— Надо же, — протянул Паяльник. — А что ты ещё расскажешь? Ведь всё слышно будет. Давай лучше споём? — он взял микрофон и пропел в него: — Бухгалтер, милый мой бухгалтер. Прошляпил журнал, такой-сякой бухгалтер… Гы-ы!
— Да хватит шутить! — Слон отобрал микрофон и бросил его в кружку с пивом. — Не до шуток, мать вашу.
— Сначала улики всплыли, которые ты ему давал, — проговорил Жека, о чём-то думая. — Потом склад нашли. А потом оказалось, что нас слушают. И всё это связано с твоим кентом.
— Он не мой кент. И вообще, Жека, чё-то ты больно умный стал, — Слон нахмурился.
— И чё делать-то? — спросил Сытин. — Если ментам попадёт...
— А может, он уже у них, — Паяльник пожал плечами. — Просто вчера Лёшик предупредил, а сегодня уже нет. Может, они уже его листают.
— Пусть сначала докажут, что он наш! — заявил бухгалтер.
— Выйдут на всех, кто там указан, и докажут. Попался Ринатка, походу. Вот и сдаёт всех с потрохами. А вы болтливые в последнее время стали, расслабились.
Слон и Сытин переглянулись. Обычно, Паяльник так не говорил. Но им было не до этого.
— Так как делать будем? — Сытин беспомощно огляделся. К нему пошёл бармен, но он закричал: — Да не подходи! Надо будет — позовём!
— Ладно, — бармен нахмурился и вернулся на место.
Но бандиты переглянулись, глянули на утонувший в пиве микрофон и вышли на улицу.
— Чё делать, чё делать, — пробормотал Слон и потёр лоб. — Как в старые времена делали. В твои времена, Жека, — он посмотрел на него и добавил тише: — Проверь, что это он. И закрой вопрос. Пока он меня ещё к тому пацану не притянул. Сука, ещё тянул из меня, чтобы я сам это сказал.
Сытин приоткрыл рот, поняв, о чём речь, зато Паяльник будто ждал этого приказа. Он хмыкнул.
— Закрыть так закрыть, — он пошёл к машине, напевая: — Бухгалтер, милый мой бухгалтер.
Но в машине весёлое выражение на его лице сразу исчезло, он помрачнел.
У дома Шамсутдинова он был уже через десять минут. Ринат долго спал, поэтому ещё не уехал на работу.
Насвистывая, Жека вылез из машины и проверил, где во дворе новостройки стоят камеры, и кто может смотреть за ним. После пошёл в багажник и достал оттуда ножницы по металлу и толстую отвёртку с красной рукояткой.
С этим он подошёл к машине Рината. Следы взлома Жеку не беспокоили.
Первым делом он просунул ножницы в решётку радиатора в нужном месте и перекусил кабель сигналки.
Щёлк!
Фары замигали, но звука не было. Вскоре они потухли. Двигатель не заведётся всё равно, но он и не нужен.
Жека закряхтел, наклоняясь у машины с отвёрткой в руках, и лёг на холодную землю. Вытащил резинку из сливного отверстия на дне под местом водителя и просунул отвёртку внутрь, пытаясь нащупать нужный рычажок.
Щёлк!
Багажник открылся.
— Да я ключи внутри забыл, — пояснил Паяльник проходящему мимо парню с овчаркой.
Овчарка рыкнула, но предпочла перед этим забежать за ногу хозяина. Парень пошёл дальше, не оборачиваясь.
Жека заглянул в багажник и уже через минуту достал оттуда вырванные листы.
— Понемножку решил, значит, сдавать? По листику подкидывать? Ну это ты зря, — он захлопнул багажник и пошёл в сторону подъезда Шамсутдинова.
* * *
Я съездил к следователю и забрал свой телефон. Он, конечно, сел в ночь, так что я подключил его к пауэрбанку. Через несколько минут он включился, и телефон начал трещать от множества уведомлений. Даже не стал их читать, а то полдня уйдёт.
