— Ты говоришь правду? — спрашивает Николай, поднимая брови.
— Да. В тот день, когда мы встретились в кафе, мне показалось, что у нас много общего. Я помню, как ты спас меня от жары, принеся воды, дождался, когда мне станет легче.
— Просто ты показалась мне такой хрупкой, беззащитной, но в то же время такой счастливой. Я не мог не обратить на тебя внимание.
Закусываю губу и отпиваю глоток кофе, чтобы унять дрожь в голосе. Я вижу, что он задумался и погрустнел, но не понимаю, с чем это может быть связано.
— Знаешь, а я ведь примерно в то же время, что и ты, испытал похожие чувства. Вернувшись из Самары, я в ту же ночь застукал жену со своим другом. На тот момент я просто хотел его убить!
— Это ужасно…
— И если бы не память о тебе, я бы не пережил это расставание. — Он прокашливается и поднимает на меня взгляд. — Я ведь потом искал тебя! Долго искал!
— Искал? — переспрашиваю я хрипло.
— Да, я рассказывал, что заезжал к тебе на квартиру мужа.
— Да, помню, — перебиваю я, не желая вспоминать о тех днях. — Но зачем же все-таки ты приезжал? Ты хотел мне что-то рассказать?
Мужчина хмурится и серьезно качает головой.
— Нет, мне просто казалось, я должен быть рядом. И я не ошибся. Я как будто почувствовал, что мы нужны друг другу. Но ты уже переехала и сменила фамилию.
Неужели я ему и вправду важна?
— Да, мне пришлось, чтобы Виктор не узнал о беременности…
— Понимаю! — кивает Николай. — Но сейчас он все знает и даже навещает свою дочь.
— Он узнал, когда я еще была беременной. Мы случайно встретились в больнице.
Решаю, что не нужно рассказывать о том случае, когда я упала.
— А как он относится к своей дочери?
— Да он только неделю назад, можно сказать, первый раз с ней познакомился, — тяну, вспоминая, как тот приходил к нам домой. — Машенька только моя, и мы никогда не сойдемся снова!
— Лена, я восхищен твоим мужеством… — хрипло шепчет Николай, пододвигаясь поближе.
В его глазах столько нежности, что я забываю обо всем на свете…
Его лицо так близко к моему, что кажется, еще миг – и он меня поцелует.
Раздается громкая мелодия на телефоне, и мужчина резко встает, потирая лоб.
— Да, милая?
Когда слышу ласковое слово, адресованное другой, внутри меня что-то обрывается.
Как я могла забыть? Вот дура!
— Да, понял, конечно, дорогая. До завтра!
Николай кладет трубку, а я вскакиваю.
— Ну ладно, по-моему, Машенька уже наигралась, пора домой!
— Елена, я… — тянет мужчина, но я его перебиваю:
— Спасибо, что вытащил нас из дома. Завтра рано вставать, поэтому мы поедем.
Вижу недосказанность и грусть в глазах мужчины, а сама чувствую, как колет в сердце.
— Хорошо, я отвезу вас в гостиницу, — серьезно кивает мужчина и помогает собрать вещи ребенка.
По дороге домой мы ни о чем не говорили, лишь слушали восхищенные рассказы малышки.
Мужчина провожает нас до фойе и быстро возвращается в свою машину.
Укладываю спать ребенка, а сама сажусь возле окна и, тиховсхлипывая, разглядываю вечерний город.
И зачем я только размечталась! Мне никто не обещал! Такие мужчины не для тебя, Елена! Да, он помог, устроил на работу, но и за это спасибо…
Размазываю слезы по щеке и иду в душ.
Быстро смываю с себя остатки прошедшего дня и ложусь в свою постель.
Жалею себя, что не смогла устроиться в этой жизни. Но при этом делаю вывод, что не нужно надеяться на взаимность, у него есть другая, а у меня есть Машенька.
Утром я открываю глаза, ощущая, что плохо выспалась от бессонной ночи.
Нужно взять себя в руки! Сегодня предстоит нелегкий день, поэтому нужно собраться с силами.
Встретив Ольгу Петровну, выбегаю на улицу, чтобы как можно быстрее добраться до работы.
— Лена, не спеши! — Возле главного входа стоит Вяземский, ожидая меня.
Я замираю на месте и, выпучив глаза, гляжу на босса.
— Привет! Решил вот тебя встретить! На улице дождь, а я не хочу, чтобы ты заболела.
— Спасибо, конечно, — шепчу я, снова чувствуя необъяснимую нежность к Николаю. — Но у меня есть зонт.
— Все равно холодно! Запрыгивай!
Мужчина открывает дверцу машины, и я сажусь на переднее сиденье.
— Лен, ты хоть успела позавтракать?
— Нет. Я спешила на работу.
— Тогда вот, держи. — Передает мне бумажный пакет, в котором я вижу стаканчик горячего кофе и пончики.
— Ты, наверное, это себе купил? — беспокоюсь, что отбираю чужое.
