– Да, обидно будет, если и нашим достанется, – соглашаюсь.
– Тебя-то чего не пригласили, интересно? – хохотнул милорд Монский. – Всё ж сильнейший маг королевства. Или, думаешь, корона уже в курсе, что Неллеры твёрдо решили поддержать принца и не поменяют сторону, если ситуация у Саворских изменится? Я бы на месте Матильды попробовал продавить Эдгара. И кардинал, уверен, только за. Он носится с принцессой как с родной дочерью.
– Чушь не неси, Карл, – останавливаю фантазии приятеля. – Все уже всё поняли, что договариваться нужно не со мной, а с Джеем или Марией. Ты их в Рансбуре видел? Вот и я тоже, и они. Так что пусть пируют без меня. У нас другое дело есть.
– С шайкой разобраться и со старшим Дорбовым, – согласился приятель.
– Не только. Я сейчас направляюсь к Филиппу. – Не сдерживаю смешка при виде вытаращенных глаз друга. – Не дёргайся, не к принцу, а к виконту Бианскому.
– Главному инквизитору? – удивился Карл. – Только не говори, что ты и в самом деле решил свою Юльку за частое упоминание Искусителя ему на расправу отдать.
В этот момент за дверью пискнуло и испуганно охнуло.
– Зачем в инквизицию? – повышаю голос, чтобы меня было слышно по всему коридору. – Просто уши кому-то отрежу, чтобы не подслушивала. Что за привычка дурная? – И затем уже обычным голосом приятелю: – Есть к нему дело. Время есть, сейчас хочу съездить. Со мной отправишься или к роте своей?
– Да там вроде всё в порядке, я ж заезжал в Михайловский перед тем, как к тебе отправиться, – поднялся милорд Монский. – Так что, конечно, с тобой.
– Ничего себе. – Я несколько удивлён, обычно он ехал вначале ко мне за новостями и указаниями, а лишь затем в роту. – С чего вдруг туда в такую рань?
– Да предчувствовал, что тебя надо будет куда-нибудь сопровождать. – Приятель поправил перевязь меча и забрал со спинки стула накидку, которую перед этим туда небрежно сбросил. – И предупредил там всех. Полки герцогов встали за городом, но солдат, не говоря уж об офицерах и сержантах, наверняка никто на привязи держать не станет. Будут отпускать в столицу поочерёдно. Наказал своим, чтобы стычки не провоцировали. Нет, отвечать, конечно, нужно, но вот самим задирать категорически запретил. Так а зачем тебе к инквизитору-то?
– Говорю же, дело есть. – Направляюсь к выходу. – По дороге расскажу. Только тогда тебе придётся пешком идти, ну или давай паланкин, а не портшез закажем.
– А так, пока переодеваешься, накоротке не просветишь? – коротко рассмеялся милорд Монский. – Не люблю я носилки, меня в них укачивает. И как люди на флот идут служить?
Я тоже не люблю, чтобы меня носили, но визит к братьям по Создателю надо наносить в сутане, а в ней по столице верхом разъезжать несподручно, не поймут. Вот и послал Ивана Чайку к Любкиному парку, там всегда пара-тройка носилок дежурит. Район наш богатый, и услуги местных средневековых таксистов здесь очень востребованы.
Пока приводил себя в порядок, натягивал парадную сутану, цеплял на себя подвеску жезла Создателя, надевал перстни в количестве, чтобы не осталось незанятых пальцев, пока ругал Юльку за подслушивание, заодно и Ангелине досталось, нашёл возможность просветить и своего вассала о причинах посещения главного королевского инквизитора.
Инквизиция – это ведь не только пыточные подвалы и казни еретиков, чернокнижников, сектантов или безбожников. Нет, это ещё и разветвлённая по всему континенту сеть осведомителей, а ещё сыщики, которые намного опытнее королевских, и, конечно же, слава структуры, ссориться с которой никому не охота. К кому мне ещё обратиться, чтобы узнать имя Бертиного отца? Да, я рассматривал вариант с орденом Наказующих, у тех тоже есть свои возможности поиска хоть иголки в стоге сена, однако, учитывая обстоятельства, что миледи из Новинок я увёл у них, можно сказать, из-под носа, прецептор Ульян со мной сквозь зубы общался, помню, так что этот вариант сразу же отбросил. Наш же орден, увы, собственного сыска, как и целители, не имеет.
Одна проблема, заключающаяся в том, что виконт Бианский мне ничем не обязан и может мою просьбу проигнорировать, должна легко решиться. Я попрошу услугу от него в долг. Вряд ли в королевстве найдётся хоть один сумасшедший, кто отказался бы иметь такого должника, как могущественный маг милорд Степ Неллерский. Уверен, и его преподобие Филипп проявит разумный подход. А ещё я ведь могу и обидеться, затаить злобу, и тогда вместо ожидаемой услуги виконт Бианский получит недоброжелателя. Ему это надо, учитывая мой авторитет у нашего прецептора?
