Антонио Морале "Танец со Смертью"

Танец со Смертью
Антонио Морале

Город Ангелов #5
Продолжение приключение простого русского парня, попавшего в Лос-Анджелес 1992 года.

Антонио Морале

Танец со Смертью

Глава 1. Балет

?? – Добрый вечер, дорогие слушатели! С вами Radio California FM, а в эфире ваши пятничные ведущие – Остин и Линдси!

?? – За окном вечер пятницы, на студийных часах – семь тридцать, а значит, самое время поговорить о тёмной стороне нашего прекрасного города. Как думаешь, Остин?

?? – И о чём же именно, Линдси?

?? – Конечно же, о маньяках!

?? – О, Линдси! На эту тему можно говорить бесконечно! Но знаешь Я бы сегодня хотел обсудить одну вещь, которая давно меня беспокоит.

?? – И что же это?

?? – Имена. Вернее, прозвища, которые с таким трепетом придумывают серийным убийцам наша доблестная пресса и полиция.

?? – А что с ними не так?

?? – Ну вот смотри. Почему этим уродам вечно дают такие крутые, пафосные прозвища? Джек Потрошитель, Фантом, Кливлендский Мясник, Ночной Сталкер, Зодиак Зачем? Вернее, к чему эта крутость?

?? – Хм А ведь действительно. Как будто они какие-то супергерои из комиксов

?? – Вот именно, Линдси! Называли бы их не так эпично, может, люди меньше романтизировали бы это их хобби, назовём его так. Да и сами будущие маньяки трижды подумали бы, стоит ли начинать карьеру, если потом тебя будут называть не каким-нибудь Ночным Охотником, а, например Куском дерьма из Алабамы или Лексингтонским говноедом.

?? – Фу, Остин! От твоих слов прям какой-то душок неприятный по студии пошёл и осадочек остался – [в эфире раздаётся смех ведущей].

?? – Вот именно! Никакой романтики! Никакой жалости к этим ублюдкам! Или вот, например, как насчёт прозвища «Калифорнийский жирный ублюдок»? А? Ну кто захочет войти в историю с таким имечком?

?? – Или «Техасский импотент»?

?? – О, Линдси! Молодец! Ты поняла правила игры

?? – Конечно! А как тебе «Флоридский ссыкун» или «Вонючка из Огайо номер три»?

?? – Неплохо. Только почему номер три?

?? – Да потому, что так ещё обиднее – когда ты настолько жалок, что у тебя даже уникального имени нет и тебе ещё и номер присвоили

?? – Вот это да! Да ты гений, Линдси!

?? – Это ещё что Я и покруче могу! Как тебе Сакраментский жалкий дрочила?

?? – Линдси!

?? – Что? Не нравится?

?? – Нравится. Просто наш продюсер сейчас за стеклом почему-то хватается за сердце.

?? – Ой Простите, мистер Швиммер

?? – А ещё, Линдси, ты знала, что есть целая армия чокнутых дамочек, которые фанатеют по маньякам? Они пишут им любовные письма прямо в тюрьму, посылают свои трусики, клянутся в вечной верности и даже выходят за них замуж, пока те сидят за решёткой!

?? – Да ты что? Серьёзно?

?? – Абсолютно!

?? – Ужас какой

?? – Это точно. Но вот ответь мне на один вопрос. Стала бы такая дамочка вздыхать по ночам и отправлять любовные послания «Калифорнийскому жирному ублюдку» или «Лексингтонскому говноеду»?

?? – Хм Очень сильно в этом сомневаюсь.

?? – А захотела бы выйти замуж за «Кусок говна из Алабамы номер сорок семь»?

?? – И стать миссис «Кусок Говна»? Точно нет!

?? – Вот именно! Мы сами делаем из маньяков звёзд и кумиров, Линдси. Неудивительно, что у них после всего этого появляются поклонники, последователи и подражатели. А проблема, на самом деле, решается элементарно. Просто не нужно называть маньяков и убийц героическими прозвищами. Никаких больше Потрошителей, Фантомов и Ночных Охотников. Только обидные, унизительные и максимально некрасивые клички.