Но тут раздался звонок. Странно, мне обычно звонят только мошенники и банки, а все ровесники предпочитают писать в чат. Но это звонила Наташа.
— Вадим, привет! — услышал я её голос. — Забрал телефон?
— Привет, да, только что.
— Вадим, я сегодня на секцию не приду, но надо поговорить лично.
— Конечно, без проблем.
Что-то происходило, но маховик запущен, и результаты я пока не знал. Но Туман был бы спокоен. Впрочем, он был тем ещё пофигистом.
А на встречу я решил сходить. Во-первых, пока ещё всё не решено, мне стоит побольше находиться в людных местах. Во-вторых, мне было интересно, что скажет девушка.
Я же помнил, что она на кого-то работает. И это тоже стоит знать, раз уже я взялся громить банду.
Решили встретиться в кафе недалеко от секции.
Само кафе не было чем-то примечательным. Простые столы с белыми скатертями, небольшой зал и бизнес-ланчи, которые подавали днём.
Когда я пришёл, Наташа уже была там, а официант принёс ей салат «Цезарь» с креветками.
— А давай поспорим, что я смогу приготовить лучше, — сразу сказал я, улыбаясь.
— Ловлю на слове, — тут же отозвалась она.
Вид у неё был весёлый.
— Я так-то люблю с курицей, — призналась девушка. — Но тут по калориям написано, что у креветочного салата их поменьше.
— А ты разве не знала, что в меню специально пишут калорий поменьше, чтобы люди заказывали побольше, — я засмеялся. — Но я приготовлю и с курицей. И даже приглашу.
— Учту, Вадим, — она улыбнулась. — Хотела сказать, что у меня сегодня приехали коллеги. И они поговорят с теми бандитами. И я отдельно попросила, чтобы они напомнили, что тебя трогать нельзя. Ты же нам помог.
— А что за коллеги? — спросил я, моментально превращаясь в слух.
Наташа ненадолго задумалась.
— Они с моей работы. Знаешь, ты меня крепко выручил, Вадим, — серьёзно сказала Наташа. — У нас кое-что пропало, а все решили, что виновата я. Но ты помог, все увидели, что это не я. Извини, больше сказать не могу. Но ты помог, — она улыбнулась. — Очень сильно, правда.
— Те бандиты украли? — спросил я.
— Они помогли одному человеку. Это увидели по телефону. Но решили, что хватит и разговора, чтобы закрыть тему.
Она не врала, она действительно так думала. Но вот я не был в этом уверен. Впрочем, я не собирался полагаться на кого-то и уже сделал многое сам.
— Главное, с ними дальше не связываться, — продолжала Наташа. — И всё будет хорошо. А то люди это опасные.
Люди опасные, да. И всё же, мне бы хотелось разобраться во всём этом получше.
— Тогда отпразднуем? — предложил я. — И приготовлю такой же салат, только лучше.
— Умеешь?
— Да.
— А когда? — спросила она.
— Давай завтра.
— Завтра я… — Наташа оглядела меня и задумалась. — Завтра смогу.
Сначала у неё был такой вид, будто она сама не поверила, что согласилась, но потом подумала и решила: «а почему бы и нет?».
— Тогда жду, — я ей подмигнул.
А запущенный механизм защиты действовал дальше. И даже сам Туман не постыдился бы того, что получилось.
* * *
Рядом с кафе «Харчевня»…
Жека Паяльник с удивлением оглядел три чёрных внедорожника с тонированными стёклами, стоящих у кафе, и припарковал свой «Паджеро» через дорогу.
Он пошёл внутрь, но у входа в кафе стояла пара крепких парней в чёрных костюмах и тёмных очках. Один предупреждающе поднял руку.
— Закрыто, — сказал он.
— Да я поссать хотел, — бросил Паяльник.
— Подожди, — грубо повторил охранник.
Паяльник отошёл и бросил взгляд на машины. На борту одной было написано «Контур». Жека потёр лоб, потом сделал вид, что идёт за угол, на ходу расстёгивая ширинку. Охранники переглянулись, но ничего не сказали.
