История про самого обычного парня, про путешествие назад во времени, про парадокс дедушки и про то, как правильно готовить настоящие драники...
Антонио Морале
История про самого обычного парня, про путешествие назад во времени, про парадокс дедушки и про то, как правильно готовить настоящие драники...
От автора:
Это альтернативная реальность, поэтому некоторые имена, названия или города могут не совпадать или наоборот совпадать с именами, названиями или городами нашей реальности! Мир похож на наш, но может чем-то неуловимо отличаться от него.
Антонио Морале
История про самого обычного парня, про путешествие назад во времени, про парадокс дедушки и про то, как правильно готовить настоящие драники...
ГЛАВА 1 – «ГОРЬКО!»
– Го-орько! Го-орько! Го-орько! – ударило по ушам со всех сторон, словно я нырнул в прорубь в глухой тайге, а через секунду вынырнул из воды и аккурат очутился на центральной площади шумного мегаполиса.
Я непроизвольно поморщился, тряхнул головой, пытаясь отогнать наваждение в виде визуальных и слуховых галлюцинаций, а ничем другим это быть попросту не могло, и растерянно оглядел гомонящий на десятки голосов, заполненный людьми зал какой-то дешёвенькой забегаловки в стиле советской столовой…
Длинный стол с белой скатертью в застиранных пятнах от вина и стоящими на нём гвоздиками в гранёных стаканах, ломился от оливье, заливной рыбы, варёной картошечки, солёных огурчиков, холодца в судочках, нарезанной «Докторской» и чёрного хлеба, а аккурат посерёдке выстроилась ровненькая батарея «Столичной» и «Советского шампанского» в зелёных бутылках с золотыми этикетками.
Весёлые и шумные гости, человек сорок-пятьдесят навскидку, увлечённо скребли вилками по тарелкам и тянули друг к дружке рюмки… Женщины с химическими завивками и ярким макияжем галдели и спорили о чём-то своём, а мужики в пиджаках с лацканами шириной с лопату, красные от жары, духоты и порядочно принятого на грудь спиртного, лихо чокались, не закусывая, и обсуждали всё что угодно, начиная от последней игры «Спартака» и предстоящей Олимпиады, и заканчивая начальником-самодуром… Ещё усы эти смешные почти у каждого второго, если не больше… Снова усатая мода вернулась? Ох уж эти хипстеры…
На импровизированной сцене у стены за музыкальной барабанной установкой сидел барабанщик, а рядом с ним стояла парочка парней с гитарами в руках, в смешных цветных рубашках и штанах клёш. Над головами троицы висела ярко-красная праздничная растяжка «С праздником всех трудящихся! 1 мая 1980 года», а под высоким трёхметровым потолком на одной из ламп в жёлтом плафоне лениво покачивалась коричневая лента от мух…
– Эти глаза напротив – калейдоско-о-оп о-огней… – тихонько затянули музыканты, закончив свой небольшой перекур.
– Го-орько! Го-орько! Го-орько! – снова завопил народ.
– Э-э-э! Девушка... – удивлённо отпрянул я от симпатичной девушки с длинными светлыми волосами в платье и фате невесты, потянувшейся ко мне сложенными в трубочку губами. – После слов «Горько» нужно целоваться с женихом, а не с первым встречным…
Чёрт! Мне ещё тут драки не хватало… И мордобоя от вернувшегося невовремя жениха… Кстати, где этот идиот? Бросил свою невесту, а мне за него отдуваться…
– Го-орько! Го-орько! – пуще прежнего прокатился по залу столовой требовательный выкрик гостей.
Чёрт! Да где этого жениха-то носит?!
– Да прекратите уже, девушка! – снова непроизвольно отодвинулся я от потянувшейся ко мне невесты и растерянно замер, обнаружив на себе костюм очень похожий на самый обычный костюм жениха… Ну, не самый обычный, конечно – какой-то винтажный, что ли… Задумчиво провёл ладонью по ткани рукава, поднял глаза и ещё раз уставился наверняка растерянным взглядом на сидящих по обе стороны длинного стола гостей…
Гостей... Дерьмо! Костюм… Горько… Гости… Невеста справа… Кажется, я влип... Ещё и лицо у невесты до боли знакомое… Я что – сплю?
