— Получается, что так! — киваю я, проходя к свободной кровати.
Ставлю сумку на пол и разбираю вещи. Следом переодеваюсь в домашний костюм и со вздохом сажусь на кровать.
— С чем тебя положили? — спрашивает незнакомка, наблюдавшая за мной все это время.
Я перевожу на нее взгляд и выдыхаю:
— Сильный токсикоз, не могла даже работать!
— О, понятно! — кивает она, поглаживая живот. — А у меня вот не было!
— Повезло! — вымученно улыбаюсь я, чувствуя тошноту.
Меня же мутило сутками. Не было ни минуты, чтобы я не чувствовала себя выжатой. Приходя на работу, я сразу же бежала в туалет, оставляя там скудный завтрак. По дороге тоже несколько раз останавливалась, чтобы продышаться.
О какой работе могла быть речь, если я только и думала о том, как же меня тошнит. Вырвет меня сейчас или через пять минут.
Больничный с токсикозом не давали, пришлось ложиться в больницу. Мне не хотелось, но когда я за две недели сбросила десять килограмм — Тимофей заставил.
Может, и верно! Потому что я просто не могла больше это терпеть. Любой запах мог вызвать прилив. Да еще и на работе все ходили с очень резкими духами или же другим запахом…
— А ты с чем? — спрашиваю я в ответ. — Кстати, я Полина.
— А я Варя, — улыбается девушка. — У меня подтекание вод. Еще неделька, и можно рожать, а пока считаемся недоношенными.
— Значит, ты здесь уже долго? — спрашиваю я, доставая телефон.
— Да, уже почти две недели. Но ничего, скоро родимся! — гладит она живот, приговаривая нежные слова.
Я умиляюсь и вздыхаю.
Мы с Тимом очень долго хотели детей. Это наша долгожданная беременность, но мужа будто подменили последнее время.
Он часто о чем-то думает, не слушает, что я говорю, куда-то уезжает. Если бы не знала его, то подумала бы, что у него появилась другая.
Тут же раздается звонок телефона, и я беру трубку.
— Да, любимый! — отвечаю я.
— Привет, ну как ты? — быстро спрашивает он.
— Все хорошо, уже в палате!
— Там нормально? Ничего не забыла?
— Нет, вроде все хорошо! — отвечаю я. — Ты приедешь?
— Нет, не смогу. Сегодня сказали, что отправляют в командировку…
— Ну Тим, уже четвертая за месяц… — ною я. — Разве нельзя кого-то другого отправить?
— Полина! — строго говорит муж. — Если я сейчас начну диктовать свои правила, то на повышение пойдет Илья, а не я! А он, знаешь, уже вовсю задницу лижет директору!
Я вздыхаю, понимая, что бесполезно спорить. Муж прав. Нам нужны деньги, и его повышение было бы очень кстати. Особенно перед рождением ребенка.
— Ладно, я поняла, так ты надолго? — грустно спрашиваю я.
Тим что-то мешкает с ответом, а потом угукает:
— Недели на две!
— Но, Тим, это же полмесяца! Как я без тебя? Я же в больнице! Мне поддержка твоя нужна! — почти что плачу я, не обращая внимания на внимательно слушающую Варю.
— Поль, давай без истерики только! Все, меня зовут! Давай, потом позвоню!
Он отключается, даже не дав договорить, а я со вздохом падаю на кровать.
К горлу подкатывает тошнота, но я сглатываю комок вместе со слезами. Белый потолок, голубые стены становятся тяжелыми и давят, как тюремная клетка.
Мне сказали, что я здесь минимум на десять дней. Мама живет далеко, не приедет. Муж уехал в командировку. Некому и прийти.
Может, только Люба придет – моя подруга и медсестра, с которой мы ведем приемы. А больше и некому.
— Одиноко тут? — поворачиваюсь к Варе, которая вновь принялась за книгу.
— Ну, даже не знаю! Мой любимый приезжает ко мне почти каждый день, так что мне не одиноко! — пожимает девушка плечами, отчего я чувствую себя еще хуже.
Слезы с новой силой застилают глаза, и я отворачиваюсь, чтобы не показывать их.
— Да ты не реви! У многих тут нет посещений! Сама не заметишь, как пролетит время, могу дать книгу! Вот!
Она протягивает мне обычный бульварный романчик, и я киваю:
— Ладно, давай!
***
Тимофей приезжает за мной только к выписке. Вручив мне три розы, он забирает сумку и кидает ее в багажник.
— А поцеловать? — грустно спрашиваю я, стоя на месте.
— Садись, в машине поцелую! — нервно усмехается он, и я иду к автомобилю.
Уже в салоне он меня чмокает в губы и заводит мотор.