На улице сейчас хоть и сухо, но прохладно и ветрено, так что поверх сутаны надеваю ещё и толстый шерстяной плащ. Видок, конечно, при этом у меня ещё тот. Посмотрев в зеркало, не сдержал хмыканья: толщиной фигуры похож на какую-нибудь тётку, продающую на базаре овощи. Ситуацию исправляет шапка аббата: она выдержана в положенном нашему ордену чёрном цвете и вполне прилична на вид.
Как я и предполагал, Иван обернулся весьма быстро, пригнав бегом носильщиков с портшезом, в котором я и отправился к милорду Филиппу Бианскому.
Башня инквизиции лишь называется башней. На самом деле – это целый комплекс из пяти зданий. Но главное из них действительно когда-то было надвратным бастионом – в очень давние времена. Затем Рансбур разрастался, стены переносились, а новые строились часто за счёт разбора старых. Но башню сохранили, и теперь там штаб инквизиции. Хотя он не в самом центре города, но достаточно близко, и мы добрались туда быстрее, чем за полчаса.
Носилки остановились перед открытым арочным проходом в двухметровой стене, огораживающей комплекс зданий. На входе дежурят двое здоровых угрюмых монахов. Как и положено братьям нашего ордена, они в чёрных балахонах, под которыми угадываются доспехи. На головах шлемы, на поясах – мечи, а в руках – короткие копья, на которые братья опираются. Щиты тоже имеются, но они прислонены к стене по краям арки.
Едва я вылез из портшеза, караульные склонили головы. Всё же я личность в нашем ордене известная, узнаваемая, молодой друг самого прецептора, к тому же здесь я бывал в прошлом году. Узнали – в этом им моя сутана помогла и аббатская форма жезла. На эскорт в виде милорда Монского и пятерых бойцов лишь посмотрели, но ничего про них не сказали. Сам догадываюсь, что такой толпой проходить за стены не стоит.
– Проходите, ваше преподобие, – гулким басом произнёс старший из братьев.
– Добрый день, братья, – благословляю их. – Пребудет с вами благодать Создателя. Солдаты подождут меня здесь, а милорд Монский меня сопроводит. Святой отец инквизитор в башне?
– Точно так, ваше преподобие, – ответил тот же монах и обернулся во двор. – Вон брат Сергий вас узрел, бежит сюда. Он вас и проводит.
Со встречающим меня монахом я знаком, виделись в прецептории, он часто сопровождает главного инквизитора. Это старик со сморщенным, как урюк, лицом, но очень бодрый и весёлый. Сейчас он не слепит меня отражёнными от его лысой головы солнечными лучами, потому что накинул глубокий капюшон. Холодно старичку. Понятно, если уж мне, молодому, и то немного зябко. В чём с виконтом Филиппом мы абсолютно схожи, так в том, что у нас обоих ближайшие помощники – Серёги. Совпало, да.
Двор, подобно зданиям, выложен тёмно-серой брусчаткой. Мрачновато, как и положено такой строгой организации.
– Ваше преподобие Степ! – радуется секретарь инквизитора, будто отца родного узрел. – Неожиданно. Что ж вы не предупредили о визите? Мы бы вас встретили подобающим образом! – лебезит. Поди, желает от меня получить омоложение. Всем от меня что-то нужно. – А его преподобие сейчас в допросной. Подождёте или вас к нему вниз проводить?
– Нет времени ждать, брат Сергий, – благословляю и его. Надел сутану, не говори, что не дюж. – Проводи. Я ненадолго. Небольшой вопрос только хочу обсудить.
Глава 7
Брат Сергий повёл нас с Карлом в обход башни. Вход в неё оказался с противоположной от воротной арки стороны. Стоявшему у обитой потемневшей бронзой двери худому и длинному вояке в латном доспехе секретарь главного инквизитора велел не вызывать начальника караула, и тот послушался, открыв перед нами проход, из которого пахнуло уже давно мне здесь знакомой какофонией запахов человеческих мук и боли.
– Я сам проведу гостей, – сказал сморщенный старик и взял из низкого бочонка у стены один из торчащих оттуда факелов.
На разжигание светила у него ушло минуты три, всё же огниво – не зажигалка «Зиппо». Зачем нам факел, понял, глянув вниз на уходящую туда почти от самого входа крутую лестницу. Её освещали лишь тускло горевшие плошки на поворотах, а высокие ступени были почти невидимы. Тут сломать ноги немудрено. Неужели инквизиция настолько бедна, что не может себе в собственном штабе позволить осветительные амулеты? Наверное, намеренно проявляют аскетизм, дескать, вон мы какие скромные.
– До самого низа пойдём? – поинтересовался милорд Монский.
На первом этаже явно допросных не было. Тут помещения для караула и тюремщиков да всякие кладовые и столовая. В конце коридора оконце, узкое и вытянутое. Видимо, считают, что его достаточно, поэтому здесь ни факелов, ни ламп. И мрачно. А чего я мог ожидать от обиталища нашей святой инквизиции?
– Зачем до самого низа? – как-то мерзко захихикал старик, он у Филиппа вообще немного с придурью, я давно заметил. – Или хотите занять там одну из камер, милорд? Там у нас сидит мерзкое отродье. Беседуем мы с ними на первом ярусе. Прошу за мной, – сказал Сергий и осторожно, но бодро принялся бороться с крутой узкой лестницей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=74053697&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