— Нет! — смеется мужчина и достает второй комплект завтрака. — Лен, пока мы сидим в машине, я хотел тебе объясниться по поводу вчерашнего… — тянет Николай, но я его перебиваю:
— Да ты не должен ничего объяснять, Николай Анатольевич! Я ваш юрист, а вы мой босс. И все. Мы не обязаны больше ничего друг другу!
Я говорю эти слова, а в душе хочу, чтобы мужчина убедил меня в обратном. Чтобы заверил, что та самая девушка – это просто подруга, знакомая, родственница, да кто угодно, но он молчит.
Тяжело вздыхая, сжимает сильные скулы, глядя мне прямо в глаза.
— Да, ты права! Извини, что испортил тебе настроение!
Я закусываю губу и, отворачиваясь к окну, стараюсь сдержать слезы.
Он так и ничего не понял. Николай посчитал, что я не хочу быть с ним и просто оттолкнула. Но это неправда!
Мы приезжаем на работу и заходим в кабинет, где меня временно поселили.
— Давай найдем этот чертов документ! — говорит босс, и мы начинаем переворачивать все на моем столе.
Начинаю бледнеть, когда все бумажки были пересмотрены, и решаю, что пора признаться.
— Николай Анатольевич! Вчера, когда я утром пришла на работу, за моим столом сидела Юля, которую вы уволили. Может, это она специально прибрала себе заключение экспертизы?
— Что? А почему ты мне раньше не сказала? Конечно, она могла таким образом мне отомстить! — Вяземский хватает телефон и набирает свою секретаршу.
— Диана! А Юлю Харлампенко уже рассчитали? — кричит в трубку, злясь на бывшую сотрудницу. — Да. Узнай и перезвони. Я у юристов сижу.
Буквально через три минуты раздается звонок, и директор бросается к телефону.
— Нет? Тогда передай в бухгалтерию, чтобы не перечисляли ей отходное пособие.
— Николай Анатольевич, а зачем все это? — с дрожью спрашиваю мужчину.
— Вот смотри, Леночка, — мягким голосом начинает объяснять. — Мне будет сложно найти девушку в городе, а когда она узнает, что ей не заплатили, она сама примчится, здесь я с нее и спрошу.
Удивленно смотрю на мужчину, который придумал интересную стратегию. И ведь на самом деле после обеда та явилась и пошла прямиком к директору.
— Все, можно писать апелляцию! — залетает в мой кабинет Вяземский и радостно машет теми самыми бумагами.
— Как у тебя получилось ее разоблачить? — улыбаюсь, видя довольное лицо мужчины.
— Все очень просто! Я сказал, что в кабинете установили видеокамеру и на ней отчетливо видно, как та взяла бумаги.
Оглядываюсь по стенам в поиске той самой камеры.
— Да нет же! — смеется взахлеб. — Никакой камеры нет! Я блефовал, зато Юля сразу раскололась!
— И что теперь? Это была кража ценных документов, можно подать заявление в полицию! — меняю свое лицо на более серьезное.
— Нет, Лена. Девушка совершила эту глупость лишь из-за своей ревности. Я не стану ее никак наказывать и даже выплачу все причитающиеся ей деньги.
— Ревности? — удивленно поднимаю брови, узнав эту новость.
— Да. Ревности. Я замечал, как Юля неровно дышит ко мне. Неразделенная любовь, понимаешь?
— Угу…
— Мне отчасти жалко ее, но мне нужен хороший юрист, а не красивые глазки.
Слушаю мужчину и понимаю, что я здесь тоже нужна только как специалист – и ничего более.
Глава 15
В конце рабочего дня захожу в кабинет директора.
— Все. Я подготовила необходимые документы, вам остается только передать их в суд, — спокойно рассказываю, а он качает головой. — Сегодня закажу билеты на поезд, и мы с Машенькой поедем в Самару.
— Елена, останься в Москве! Я помогу тебе с жильем, будешь работать со мной. — Берет мою руку и прижимает к себе.
— Зачем все это? — вылетает вопрос, который я не хотела задавать.
Николай Анатольевич задумывается и опускает взгляд в пол. Он еще сильнее сжимает мои руки и, вздыхая, говорит:
— Помнишь? Я тебе рассказывал, как я хотел семью, детей…
— Да, я помню, — сочувственно отвечаю я, вспоминая его рассказ в кафе.
— У меня не срослось с этим. Но мои мечты никуда не делись!
— Ох, Коля… — выдыхаю я, наклоняясь к нему.
— Больше всего на свете я хочу детей и нормальную семью…
Мужчина поднимает взгляд на меня, и его глаза говорят о той нежности, которую он испытывает в данный момент. Я делаю вдох и замираю.
— Лена, вы с Машей мне очень дороги…
Николай заключает мое лицо в свои ладони, и я чувствую, насколько они горячие.
— Если бы ты только знала, как долго я тебя искал…
Его губы приближаются очень близко, и кажется, что мы вот-вот поцелуемся.
Сердце стучит как бешеное, и я забываю все, о чем думала накануне. И о том, что я нужна ему только для работы, и о том, что он нашел невесту…
