Она смотрела на человека, которого, оказывается, совсем не знала, но подпустила так близко, которому была нужна только как кубышка, которую надо приманить, вытрясти все деньги, а потом отбросить, как ненужную вещь. Да она для него и есть ненужная вещь, нужны только средства, которые можно получить!
Нельзя сказать, что Аня смотрела на Макса спокойно, нет… только вот, как выяснилось, она не может любить мужчину, который не просто её обманул, а изначально смотрел не как на человека, а как на оболочку его будущих финансов.
Макс краем глаза видел, что Аня стоит у окна и смотрит на него. Видел и усмехался про себя:
– Дура-баба! Увидела фактурные мышцы и готова – вон, мельтешит в окне, глаз оторвать не может! Уверен, что ещё немного, и она сама приползёт. Сделает вид, что ничего такого не было!
А Аня думала:
– Просить кого-то о помощи? А что, собственно, такого случилось? Я сама сюда приехала, брата не послушала, сама виновата! Хотя, постойте-ка, а почему виновата? Разве виноват человек, которого обманули? Причём я не вешалась на первого встречного-поперечного – Макс долго ухаживал, пока я в него не влюбилась, «открывал душу», клялся в любви, говорил, что у него никого кроме меня нет, что он без меня погибнет. Говорил так, что мне и в голову не приходило, что это может быть обман! Да, Сашка это увидел, но Сашка – мужчина! Мне вот Калязинова его тоже очень не нравилась.
Она наблюдала за атлетическим Аранцевым, потихоньку размышляя:
– Так… значит, я не виновата. А кто виноват? Правильно – Макс! Но он ничего плохого мне не сделает, по крайней мере, пока не знает, что я слышала разговор, и надеется, что через меня доберётся до бабулиной квартиры. А раз так, то чего я должна просить у кого-то помощи? – Аня любила размышлять неспешно, шаг за шагом задавая себе вопросы и отвечая на них. – Зачем я буду втравливать в это Сашку, который первый раз за столько времени человеком себя почувствовал? Может, пора уже как-то самой попробовать?
Она прикинула эту возможность, и неожиданно ей это показалось вполне осуществимо!
– И не нужна мне никакая помощь, скорее, она Максу потребуется! Стулом его, конечно, не уложить, – новый взгляд в окно машинально прикинул возможность «укладывания» Макса, если в него с высоты что-нибудь кинуть, но глазомер у Ани был приличный, так что эту возможность пришлось отложить в сторону:
– Жаль, жаль… но вот кое-что сделать можно, особенно если всё как следует обдумать и рассчитать!
К этому времени Аня уже пинками развеяла свой страх, неуверенность, мечту о том, чтобы кто-то приехал и её спас, зато внутри ровно, сильно и ярко заполыхала холодная ярость. Причём чем больше она вспоминала слова, поступки, поведение, клятвы и признания Макса, тем больше разгоралось желание сделать их встречу действительно НЕЗАБЫВАЕМОЙ для Аранцева.
Анна покосилась на себя в зеркало и усмехнулась:
– Надо же, как меня зацепило-то! Ну ладно… я тут не одна! У меня есть я! А уж вдвоём-то мы с этим гадом, пожалуй, справимся! Итак… что мне надо в первую очередь?
В соседнем коттедже озадаченно переглядывались наблюдатели:
– Слушай, а что происходит? – вполголоса уточнил Игорь. – Я думал, она рыдать будет отсюда и до среды, а она выглядит как-то так…
– Нормально она выглядит! – усмехнулся более опытный Матвей. – Знаешь, кто самый коварный, непредсказуемый и опасный противник?
– Ну?
– Оскорблённая женщина, у которой хватило сил взять себя в руки, разума, чтобы придумать, как отомстить, и упорства, чтобы всё это осуществить!
– Думаешь, она отомстить хочет?
– Стопудово! И я, если честно, буду рад ей подсобить. Всё понимаю про мужскую солидарность, но альфонсы – это не мужики, а так… одна видимость.
– Ну, знаешь, при таком раскладе ты будешь в помощниках не один! – хмыкнул Игорь.