– Андрюш?.. – непонимающе нахмурилась незнакомка в платье невесты. – Всё хорошо?
– О-о-о! Жениху больше не наливать! Он уже невесту не узнаёт! – весело заорал чей-то мужской голос с дальнего конца стола, тут же подхваченный звонким смехом сразу как минимум десятком других голосов.
– Го-орько! Го-орько!
– Го-орько! Го-орько!
Дерьмо!
Я сглотнул подступивший к горлу комок, скромно чмокнул девушку в горячие, пахнущие шампанским губы, отстранился от неё, на автомате взял со стола наполненную до краёв стопку и опрокинул её в себя. Водка обожгла горло, прокатилась по пищеводу и через пару секунд приятно растеклась теплом в пустом желудке…
Гости одобрительно загалдели, поглощая оливье, а я косо глянул на девушку в наряде невесты, убедившись в том, что она так никуда не исчезла после стопки водки, и принялся украдкой разглядывать зал столовой, пытаясь понять, какого хрена здесь происходит…
– Андрюша! – возникла рядом со мной пышная тётка и облобызала меня в обе щёки, оставив на них следы красной помады. – Поздравляем от всего сердца! Да, Стёп? – дёрнула она за рукав пиджака замершего рядом с ней круглолицего мужчину с пышными усами.
– Ага, – согласился тот. – Ох и жену ты себе отхватил, Андрюха! – мечтательно хмыкнул он и тут же получил крепкий подзатыльник от своей спутницы.
– Невеста у тебя и правда куколка! – признала женщина. – И грудка на месте, и попка. Есть за что подержаться… Прям как эта… как её… Барби! Во! – вспомнила она, просияв и ненароком продемонстрировав мне парочку золотых зубов.
– Спасибо, баб Зоя… – на автомате поблагодарил я.
– Да какая я тебе, баба?! – тут же обиделась женщина. – Сопляк!
– Ну правда, Андрюх! – нахмурился мужик. – Ты бы не налегал на водочку… Зой, не обижайся на жениха. Ему сегодня простительно…
– Да пошли вы все! – обижено фыркнула женщина, развернулась и двинулась вокруг стола.
– Ну ты выдал, Андрюх! – восторженно покачал мужик головой, растянув на лице дурацкую улыбку. – Баба Зоя… Я теперь над ней так постоянно подшучивать буду… Всё, давай! Невеста – во! – продемонстрировал он мне сжатый кулак с выставленным большим пальцем и ободряюще хлопнул по плечу.
– Угу… – буркнул я и снова внимательно оглядел гостей…
Хм... Этого я знаю... Дядя Миша из села. А вон тётя Люся, его жена... Только они слишком уж молодые... Дядя Коля… Двоюродный брат отца… Дядя Митя… Чёрт! Что здесь происходит? И почему все такие молодые? Или я и правда слишком много выпил? Или свет такой…
– А это какая-то тематическая свадьба? – наклонился я к уху соседа слева.
– Какая свадьба? – недоумённо глянул он на меня, старательно уминая селёдку под шубой.
– Тематическая...
– Это как?
– Ну... А-ля 80-е.
– Не понимаю, о чём ты... – покачал он головой.
– Какое сегодня число?
– Ну ты ваще, Андрюх! – хмыкнул парень. – Это тебя с одной стопки так развезло, что ли?
– Число какое сегодня?! – упрямо повторил я.
– Первое мая…
– Угу… Понятно… – хмуро бросил я. –А год?
– Такой же, как и вчера… Ничего не изменилось…
– Две тысячи двадцать пятый? – осторожно произнёс я.
– С утра был тысяча девятьсот восьмидесятый, – кивнул он в сторону растяжки над головами музыкантов.
– Это я вижу… – вздохнул я.
– Го-орько! Го-орько! – снова завопили гости, как умалишённые. – Го-орько! Го-орько!
