Глава 11
Мария
Наверное, я сейчас должна впасть в отчаяние, рвать на себе волосы во всех местах, до которых могу дотянуться, нервничать, переживать. Наверное. Но…
Я сижу на кухне, подогнув ногу под зад, пью охрененно вредный латте. Заедаю его ужасно калорийной булкой бриош, обмазанной тонной масла и ведром джема, и пытаюсь понять. Зачем, почему, а главное – ради кого я годами отказывала себе в маленьких удовольствиях. Блюла себя, мучила спортзалом, уколами красоты. Сжигала кожу на лице химическим пилингом, терпела шугаринг и чудовищные бьюти-процедуры. Для чего? Чтобы теперь сидеть и думать, а мой любимый муж сейчас у любовницы или всё-таки поехал в магазин за грёбаным коньяком для своего начальника. И знаете что? Я уверена на девяносто девять и девять десятых процента, что знаю, где он. Я знаю. И мне должно быть больно и мерзко. Но…
Опять это чёртово «но», которое меня пугает и озадачивает.
Мне должно быть больно. Но МНЕ НЕ БОЛЬНО, блин. Я просто болтаю ложкой в чашке, слушаю тихий звон металла о фарфор и думаю, что мне вкусно. И всё. ВСЁ.
А так должно быть? Или меня просто накрыла какая-то психологическая гадость типа выгорания?
– Ма, можно я Пашку к нам приглашу сегодня? Вы всё равно отчалите в гости. А мы в комп порубимся. Я ему обещал показать игруху новую, которую мне… папа подарил.
Врёт. Мой сын мне врёт. Я вижу это по бегающему взгляду. Мишутка никогда не умел лгать. У него сразу веснушки на носу ярче становятся, и губы он кривит вот так, когда лжёт. Игру ему купила моя мама. Скорее всего, и кроссовки те шикарные – её дар. И компьютер. И вообще всё.
Кстати, и дом этот мой. Мне подарила его мама на свадьбу. Мне. Дарственную оформила со словами: «Верить мужикам – преступление. Оформишь часть дома на Костика – отзову дарственную».
Я обиделась на неё тогда. Как же, Костик не такой же. Он моя судьба.
Мудрая женщина моя мама.
– Ма, так что? Можно Пашка придёт? А можно мы закажем бургеры? А можно…
Киваю бездумно. Стыдно. Мать я хорошая, и жена прекрасная. Но сейчас мне отчего-то так пофиг на то, что мой дом за вечер превратится в свинарник. Превратится точно. Мишка и его приятели не оставляют шансов ничему в пространстве. И холодильник утром будет пуст. Кстати, надо что-то приготовить сыну. Надо. Надо. Надо.
Где-то в прихожей звонит телефон. Соскальзываю со стула, неторопясь иду в прихожую. Всё тело гудит от напряжения. Или предвкушения. Нервная дрожь, какая-то зудящая. Мобильник нахожу не сразу. От вибрации он свалился за пуфик. Я точно знаю, что звонит муж. И ещё я представляю, как он взбешён. Костя не любит, когда я долго не отвечаю. Особенно если у него проблемы. А у него проблемы. Это точно, как и то, что я их организовала.
– Маша, почему карта не работает? – без предисловий рычит Костик.
– Ну, – закусываю губу. До боли. А раньше я не замечала вот этих ноток в его тоне. Вообще ничего не видела. Слепая была, как крот. Молчу ещё секунду, слушая недовольное сопение. – Из банка звонили. Вчера была подозрительная операция, вот и… Тебе, кстати, тоже пытались дозвониться. И я сто раз набирала. Ты не ответил. Чем таким важным занят был? – главное, чтобы не дрогнул голос. Главное – не дать позорного петуха. Знаю я, чем был занят мой муж. Он трахал свою любовницу. Может, говорил ей слова любви. Или ещё хуже… Хотя что может быть хуже вот такого хладнокровного, наглого предательства? – Короче, велели мне приехать. Но сегодня офисы не работают. И написать заявление на разблокировку не получится. А что?
– Чёрт, у меня нет налички, – надо же, он растерян. Бедненький. – Коньяк, сука, дорогущий.
– Так ты же из сейфа всю наличку забрал, – снова притворяюсь я простушкой и дурой. Трудно сейчас это делать. Ой как трудно. Хочется рвать и метать. Но я начинаю оправдываться. Костя привык к этому. Не стоит его разочаровывать. Пока не стоит. – Нет, милый, не подумай. Я не проверяла. Просто ты снова забыл закрыть шкаф. А я в салон собиралась на причёску. У нас же мероприятие сегодня, а карту блокнули. Но не пошла. Увидела, что сейф пустой. Котик, там же нормальная сумма была. Должно хватить.
Господи. Меня душит истерический смех.
– Кстати, милый, а сто тысяч с карты куда ушло? Ты же говорил, что такие траты мы должны обсуждать.
