос на теле в меру. И если б не дурацкая борода, этого человека можно было бы счесть красавчиком. Судя по фигуре, моджахед работал тренером по фитнесу. Только у них Стелла в последнее время наблюдала столь безукоризненные формы. Основная масса молодых людей, окружающих Стеллу, независимо от возраста имела животы. И хорошо ещё, если эти животы компенсировались широкими плечами и небольшими задницами, что было редкостью, чаще всего носитель брюха имел узкие плечи и внушительный висячий зад. Особенно много подобных индивидуумов Стелла наблюдала на пляжах Турции.
Моджахед подошёл к зелёной девушке.
– Ну, что, болезная? Похмеляшечки хочешь?
– Хочу, – простонала девушка.
– Во тебе! – Он показал ей кукиш. – Снимай с себя барахло, пойдём, в воду макать буду, пока не очухаешься.
– Денис, не надо, – заскулила девушка. – Мне б шампусика.
– Может, тебе ещё и косячок забить? – В голосе моджахеда звучало бешенство.
– Дениииис! Ну, я не буду больше, обещаю, – ныла девушка, но при этом послушно снимала джинсы. Её нытью вторил терьер, привязанный к перилам.
– Персик, солнышко, не плачь. – Жена хозяина яхты взяла йорка на руки. – Пойдём я тебе вкусненького дам.
Стелла, будучи не в силах больше наблюдать эту галиматью, решительно подошла к борту и сиганула в воду. Сначала её обожгло холодом, сердце ёкнуло, но потом стало хорошо, и она поплыла подальше от яхты. Отплыла на достаточное расстояние и поискала глазами Платона, тот бултыхался около берега.