?? – Да уж Над этим определённо стоит подумать. Возможно, нам даже нужно написать официальное письмо в полицию Лос-Анджелеса или даже создать петицию Ну а пока мы все думаем над идеей Остина, я предлагаю послушать кое-что подходящее к сегодняшней теме. На волнах Radio California FM – группа Talking Heads с их хитом Psycho Killer!

* * *

Я надел свой единственный приличный тёмно-серый костюм, купленный ещё перед благотворительным вечером Хендерсона, и строгую чёрную рубашку без всяких галстуков, бабочек и прочих удавок на шее. А чтобы хоть немного насолить Саре и сбить градус пафоса, натянул на ноги свои любимые потёртые конверсы, с мстительным удовольствием заметив, как брюнетка медленно опустила взгляд к моим ногам, едва заметно поморщилась, но всё же промолчала, сдержав явно рвущиеся наружу язвительные комментарии.

Да пошло оно всё! Удобство – наше всё. Тем более Саре, выглядевшей просто сногсшибательно в своём шикарном, облегающем фигуру тёмном вечернем платье, я бы не соответствовал в любом случае и точно не дотягивал бы до её уровня хоть в самом дорогом костюме, хоть в туфлях из крокодильей кожи. А так Так хоть буду выглядеть, словно артхаусный свободный художник или миллионер со своими причудами. Наверное

Через пять минут мы покинули мою маленькую квартирку, спустились по лестнице на первый этаж, миновав мешки строительной смеси, стремянки и аккуратно сложенные вдоль стен упаковки с паркетом, и вышли на вечернюю улицу.

У самого тротуара под ярким фонарём, словно контрастируя с кучей строительного мусора и лесами, опоясывавшими моё здание, стоял новенький идеально чистый чёрный Lincoln Town Car.

Вышколенный водитель услужливо распахнул перед нами заднюю дверь, мы забрались в прохладный кожаный салон, и тяжёлый седан плавно, почти бесшумно отчалил от обочины, увозя нас прочь от Венис-Бич.

Сара придвинулась ко мне вплотную, взяла под руку, положила голову мне на плечо и с задумчивым видом и лёгкой блуждающей улыбкой на губах уставилась в окно на проносящиеся мимо огни вечернего города.

Пятничный Лос-Анджелес отпускать нас не собирался. Машины ползли плотным потоком, периодически замирая возле съездов и перекрёстков, вокруг непрерывно вспыхивали красные стоп-сигналы, кто-то сигналил, кто-то пытался вклиниться между рядами, а мы медленно пробирались в сторону десятой трассы, понимая, что меньше чем за сорок минут до центра точно не доберёмся.

– Ричард Хадсон, – напомнил я Саре о дяде Мишель через пару минут. – Что тебе рассказала о нём Микки?

– Потерпи, – многозначительно улыбнулась устроившаяся у меня на плече брюнетка. – Скоро всё узнаешь.

– Почему мне кажется, что ты специально тянешь время?

– Потому что я специально тяну время.

– Очень смешно, – я тяжело вздохнул, поняв, что вытянуть из неё что-то сейчас всё равно не получится, и уставился в окно. – А куда мы вообще едем? Кроме того, что на балет.

– В Dorothy Chandler Pavilion.

– Мне это ни о чём не говорит, – честно признался я.

– Music Center в Даунтауне, – терпеливо пояснила Сара. – Сегодня там выступает русская гастрольная труппа. Мы с тобой будем смотреть «Лебединое озеро».

– Чайковского? – хмыкнул я.

– Надо же, – Сара приподняла голову и удивлённо посмотрела на меня. – А я думала, ты совсем безнадёжен.

– Иногда я сам себе удивляюсь, – усмехнулся я.

– Может, ты и Катерину Волкову знаешь? – подозрительно прищурилась моя спутница.

– Первый раз слышу.

– А зря. В Европе за билеты на её выступления буквально дерутся! – усмехнулась брюнетка. – Она танцует Одетту и Одиллию. Белого и чёрного лебедей.

– Ясно, – протянул я.

– Угу, – буркнула Сара, снова положила голову мне на плечо и притихла

Путь от Венис-Бич до Даунтауна по пятничным вечерним пробкам действительно занял у нас около сорока минут. Возле огромного монументального здания концертного зала царила какая-то совершенно самостоятельная и отдельная от остального Лос-Анджелеса жизнь. Один за другим подъезжали дорогие автомобили, парковщики принимали ключи, вокруг сновали люди, хлопали дверцы машин, вспыхивали фотоаппараты, а подсвеченные фонтаны музыкального центра переливались в темноте.