Да идите вы в пень! Без вас тошно…
Я на автомате чмокнул в губы невесту, наколол на вилку малосольный огурчик, задумчиво откусил ему жопку и неторопливо принялся перемалывать её на зубах…
Дальше всё закрутилось в один какой-то яркий, нелепый калейдоскоп… Поздравления от гостей, громкая музыка, периодические крики «Горько!», шум посуды, звон приборов, «Это на счастье!», снова поздравления… Кто-то подходил, желал нам удачного брака, кто-то протягивал конвертики, кто-то хлопал по плечам, а я глупо улыбался и кивал… Улыбался и кивал…
Дерьмо…
В туалет мне удалось улизнуть лишь через час…
Я на автомате отметил простую однотонную плитку на стенах и полу, тяжёлые керамические раковины и грубые советские смесители, парочку писсуаров и три унитаза с бачками под потолком и длинными свисающими цепочками. Открутил кран, дождался, пока ржавая вода сменится прозрачной, помыл руки, ополоснул лицо холодной водой и задумчиво уставился в отражение в зеркале, с которого на меня слегка усталым взглядом голубых глаз смотрел молодой симпатичный парень лет двадцати пяти…
Светло-русые волосы, непослушная прядь волос на лбу, лёгкая щетина, прямой нос и волевой подбородок со слегка угадывающейся ямочкой, совсем как у меня. Хорошее лицо. Доброе. Чужое. Не моё. Я уже видел это лицо раньше…
Как я вообще очутился здесь? И почему? И почему в чужом теле? Я мёртв? Или может это бред? Я сейчас в реанимации? Или, может, в коме... Или нет? Столько вопросов…
Последнее, что я помню – это выстрел за спиной в подъезде моего дома, миг темноты и тишины, а затем этот успевший надоесть мне за вечер крик «Горько!»…
– О! Андрей! Решил освежиться? – зашёл в туалет незнакомый мне парень, улыбнувшись моему отражению в зеркале.
– Угу… – буркнул я.
– Поздравляю!
– Спасибо! – пожал я протянутую руку, дождался, пока незнакомец сделает своё дело в кабинке, помоет руки, оставит меня в одиночестве и снова глянул в отражение…
Ладно... Кажется, пора подвести промежуточный итог...
Я не в 2025-м... Мне не 44 года, я не работаю опером в ГУУР МВД, и я не капитан полиции…
Я в 1980-м... Я жених... Моя невеста как две капли воды похожа на мою мать в молодости. Моё новое тело похоже на моего отца, которого я никогда не видел вживую потому что он погиб в день моего рождения ровно через год после их с матерью свадьбы... А сегодня 1 мая... 1980 года... День свадьбы моих родителей... Забавные совпадения, которые на самом деле нихрена не совпадения!
Я в теле своего погибшего отца… В 1980-м году. Девушка в белом платье невесты – моя мать. Ей сейчас двадцать пять. Она молодая и красивая. Это отдельная проблема, о которой я пока думать не буду. Через три месяца она забеременеет мной, а через девять месяцев я появлюсь на свет, в день гибели своего отца – 1 мая 1981 года…
Дерьмо! Как вообще такое возможно?! Что я здесь делаю? Как мне не наломать дров? Что делать?
По-хорошему, у меня есть три месяца, чтобы во всём разобраться и вернуть отца… Почему три? Да, сука, потому! Потому что отец должен сделать ребёночка моей матери через три месяца! Не я! Не дядя Петя! Не дядя Митя! Отец!
Дерьмо!
Я вернулся в зал, хлопнув хлипкой дверью туалета, и так болтавшейся на одних соплях и честном слове, уселся на своё место во главе праздничного стола и нахмурился. Если сейчас 1980-й… Если я в теле отца… Если у них с матерью сегодня свадьба… То после свадьбы что полагается молодожёнам? Правильно – первая свадебная ночь…
Чёрт! Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
Слегка подрагивающими руками я дотянулся до полной бутылки, с хрустом скрутил металлическую пробку, налил полный гранёный стакан водки и залпом опрокинул его в себя…
Ну уж нет! В свадебную ночь уж как-нибудь без меня… Я – пас!
– Го-орько! Го-орько!
Да заткнитесь вы уже! Без вас тошно…
* * *
«Доброе утро, товарищи! Начинаем утреннюю гимнастику.
Приготовьтесь к ходьбе на месте.
Ходьба... марш! Раз, два, три, четыре! Раз, два, три, четыре...