Глава 11. След взят
Первым шагом Ани было очень современное занятие – раскопки в смартфоне. Дело в том, что некоторое время назад они, дурачась в одном затейливом ресторане, фотографировали друг друга, придумывая подписи к фото – очень уж забавные были у них лица после дегустации того или иного шедевра. Вслух комментировать было как-то неловко – вокруг сидели гурманы и вдумчиво вкушали кто пшёнку с крабом, кто грушу с кальмаром, а кто и «подвяленную японскую кильку» с дыней.
Макс первым сделал снимок подзависшей над блюдом Ани и отправил ей с подписью о том, что Борджиа были бы рады владеть этим рестораном.
Она в ответ отправила ему его фотографию, подловив в тот момент, когда он уставился на принесённую ему тарелку: «Сальвадор Дали приложил к этому не только руку, но и ногу».
Дальше они уже веселились вовсю, потом принялись было за еду, но у Макса загудел смартфон, его лицо, когда он посмотрел на экран, было таким загадочным, что Аня автоматически его сфотографировала, но переслать не успела – Макс скинул вызов, отключил гаджет и торопливо начал рассказывать забавную историю о звонившем контрагенте, который никак не понимает, что у всех бывают выходные.
Аня краем глаза увидела, что в кадр попало зеркало, которое висело над Максом, и там расчудесно отразился пароль, набранный любимым. Она ещё думала ему сказать, что пароль хорошо бы делать слепым, но решила, что он сам знает, как лучше быть.
– А так ещё подумает, что я специально подглядывала!
Нет, она не только не воспользовалась паролем, чтобы порыться в смартфоне, она даже рассматривать его не стала, не удалив фото только из-за Макса – не хотелось лишать себя ещё одного его изображения.
– Дура, тупая, влюблённая дура! Это же, небось, его очередная овечка звонила, пока он с овцой в моём лице сидел в ресторане, – шипела на себя Аня, листая фото.
– А! Вот оно! Ну-ка, ну-ка… – она приблизила изображение, потом ещё немного, потом чуть повозилась с качеством и наконец-то увидела пароль.
– Интересно, а он его не менял? Да даже если менял, ещё что-нибудь придумаю! Но сейчас в первую очередь нужно проверить, верный он или нет!
Это тоже было вполне осуществимо!
– Макс напрыгался, демонстрируя мне свой торс и прочую мускулатуру, явно вспотел, так что сейчас помчится в душ. Там он обычно задерживается надолго, ну… давай же, Аполлон, двигай уже в ванную!
Аня усмехнулась, когда увидела, что Максим, бросив долгий взгляд на её окно, заторопился в дом, а потом приникла к двери. Звуки безошибочно докладывали о перемещениях Максима:
– Вошёл, поднимается на второй этаж, подошёл к моей двери, поскрёбся, окликнул, потоптался, отправился к своей комнате…
Аня выждала какое-то время, а потом беззвучно выскользнула в коридор.
– Порежет ему одежду? – предположил Матвей. – Но ножниц нет, ничего в руках, кроме смартфона.
– Или притoпит? – озадачился Игорь.
– Предварительно стукнув гаджетом по голове? – хмыкнул напарник.
– Ну да… смартфон на притoплeние брать неразумно.
Аня и не думала топить Максима или портить его одежду, ещё чего не хватало! Она взяла его смартфон, набрала пароль, к счастью, ещё актуальный, а потом попросту скачала с его гаджета все те данные, которые ей могли понадобиться, а ещё экспортировала к себе все чаты мессенджеров, которые показались ей интересными. Помимо этого, Аня порылась в фотографиях, нашла нужные, скачала, а потом спешно удалила папку со своими фото, выследив и уничтожив все их дублированные сохранения.
– Ибо нефиг! – приговаривала она. – Извини, дорогой, но ты для меня какой-то очень уж дорогой, да ещё и много кем до меня передержанный.
Удалив очевидные следы пребывания в чужом смартфоне, Аня аккуратно положила его точно так же, как он лежал до этого, и беззвучно убралась из комнаты.
– Кажется, кого-то взломали… – хмыкнул Матвей.
– Тебе не кажется! Однако, мне прямо интересно, что Анна дальше делать собирается.