– Дома объясню. И вообще, ты меня в чём-то подозреваешь, что ли? Что за контроль, Маша. Я глава семьи. И расходы…
– Прости, прости, ты прав, – включаю я послушную идеальную жену. Такую, к какой привык мой муж. Боже, как мерзко. Какой я была идиоткой. – Не нервничай. Ну без коньяка поедем. Ну купи попроще. На сколько хватит у тебя налички.
– У меня украли деньги, – сипит Костя. Я-то думала, что он уже пробил дно, но ошиблась. Оказывается, мужа-то своего я так и не узнала за восемнадцать лет брака. Жила с чужим человеком – хамелеоном. – Всё. Вырвали сумку из рук…
– Боже. Милый. Надеюсь, непоправимого не случилось? – с придыханием хмыкаю я. Непоправимого. Так и хочется спросить: «Нас не обесчестили?» И хрюкаю я совсем уж неподобающе ситуации. – Надо в полицию. Срочно. Ты не пострадал? О, милый…
– Хватит кудахтать. Я еду домой. Собирайся. Какая полиция. У нас через два часа мероприятие. Приведи себя в порядок. Хоть как-то. Ты должна соответствовать.
Кому? Чему я должна соответствовать? А главное для чего? Чтобы Костя мог пустить пыль в глаза начальнику и новому боссу? С трудом сдерживаюсь, чтобы не дать выход тому, что я сейчас чувствую.
– Я буду готова, милый. Ты опупеешь, – перехожу на грудной многообещающий шёпот. Игривый и сексуальный.
Глава 12
Константин
– Ты еще не готова? Черт, Маша. Я же велел… – почти рычу я. Злость заполняет каждую клеточку моего организма. Ослепительная, до пелены в глазах. Выглядеть я буду бледно сегодня. Явлюсь в дом начальника с пустыми руками, знакомиться с новым хозяином концерна. Я даже не уверен, что горючки в машине хватит на поездку. И виновата в этом эта дура, которая улыбается, как всегда, натянуто и заученно. Идеальная, млять.
– Милый, у нас еще куча времени. Я сейчас доделаю ризотто, накормлю Мишутку и поедем. Надо же еще на ужин ему что-то оставить. Кто знает, насколько мы задержимся. Ну что ты, дорогой, все успеем.
– Чем ты занималась до этого, что все оставила напоследок? – недовольно кривлюсь я. Ярость ищет выхода. Но даже выплеснуть ее у меня не получается на жену. Она слишком правильная, как робот. Сжимаю в кармане ключи, специально, чтоб впились в ладонь. Помогает не взорваться. – Я же просил…
– Ой, представляешь, я стала собираться и вдруг поняла, что мы на пикник едем, и у меня совершенно нет подходящей случаю одежды, – моргает Машка, подливая в сотейник янтарный бульон, исходящий паром. – Я Сашуле позвонила. Она приезжала, мы чаю попили. Я вчера сумочку забыла, оказывается, в баре, представляешь? Кстати. Прости за вчерашнее. Просто у нас с девочками давно не было посиделок. А мама как раз уехала с новым своим сердечным другом покутить. Они у нее все моложе раз от раза, представляешь?
Представляю. А то я не знаю, что эта старая карга, больная бешенством матки, свалила. Я ей звонил. И ей, и всем своим “друзьям-приятелям”. Ни одна сука денег в долг не дала. Словно сговорились все. Унизительно, черт подери.
– Слушай, Сашка мне такоеее рассказала, – Мария мечется по кухне, как сквозняк. От холодильника к плите. Сыплет сыр, похожий на крупную пыль, в свое варево. Не смотрит на меня. Встрепанная, какая-то неуловимо другая. Я не привык ее видеть вот такой. Возбужденной, улыбчивой, странной. – Ну Торжковский. Коть, ну Витька, помнишь? Ну такой с залысинами. Он разводится. Жена его на измене поймала. Там скандал такой был. Она его оставила без штанов. Сашка говорит…
– Сашка просто плетница. И какого хрена ты тащишь ее снова в нашу семью? Ты же сама с ней прервала общение.
– Она моя сестра, Костя, – хмурится жена. Стоит возле ящика с кухонной утварью, выбирает черпак. Дурацкий черпак, на который Машка тратит кучу денег. – Мишутка, иди есть, – кричит Машка. – Сейчас накормлю сына и соберусь. И, милый, будь другом, не стоит учить меня, когда и с кем мне общаться.
Она улыбается. Но в глазах я вижу стальной блеск. Хотя, мне наверняка кажется от нервов. Машка ручная, я воспитал ее под себя. И она в жизни не дернется что-то делать против моих нужд и пожеланий.
– Кстати, ты так и не рассказал, куда деньги перевел. Я так испугалась, думала, мошенники. Они сейчас ужасно изобретательные. Сто тысяч все-таки. Мишке можно было купить кучу полезного. Но ты же в долг дал? Правильно? Надо людям помогать. Но такая сумма…
– У Димки сын заболел. На лечение дал, – отвожу глаза. Не придумал даже правдоподобного объяснения. Слава богу, сын входит на кухню. Валится на табуретку, и Маша на него отвлекается. Квохчет, как клуша. Клуша, черт бы ее подрал.