Но Паяльник пошёл дальше мимо мусорных баков, где была дверь, ведущая на кухню, которую никто не охранял. Повар при виде незваного гостя возмутился, но вид Жеки, который прикладывает ко рту указательный палец и просит тишины, его успокоил мгновенно.
Паяльник подошёл к двери у стойки бара, но не открывал, а затаил дыхание, чтобы слушать.
— Конечно, мы будем сотрудничать, — торопливо говорил Слон. — Мы же не знали, кто это. Я вам всё рассказал и готов содействовать дальше.
— А если к вам снова придут с подобной просьбой? — спросил его собеседник в костюме, сидя к бару спиной.
— Сразу свяжусь с вами. Если бы я сразу знал, то я бы…
— Вот и отлично, Эдуард Владимирович, — перебил незнакомец. — Хорошо, что вы нам содействуете. Тут, кстати, передали, что вы одного молодого человека втравливаете во всякие неприятности. Не надо так.
— Какого молодого человека? — Слон начал делать вид, что впервые слышит.
— Вам лучше знать. Мы бы хотели, чтобы его больше не трогали.
— Ладно.
— Я рад, что вы меня поняли. До следующей встречи, Эдуард Владимирович.
Незнакомый мужик ушёл, его охрана поднялась следом, и все три чёрных внедорожника уехали. Слон выдохнул. Его лицо блестело от пота, на спине его рубашки расплывалось тёмное пятно.
Паяльник бесшумно вошёл в зал и сел рядом.
— А-а! — Слон вздрогнул. — Мать твою, напугал. Чё так подкрадываешься? Решил вопрос?
— Не смог, — Жека покачал головой. — Сердце у него прихватило вдруг. Соседи даже скорую вызвали, да не успела. Жалко, такой молодой был… и такой говнистый. Кто это был? — он показал на место, где сидел мужик в костюме.
— Да ко мне это приходили, — Слон покосился. — Тебе какое вообще дело?
— Да хотелось бы понять, — Паяльник подпёр голову руками, — что здесь делает служба безопасности «Контура»? И что им за дело до тебя? Ты же мелкий мошенник, совсем не их уровень.
— Чё ты там брякнул? — протянул Слон. — Пива принеси! — бросил он в сторону бара. — Ты чё это, Паяльник? Как в том фильме, таблетку съел и умным стал?
— Гы-ы.
— Тебе умным быть не идёт. Давай теперь…
— Интересно, — Жека посмотрел на потолок. — Они как-то поняли, что мы работаем с Туманом, и ищут хвосты. Вышли на тебя. Интересно выходит, да. Так не должно было быть. Ведь казалось бы, какая тебе разница, кто платит? Ты же вообще живёшь по философии императора Веспасиана, да? Но иногда это приносит проблемы, вот как сейчас...
Слон приоткрыл рот, глядя на бандита. Бармен принёс пиво, но Жека забрал его себе и махнул рукой, чтобы тот отошёл.
— Ты чё? — спросил Слон. — Ты чё, братан, ты совсем уже… чё за Веспасиан?
— Когда к императору Веспасиану пришёл его сын Тит Флавий, — продолжал Паяльник, глядя перед собой задумчивым взглядом, пока босс охреневал, — то возмутился, почему они облагают налогом общественные уборные. На что Веспасиан сказал, что деньги не пахнут. Вот это именно твоя философия. У тебя деньги никогда не пахнут. Поэтому ты работал с Туманом и всеми остальными. Это логично... но... что-то не так.
Слон от удивления даже не мог говорить, он уставился на бандита, широко раскрыв глаза. А Паяльник достал из кармана сигареты, но вместе с ними маленький пузырёк, из которого вытащил небольшую таблетку. Её он незаметно бросил в пиво, и та мгновенно растворилась.
— Для тебя деньги не пахнут, — продолжил Жека. — И вообще-то, это не проблема. Но ты жадный, и из-за своей жадности и тупости ты как-то попался, и они тебя увидели. Но как? Понять не могу. Неужели...
Он повернул голову в сторону улицы и о чём-то задумался.