А ничего такого Аня не делала – сидела, что-то писала в блокноте, вырисовывала какие-то схемы, зачёркивала их, хмурилась, начинала снова.
– Ёлки-палки, как жаль, что камера не видит, что именно она пишет! – переживали наблюдатели, а потом решили, что хорошо бы начальство просветить.
Кирилл Харитонович Хантеров только что с блеском провёл важные переговоры, вынудив оппонентов следовать его плану, поэтому пребывал в отличном настроении.
– Свечникова с вашей помощью всё узнала? – переспросил он и поморщился. – И что? Рыдает? Надо вывозить?
– Нет, выяснила пароль от смартфона альфонса, выждала, пока он был в душе, скопировала какие-то данные, а потом поудаляла свои фото.
– Последнее было лишним! – констатировал Хак. – Он быстро поймёт, что было стороннее вмешательство.
– Да, наверняка обнаружит.
– Ну так сделайте так, чтобы не обнаружил! – хмыкнул Хантеров.
Он очень любил задавать такие загадки подчинённым, справедливо полагая, что зарядка для умственной деятельности никому ещё не повредила.
Подчинённые напряглись, переглянулись, прикидывая, какие у них в наличии есть возможности, а потом чётко доложили:
– Можем послать коптер или включить воду…
– Коптер рискованно, если объект не обнаружит смартфон там, где его положил, то решит, что это Анна его испортила, а вот вода – да, то, что нужно! Действуйте.
Макс кайфовал под душем, а когда выключил его, то недоумевающе помотал головой – показалось, что у него появился шум в ушах.
– Перезанимался? Давление подскочило? – встревожился он, выбираясь из душевой кабинки.
По мере его приближения к двери комнаты шум становился всё отчётливее, а когда он вошёл, то перекрыл и этот шум, и даже внезапно включившуюся тревожную сирену, гудевшую внизу.
– Смартфон! Вещи! Всё промоклоооо!
Макс, при всей его ушлости, оказался довольно наивным типом. Ну разве мог бы циник примчаться к Аниной двери за помощью?
– Анхен, Анитка! Помоги скорее! У меня проблема! Этот проклятый умный дом включил воду с потолка и испортил мне всю одежду и смартфон!
Гордое молчание было ему ответом.
Нет, если бы не необходимость помириться с этой овцой, Макс бы затребовал координаты владельца коттеджа, чтобы предъявить ему иск о возмещении вреда, но сейчас требовалось загнать всё негодование поглубже и… утереться, причём в прямом и переносном смысле.
Впрочем, поразмыслив, Макс понял, что это глупо – договор об аренде они не заключали, живут на халяву, так что вряд ли его иск имел бы какой-то толк в денежном выражении, а все остальные его никак и не интересовали.
К тому же выяснилось, что пострадали только вещи, оставленные на виду, и смартфон.
– Ладно, это я всё высушу, не страшно. Смартфон… ну, тоже можно постараться высушить, да я его и не чистил давно, там много чего было лишнего. Утратил бдительность, можно сказать, так что всё к лучшему! – оптимист Макс решил, что смартфон он завтра купит новый, главное, доехать в Питер.
В разведку он смотался, как только немного успокоился, а вернулся оттуда уже довольным:
– Дерево распилили и убрали на обочину, проезд готов! Всё отлично… можно завтра спокойно поехать к Эльвире, а до этого заехать за новым телефоном.
План привёл Макса в расчудесное настроение, так что он прибыл под дверь к Ане, установил там стул, чтобы уговаривать в комфорте, и начал монолог о том, как он любит свою чудесную Анхен-Аниту.
Вот кто бы знал, что дверь в этой комнате звуки пропускает отлично, и каждое слово Максима записывается на смартфонный диктофон.
– Аниточка, родная, ну, неужели же ты меня никогда не простишь? – в конце концов патетически воскликнул этот актёр театра имени самого себя.
– Я подумаю, – ответ, даже высказанный крайне нелюбезным тоном, Макса окрылил – он не любил, когда овцы оказывались слишком недоверчивыми или строптивыми.
И потом, время – деньги! Чего это самое время просто так тратить?