Прямо над центральным входом, в перекрестии мощных лучей прожекторов, висел огромный чёрно-белый плакат с застывшей на нём в изящной позе тонкой темноволосой девушкой в белоснежном сценическом костюме, с поднятыми над головой руками и отстранённым, холодным выражением лица, а внизу плаката виднелась крупная, хорошо читаемая даже издалека надпись:

«TCHAIKOVSKY»

«SWAN LAKE»

«KATERINA VOLKOVA – ODETTE / ODILE»

Наш водитель мягко затормозил у залитой светом огромной площади перед Павильоном Дороти Чендлер, я выбрался из машины, подал руку Саре, помогая ей выйти, и с интересом оглядел толпящуюся вокруг публику. Моя спутница поправила платье, взяла меня под руку, и мы двинулись по высоким ступеням вместе с остальными гостями к широкому входу, через минуту оказавшись в ярком, шумном фойе.

Просторный зал музыкального центра сиял светом огромных люстр, вокруг неспешно перемещались мужчины в дорогих смокингах и дамы в вечерних платьях, и в чересчур стерильной и пафосной атмосфере мои подуставшие кеды с Венис-Бич смотрелись максимально дерзко и неуместно, притягивая к себе неодобрительные взгляды местной элиты. Но чувствовал я себя прекрасно!

Мы с Сарой взяли с подноса у официанта по бокалу ледяного шампанского и неспешно двинулись по фойе, ожидая начала представления

– Ждёшь кого-то? – поинтересовался я у своей спутницы, заметив её внимательно блуждающий по толпе и лицам людей взгляд.

– Что? А, нет – Сара небрежно мотнула головой. – Просто смотрю. Может, будут знакомые лица. Не хочу ненароком нарваться на кого-нибудь из прошлой жизни. Ты же знаешь, мне нельзя слишком сильно светиться на публике

– Тогда нечего шляться по таким мероприятиям, – вздохнул я.

– Ага! – фыркнула Сара, ткнула меня локтем в бок и сделала глоток шампанского из бокала. – Мне же нужно как-то развлекаться. На стройке нашего отеля не так уж много светских развлечений, если ты вдруг не замечал.

– Ладно, раз нужно, значит нужно, – признал я

Мы ещё минут пять походили по фойе, поднялись на ярус выше, нашли скрытую от посторонних глаз за тяжёлой непроницаемой портьерой отдельную ложу на две персоны и зашли внутрь.

– И как тебе только удалось достать такие места? – искренне удивился я, успев оценить открывающийся с нашего небольшого балкончика вид на огромную сцену.

– Уметь нужно, – небрежно отмахнулась Сара и уселась в кресло с мягкой бархатной обивкой, поставив пустой бокал на маленький неприметный столик сбоку. – Всё, садись, – похлопала она по сиденью соседнего кресла. – Сейчас уже начнётся.

Я молча сел рядом с Сарой, ещё раз оглядел постепенно заполняющийся внизу зал, почувствовал, как моя спутница взяла меня за руку и крепко переплела свои подрагивающие от лёгкого волнения пальцы с моими, и ободряюще улыбнулся ей. Да уж, не думал, что бывшую матушку и основательницу культа так легко заставить нервничать

Спустя несколько минут огромные хрустальные люстры под потолком медленно погасли, погружая зал в густую темноту, тяжёлый занавес плавно пополз вверх, и тишину разорвали первые, пронзительные аккорды бессмертной музыки Чайковского, возвещая о начале представления

К своему стыду, за всю свою прошлую жизнь я так ни разу и не побывал на «Лебедином озере». Видел какие-то отрывки, ролики в сети, слышал музыку Чайковского, прекрасно знал саму историю, но вот чтобы добровольно купить билет, надеть костюм и два с половиной часа смотреть, как взрослые люди прыгают по сцене в обтягивающих трико – до такого я как-то не дорос. Ну ничего, зато теперь наверстал. И должен признать, представление оказалось действительно впечатляющим.