— Что-то случилось? — спрашиваю я, замечая, какой он дерганый.
— Все хорошо. На работе небольшие проблемы…
— Какие?
— Это неважно, ты все равно не поймешь по строительству ничего! — бурчит он, не выплывая их своих мыслей.
— Ясно, куда уж мне, я всего лишь врач… — выдыхаю я.
Закусываю губу, чувствуя, как щипают глаза. Раньше мы всем на свете делились с Тимом. Что же с нами произошло?
— Я скучала… — говорю я и добавляю: — Вот к соседке по палате муж приезжал почти что каждый день!
— Полина, не начинай, у меня и так дел по горло! — шипит муж, резко выворачивая руль на дорогу.
Мне не хочется ссориться, и поэтому я отворачиваюсь к окну, вытирая мокрые щеки.
— Ладно, расскажи, как в больнице? Тебе уже легче? — начинает разговор муж, и я выдыхаю, повернувшись.
— Да, чуть легче. Мне делали УЗИ, сказали, что ребенок развивается по возрасту.
— Хорошо!
— Познакомилась с девушкой, Варя зовут, такая приятная…
— Варя, значит… — говорит муж, сжимая руль. — Что рассказывала твоя Варя?
Прищуриваюсь, не понимая, чем вызваны такие эмоции, но стараюсь не задумываться. Мало ли что у него сейчас в голове.
— Ничего особенного! Говорила только о своем муже и какой он прекрасный!
— Каком муже?
— Не знаю, она даже имени его не назвала… — задумываюсь я.
А ведь правда, сколько было разговоров, и ни разу не назвала по имени. Только зайка, солнышко и любимый…
— Понятно! — выдыхает муж. Руки на руле расслабляются, и он улыбается мне.
— А ты как съездил? Повышение не дали?
— Нет! — качает головой. — Директор что-то мутит. Все же, думаю, на повышение пойдет Илья.
— Но ты же везде ездишь! Закрываешь все дыры! — вспыхиваю я. — Как Илья?!
— Поля, я не знаю! — отвечает резко муж. — Я делаю все, что требуется! Но, видимо, этого недостаточно!
— Ладно, не сердись, — выдыхаю я. — Нам хватит денег на все. Чуть-чуть придется ужаться, особенно когда малыш родится.
— Именно! — кивает муж. — Ужаться придется! Дети — это дорого!
Киваю и задумчиво смотрю на дорогу. Откуда он знает, что дети – это дорого?
Мы приезжаем домой, и я с удовольствием зажмуриваюсь, ощущая родные стены. В больнице я пробыла аж две недели, а по ощущениям – как будто прошел целый месяц.
— Ладно, отдыхай, а я поехал, — говорит Тимофей, разворачиваясь к двери.
— Как?! Куда? — поворачиваюсь к нему. — Снова на работу?
— Да.
— Но я хотела побыть с тобой, я же скучала!
— Рабочий день в самом разгаре, Полина, вечером поговорим! Ну все, я поехал!
Он исчезает за дверью, даже не поцеловав меня на прощание, а я иду к сумке.
Не без грусти в мыслях разбираю вещи, бросая все в стирку. Вдруг замечаю среди одежды книгу Вари, которую нечаянно прихватила с собой.
Ох, как же я так? Надо бы вернуть… Но я ни фамилии, ни адреса не знаю. Надеюсь, она не сильно расстроится.
Кладу ее на тумбочку и иду на кухню.
Так, сейчас нужно приготовить что-то вкусное на ужин, отметим с Тимофеем встречу. Я так соскучилась по нему. Кажется, мы еще никогда так надолго не расставались. Близости уже больше месяца не было.
Достаю продукты, радуясь, что меня не тошнит от всех на свете запахов.
Я все еще неважно себя чувствую, но уже гораздо лучше, чем было.
До вечера я вожусь на кухне, а потом долго сижу возле окна, выглядывая машину мужа. Но его все нет.
Да что же это такое?
Ужин уже остыл, а у меня от голода сводит желудок.
Ну и где же Тим?
Беру телефон и набираю его номер — недоступен.
Хм, странно!
Нахожу телефон работы мужа и набираю. Вряд ли там еще есть кто-то, но вдруг Тим сам возьмет? Заработался, наверное, вот и забыл про время.
— Алло? — отвечает незнакомый голос.
— Здравствуйте, я жена Тимофея Фирсова, можно его к телефону?
— Эм, я охранник, не знаю, кто есть в офисе…
— А можно посмотреть? Мне очень нужно! — умоляюще прошу я. — Я его очень жду, а телефон отключен! Переживаю!
— Ну ладно! — соглашается мужчина. — Сейчас, не кладите трубку!