Макс постарался закрепить успех, рассказывая, как он счастлив из-за того, что в его жизни есть такая прекрасная девушка – самая лучшая в мире! А эта самая девушка тем же нелюбезным тоном начала задавать вопросы, а правду ли он говорит? А вот если он полюбит какую-то другою?
Максим горячо уверял Аню в том, что никаких других для него нет, что они все поголовно уродины и идиотки, которые только и думают о всяких глупостях. Затейливый перечень глупостей прилагался.
– Интересно, она нашла телефоны девиц, которых этот соловей сейчас параллельно обрабатывает? – заинтересовался Игорь.
– Думаю, что да… нет, ты смотри, как красиво она его вывела на обсуждение женских недостатков в других девушках. Он и рад стараться, но зуб даю, что в этой речи что-то да выскажет про конкретных особ, – хмыкнул Матвей. – Интересно, это она осознанно или интуитивно?
– Думаю, что все твои зубы точно останутся при тебе! – уверенно кивнул Игорь. – Мне кажется, что осознанно, посмотри, какая она довольная!
Да, Аня была довольна – можно сказать, что голос Макса искусственно синтезирован, что это всё обман, но она была уверена, что он в этом потоке слов выдал и что-то личное, такое, которое явно зацепит заинтересованное лицо.
– Я на твою удочку, конечно, уж не поймаюсь, но и те две, которых ты сейчас обхаживаешь, пусть тоже сорвутся!
Телефоны их узнать было несложно – последние два звонка были с «Павлом из автосервиса» и с «Эдиком – мазилой».
– Павел – это Полина, а Эдик – Эля, – поняла Анна. – Ну что же, не всё тебе с нами веселиться, можно и иначе!
Какие бы усилия ни прилагал Максим, дверь Аня ему так и не открыла.
– Вот тупая! – охарактеризовал он «любимую», вернувшись в комнату, которую выбрал в качестве своих апартаментов. – Даже не овца, а ослица!
А Аня, не являясь ни той, ни другой, старательно выстраивала стратегии общения с девушками, которых надо было предостеречь.
– Вот мне брат сказал, что Макс, похоже, ценит только деньги, которые я ему могу дать. И что? Разве я поверила? И не подумала! Хорошо хоть не разозлилась, а ведь могла бы. Но это мне говорил брат, любимый и важный для меня человек, а если названивает мне какая-то незнакомая деваха и начинает втирать, что мой жених мошенник, что я стала бы делать?
Аня походила по комнате и невесело усмехнулась – послала бы она звонящую куда подальше, даже слушать не стала бы!
– А чтобы меня выслушали, надо сказать так, чтобы их зацепило! А для этого надо бы посмотреть и порыться… неужели же он такой умный, что больше нигде не наследил?
Она то рылась в интернете, то писала план разговоров, то собирала вещи, не отвечая на Максимовы воззвания, которые то и дело раздавались из-за двери.
– Анечка, родная, ну это же уже смешно!
– Да-да, дорогой, я непременно повеселюсь. Но только не сегодня! – думала Аня, пакуя чемодан.
На утро веселье началось, как только Макс стартовал от ворот налево – на лесную дорогу. Аня подождала какое-то время, но «жених» не возвращался, тогда она упаковала два своих чемодана и сумку в найденные под лестницей здоровенные мусорные пакеты, как следует заклеила скотчем все углы и стыки, взяла тачку, обнаруженную в гараже, обулась в самые неубиваемые и невзрачные свои кроссовки и направилась к луже.
С помощью тачки и водонепроницаемой упаковки чемоданы удалось переправить на ту сторону болотца целыми и невредимыми, после чего Аня стянула их со средства передвижения по луже и упрятала глубоко в кусты.
– Так… теперь обратно!
Тачка была вымыта и возвращена в гараж, все вещи Максима упиханы в его чемоданы, которые Аня выставила за ворота, посуда вымыта, а продукты вытащены из холодильника и упакованы отдельно.
– Ну, спасибо этому дому, пойдём к другому! – Аня погладила входную дверь коттеджа перед тем, как его запереть на ключ, проверила гаражную дверь, ласково коснулась еловых лапок, за которыми она так удачно пряталась, а потом решительно зашагала по дорожке к калитке.