– О, па, привет. А мне мама разрешила Пашку пригласить, пока вы оттягиваться на шашлыках будете, – Мишка радостно болтает, копается ложкой в ризотто. – Ма, ну фу же. Я не люблю ризотто с грибами. Ты забыла, что ли. Вот Вика… – Павлик Морозов, блин, замолкает на полуслове. У меня в башке мутится. Ложь гонит меня под откос, разрастаясь и ширясь, как снежный ком.
– Вика? А кто это? – хмыкает жена. – Костя, где ест наш сын?
Она вроде шутит? Бровь изогнута идеально. Машка мне верит безоглядно.
– Наша бухгалтерша. Я как-то ей завозил отчет, а Мишка со мной был. Она его и угостила. Да, сын?
– Да, – сипит Мишка, уткнувшись в тарелку. – Ничего. А ты ешь. Мать старалась. Она у нас готовит божественно. Маш, иди уже собирайся. Опоздаем, – верит. Она верит. Слава богу. Надо быть осторожнее. А с сыном я потом поговорю. Ему нравится Вика. Они нашли общий язык. Вика шикарно ладит с подростками. Мы с ней, собственно, и познакомились, когда я по просьбе жены искал сыну репетитора по языку. Нашел себе, блин. Что она творит языком. Сука, в паху тяжелеет от мысли о чертовке.
– Кстати, Паше можно в гости к нам? – вытаскивает меня из огненных мыслей голос жены. Он же болен? У Димки сын один же? И не используй феминитивы, Костя. Ты же не хочешь, чтобы наш сын говорил неправильно? Не бухгалтерша Вика. А кто?
Кто? Сердце сейчас остановится к херам.
– Бухгалтер. Миша. Правильно говорить бухгалтер, – улыбается Машка. – На ужин вам оставлю сендвичи. А вот с заказом еды придется поврменить. Денег у нас нет сейчас. Карта заблокирована. Но вам и так будет весело.
Бляааа. Врать оказывается целое искусство. Жена щебечет, что-то сыну показывает. Я страшно устал. Словно разгружал вагоны.
– Маш, собирайся. В машине объясню все. И на будущее. Прежде чем разрешить сыну тащить в дом гостей, советуйся со мной, – выплевываю я. Дышу через раз. Это уже не злость, а какая-то яростная паника.
– Ну, вообще-то я имею право разрешать в своем доме все, что пожелаю, – улыбается жена. Меня колет ощущение неправильности. Но мимолетно, потому что… – Прости, в наш дом, Костя. Конечно, в наш. Я что-то устала уже с утра. С банком понервничала. Пришлось дать разрешение на блокировку. Теперь нужно же идти будет, заявление писать. Потом ждать две недели. Морока ужасная. Но ты ведь перезаймешь денег? Господи. Одни проблемы.
Она клюет меня в щеку. Идет, покачивая бедрами, в сторону спальни. Что же делать? Что? Я уже и так должен всем по уши. А мать ее, мать ее, сказала, что вернется через месяц. Карта заблокирована. Просто какой-то замкнутый круг. Валюсь на диван и, кажется, проваливаюсь куда-то, теряя счет времени.
– Я готова.
Голос жены заставляет меня открыть глаза.
– Господи, что с тобой? На кого ты похожа? – сиплю я.
Глава 13
Мария
“Эгегегей, твою мать”
Ну примерно так у меня сейчас в душе звучит эхом “мать, мать, мать”
Даже не больно уже, а вот как-то гулко и пусто. Муж изменил, сын предал. Что это, как не предательство. Он ходит в гости к любовнице отца, ест ее еду. И ему нравится ее чертово ризотто, и зовет он ее Вика, как подружку. И… господи, как гадко.
Я восемнадцать лет не ругалась матом. Не делала маленьких ошибок. Не жила, черт подери.
И сейчас вот хочется выйти в холл, где ждет меня муж, и заорать во всю силу легких вот именно то, что звучит в моей душе.
Но я навешиваю на лицо улыбку, распрямляю спину, приподнимаю подбородок. Я же идеальная жена. Мой муж не должен видеть меня уставшую, унылую, раздраженную.
Но и такой он меня никогда не видел. Внутри такая буря, кто бы знал.
– Я готова, дорогой, – делаю шаг вперед. Слепну от слишком яркого солнца, заливающего гостиную. Очень жаль, что не вижу, поэтому реакцию Костика. Хотя я и так знаю, что у него вытянулась морда. Я его знаю. От и до. Каждый жест, каждую гримассу, родинку, шрам. Я думала, что его знаю. Оказалось, что я ни фига о нем не знаю. Ха…
– Э… Маша, мы опаздываем вообще-то, – это не смешно, морщится муж, справившись с первым обалдением. Смотрит на часы, ноздри раздувает. Злится. Он на нервах весь.
– А что тебя не устраивает? – хлопаю я ресницами. Ненакрашенными ресницами. Непривычно и легко ужасно. – Мы едем на шашлыки. Я оделась соответствующе моменту. Странно, что ты в костюме. Кость, он же дымом пропахнет. Жарить мясо ты ведь будешь, как всегда.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=74222196&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
